1. This site uses cookies. By continuing to use this site, you are agreeing to our use of cookies. Learn More.

[03.05.2013] Фан-фик: Сделка с дьяволом

Discussion in 'ФАНФИК (архив)' started by Nerpa, May 3, 2013.

Thread Status:
Not open for further replies.
  1. Nerpa

    Nerpa Innova Group

    Joined:
    17.01.11
    Messages:
    5,275
    Likes Received:
    5,628
    конкурс: сделка с дьяволом

    работы принимаются с 03 мая по 03 июня 2013 года.
    прием работ заканчивается 03 июня в 12:00 по мск.

    тема: сделка с дьяволом.

    правила:
    объем текста не ограничен!

    описание:
    "легко ли обвести дьявола вокруг пальца? сколько героев сгинуло, пытаясь ответить на этот вопрос, сколько светлых душ потеряла богиня эйнхасад. но все равно найдется тот, кто рискнет заключить сделку с одним из семи демонических лордов. ради денег или ради славы, ради любви или ради мести. исход будет один.
    или есть варианты?"

    здесь выкладывать только работы. обсуждение тут
     
    Bestiy likes this.
  2. White_Kou

    White_Kou User

    Joined:
    20.12.11
    Messages:
    37
    Likes Received:
    20
    играй!

    играй!

    рондо одиночества
    ты снова печален, хозяин. тонкие руки покоятся на груди, а уголки рта опущены книзу. тебе скучно. давно славные герои не захаживали к тебе в гости, не падали ниц, умоляя о пощаде. они позабыли о твоем величии или же убоялись его. тебе все равно, хозяин? ну что ты, не стоит обманывать халишу, ибо нет никого, кто знал бы хозяина лучше.
    я помню тебя еще мальчиком, хрупким подростком, с огромными любопытными глазами. ты вызвал меня, открыв врата между мирами, мой маленький призыватель, и приказал мне, халише, служить тебе. я посмеялась над тобой, сказав, что цена моей службы чересчур велика. но ты не отступил, не усомнился, подарив мне жизнь одной из своих верных валькирий. малыш с чужим, еще теплым сердцем в руках, ты стал интересен мне. ибо лишь безумец не боялся халишу. безумец и ребенок, которому не мила жизнь.
    ты прятал меня в своих комнатах, рассказывал добрые сказки, под дивные звуки органа убаюкивал мои внезапные приступы ярости и с полуулыбкой приносил чужие жизни мне в жертву. ты был наивен, милое дитя, и счастлив долгое время. необычные звуки, которые издавало мертвое окрашенное дерево под твоими пальцами, казались мне самыми необычными, самыми привлекательными звуками на свете. колдовская музыка лилась, заставляя мое сердце стучать быстрее, а ноги – двигаться в диком, безудержном танце. в те моменты мне казалось, что за спиной вырастают крылья. но эта гармония, это удивительное волшебство длилось недолго. потому что пришел он - твой отец.
    баюм гордый, кто же не слышал о человеке, бросившем вызов богам? до самых запретных врат простиралась его империя, ибо жадность – ненасытный порок. я билась в оковах, видя, как его руки оставляют на тебе огненные следы. удары сыпались один за другим, но ты молчал, ты терпел пытки, мой принц. худощавый и нескладный, ты жался к рыдающему под ударами органу. раздирающие сознание звуки, казалось, сведут меня с ума. а потом, заглянув в глаза твоему отцу, я впервые познала страх. избивший собственное дитя, он не испытывал сожаления. в его взгляде читалось невыразимое удовлетворение. и мой приговор.
    сколько времени я провела в темнице, мой принц? сколько же времени я, лишенная магии, была кормом для крыс? моей музыкой стал их голодный писк. по камням бесконечно стучали коготки и шуршали их хвостики. а зубы жадно вгрызались в мою плоть.
    я помню ужас в твоих глазах, освещаемых лишь слабым мерцанием магической лампы. прикованная к стене, истерзанная мелкими грызунами, я мало походила на прежнюю себя. но ты сумел пробраться ко мне, мой принц. испепелил крыс, накормил горячими, еще сочащимися кровью сердцами. вдохнул в меня жизнь, принеся в жертву других. но расковать так и не посмел. боялся.
    твоя сила росла день ото дня, мой фринтезза, сын баюма. но ты страдал и жаловался, что отец недоволен твоими успехами. баюм гордый желал видеть в наследнике величайшего мага, а не призывателя, умеющего лишь выдергивать неуправляемых чудовищ из других измерений. ты горько усмехался, называя себя воплощением разочарования.
    а потом ты явился без лампы. в наполненной страданиями тьме прозвучал голос: «мне больше не нужен свет», - сказал ты и заплакал пустыми глазницами. ибо не существовало в мире тайны, сокрытой от твоего отца. он знал, что истинный призыватель должен быть слеп. глаза – какая мелочь! так он считал. а я рыдала вместе с тобой, искренне желая ему смерти. я мечтала забрать его жизнь. на вечные муки обречь его погрязшую в гордыне и жадности душу.

    неистовая токката
    но боги украли у меня шанс отомстить.
    - башня дерзости свалилась прямо на баюма гордого, - хохотал ты, разбивая мои оковы. – теперь ты свободна! мы оба свободны, халиша!
    глупый малыш. страдания ничему не научили тебя. разве принц, скормивший дворцовую стражу чудовищу из другого мира, мог быть свободным? разве оставили бы тебя в живых бароны, прежде трепещущие под взором твоего отца? поминальный «пир» - ты помнишь, мой принц, – он должен был стать последним для тебя. но стал таковым для них.
    а после – череда покушений и предательств. ты был силен, но неопытен, следовало обучить тебя секретам халиши. провести ритуал, подарить вечную жизнь. поднять из могил полководцев, которые гибли за твой род. создать немертвую армию для вечного императора.
    кровавый гобелен ткали для тебя мои слуги, ковром из костей устилали твой путь. сколько жизней мы забрали, фринтезза, сколько душ пожрали, сколько чудовищ укротили? сколько лет мы боролись за вечный покой? пока тебя не назвали последним принцем эльморедена, а дворец – гробницей императоров.
    вот только не для императоров это была гробница. привлеченные легендами о сокровищах, к нам лезли падальщики, считающие себя благородными авантюристами. ничтожества и воры. корм для могильных червей.
    но даже ничтожества способны учиться. они стали более осторожны и начали приходить не в одиночку, как раньше, а целыми шайками. в поисках сокровищ рыскали в лабиринтах дворца, молитвами и магией уничтожали стражу, священными ритуалами изгоняли демонов.
    – публика! – хохотал ты. – незваные гости, пришедшие послушать мою игру на органе! так пусть же войдут, коль не терпится им побывать на пиру. пусть нарядятся в свои лучшие одежды, пусть прихватят с собой кубки.
    это и стало началом конца.

    праздничная фуга
    а сегодня – ты слышишь, хозяин? – они снова пришли. предатели и лицемеры, не признающие своего истинного императора. трон эльморедена навсегда занят. ибо ты вечен, фринтезза.
    поднять мечи, укрепить строй. пусть бьют барабаны!
    ты улыбаешься, хозяин. ты рад грядущему пиру. сегодня наши кубки наполнятся кровью безумцев. сегодня мы насытимся их бьющимися в агонии телами.
    играй же!
    пусть пальцы твои огладят поверхность клавиш, пусть забьется, затрепещет в трубах органа первый аккорд. пусть колдовская мелодия закрутит, увлечет ноги наших врагов в безудержный пляс.
    а я, халиша, превращу для них этот танец в последний.
    играй же, фринтезза, играй!
     
  3. ЛяМур

    ЛяМур User

    Joined:
    18.10.11
    Messages:
    635
    Likes Received:
    114
    забавы дьявола.

