1. This site uses cookies. By continuing to use this site, you are agreeing to our use of cookies. Learn More.

Моему приятелю Мыльтроле

Discussion in 'Архивы' started by Quackerjack, Jun 29, 2012.

Thread Status:
Not open for further replies.
  1. Quackerjack

    Quackerjack User

    Joined:
    30.11.11
    Messages:
    640
    Likes Received:
    28
    на злобу дня, так сказать.

    в ту пору, я совершенно неожиданно, как это часто бывает у провинциальных помощников аптекаря, открыл в себе гения пера и бумаги. ночи напролёт я окроплял страницы витиеватыми оборотами и совершенно непостижимым образом умудрялся подобрать рифму к словам «любовный треугольник». но это было слишком мелко для меня. мой гений требовал выхода наружу. и если бы я в тот же месяц не отправился покорять трибуны соседних городков, то непременно бы сошёл с ума от тоски и пьянства. правда, до того, как я попал в ближайший город, я пытался оттачивать своё мастерство в ничтожных крошечных поселениях, не достойных даже и упоминания в этом рассказе. поскольку жители этих злосчастных деревенек настолько ничтожны и несведущи в вопросах писательской этики, что пару раз пытались поколотить меня палками. а в селе «кислая капуста» местные мальчишки спустили на меня трёх поджарых собак.
    теперь уже и не упомнить в скольких местах я побывал до того, как оказался на мосту «сморщенный башмак», скажу лишь, что тело моё порядком попривыкло к синякам и ссадинам.
    ретировавшись с очередного собрания любителей крепкой рифмы и выпивки, я пробежал сквозь кустарники орешника и устремился к реке. лучшее средство, чтобы оторваться от разъярённой толпы. однако на этот раз на меня попросту махнули рукой. обрадовавшись возможности избежать холодного ночного купания, я прошёл вдоль берега и через несколько минут уже вышагивал по горбатой спине узенького моста. однако где-то на середине этого жалкого горба, я вынужден был остановиться. взору моему предстала странная картина.
    здоровенный мужик что было сил пинал холщовый мешок, употребляя при этом в его сторону такие непотребные слова, при упоминании которых мой рассказ запретили бы на всех языках нашего королевства.
    — неужели скарб ваш мог настолько натереть ваши плечи, что вы колотите его будто надоевшую собаку, — спросил я, подходя поближе.
    незнакомец посмотрел на меня, чуть прищурившись.
    — а тебе, что за дело приятель? иди куда шёл.
    я сделал было шаг, но в этот момент мешок заверещал так, что волосы на моей голове встали дыбом.
    — а проклятый, ты ещё вздумал протестовать! — заорал верзила, отвешивая своему недругу хорошего пинка. — не долго же тебе осталось, вот утоплю тебя и дело с концом.
    он порядком устал, поэтому попытавшись вскинуть мешок, лишь крякнул и в сердцах в очередной раз выругался.
    не знаю, что на меня тогда нашло. одинокие ли ночи повлияли на меня. но я представил, что было бы неплохо взять с собой в странствия доброго спутника. к тому же звери обладают удивительной способностью. они не критикуют стихи своих хозяев и являются самыми лучшими слушателями от южной хны до северной сосули.
    — если вы не против, любезный друг, я бы с удовольствием избавил вас от вашей ноши, — сказал я и, заметив недобрый огонёк в глазах моего собеседника, добавил, — скажем за пару медяков.
    — пару медяков за мыльтролена? да сахар, который этот негодяй украл из баронского погреба стоит втрое дороже.
    я пошарил в карманах и извлёк оттуда головку сыра.
    — взамен сахара могу предложить только сыр.
    — и шляпу, — промычал здоровяк, протягивая мне руку.
    чего ж не отдашь за доброго спутника. я заплатил за скулящий мешок и, взвалив его на плечо, побрёл своей дорогой.
    добравшись до ближайшей опушки я решил устроиться на ночлег, а заодно познакомиться со своим новым другом. развязав верёвку и вывалив содержимое на траву, я вскрикнул и в ужасе отпрянул назад. боги! этот пройдоха всучил мне обезьяну. самую натуральную волосатую мартышку с длинными кривыми пальцами и омерзительной улыбкой до самых кончиков ушей.
    обезьяна что-то заверещала, видимо благодаря меня за спасение, и похлопала меня по плечу. заодно это мерзкое животное стащило у меня луковицу и сахарок. и теперь с самым непринуждённым видом ужинало, греясь у моего костра. так состоялось наше первое знакомство. впоследствии я обнаружил, что мой новый друг был хром на левую ногу и абсолютно лишён музыкального слуха.
    нет смысла описывать наши дальнейшие приключения. новая жизнь отличалась от старой лишь тем, что улепётывая от очумелой толпы, мне приходилось поддерживать на своих плечах радостно верещавшую мартышку.
    но вот однажды, в одной таверне, в городе, где моё лицо ещё не украшало позорные столбы, я завёл беседу с вдребезги пьяным монахом. и он как бы между прочим заметил, что все эти стишки и сонеты есть дело богомерзкое, и что одна лишь проза жизни может вызвать уважение или сострадание, и что ещё более важно лишь она одна достойна воспевать любовь. и тут меня обдало таким восторгом, что я, пожалуй, склонен утверждать, что на меня снизошла благодать. как же я был слеп. о, боги, боги.