    ненавижу их, ненавижу! вот ведь идиоты, ну почему глава нашего клана определили меня в их отряд? у нас очень многим требуется рыцарь, кому-то для выполнения разовых заданий, а кому-то, что называется «на постоянку», так нет же, меня засунули в самую ничтожную команду! завтра еще и от лидера достанется, конечно, бросил «ребяток» посредине охоты. да, поди, не сдохнут, как обычно целитель спасет всех, путем позорного бегства. и главное что больше всего раздражает, стоит начать что-то высказывать ему, как тут же все за него заступаются. неужели нельзя начинать залечивать раны на стадии ссадин и царапин?! нет, конечно, надо дождаться пока мне переломают половину костей в теле или оторвут кусок плоти, чтоб кровь ручьем лилась на пол, вот только тогда можно, пожалуй, начинать произносить свои лекарские заклятья. им всем плевать, что у меня от боли темнеет в глазах, а я почему-то должен все это время защищать их и сдерживать натиск агрессивных монстров, желающих разорвать моих сослуживцев в клочья. когда же меня покидают последние силы, разъяренные твари теряют ко мне всякий интерес и бросаются на остальных, целитель сразу же телепортирует всех в город. и опять получается, что он у нас просто «умничка», а я «неумеха», «растяпа», «кретин», и это еще не самое худшее, что я слышал о себе. а ведь это он, он во всем виноват! я знаю, что моей вины нет: у меня замечательнейшие доспехи, выкованные одним из лучших кузнецов эльморадена, и в академии я был одним из самых успешных учеников. с момента ее окончания я много тренировался, научился многим трюкам, приобрел, не побоюсь этого слова, уникальные навыки техники ведения боя. теперь я могу выдержать достаточно сильные удары атакующих тварей, мне нужно только чтобы меня слегка подлечивали. так нет же, а на все мои претензии мне отвечают: «у дарена может закончиться мана, мы не можем так рисковать», а то, что у меня может закончиться здоровье всем плевать, так рисковать мы можем! конечно, если меня убьют, наш целитель дарен применит свою воскрешающую технику, но вот лично вас когда-нибудь воскрешали? меня воскрешали несколько раз (причем количество моих воскрешений значительно возросло, после вступления в этот отряд), и каждый раз я мечтал о том, чтобы меня не трогали: адская боль наполняет тело, ощущения такие, словно с тебя, живьем снимают кожу, а после втыкают тысячи игл одновременно.
    - можно мне присесть за ваш стол? - мои размышления прервал достаточно приятный мужской голос. видимо я очень сильно был погружен в свои мысли и даже не заметил, как он подходил к столу, у меня даже появилось ощущение, что он не подходил, а просто возник из ниоткуда. молодой парень, среднего роста в красивой широкополой шляпе с красным пером, темном костюме, манжеты которого были отстрочены золотистой нитью, высоких кожаных сапогах и плаще, все качественное из хороших и дорогих тканей, правда, слегка запыленное. нашивок клана нет, видимо вольный наемник. странным было только лицо незнакомца, такие лица отличают расу камаэлей: очень красивое, с правильными чертами и глаза с хищным алым отблеском, взирающие на всех с неимоверным высокомерием, но вот крыла за спиной не было.
    я обвел взглядом таверну, в которую зашел по возвращении в город, после того как бросил отряд во время сегодняшней охоты. пока я сидел и обдумывал события сегодняшнего дня, людей в таверне прибавилось, и свободным оставался только мой стол. видимо флюиды ненависти, расходившиеся от моей мускулистой фигуры, распугивали других посетителей.
    - да, присаживайтесь - сказал я незнакомцу.
    - меня зовут нэнойм. я путешественник, а вы, наверное, из местных?
    - да. меня зовут крис
    - приятно познакомиться. не посоветуете, что можно заказать здесь из еды и выпивки? и если вы не против, я бы хотел вас угостить.
    - закажите себе мясо эльпи с пряными травами, оно здесь очень удачное. а из выпивки советую местный эль.
    после того как моему новому знакомому принесли его заказ и эль был разлит по нашим кружкам, нэнойм рассказал мне вкратце о себе и о том что уже давно путешествует, видел много земель и городов. еще поведал мне об интересных монстрах, которых он видел собственными глазами и с которыми имел удовольствие сражаться. я спросил, почему он не состоит в каком-либо клане, но он ответил, что ему это неинтересно, ему куда интереснее путешествовать по миру, знакомится с местными жителями. он как я понял, любил легенды, сказания и прочую чепуху, я же ответил, что куда интереснее, по-моему, сражаться, добывать ценные вещи, а слушать чужие россказни это не по мне.
    - ну что ты, это очень интересно. из чужих рассказов всегда можно узнать много нового. конечно, не все из рассказанного правда и не все нужно принимать за чистую монету. но бывают поистине любопытные истории, вот недавно в соседнем городе мне рассказали занятную историю: есть некий персонаж, исполняющий желания, но в этой жизни ничего не дается просто так и взамен он просит твою душу. отчего-то мне кажется, что толика правды в этой истории есть.
    - душу? бред… да кто знает что такое душа и вообще нет доказательств есть она или ее нет? а если ее вовсе и нет, то почему бы не отдать ее какому-то дураку? если бы мне предложили исполнение моего самого заветного желания прямо здесь и сейчас, я бы не раздумывая, отдал эту самую душу.
    - ясно, а я бы не стал так рисковать, вдруг душа все-таки есть. кстати, а какое твое самое заветное желание?
    - я состою на службе в клане и совсем недавно меня распределили в один отряд, так вот целитель этого отряда – дарен, вызывает у меня стойкое желание съездить ему по голове чем-нибудь тяжелым…
    - да ты, верно, хочешь, чтоб он сгинул? – перебил меня нэнойм
    да нет, на службе в нашем клане состоит несколько элитных отрядов, вот в один из них я и мечтаю попасть.
    - всего-то? а без обречения своей души на вечные муки никак?
    - сразу видно, нэнойм, что ты вольный наемник и абсолютно не знаешь, что значит состоять на службе в клане. чтобы попасть в элитный отряд, необходимо потратить десятки лет жизни, обладать просто феноменальными способностями или совершить героический подвиг, вобщем только единицы рыцарей способны пробиться, а учитывая то, в каком свете выставляет меня наш целитель, меня, скорее всего вообще выгонят из клана. и тогда прощай моя голубая мечта, рыцарь с плохой репутацией не нужен в наше время никому.
    - ясно. ладно, время уже давно за полночь и пора спать. ты заночуешь в одной из комнат для постояльцев при таверне или пойдешь домой?
    - я лучше заночую тут, а то что-то я изрядно перебрал.
    - тогда может быть, завтра еще поболтаем, мне интересно узнать кое-что о вашем городе? я буду в комнате номер семь, зайди, как проснешься.
    проснувшись, я чувствовал себя несколько разбитым, голова немного побаливала, видимо даже хороший эль в изрядных количествах может сделать свое черное дело. немного полежав в кровати, я решительно откинул одеяло и встал, подойдя к умывальнику и увидев свое отражение, в заляпанном, немного потускневшем зеркале, сделал для себя неприятное открытие, выглядел я, так же как и чувствовал себя – не очень. у нас темнокожих от природы несколько болезненный вид, а после вливания в себя изрядной доли алкоголя ситуация ухудшается катастрофически: мне казалось, что моя пепельно-серая кожа приобрела какой-то зеленоватый оттенок, глаза сузились раза в два и стали похожи на две черные щелки. хорошо хоть побрился вчера, а то пришлось бы заниматься этим сегодня, а как вы понимаете бриться опасной бритвой трясущимися руками опасно вдвойне. ладно, горячий кофе с молоком антилопы сотрет с моего молодого и достаточно красивого лица следы слегка затянувшейся вчерашней попойки, не в первой же. после я оделся, позавтракал, выпил кофе, и придя в себя после вчерашней пьянки, решил зайти к нэнойму, но дверь его комнаты была заперта, трактирщик тоже ничего внятного не сказал, сказал, что не помнит такого постояльца и что в седьмом остановилась какая-то молодая эльфийка. я был не особо удивлен, поживи с моё, ещё и не таких чудиков встретишь. в общем если кто-то просит тебя зайти, а сам куда-то уезжает, значит, были у него на это веские причины. «ладно, черт с ним, пора идти в замок, выслушивать, как на этот раз я буду наказан» - подумал я. выйдя из таверны, я еще раз вспомнил наш вчерашний разговор и подумал, как бы хорошо было встретить этого исполнителя желаний. не знаю зачем, но как только за моей спиной захлопнулась дверь таверны, я вслух сказал: «если ты меня слышишь, я согласен!». глупость конечно, но на что не пойдешь в погоне за мечтой.
    как только я вернулся в наш замок, меня тут же позвали к лидеру клана артису. «сейчас начнется» - подумал я. но артис даже не вспомнил о произошедшем вчера, глава был очень рад моему приходу, как оказалось, рыцаря одного из наших элитных отрядов подкосила странная болезнь, другие же уже были отправлены на задания и из свободных оставался только я. меня искали со вчерашнего дня, но не знали где я. «да мне чертовски везет или…» - я вспомнил свои слова у таверны и странный неприятный холодок пробежал по спине.
    мы выдвинулись на задание практически сразу, после того как артис объяснил куда и зачем направляется отряд. видно было, что ребята относятся ко мне с настороженностью, но мне было плевать, я знал, что сегодня я покажу всё, на что способен. сегодняшняя охота обещала быть интересной, возможно даже я получу что-нибудь ценное. придя на место, лидер отряда вкратце объяснил мне, что будет происходить: через несколько минут должны были появиться 10 монстров, они не агрессивны и мне необходимо было бить их поодиночке, после того как монстр бы переключился на меня, его бы добивал отряд. в общем, все как всегда, проще некуда. после убийства десятого последнего монстра, в центре комнаты откроется портал и из другого мира придет повелитель этих монстров, мне необходимо будет просто сдерживать его удары, защищая членов отряда. пока мы ожидали появления монстров, я успел рассмотреть комнату: еле чадящие факелы тускло освещали темные каменные стены, покрытые толстым слоем пыли, кое, где были видны пятна высохшей крови, не приветливое было местечко, я сильнее сжал рукоять меча. «начинается, – сказал лидер отряда, – рыцарь, пройди немного вперед». я сделал несколько шагов вперед и тут же услышал за своей спиной вопль: «стойте, что-то не так!». передо мной появилась десятка монстров, но они не стояли, как должны были, а неслись на меня. никто не успел ничего сделать, монстры вцепились в меня, больно было невообразимо, я чувствовал, как хлещет кровь из ран и жизненные силы окончательно покидают меня. последнее что я видел перед смертью, это вспышка телепортирующего заклинания, а ведь мне казалось, что я слышал, как целитель начинал произносить слова воскрешающего. темнота.
    я очнулся спустя какое-то время, видимо, меня воскресили, но в этот раз на удивление не было больно. я был все в той же комнате, в углу кто-то стоял. может быть, это кто-то из отряда? приглядевшись, я понял что ошибался, некто в углу был очень высок, с достаточно массивной фигурой, таких в отряде кроме меня не было.
    - кто здесь? – мой голос дрогнул
    - это я, крис.
    голос был мне знаком, секунду промедлив, я произнес:
    - нэнойм? это ты? что ты здесь делаешь?
    - ну, можешь меня и так называть, хотя это всего лишь псевдоним, не могу же я всем подряд называть свое настоящее имя.
    как только фигура отделилась от стены, факелы вспыхнули ярким голубым пламенем, на меня смотрел мертвец! я отчетливо видел пустые глазницы моего собеседника, на черепе не было ни кусочка плоти. чудовище в тяжелых доспехах и темном плаще с алым подбоем начало двигаться ко мне, в ужасе я попятился назад, пока не уперся спиной в стену. на мгновение в комнате повисла тишина, и я услышал стук собственного сердца, рвущегося из груди.
    - да не бойся ты.
    - что, что случилось? кто ты? не подходи ко мне я буду защищаться.
    - ой, я тебя умоляю, какие же вы смертные все смешные, каждый раз одно и то же. я халлет - лорд смерти. а защищаться от меня тебе не имеет смысла – ты умер.
    - умер? ну и что я уже умирал, вскоре мой отряд вернется за мной и воскресит.
    - нет, крис, тебя невозможно воскресить, воскрешению подлежат лишь те, у кого есть душа. ты же свою отдал мне взамен на службу, хоть и такую кратковременную, в элитном отряде. даже если отряд и вернется за тобой, они не найдут твое тело и решат, что тебя воскресил кто-то другой и ты ушел куда-то, бросив свой клан.
    - нееет, зачем тебе это, зачем тебе моя душа?!– кричал я.
    - понимаешь, недавно мой друг ипос предложил мне и еще одному нашему другу - шаксу интересный спор: в течение недели мы находим «везунчика», у которого есть заветное желание, и мы предлагаем сделку, душу в обмен на желание. ну, это ты знаешь, в споре выигрывает тот, чей подопечный продал душу в обмен на самое дурацкое желание. ты, конечно, меня порадовал, хочу, говорит в элитный отряд. ха-ха, да знаешь, сколько было желающих стать королями? да тысячи, короли-однодневки как мы их называем! некоторые жаждут денег, некоторые страсти или любви, итог правда один: заключивший сделку с дьяволом долго не живет, некоторые правда просят бессмертия, но их жизнь становится настолько кошмарной, что лучше сдохнуть, чем так жить. а ты попросил такой бред, знаешь, что самое смешное, через несколько лет судьба даровала бы тебе шанс: в одном из сражений ты бы закрыл собой главу вашего клана от смертельного удара и после этого артис принял бы тебя в свой отряд, только для этого нужно было немного подождать, но ты захотел всё и сразу. люблю все-таки вас простых смертных. он развернулся и ушел прочь сквозь стену, последнее, что я услышал: «не знаю, что приготовили шакс и ипос, но чувствую, на этой неделе победа будет за мной». факелы на стенах потухли и тьма поглотила меня.

     
    Last edited by a moderator: May 14, 2013
    Dankill and Greshnica69 like this.
  4. Detritus

    Detritus User

    Joined:
    31.01.13
    Messages:
    244
    Likes Received:
    771
    здраствуй уважаимый диавал!

    у миня скора день зарождения паэтому я пишу тибе пъисмо. мне будит 3 года наконецта я дастиг совершиналетия и уже гатов стать тиром!

    я харошо учился в школе и дажы иногда делал уроки и даже 1 раз палучил 3 за алфавит.

    я памагал радителям. многа раз вынасил мусар и двигал шкаф и 1 раз даже падмитал трон в замке руны. паэтому я заслужил от тебя подарки.

    я заказываю себе кастюм адидаса +8 или хатябы +6 но если нету то можно и +3 и с камнями стихий до упора. дальше капье абизательно хелиаса с 2 са и чтоб с огнем сколько влезет. вабще мичтаю о тапарах таути но если нету то и кастеты падайдут но с са и тоже огня сколько влезит. еще хочу шляпу перата чтоб с черепом а плащ ненадо. папа абищал перевисти меня в главный атрят клана там я первым делом вазьму черный плащ.

    еще мне надо бижутерия. ты не падумай я это дело не навижу я же не девачка. поэтаму буду насить незаметно пад адеждой. паэтаму давай мне кальцо чирвя и таути и актавия и сирожки тараса и еще какуюнибудь незнаю какую нада. и на шею вилика или ихстину. и еще поес какой там получе и брослет.

    ище хачу папрасить тебя чтоб ты навел на миня кареискую удачу. чтоб мои умения тачились с 1 раза сразу сколько влезит и чтоб родитили дали мне на это аден. и еще самае главнае чтоб тупые уроды альгызы ни магли миня нагнуть на олимпеаде. я и сам магу их убевать вапще за пару скилов лажатся как навоз. но ты всетаки павлияй. патамучта у меня же день нарождения и мне уже 3 года.

    такжы я хочу чтоб миня взяли к баилору и чтоб мне там что-то перепала и еще чтоб мне разришыли хадить на асаду без радителей.

    кароче все это надо к завтра паэтаму я заклучаю с табой дагавор на даставку. подпись паставиш в канце.

    адрис. горад руна. замак. пастучать 3 раза и потом еще 2 раза, я спущусь и забиру. в качистви оплаты будут 2 камаеля и пол эльфа. папа сказал далжно хватить.
    давстречи


    дата________________________________________ подпесь____________________________________ __________________
     
  5. Ok_boss

    Ok_boss User

    Joined:
    13.03.13
    Messages:
    13
    Likes Received:
    0
    слово «душа».
    человеку не нужна душа, если он не знает ее цену. чаще всего она просто мешает или ее вовсе не видят, когда появляются такие чувства как жадность и выгода, власть и сила.
    сначала зарождается неприятное чувство. это чувство не дает покоя, мучает днем и ночью. оно требует резких перемен. и когда уже нет сил, приходит он! жадный хитрый и обаятельный…дьявол… он так ненавязчиво и тонко подведет черту, через которую нужно сделать лишь шаг и тогда сбудутся все мечты… мечты о самом темном и подлом. а, чтобы сбылось все, о чем мечтаешь, нужно отдать «пустяк», «мелочь»…впрочем, какая разница как «это» называется, это всего лишь вопрос семантики, не более.
    - отдай мне свою «душу», ты даже не почувствуешь разницы. ничего не измениться внутри. зато ты получишь то, о чем мечтал.
    - без обмана и оговорок? я получу именно то, что пожелаю?
    - абсолютно! именно так.
    подписав договор, вот оно - долгожданное чудо. ах, какое наслаждение! нет ничего лучше этого! как же прекрасно! нет слов!
    - к черту все! я теперь буду все делать иначе. каким глупцом я был. можно ведь жить иначе! вот так!
    спустя какое-то время всегда наступает момент, когда появляется чувство неудовлетворенности. хотя по началу казалось, что так можно жить всегда, идеал достигнут – наслаждайся! но нет, всегда появляется то чувство, когда ищешь что-то новое – более совершенное состояние бытия. и с этого момента опять нет покоя. терзают мысли о чем-то, что незаметно ускользнуло однажды.
    - где это замечательное чувство? я был так счастлив!
    начинаются поиски, которые всегда приводят к одному. в итоге, человек загонят себя в ловушку из собственных желаний и раздумий, заставляя себя покончить с мучениями.
    - как так получилось?!
    - все просто. ты отдал частицу себя, а без нее ты никогда не почувствуешь себя одним целым.
     
  6. GERRDA

    GERRDA User

    Joined:
    11.12.12
    Messages:
    368
    Likes Received:
    162
    торговец

    солнце садилось над глудином - просторным и когда-то величественным городом. маленькая худенькая эльфиечка кайса возвращалась с охоты. перекинув лук за плечо, девушка что-то насвистывала себе под нос, наблюдая, как розовые облака складываются в причудливые узоры. по дороге в город кайса всегда проходила мимо резных каменных руин древних эльфийских построек. девушка любила провести рукой по нагретым солнцем колонам и вспомнить место своего рождения. когда эльфы бежали из под тени дерева жизни, гонимые чумой, некоторые чародеи попытались вынести из дома не только все живое, но и что-то прекрасное. однако их попытки перенести древние строения детей евы в безопасное место не увенчались успехом – беседки и колоннады, простоявшие в эльфийском лесу тысячи лет, дали трещину в мире людей, и ходить по их полуразрушенным плитам решались разве что такие беспечные молодые эльфийки как кайса.
    для девушки руины были последней ниточкой, связывавшей ее с утерянным домом. переехав в глудин с родителями еще малышкой, она полюбила этот город, построенный людьми. ее восхищала возможность завести друзей среди представителей разных рас. но каждый год родители кайсы брали ее в путешествие к их общему дому, чтобы в светлом храме принести дары богине воды.
    сегодня место ее рождения разрушено. дома и торговые лавки заколочены, выжившие служители храма евы разбрелись по разным городам, а неувядающие в былые времена деревья, роняют иссохшие листья в ручьи багряной крови. редкий путешественник теперь забредет в это когда-то прекрасное место. говорят, что лишь сама ева иногда появляется в тени мертвого дерева, оплакивая судьбу своих детей.
    кайса не позволяла себе плакать. ее отец, которому судьба не подарила сыновей, заслуживал дочь-воительницу. ее мать, всегда храбро сражавшаяся плечом к плечу со своим мужем, не одобрила бы слез слабости и сожаления. и поэтому даже теперь, когда никто не мог заметить капелек в ее голубых глазах, кайса крепко зажмурилась, сморщив маленький курносый нос, и удержала подкравшуюся слезинку.
    когда девушка открыла глаза, недалеко от себя она увидела старого гнома, который сидел к ней спиной и курил трубку. торговец часто появлялся в городе, но обычно его сопровождала странная компания. поговаривали, что старик не в своем уме, и что не последней причиной его безумия была одурманивающая трава, которую гном употреблял вместо табака.
    лавка старика была не менее загадочной, чем он сам – стоило покупателю подойти по-ближе,
    то казалось, будто бы все бочонки и склянки переворачиваются, и выстраиваются на полках таким образом, чтобы именно перед ним похвастаться своим содержимым.
    родители предостерегали детей от близкого общения с торговцем и его попутчиками, но малышня все же норовила подслушать краем уха чудесные истории, которые гном приносил со всех концов света. и вот гном оказался так близко, что никто не мог помешать кайсе расспросить его о чем-то, что не давало покоя. девушка пыталась придумать, с чего начать разговор, но старик, прокашлявшись после очередной затяжки, обратился к ней первым:
    -ты же знаешь, дитя, что я торгую по всему миру, и в этом мое призвание – с хитрецой проскрипел старик.
    кайса кивнула, хотя понимала, что гном не может ее видеть.
    -то-то и оно- продолжал торговец – за все свои диковины я прошу плату. с тебя, невинного и чистого существа, за свою историю, которую ты так жаждешь услышать, я потребую всего лишь одну хрустальную слезинку. она может быть достаточно ценным компонентом для множества моих зелий.
    кайса свела брови и процедила
    - мои родители учили меня не ронять слез понапрасну. а ты не можешь знать, что за историю я хотела бы услышать.
    - я лишь возьму себе одну из слезинок, которые ты прольешь, услышав мой рассказ. а начнется он с твоего вопроса, который уже срывается с твоих губ.
    кайса смотрела на старика с сомнением…
    - если хочешь, я сам задам его за тебя. «кто виноват в том, что твой дом разрушен?». и я даже отвечу, но ответь и ты, что ты сделаешь с виновным?
    - виновный в гибели моего народа, в разрушении наших святынь достоин сурового наказания – грозно прошептала кайса, сжав древко самодельного лука - если его, или ее вообще можно наказать…
    старик еще раз затянулся из старой трубки и выпустил дым с глупым хихиканьем.
    - ты ведь наверняка имеешь в виду эту несчастную глупую малышку, вероломно поруганную собственным отцом, и за это же преданную и преследуемую собственной же матерью? шилен… безжалостная богиня смерти. или просто истерзанная душа, питающая свою силу в первую очередь из своих собственных страданий. поверишь ли ты, но в юности ее слезы были так же чисты, как и твои... кого же винить в ее жестокости, может тех, кто стал причиной того, что нежный невинный лепесток сделался окровавленным шипом?
    старик снова внезапно захихикал. а потом так же внезапно продолжил свой рассказ серьезным голосом.
    - не стоит искать виновных так далеко, многие из них гораздо ближе.
    кайса воспрянула, надеясь услышать в словах торговца то, за что можно будет уцепиться.
    - непокорная дочь, была заточена глубоко под землей, и никто не ожидал всерьез ее возвращения. нерадивые некроманты обращались к ее силе, воскрешая нежить, и призывая из потустороннего мира темные тени. темные оракулы накладывали злобные отравляющие заклятья на врагов. по всему свету как грибы после, короткого дождика, множились секты, воспевающие темную силу богини. а в поселении темных эльфов даже действовал храм, где ее почитали, как прародительницу вашей расы. и твоей, малышка, кстати тоже… но не только их старания стали причиной возвращения шилен…
    кайса вся обратилась во внимание, вслушиваясь в каждое слово гнома.
    - знаешь ли ты, дитя, как познакомились твои родители?
    - они вместе сражались в древних катакомбах. мой отец, храбрый рыцарь, уничтожал злобных заклинателей и ужасных монстров. а моя мать, прекрасная целительница, залечивала его раны. они провели ни один день вместе под землей. и выйдя на белый свет уже не могли расстаться- на лице у кайсы заиграла приятная улыбка.
    - я помню их. храбрые светлые эльфы. потомки той части твоей расы, что отказалась от темной магии, несмотря на то, что это делало их удары и заклинания слабее тех, что могли создать их темные братья и сестры. твои родители учились только у светлых целителей в храмах евы или эйнхазад. они не накладывали на врагов заклинаний, мучительно вытягивающих жизнь по капельке, и пользовались лишь святой магией.
    кайса согласно кивала.
    - я познакомился с твоим отцом, когда он пришел снять печати с выбитых у чудовищ доспехов. потом он приходил и с твоей матерью – ей нужен был особый, сияющий красным пламенем меч, достать который у простых торговцев было очень непросто. они не раз искали меня по катакомбам и подземельям, где я прятался от прежних правителей, чтобы купить зелья или редкие краски для нанесения символов. благодаря этим покупкам твои родители смогли стать славными воинами. ведь они отправились помогать защищать замок?
    - да. отца призвал лорд. мать была вместе с ним – немного грустно ответила кайса, - а меня родители считают слишком юной для осады... но я люблю сидеть у магического кристалла, наблюдая за сражениями. замок отстояли и теперь в тронном зале организован пир – за ним к сожалению уже нельзя наблюдать. а в глудине замка нет…
    - ты права дитя, глудин не имел замка. его достопримечательностью всегда была гавань, но возвращение темной богини и на ней оставило свой след…
    последняя фраза старика напомнила девушке первоначальную тему их разговора.
    -ты обещал мне рассказать, кто виновен в разрушении нашего дома.
    - ахх, это… - старик сделал вид, что впал в забытье. кайса попыталась осторожно его растолкать.
    -нечего драться – выпалили старик резко и прерывисто,- виновата одна маленькая эльфийская девчушка. в свой 7-й день рождения она увидела диковинку у человеческого паренька – скромные серые ботинки. однако если пробежать в них по городу – из под ног раздавались веселые звуки, как-будто бы шагающий прыгает на звонких пружинах. девчушка прибежала к отцу с просьбой подарить ей такие же. и он пошел в подземелье, добывать разноцветные самоцветы, и сломал последнюю печать…
    -ты… говоришь обо мне- с ужасом прошептала кайса.
    гном деланно закатил глаза.
    - о тебе, глупой маленькой обезьянке, прыгающей в пружинящих сапожках. о твоей красавице матери, покупающей краску для волос, чтобы стать еще красивее. о твоем благородном отце, менявшем древние адены на защитные зелья, которые не раз помогали ему в бою. и о тысячах других. все они, не задумываясь, сражались за лордов заката, ведь так было проще заработать монеты из красного золота. такие приятные на ощупь и такие ценные… годами они все разрушали печати, сковывающие шилен, как маленькие капельки разрушают крепкий гранит. и даже грозное око богини, которое появлялось над миром каждый раз, как символ победы тьмы, не пугало и не останавливало их. что ж, теперь оно сияет вместо луны каждую ночь.
    а я… я всего лишь умело подогревал интерес храбрых воинов, предлагая в своей волшебной лавке все новые и новые диковины… поначалу мне приходилось скрываться в подземельях и катакомбах, чтобы светлые лорды не смогли наказывать тех, кто обращался к моим услугам. позже владельцы замков позволили мне торговать в городах- ведь так им было удобнее собирать с меня налоги и подати.
    гном хитро прищурился и посмотрел кайсе прямо в глаза.
    -что же ты не поднимаешь свой лук, дитя? ведь ты уже знаешь, в кого нужно стрелять! можешь застрелить большую часть тех, кто живет с тобой по соседству! или выстрели сама себе прямо в сердце!
    старик безудержно захохотал. смеялся он так долго и так сильно, что закашлялся, и смог остановится, лишь затянувшись из трубки еще глубже…
    кайса решительно выхватила лук из-за спины и пустила стрелу прямо в голову гнома… однако, стрела прошла сквозь него, воткнувшись в поросшую плющом колону.
    торговец маммона рассмеялся еще сильнее.
    -меня нельзя убить из твоего лука, дитя. так же, как и из любого другого лука. я живу не в теле старого, выжившего из ума гнома. я живу в сердце каждого, кто жаждет блеска золотых монет. не важно, какого именно падшего ангела вы назовете главным злом в своем мире - ему всегда будет нужен посредник, который будет заключать с вами свои сделки. и, победив одних демонов, вы породите новых. потому, что каждая моя сделка – это сделка с вашей совестью.
    гном вытащил хрустальный сосуд и незаметно словил первую капельку, сорвавшуюся с наполненных ужасом голубых глаз. и растаял в воздухе, чтобы появиться где-нибудь в другой части мира.
    а на каменном полу разрушенных эльфийских руин недалеко от стен глудина сидела молодая эльфийка, захлебываясь первыми в ее жизни слезами.
     