    в едином порыве я заплатил трактирщику за неделю проживания и кинулся по лестнице в свою комнату. целых пять дней я не высовывал оттуда носу. я писал и творил, творил и вершил. и получалось надо сказать божественно. поэма «чёртичто» должна была прославить меня на весь свет. но самое интересное, что мыльтролен тоже заболел писательской лихорадкой. он сидел за столом напротив меня и жадно следил за моей рукой. затем перебирался на моё плечо и заворожено читал слетавшие с пера строки. а в памятную субботу…боги…в ту субботу он начал писать сам. он копировал мои буквы, копировал слова. а порой умудрялся написать по диагонали целое предложение. смысл, правда, полностью терялся, и в словах попадались досадные ляпы. но одно было понятно. мой друг мыльтролен горел жаждой творчества и признания. после очередного творческого вечера я подарил ему целую тетрадку для его упражнений. и мы отметили это дело бутылочкой забористой медовухи.
    спустя полторы недели в моём шедевральном творении была поставлена финальная точка. и я будто на крыльях вдохновения устремился в столицу. здесь я самым деловым тоном разузнал местонахождения королевской коллегии искусств и красного словца и уже с шести утра обивал порог кабинета известного на всё королевство главного редактора сэра упора (а может рупора) портвешняка. и после того, как его вальяжная туша прошествовала в вышеупомянутый кабинет, самым настойчивым образом постучал в дверь.
    должно быть сам сэр упор уже наслышал о моей гениальности, потому что при виде меня у него разом отвисла челюсть и закатились глаза.
    — а я к вам по делу, — смеясь, сказал я, — вот, извольте ознакомиться. свежее творение. так сказать, из первых рук.
    я передал редактору коллегии рукопись и с самым непринуждённым видом уселся в низкое ободранное кресло, не преминув при этом избавить мягкую подушку от растянувшегося жирного кота. чтение поэмы должно было занять никак не меньше пары часов, но я готов был ждать хоть самую вечность. чего не сделаешь ради удовлетворения собственного гения. кроме того, отсюда открывался чудесный вид из окна и, обласкав взглядом яблоневые кущи, я устремился вслед собственным грёзам. туда, где на широком подиуме белоликие красавицы бросали мне букеты роз и люцерны, умоляя прочитать очередной отрывок из знаменитой поэмы «чёртичто».
    — послушайте, любезный, — прохрипела одна из девушек голосом редактора. и я с удивлением обнаружил, что к моим ногам не брошено ни одной паршивой полевой ромашки. вместо душистых цветов руки мои сжимали тушу жмурящегося кота, а за плечо меня дёргала трясущаяся ладонь маэстро портвешняка.
    — послушайте, любезный, — повторил он, — совсем вы что ли из ума выжили.
    увидев, что я наконец пришёл в себя, он сунул мне под нос мои записи и гневно добавил:
    — не знаю, какая муза вас укусила, но с подобной дрянью попробуйте обратиться в местный балаган. там заодно и костюмчик соответствующий получите.
    я взглянул на песочные часы. не могло быть и речи, чтобы минул хотя бы час.
    — неужели вы не удосужились прочитать поэму до конца? — удивился я.
    — до конца? поверьте, любезный, за годы работы я научился чувствовать запах дерьма за тысячу миль. мне хватило эпиграфа, чтобы понять что вы пишете сущую околесицу. подумать только, принести мне, редактору единственной коллегии искусств и красного словца во всём разъединённом королевстве, этакую мерзость. да чёртова обезьяна напишет лучше вас…
    — ах, обезьяна! — вспыхнул я, выпрямившись во весь рост. — что ж извольте!
    я выхватил из рук портвешняка рукопись и поспешил удалиться. но перед дверью вытащил из внутреннего кармана смятую тетрадку мыльтроле и бросил её на стол.
    — один странствующий обезьяний поэт просил замолвить за него словечко. видимо это как раз то, что вам подойдёт, — выдавил я, хлопнув дверью.
    я был так зол, что вернувшись домой не удостоил своего приятеля даже приветствием. с этого дня между нами будто пробежала чёрная кошка. я больше не пытался научить его писать. а спустя три дня продал мыльтроле в упомянутый редактором балаган, заверив хозяина труппы, что способная обезьянка не только мастерски ворует сахар с чужих кухонь, но и запросто может присвоить часы зазевавшегося зрителя.
    однако судьба подарила нам ещё одну встречу. ровно через год я вновь оказался на пыльных улочках столичного города. праздно шатаясь от одного заведения к другому, я заскочил в книжную лавку, дабы перехватить пару дешёвых книжонок очередного столичного краснобая. одним словом, решил узнать, чем на этот раз дышит столичная культура. лавочник любезно поприветствовал меня и, рассыпаясь в вычурных эпитетах, заметил, что у него остался последний экземпляр популярнейшей на тот момент книги.
    — так быстро раскупают, что просто спасу нет, — затараторил он. — вот оставил себе один. да так уж и быть, продам его вам за дюжину медяков.
    я было поднял его на смех, но взглянув на книгу, не задумываясь бросил монеты. заглавие гласило: «выдержки из давно утраченной рукописи «чёртичто» за авторством странствующей обезьяны мыльтроле».
    история написана давеча утром под пристальным надзором кайсы графомань, за что ей отдельное «с мягким знаком». посвящается моему новому знакомому, иконе мироздания и ролевого сообщества в частности.
     
    Райда likes this.
  2. Lissini

    Lissini User

    Joined:
    04.02.10
    Messages:
    1,634
    Likes Received:
    79
    автору полезно ознакомиться с разницей между взрослой ироничной пародией и подростковым обиженным сарказом. во избежание дальнейшего флейма тему закрою.
    з.ы. если будет жалоба - автор будет наказан.
     
Thread Status:
Not open for further replies.