    Last edited by a moderator: May 15, 2013
    Dankill likes this.
  7. Alfer1989

    Alfer1989 User

    Joined:
    28.01.12
    Messages:
    10
    Likes Received:
    11
    пропуская песок сквозь окровавленные пальцы, даю себе время, что бы все обдумать и принять правильное решение. сегодня я вышел на охоту один, что бы в назначенном месте встретится со своим кошмаром, повелителем и спасителем в одном лице. ночь пеленает тихую пустошь…. разжигаю огонь, этот обряд часть нашей встречи. прежде чем все начнется, вспоминаю тот город, который светился добром и радовался детскими голосами. «рай на земле» говорили местные жители. священные деревья, растущие там, где молодая семья создавала свое гнёздышко, исцеляющие людей так и их души, отправляя из рая земного в рай небесный! и прекрасные были они по внешности своей. мир, рай, радость. эльфы, орки и люди... впервые в истории слились в один единый народ. и это был мой народ, мой альянс... я, амирон, его правитель! именно я создал этот священный и всеми любимый город: лархоймс.
    но только беспощадная и ненавистная фариэль, думала иначе...
    взмах её крыльев сотворил ветер, сносивший все в городе, её размеры сотворили ночь и в сердце каждого жителя... страх.
    в её руках был кроваво - огненный меч, который она воткнула в центре городка... меч излучался, и вокруг него растеклось кровавое озеро. каждый кто вступал в него пытаясь, напасть на фариэль, погибал и душа его уходила в её злорадные объятия... моё войско ждало команды. но я не пустил их на гибель и велел вывести всех из города... озеро становилось все больше и больше, и вместе с тем текла кровь из наших ушей от дьявольского смеха, беспощадного, могучего и бессердечного ничтожества!
    ... сейчас я смотрю на огонь, который зажег, и мечтаю, чтобы в нём сгорела эта тварь! и вместе с ней исчез проклятый меч её!
    много людей скитается по миру, хаос разжег межрасовую войну, нехватка еды и слезы матерей утративших своих детей. это клеймо на моем сердце, которое не дает мне покоя... рай, который я создал - теперь обитель фариэль!
    я ждал помощи богов, но так и не дождался! с надеждой на спасение, услышал голос в снах своих. и голос этот принадлежал дьяволу чье имя араид!
    - амирон!..., -шептал он сквозь пламя. и голос доносился до ушей моих, пуская холод по коже моей...
    - ты спасешь мой город? ты поможешь вернуть моему народу?, - с небольшой опаской задавал я дьяволу вопросы. после набирал больше воздуха и продолжал...
    -ты вытащишь нож из сердца моего города? пронзишь ли ты им фариэль?.
    минутное молчание араида... его дыхание разжигало огонь, и языки пламени становились все выше...
    - моя сила в энергии душ поглощенных мною... я, не бог что бы помогать вам ради любви вашей...
    но я, как и он справедлив... поэтому предлагаю тебе честную сделку....
    я уничтожу фариэль её же проклятым мечем.... освобожу те души, которые поглотила она.... но ты дашь слово, что не будешь препятствовать мне пожинать эти души... мне понадобится не так много времени, но только ты не побежишь к вашему святому дереву и не начнешь спасать их...
    обещай мне...
    - почему ты веришь мне? почему не думаешь что я обману тебя?
    - ты амирон, если обманешь меня... будешь вечность в страшных муках гореть и вбивать себе кол, в сердце, испытывая страшную боль. хочешь ли ты этого?
    - что будет с душами, которые пожнешь ты? ... они тоже будут вечность мучатся?
    - не думай о них, думай о будущем на земле! здесь в построенном тобою городе их больше нет! смирись же с этим и продолжай жить....
    снова минутное молчание и по моим вискам прокатился огненный пот... обжигая всего меня...
    араид, протянул мне руку сквозь пламя. это пожатие руки закрепит нашу сделку обоюдным согласием...
    и я сделал то ради чего сюда пришел... теперь огонь обжигает наше пожатие руки. теперь пора вернуть наш город!
    почти рассвет… мое войско рядом со мной, задавая мне один и тот же вопрос... на который я пока не могу им ответить.
    кровавая лужа вытекает из города, не оставляя ничего живого. после в наших глазах прорисовывался он, словно монах в накинутом капюшоне, к нам шел араид. моя команда « не нападать!» теперь пора!
    мы шли за ним в город, но не по проклятому, кровавому ковру, а по тропе. той тропе, которая была до прихода фариэль... которая, увидев наш приход, расправила крылья и когти пошла на нас. араид поднял руку, прочел заклинание и на ногах фариэль, появились оковы, крылья её сгорели дотла, в глазах же её… страх! радостью который стал для моего войска. араид беспрепятственно подошел к мечу, вытянул его и силой своей пронзил ту, которая однажды принесла нам боль и страдания! после гибели её одна за другой вылетали души моего народа... ярким божественным светом!
    он читал заклинание, но было уже поздно. я стоял возле священного дерева и спасал все те души, добрые и чистые! отправляя их в небеса.
    а после упал от удушья во имя справедливости, напоследок насладившись красотой, райского уголка, на этой сказочной земле....
     
    Last edited by a moderator: May 22, 2013
    Dankill and Lesbos like this.
  8. Dankill

    Dankill User

    Joined:
    23.04.13
    Messages:
    9
    Likes Received:
    16
    чтобы сказать ему...

    врагов было столько же, сколько и нас. равные шансы. умом я понимаю, что не виновата. я бы защитила его, приняв удар на себя, но все произошло слишком быстро. воздух вокруг нас взвихрился, ослепив лишь на одно мгновение, и кристер бездыханной куклой свалился к моим ногам. время замерло, моя цепь змеей обвилась вокруг шеи убийцы, ломая позвонки. он хрипел и дергался, а я просто смотрела, отказываясь думать, понимать, мириться.
    реальность обрушилась на меня внезапно. его больше нет. на губах мага запеклась кровь, а глаза двумя слепыми окнами уставились в быстро темнеющее небо. я закрыла их рукой и, кажется, завыла. заорала, выплескивая свою боль, когда до меня, наконец, дошло. минуту назад он улыбался и называл меня неповоротливой кукабаррой, а теперь его нет. и никогда уже не будет.
    я звала темную богиню, умоляя вернуть мне его. хотя бы на одно мгновение. ведь я так и не сказала ему самого главного, скрывала, пряталась, и столько раз повторяла про себя заветные слова. шилен оказалась равнодушна – в её учении только слабые заслуживают смерть.

    солнце наконец-то скрылось за горизонтом. я откинула со лба непослушную прядь и зажгла свечи. ветер взвыл у входа в пещеру, поднял тучу пыли и мелких листьев, но внутрь ему не попасть. защитный контур продержится до рассвета. на стенах пещеры заплясали тени, двигаясь в такт мерцающему пламени свечей. в воздухе разлился разнотравный аромат, густо замешанный с кровью местных монстров. темные боги любят жертвоприношения. я же осмелюсь призвать одного из лордов-демонов, повелителя смерти. он, в отличие от большинства адептов шилен, чистокровный темный, и не может не откликнуться на зов себе подобной.
    я кольнула ладонь кинжалом. достаточно глубоко, чтобы в ране мгновенно скопилась кровь. густые капли скатились вниз и зашипели в языках пламени.

    я закрыла глаза, растворяясь в собственных ощущениях. обжигающая, пульсирующая боль в ладони. я сжала руку в кулак, и кровь побежала быстрее. сердце не бьется, оно дрожит в грудной клетке испуганным кроликом. почему я пошла на это? почему готова прибегнуть к последней милости темного лорда? наверное, это и есть безысходность. когда нет больше ни сил, ни возможности продолжать борьбу. перед закрытыми глазами всплыл до боли любимый образ. я стиснула зубы, чтобы не заорать. сердце замерло и мучительно сжалось. кристер.

    меня вновь захлестнули воспоминания, но я отогнала их, упрямо тряхнув головой. сейчас не время. скорее всего, другой возможности у меня не будет, но и жалеть об этом не придется. подойдя к выходу, я взглянула на затянутое тучами небо. пора. сквозь небольшие прорехи в облаках пробивается искрящийся лунный свет, такой ослепительно-яркий, и в то же время мрачный. я вернулась к кругу и замерла в паре шагов от него, думая, что же делать дальше. во мне нет способностей призывателя, и единственное, на что сейчас можно положиться – интуиция и моя готовность отдать душу за один краткий миг свидания, чтобы сказать ему… чтобы хотя бы попрощаться.

    голубоватый луч хейнского маяка скользнул по самому краю круга и скрылся, испуганный происходящим. глубоко вздохнув, я уставилась на огонь свечей и нараспев произнесла слова заклинания.

    - огнем и ветром, жизнью и смертью, - мой голос охрип от долгих рыданий и крика. – водой и сталью, призываю. кровью и дыханием, словами и мыслями, тяну к тебе нити. владыка тьмы, на грани дня, войди в мой круг…

    я осеклась, внезапно испугавшись. какое зло явится в этот мир по моему зову? какая чума обрушится на наши головы в этот раз? и не останутся ли здесь дымящиеся руины? но, взяв себя в руки, я назвала имя.

    - бог и демон, - я протянула руку, позволяя крови из пореза свободно стекать в огонь. – свет и тьма, приди ко мне безмолвным пророком, я дарую тебе голос, приди падшим ангелом, я дарую тебе крылья…

    - не много ли ты обещаешь?

    от неожиданности я вздрогнула и попятилась. в середине круга шевельнулась окутанная мраком фигура, с тихим шуршанием развернулись крылья, и я увидела обычного на первый взгляд темного эльфа с густой копной белоснежных волос. желтые глаза уставились на меня со смесью жалости и презрения. хотя нет, жалость ему, пожалуй, неведома. демон, помедлив всего одно мгновение, шагнул ко мне, даже не заметив защитный круг, в который я вложила столько усилий и терпения. я судорожно сглотнула и машинально потянулась за щитом. но щит, вместе с мечом и броней, остался у входа в пещеру. меньше всего я опасалась, что демон покинет круг. призыватель из меня – только хаффу на смех.

    пальцы лорда-демона сомкнулись на моем запястье, не сдавливая, но и не давая вырваться. в его потемневших глазах я прочитала голод. ни злости, ни присущего богам высокомерия. он медленно поднес к губам мою ладонь и лизнул чуть запекшуюся кровь. тонкие ноздри чуть шевельнулись, когда из пореза выступили свежие рубиновые капельки. я дернулась от боли, но вырваться не посмела. кто знает, сколько лет он существовал без жертвоприношений. и достаточно ли ему меня, наглой девчонки, возомнившей себя достойной великого дара получить второй шанс?

    будто прочитав мои мысли, демон выпустил меня и отшвырнул прочь. не медля, я сделала то, что должна была сделать сразу – упала на одно колено и склонила голову. свечи погасли, погрузив пещеру во мрак, и в темноте я отчетливо услышала грохот собственного сердца. как же все-таки страшно. моргнув, я почувствовала горячие дорожки на щеках. еще и разревелась, как последняя идиотка. но страшно до одури. демон промолчал, и я украдкой приподняла голову. мой гость застыл у стены, сложив на груди руки. видимо, моя кровь пришлась ему по вкусу, и на его губах расплылась легкая, вполне дружелюбная усмешка. кто он? тот ли это, кого я звала своим заклинанием? и, самый главный вопрос – нужна ли ему моя душа?

    - понимаешь ли ты, кого призвала? – он склонил голову набок, не отрывая от меня спокойного, изучающего взгляда. я молча кивнула, не в силах выдавить из себя хоть слово. в голове роилась тысяча вопросов, но ни один из них не показался мне уместным. я украдкой смахнула слезы. кто бы это ни был, я не должна показывать свой страх и свою слабость.
    - мне известно, ради чего ты пошла на риск разбудить мой гнев, - крылатый демон одним смазанным движением оказался рядом, но нападать не стал. – ты храбрая девчушка, но очень, очень глупая. я помогу тебе встретиться с твоим возлюбленным, но что ты готова дать взамен?

    - все, - не задумываясь, выдохнула я. – я отдам все.

    и не солгала. жизнь без кристера мне больше не нужна. я попрощаюсь, а потом покину этот бренный мир. демон заберет мою душу, а шилен – тело. знаю, что только что подписала себе приговор, но сердце, на удивление, на этот раз даже не дрогнуло. пожалуй, будь у меня возможность умирать снова и снова, я бы пошла и на это. но крис должен знать…

    - так уж и все? - он снова усмехнулся, обнажив неестественно длинные клыки, и под его взглядом я медленно поднялась на ноги и расправила плечи. нет ничего, чего стоило бы бояться. и я, в конце концов, не трусливая кукабарра, я рыцарь шилен, и останусь ею до последнего. в глазах демона появился знакомый хищный блеск, но с места он больше не двинулся, замерев в шаге от меня.

    - все, - повторила я тихо. – только дай мне с ним увидеться.

    - ну что ж, - похоже, игры кончились. он перестал улыбаться, во взгляде появился холод, и впервые за маской голодного хищника проступило лицо истинного лорда смерти. он видел тысячи умирающих, держал сердца в своих руках, переводил за тонкую грань, откуда нет пути назад. у меня все внутренности как будто заледенели от ужаса, сжались в тугой комок, но я уверенно шагнула в раскрытые объятия демона. крылья обхватили меня, накрыв с головой. я удивилась, какие они мягкие, и еще больше удивилась, поняв, что в такой ситуации вообще обратила на это внимание. демон развернул меня спиной к себе и прижал так, что даже сквозь рубашку я почувствовала, какой он теплый.

    - закрой глаза, - его дыхание обожгло мне ухо, вдоль позвоночника прокатилась волна мурашек. я послушно выполнила приказ, и мир вокруг меня как будто взорвался, вмиг наполнившись яркими красками, запахом меда и корицы, шумом толпы. я узнала главную площадь адена, освещенную магическими огнями. жизнь здесь кипит круглосуточно, и порой кажется, что самое интересное всегда происходит ночью. думаю, так оно и есть. под покровом сумерек можно увидеть истинные лица, искренние эмоции, и чувства, исходящие от самой души. днем все носят маски. я не исключение. я смотрела на своего клан-лидера спокойными, сухими глазами, когда говорила, что должна уехать. он молча выслушал и так же молча кивнул, приняв мое решение с холодным равнодушием. но одной шилен ведомо, чего ему стоило отпустить меня. так уж устроен этот мир.

    в разношерстной толпе адена я без труда узнала высокую фигуру кристера, покупающего в бакалейной лавке свитки телепорта. маг слегка изменил внешность и прикрыл один глаз повязкой, но мое сердце не может ошибаться. он улыбнулся стоящей рядом эльфийке, хрупкой блондинке из вражеского клана. она коснулась рукой его щеки и улыбнулась в ответ так сладко, что я, наконец, пришла в себя. крис жив. я судорожно вздохнула, вмиг забыв, как это вообще – дышать. живот скрутило болью, в глазах потемнело. жив…

    - он знает, - губы демона коснулись моего затылка. – и всегда знал. ты настолько достала его своими чувствами и глупыми фантазиями, что он предпочел инсценировать свою смерть, лишь бы избавиться от твоего назойливого преследования. но я сделаю так, что он тебя увидит. скажи ему снова о своей любви, а потом попрощайся. отрави его жизнь чувством вины, расскажи о цене, которую заплатила за это мгновение.

    но… я еще ничего не заплатила. или…?

    демон засмеялся, щекоча меня своим дыханием. я застыла, парализованная болью. неужели это правда? так трудно было собрать себя из осколков, склеить, чтобы принять окончательное решение, так тяжело было не убить себя сразу, там же, и принять вечный покой рядом с телом возлюбленного. теперь я разбилась вновь, уже окончательно. по щекам вновь заструились слезы, и это привело меня в чувство. демон лжет. он насмехается надо мной, отродье тьмы, наслаждается моей болью, моей внутренней агонией. кристер погиб в той битве, я своими руками закрыла его мертвые глаза, я почувствовала вкус его крови, когда дарила прощальный поцелуй. так неужели он...? за что?

    демон крепче прижал меня к себе, не давая вырваться.

    - это правда. он бросил тебя, променял на врага. – голос демона опустился до хриплого шепота. я стиснула зубы, чтобы не разреветься. я поверила, хафф побери. это хуже предательства. я похоронила его, умерла вместе с ним, сгорела и рассыпалась пеплом…зря?

    - мне не нужна твоя жалкая душа, - он провел когтем по моей груди, распарывая тонкую ткань рубашки вместе с кожей. я дернулась, зашипев от боли, но деваться оказалось некуда. воздух вновь наполнился сладковатым запахом крови, она густыми струйками потекла по животу. где-то в глубине поднялась волна паники. что? что он делает? а потом пришло понимание. жизнь. всего-то… но ее я отдала еще тогда, когда приняла решение.

    - ты храбрая девочка, - от моей рубашки остались окровавленные лохмотья, и он отбросил их прочь. – я возьму свою плату, но взамен ты получишь то, о чем не смела и мечтать. смотри.

    я послушно закрыла глаза, растворяясь в густой темноте. разумом овладело странное спокойствие, близкое к апатии. кажется, я умираю. ну и что? сердце бьется медленно и лениво. страха больше нет. я хочу этого, мечтаю, чтобы мне, наконец, подарили забвение.

    меня снова окружил ночной аден. над городом с треском взвились букеты фейерверков. я и забыла, что сегодня праздник, день влюбленных. как символично. в моей сумке остался подарок кристеру, который я уже никогда ему не отдам. небо расцвело яркими огнями, и вслед за первым залпом последовал второй. глаза толпы горели восторгом, многие обнимались и даже плакали, обмениваясь подарками и признаниями. мой возлюбленный каменным истуканом застыл возле фонтана, глядя в одну точку. на его лице отразился ужас, потом раскаяние, и я поняла, кого же он увидел. меня, голую и окровавленную в объятиях лорда смерти. да, кристер, мы поменялись местами. только я умру по-настоящему.

    губы демона коснулись моего виска, но я не пошевелилась. каждая клеточка моего тела заныла от напряжения и страха. я с самого начала знала, чем может обернуться эта сделка. но кристер… нет, я не хочу, чтобы он видел. рука демона легла мне на грудь, и сердце под его ладонью забилось сильно и жалобно. знаю, что он хочет сделать. но, пожалуйста, только не так. мое сердце и так принадлежит крису. острый коготь сделал надрез на коже, пустив еще один ручеек крови. я закрыла глаза, но демон встряхнул меня, заставляя смотреть.

    - он предал тебя, - второй коготь оставил глубокую рану, но боли я уже не почувствовала. сознание уже нарисовало картину, как демон вырывает мне сердце и протягивает его крису. но нужно ли ему оно?

    смех крылатого отозвался болью и тревогой. кристер внезапно отвлекся, и по блуждающему взгляду я поняла, что он больше меня не видит. раскаяние на его лице сменилось облегчением. решил, что показалось? он повернулся к своей эльфийке, и в тот же момент, неловко взмахнув руками, перевалился за бортик фонтана и упал в воду. эльфийку окатило волной брызг, и она что-то проворчала, оттряхивая испорченное платье. хафф побери, да эта курица даже не поняла, что произошло. вообще никто, кроме меня, не понял. кажется, я закричала. на вытянутой ладони демона билось окровавленное сердце кристера.

    - ты хотела его? – он сунул сердце мне в руки, но я не удержала его, такое горячее и скользкое. глядя на бесформенную мышцу у моих ног, расплескавшую при падении немыслимое количество крови, я поняла, что смерть – это не страшно.

    повернувшись к демону лицом, я заглянула в темные, хищно прищуренные глаза, и не увидела в них своей смерти. и приговора тоже не увидела. страх ушел окончательно. только руки, липкие от крови, захотелось поскорее вытереть. а в следующую секунду моя голова со стуком врезалась в стену пещеры, в ушах зазвенело, а глаза заволокло тьмой.

    ***

    холод пером скользнул по моей коже, выдернув из липкого марева, из которого я никак не могла выбраться. каждый миллиметр тела взвыл о пощаде, умоляя меня не шевелиться хотя бы еще несколько секунд. я попыталась открыть глаза, но ресницы слиплись от засохшей на них крови.

    - ты будешь жить, - надо мной послышался шорох перьев, который еще долго будет преследовать меня в кошмарах. – будешь помнить. мы снова встретимся, когда ты покончишь с собой. думаю, долго ждать мне не придется.

    как же. теперь я приложу максимум усилий, чтобы этого не случилось.

    демон засмеялся и исчез. я не увидела этого, но почувствовала, как в пещере вновь вспыхнули свечи. лежа на чем-то холодном и липком, я в мельчайших деталях вспомнила каждый миг прошедшей ночи, те короткие промежутки, когда я приходила в сознание. демон не взял мою жизнь, но забрал все остальное. у меня больше нет чести, он лишил меня её всеми возможными способами, больше нет смысла жизни, нет надежды, нет сил. и нет способа отличить, где правда, а где ложь. какую правду показал мне демон? жив кристер или нет? но, прислушавшись к собственным ощущениям, я поняла, что это больше не имеет значения. его имя не вызывает во мне ничего, даже жалости.

    сделав усилие, я открыла глаза и посмотрела на свою руку. в окровавленных пальцах застыло черное перо, оставленное на память. пожалуй, воспоминания - то немногое, что у меня осталось. и бесценный опыт, безжалостно вырезанный когтями прямо на сердце:
    никакой больше любви,
    никаких демонов,
    никаких сомнительных сделок…
     
  9. Moustacher

    Moustacher User

    Joined:
    17.08.11
    Messages:
    93
    Likes Received:
    90
    парме

    по безмолвной воде близ пустынного острова пошла рябь. как огромные жемчужины, закипели синие пузырьки, поднялся холодный ветер. он подхватывал волосы и мантию прекрасной девушки, уже ожидавшей гостя на берегу, поднимал их, разрушая укладку, унося в сторону нежные водные лилии из венка.
    он поднялся из воды, прекрасный, но тем не менее дико опасный. водоросли с тиной покрывали огромную спину, сверкавшую перламутром на фоне заходящего солнца. из его полу-раскрытой пасти вылилось целое озеро соленой морской воды, на мели затрепыхались косяки больших глубоководных рыб. он только что поохотился и славно поужинал морскими гадами.
    когда его огромная морда легла на песок, девушка подошла поближе. она видела свое отражение в его больших животных глазах, закрывавшихся мутной горизонтальной пленкой.
    мягкие женские руки гладили массивные рога, броню у белых клыков, грубые шершавые веки. скорее всего, морское чудовище даже не почувствовало тепла ее рук.
    -тебе опять не спится? – спросила она почти шепотом и замычала родную мелодию родом откуда-то из лесистых краев.
    чудовище подняло из пучин когтистые перепончатые лапы, оперлось о берег, выползая поближе к девушке. оно неотрывно следило за ней своими глазами, лишь иногда моргая от соленого ветра.
    -я приплыл увидеть тебя, - раздалось откуда-то из широкой глотки. гигантский водный дракон полностью выбрался на поверхность, оставляя на песке длинные траншеи, создавая озера и реки своим телом. когда он свернул длинный хвост кольцом вокруг девушки, высокий гребень оградил ее от ветра. вскоре длинная морда опять приблизилась к ее рукам, и лишь его холодное дыхание заставило эльфийку отступить на шаг.
    -фафурион, великолепный, сильный, - улыбнулась она, обхватывая руками загнутый коготь. она прижалась щекой к его глянцевой поверхности, распрямляя перепонку на лапе, и сняла водоросли с грубой острой чешуи.
    -парме, великодушная, - ответил ей громкий нежный рык. драконья морда оскалилась, фафурион улыбался.
    -тебе пора спать. скоро тут будет проплывать корабль, люди увидят тебя, начнут волноваться, - предупредила парме, - как ты себя чувствуешь? у тебя хорошее настроение?
    эльфийка по-доброму смотрела на дракона своими большими голубыми глазами и улыбалась в ответ. кто бы мог подумать, что когда-то это чадо обитало в маленькой деревне близ нейтральной территории? как и все эльфы, она изучала магию деревьев и растений, приручала диких зверей, пела песни и чтила великолепное древо жизни. но парме остерегались. она занималась травничеством и читала заклятия, эльфам чуждые. возможно, причина тому – то, что дом ее стоял в лесу у нейтральной территории. зоркими глазами девушка наблюдала ритуалы темных эльфов, пробираясь вверх, к расщелинам скал. а возможно, причина – то, что парме некогда успела попутешествовать по миру, побывала даже на севере – у суровых горных гномов и орков. эльфы считали ее шаманкой, как у орков или и вовсе ведьмой, несмотря на юный возраст. ходили слухи, что эльфийка, вопреки светлой природе, впустила в свое сознание истоки запрещенной черной магии.
    однажды иерарху пришла весточка из иннадрила, из самой жемчужини адена. сам лионэль хантер, правитель этих земель, просил помощи у оседлых эльфов, оставшихся на исторической родине в лесах. тогда проснулся фафурион. на какое-то время хантеру удалось собрать всю магию здешних алтарей и погрузить зверя в безмятежный транс. но он понимал, что без искусства звероустов с запада ему не удержать озлобленного дракона.
    парме вместе с караванами покинула родные земли и отправилась во вторую эльфийскую обитель. их приняли с тревогой. увидев совершенно юных эльфов, жители разуверились, что им удастся что-то сделать с фафурионом. убить дракона даже не пытались, опасаясь гнева высших сил, а точнее – его матери, уже делавшей на тот попытки прорваться в этот мир. к тому же, смертным не удалось бы этого сделать, даже с помощью меча оселота. его броня была слишком крепка. тогда оракулы пришли к выводу, что не остается ничего иного, как принести фафуриону жертву. драконы произошли от самых сильных демонов, даже морской дьявол должен был принять такой дар. эльфы без колебаний выставили на всеобщее обозрение парме. девушка не рыдала и не молила о пощаде, а сама ступила в пенную пучину у пасти дремлющего фафуриона. дракон взял наживку. пасть захлопнулась на эльфийке, и вскоре она погрузилась в кромешную темноту. они уходили все глубже и глубже под воду, парме почти что потеряла сознание, как вдруг свет, ослепительный, как сошествие анадариель на землю, ударил ей в глаза. эльфийка почувствовала, как песок колит ее голые колени, липнет к щеке. вокруг гулял ледяной порывистый ветер, то стихавший, то вновь поднимавшийся. она оглянулась и увидела морское чудовище, не спящее, внимательно наблюдавшее за своей пленницей, любовавшееся ей. фафурион не проглотил ее, а принес на огромный песчаный остров, о котором тогда знал только он, если не считать нескольких чаек, выискивавших в камнях крабов и мидий.
    этот день стал началом великой и трепетной дружбы между хозяином морей иннадрила и эльфийской ведьмой парме. сперва она пыталась бежать с острова, но фафурион блокировал и поглощал всякую магию, всякий раз возвращая парме назад. потом она научилась разговаривать с ним. когда дракон поднимался на поверхность, полный гнева и решимости уничтожить хейн, парме отвлекала его, развлекая беседой и простыми фокусами с магией воды. ее колыбельные усыпляли громадное создание не хуже, чем единорогов и вепрей. пока жители хейна думали, что фафурион спит, локнес, его слуга, отвлекал людей и эльфов, проявлявших интерес к его хозяину, а сам великий дракон общался с парме. его подруга была очень начитанной и веселой, рассказывала ему о таинствах природы, которую он в жизни не видел. дракон стал мечтать о том, чтобы сплавать с ней на запад. со временем парме перестала скучать по родному дому. это огромное чудище, противное любой расе адена, стало ей настоящим и единственным другом. фафурион не считал, что парме – ведьма, объясняя все ее талантом, исключительностью, широким кругозором и завистью соплеменников. так прошло много месяцев. часто фафурион спал где-то на дне, скрываясь от кораблей. но раз в два-три дня он неизменно поднимался наверх перед заходом солнца, чтобы побеседовать с ненаглядной эльфийкой. он приносил ей морские деликатесы, плоды, упавшие в реки и принесенные в открытое море реками. парме не нуждалась ни в чем.
    -закат прекрасен, я не могу испытывать гнева, когда вижу такую красоту. она вдохновляет, - мечтательно ворчал зверь, - знаешь что, парме. на самом деле я приплыл, чтобы сделать тебе подарок.
    дракон уложил голову на берег, прикрывая глаза. мягкий голос эльфийки убаюкивал его. только хвост с гребнем изредка, как хлыст, бил по поверхности мелководья, поднимая разноцветные в косых лучах брызги.
    издали фафуриона можно было бы принять за огромную синеватую скалу с лесами и стенами из красивых рогов и плавников. но парме все равно внимательно наблюдала за горизонтом в поисках парусов. если его увидят здесь, люди снова отправятся на войну с подводным монстром. парме подумала тогда, что в тот год шли кровавые дожди, проклятые ядом злобы шилен. возможно, фафурион попал в приток реки и это стало причиной его безумия. интеллигентный дракон прежде не интересовался городами и разрушениями. разве что, артефактами в руинах, которые он в достатке притаскивал на остров – похвастаться перед парме.
    -подарок? что за подарок? – с девичьем кокетством и нетерпением спросила парме, разглаживая спутанные светлые волосы.
    -я вспомнил хейн и подумал, что этот остров слишком простой. он не достоин тебя и твоей красоты. я хотел бы, чтобы он затмил собой весь иннадрил. я хотел бы сделать его самым прекрасным местом на всем этом свете. и хотя, все, что я видел – это прибрежные города эльфов и людей, да коралловые рифы на дне этого моря, я достаточно слышал твоих рассказов и знаю, чего на свете еще не было, - объяснил фафурион неохотно. парме поняла, что дракон хочет сделать сюрприз, но скрывать от нее чего-либо он не намерен. поэтому, она сама остановила его, схватив руками за клык.
    -прекраснее этого острова нет на свете! тут столько простора, я каждый день вижу море и могу следить за солнцем. мне тут вольно дышать, нет тех, кто бы угрожал мне факелами. чего еще я могу желать? темнеет, лучше отдохни, - попросила она.
    тогда фафурион поднял свою длинную шею. откуда-то из гребня он взял что-то зубами и положил на песок, рядом с ногой эльфийки. это был маленький, прозрачный, как слеза, кристалл.
    в ту же ночь остров преобразился. парме не могла сомкнуть глаз, наблюдая за магией дракона. это зрелище поистине оказалось невообразимо. корабль так и не пришел. эльфийка догадалась, что наверняка где-то начался шторм и капитан остался в порту. дракон все давно предусмотрел.
    остров преображался на глазах. идея дракона была потрясающей. весь мир построен на лесах и степях, скалах и бесконечных пещерах, снегах и лугах. но этот остров фафурион создал из сверкающих разноцветных кристаллов. они стояли на озерах, как сады. зазеленели деревья, распустились святилища и храмы, где парме могла отдыхать от полуденного солнца и молиться эльвас в тишине и покое. чудище создало обитель из грубых минералов так, что она превратилась в роскошный дворец, отрывок своеобразной природы, непонятный и очень интересный парме. она бродила по ночному острову, освещаемому яркими сердцевинами кристаллов, прячась за ними, танцуя в их свете. фафурион до рассвета собирал со дна драгоценные камни, украшая песок. прямо из сухой почвы, откуда-то из сердца земли, вырастала трава. девушка босиком ходила по ней, наслаждаясь ночной прохладой и бризами. она купалась в пресных озерах, наблюдая за тысячами звезд ночного неба в их отражении.
    но дракону и этого показалось недостаточно. ему все еще было как-то тревожно за парме. он принес откуда-то со дна статуи древних затонувших цивилизаций. те тотчас же ожили, превратившись в гаргулий. потом он пригнал к берегу морской народ – ундин и тритонов, поселив их на острове. всем им он приказал охранять парме пуще морей. задумавшись, фафурион позвал своих потомков и слуг – низших драконов. они внимательно смотрели в глаза парме, испытывая дискомфорт от подчинения ей, а потом ушли дальше, в северную часть острова. пришли сюда и другие твари, которых парме приняла бы за исчадий ада, не позови их фафурион. хотя, кто его знает?
    -зачем ты поселил сюда чудовищ? – испуганно спросила парме, шарахаясь от настырных гаргулий, царапавших своими когтями цветные кристаллы.
    -приглядись к ним внимательнее, как ты пригляделась ко мне. они – такие же народы, живущие здесь, в иннадриле. для кого-то они – чудовища, но для тебя они – самая надежная стража, какую я нашел в своем глубоководье, - объяснил ей дракон.
    тритоны, похожие на больших морских коньков, опустили забрала и склонили головы перед парме, присягая ей на верность. ундины сделали реверансы, хохоча и прячась в озерах. только их озорные глаза мелькали откуда-то из воды.
    когда работа была закончена, фафурион устало разинул свою пасть, оголив несколько сотен длинных клыков. он зевал.
    -спасибо тебе, мой повелитель. о подобном подарке я и мечтать не могла, когда прыгала к тебе в пучину, - поблагодарила его парме, целуя грубую холодную чешуйку у ноздри. дракон фыркнул, случайно сдув девушку на песок.
    -для меня – радость, делать счастливым единственного своего друга. а теперь, позволь, я отправлюсь на дно этого моря, - ответил парме фафурион, с шумом разворачиваясь к воде. хвостом он сбил несколько деревьев и кристаллов, а затем в несколько прыжков начал уходить под воду.
    -до завтра! – крикнула ему вслед парме, поднимая светлую руку.
    но ни завтра, ни через день фафурион не поднимался из воды. он спал где-то глубоко под ее толщей. и даже серый шторм, случившейся в начале первого осеннего дня не разбудил его.
    серая вода поднималась до туч. они были красными, как гранаты, то и дело горизонт на две половины разбивали белые молнии. парме за долгие дни молчания впервые вновь обратилась к эльвас. она читала молитву на чистом эльфийском языке, скрестив руки на груди и высоко подняв свой узкий подбородок. от раскатов грома рябела вода в святилище. то и дело, на пески проливались кроваво-красные дожди.
    -где же ты, фафурион? – почти что с мольбой в голосе сквозь молитву позвала парме, оглядываясь на вход, закрытый лишь низенькой перегородкой. снаружи дул сильный ветер, уносил пальмы и декоративные кустарники из магического сада. медленно, влача за собой огромные мощные руки, где-то у пляжа прошла высокая тень. девушка ахнула, увидев, что что-то чужеродное вломилось на территорию острова. возможно, оно вышло из пучины. парме показалось, что она видела мачты корабля и подумала, что, возможно, сюда приплыли пираты. а потом ведьма одумалась. какой корабль мог причалить в такой шторм? при каждом блеске молнии эльфийка наблюдала какие-то чудовищные картины. она сняла покрывало с алтаря эльфвас, укуталась в него, затушила факел о воду и села в самый дальний угол, защищенный стенами. сначала она вздрагивала от своих же мурашек, вскакивала, судорожно пыталась зажечь огниво, а потом устроилась уютнее и не заметила, как монотонные взлеты и падению волн где-то вдалеке, их шум, голос ветра, пение дождя убаюкали ее.
    когда парме проснулась, уже светало.
    -нет, я проспала! – ахнула она и побежала на пляж. песок стал красным и пластичным, повторяя форму ее маленьких босых ступней. парме бегала по пляжу и кричала, звала фафуриона.
    но нигде не было ни следа массивных когтей. дракон давно бы нашел ее по запаху. возможно, он потратил слишком много маны на создание этого острова и мирно дремал где-то в своей подводной пещере. парме никогда не думала о голоде. она собирала фрукты в корзину, уносила пойманных драконом морских обитателей подальше от берега, чтобы птицы не склевали их. теперь шторм размыл островное побережье и вынес все ее запасы куда-то в открытое море. осознание голода пришло неожиданно. парме умела охотиться, знала, как это делать. она хотела обратиться за помощью к местным жителям – тритонам, но ей опять почудилась гигантская тень с огромными, как у примата, ручищами, почти что похожая на йети из шутгарта. она не пошла вглубь острова.
    собрав мантию до колен, девушка подошла к воде. океан очищался очень быстро, но вода до сих пор была бурой из-за выпавших осадков. парме подошла к острым рифам, держась за их выступы, чтобы волны и течение не сбили ее с ног. камни были очень скользкими от водорослей, кололись. наконец, эльфийка подобралась к разноцветным раковинам местного вида моллюсков. достав острый кремень из-под пояса, девушка намеревалась ударить по мирной раковине, но, вдруг, та распахнулась. нечто мутировавшее, инфернальное увидела в этой раковине юная эльфийская ведьма. это было что-то омерзительное, с клыками, очень мышечное и сильное. оно хотело оторваться от скалы и наброситься на парме. похоже, привычные раковины сильно изменились от этого кровавого дождя.
    девушка свалилась в воду и еле-еле выгребла оттуда к берегу. на суше она долго откашливалась, а почувствовав, как щипит где-то у щиколотки, посмотрела вниз и увидела длинный-длинный порез. похоже, рифы задели ее в соленой воде. тогда парме быстро побежала к святилищу эльвас и долго промывала рану священной водой, вымоленной во имя ее богины. она сделала это вовремя, яд кровавого дождя заставлял рану неестественно быстро затягиваться, захватывал все новые и новые клетки, пока не был обезврежен водой.
    -фафурион, - опять захныкала эльфийка. так долго его не бывало только в первое время их знакомства, потому что сама парме усыпляла его как можно сильнее. но узнав, что за сердце кроется под синей броней, эльфийка уже сама искала его общества. а теперь, когда дракона не было так долго, она всерьез беспокоилась за него. неужели люди все-таки увидели фафуриона?
    парме долго рассуждала про себя, выжимая их одежды соленую воду. она пришла к выводу, что скорее всего пострадали не только безвредные ракушки. ее приятели – народ тритонов, их ручные кристальные ягуары, ундины и гаргулии – все попали под эти кровавые ливни и мутировали. возможно, то нечто, которое она видела вдалеке – это результат мутации. парме стало не по себе. она решила сидеть в святилище и ждать фафуриона. море хорошо просматривалось из ее убежища, да и сам дракон, увидев случившееся, тотчас бы ступил на остров во всей своей красе, чтобы найти подругу.
    так она просидела до самой ночи, замерзшая и голодная. ни одно заклинание не лезло ей в голову, осталась только вера в эльвас и в то, что какой-нибудь упавший под водой валун разбудит фафуриона. парме злилась. несмотря на голод, в ее голове кишела масса разных мыслей. среди них возникла идея побега. эта маленькая перегородка у алтаря и ветви поваленных пальм – неплохой материал для устойчивого плота. однако, вспомнив про тварей, в которых могли превратиться рыбки и акулы, эльфийка передумала.
    ее мысли прервал шум. визжа, как кабан, сюда приближалось нечто. оно грохотало, грузно билась его броня. сначала дверь проломил огромный рог, торчащий из носа, как таран, затем загорелись дикие красные глаза. чешуйки цвета обожженного графита сверкали от красных мыльных разводов ядовитого дождя, этой тварью был дракон, один из тех, которых призвал фафурион. он бросался на ту, что должен был беречь пуще всего на свете.
    парме визжала и отпихивала жесткие мощные челюсти ногами. она черпала ладонями воду из источника, пытаясь окатить дракона, но это зелье не действовало на его безумие. он был настолько сильным, что на глазах сметал изящные стены храма, мечась по комнате в поисках отступавшей парме. наконец, ей удалось вырваться из храма с криком и плачем, она побежала к открытому морю. но от дракона темных вод трудно убежать, эта тварь вынослива. единственной надеждой девушки было то, что он не сможет плыть за ней, будучи слишком тяжелым. но этого не потребовалось.
    очутившись на берегу, парме услышала какой-то пронзительный звук, а потом грузный удар о землю. шипела только шкура дракона, неподвижно лежавшего на берегу у ног эльфийки.
    парме оглянулась. действительно, зверь дымился. но не это ошеломило парме. рядом с ним стояла человеческая фигура.
    человек был одет в узорчатую мантию, расшитую золотом. кое-где девушка заметила изумруды. из-под капюшона незнакомца на девушку взирала только маска, скрывавшая верхнюю половину лица. на нижней виднелась часть красивого юношеского лица сероватого цвета с опущенными равнодушными уголками рта. парме подумала, что это – темный эльф, а не человек. рука незнакомца в когтистой перчатке сверкнула огнем. но тот затушил его, сжав пальцы в кулак. эльфийка неподвижно стояла и глядела на мага, только что спасшего ей жизнь. она так давно не видела расы адена! появление этого мага на острове поражало ее. в ее раскрытых губах застыли тысячи вопросов. как он сюда попал? кто он? почему спас ее?
    возможно, как подумала белокурая ведьма, этот эльф был ставленником фафуриона, неким защитным механизмом острова, о котором дракон ей не рассказал. только мгновение спустя, девушка заметила, что у мага нет острых эльфийских ушей. даже намека на них.
    вдруг, фигура в роскошной изумрудно-золотистой мантии развернулась, сверкнула драгоценными нитями в одежде и медленным шагом поплыла подальше от берега.
    -стойте! – выдавила из себя парме хриплый крик. маг услышал ее и остановился. только теперь эльфийка почувствовала, как сбилось ее дыхание от бега. перепрыгнув через обугленного дракона, она подошла к незнакомцу. тот остановил ее одним лишь только взглядом сияющих глаз в прорезях маски. от их яркого света девушку словно сковало.
    -кто вы? как попали сюда? – спросила она. ей казалось, что маг промолчит и отправится дальше, как это обычно бывает с очень сильными магами. но она ошиблась.
    острые уголки серого рта поднялись, незнакомец приветливо улыбнулся девушке.
    -я – фелеб. причалил сюда во время шторма. возможно, вы видели мой корабль вчера, вечером? – вежливо осведомился он, кланяясь эльфийке. та тоже неловко присела, приветствуя некого фелеба.
    -удивительно, как вы причалили в такой шторм! я думала, мне мерещится. но если бы не вы, этот дракон… - распиналась парме.
    -у меня к вам аналогичные вопросы, - перебил ее маг. эльфийка немного смутилась.
    -я? я живу здесь, где-то пару месяцев. нет-нет, год. нет, я всегда здесь жила! то есть, хотела бы. вот, - начала она, пряча глаза от взгляда фелеба. ей было дискомфортно рядом с незнакомым мужчиной, вообще, с кем-то после стольких лет общения лишь только с животными и монстрами, - меня зовут парме.
    на секунду девушке показалось, как глаза незнакомца вспыхнули. будто бы он искал на своем корабле ее полжизни, а теперь безгранично радовался и не мог смириться со своим счастьем.
    -парме, какое красивое имя, - обворожительно улыбнулся маг. а потом он вдруг ссутулился, его губы исказились в гримасе боли. парме увидела, как под цветастой мантией проступают разводы его темной крови.
    -вы ранены?! что с вами? – закричала девушка, подбегая к фелебу и обхватывая его руками. он был выше, чем кто-либо, кого когда-либо встречала парме. ее рук не хватало, чтобы обнять раненого.
    -этот дракон, я иду за ним от самого севера острова. думал поохотиться, - объяснил маг.
    -пойдем со мной, в святилище евы, эльфийская магия исцелит вас, - предложила парме, на что чужак ответил довольно серьезной миной.
    -знаете что, парме, я не могу зайти ни в храм эйнхасад, ни в храм евы. дело в том, что я далек от светлой магии, - ответил тот, странно улыбнувшись.
    -глупости! мой храм воздвиг произошедший от богов и демонов! – проговорилась парме, а потом в ужасе зажала рот ладонями. она усомнилась, рассказывать ли незнакомцу про фафуриона?
    -о, вот как? – с интересом протянул фелеб, - может на «ты»?
    маг и ведьма отправились к храму эльвас, воздвигнутому фафурионом для прекрасной парме. осколки ажурных белых стен хрустели под ногами. разлился священный источник, уходя куда-то глубоко в песок. река, протекавшая рядом, от соприкосновения со священной водой чистилась на глазах и уносила ее куда-то в открытое море. где-то в центре стояла расколотая статуя.
    -только не это, - закрыла парме руками свое лицо. этот безумный дракон, ворвавшийся в храм, как вандал, разгромил святыню. эльфийка гневно взглянула на чудище, оставшееся где-то на пляже. фелеб положил руку в острой когтистой перчатке на обнаженное девичье плечо.
    парме вздрогнула от ледяного металла, поворачиваясь к фелебу. перчатка давно остыла после той дивной магии.
    - скажи, воздвигший этот храм, потомок богов и демонов – твой друг? – задал вопрос маг, отойдя в сторону и опираясь на скалу.
    -да, - без раздумий ответила эльфийка, внимательно взглянув в лицо фелеба, словно она этим взглядом хотела снять с него маску, - только не совсем потомок демонов. он - потомок богов.
    -вот как? значит он и сам – бог? – заинтересовался маг.
    парме не нравилось, что фелеб так увлекся этим вопросом. приплыл на корабле, еще и расспрашивал про фафуриона, парме подумала, что, возможно, это – очередной охотник. а с такой магией, как у него, он мог перед своей смертью сильно ранить дракона.
    -нет, вовсе нет. он произошел от демонов, - объяснила эльфийка, - может поговорим о чем-то еще?
    -как скажешь, - улыбнулся фелеб, - правда, не могу не заметить, что приятно иметь в друзьях повелителя моря. драконы не дружат с теми, чья магическая сила не превосходит их.
    эльфийку будто пронзило стрелой. эти слова льстили, поражали. ведьма отшатнулась от мага, уходя куда-то за обломок храма, якобы, чтобы осмотреться. она собрала все силы, чтобы не показывать чужаку своего удивления. что-то в этом галантном маге насторожило ее.
    -да вы… ты что, какой дракон? я тебе рассказываю, как он про себя говорит. он похож на тебя, - улыбнулась парме. фелеба это, явно, заинтриговало.
    -правда? – изумился он, вставая на ноги и подходя к эльфийке поближе.
    -именно так. неизвестной расы, есть в нем что-то дьявольское или демоническое, как это называют – инфернальное происхождение, - пояснила парме.
    -а мне сначала то же самое говорили про тебя, - отозвался он безучастно, не акцентируя внимание на словах.
    -да ну? что и кто там про меня еще говорил? – чуть разозлилась парме.
    -твой братья и сестры – светлые эльфы, - ответил маг.
    -в иннадриле, конечно, - почти как факт подтвердила парме.
    -вовсе нет. в твоих родных рощах, далеко на северо-западе. это ведь ты – ведьма парме, дарованная дракону? о тебе легенды ходят, - с восхищением и торжественно произнес фелеб, вскинув вверх руку. а потом сморщился от боли.
    не желая больше видеть мучения странника, девушка подошла к нему, прикладывая руки к черным разводам на золотой вышивке мантии. не светлая, а черная энергия пошла из этих рук, рубцуя разорванную ткань. кровь останавливалась, края пореза стянулись, оставив кожу под одеждой почти гладкой.
    удивленный фелеб ощупывал перчаткой свою рану, никак не мог поверить, что та срослась.
    -да, это – я, - ответила эльфийка.
    в ее руках заключалась сила, присущая только темному племени. она была первой эльфийкой из этого народа, сумевшей завладеть магией темных. эта сила не отторгала волшебницу, а, наоборот, срасталась с ее природным даром, создавая магический гибрид, от которого никто еще не придумал защиту. даже щит моря спор рухнул бы под напором этого симбиоза магии. поэтому эльфы и называли ее ведьмой. единственное, что спасало парме – ее добрый нрав.
    -поразительно. это – темная магия! – ошеломленно заявил маг.
    -спасибо, я знаю. это – мое небольшое проклятье, из-за которого я здесь, - вздохнула парме, бросая на подозрительного мага косой взгляд.
    -темная сила, исцеляющая раны, способна не только исцелять, но и разрушать, - сделал вывод фелеб, - говоришь, ты считаешь это проклятьем?
    их мирную беседу прервали.
    сюда стремглав мчался отряд тритонов-кораллов в сопровождении медуз. воины скакали, как морские коньки по дну. они поднимали комья песка, ударяя мощными хвостами о землю, спешили, что было сил. парме заметила, что кое-где их сильные руки обожжены, а доспехи разъедены красным дождем.
    воины подняли копья, окружая фелеба. судя по всему, рассудок их не покинул.
    -госпожа, с вами все в порядке? – спросил капитан, поднимая забрало.
    -отпустить его! на меня напал бешеный дракон, вон он, лежит на песке. этот маг спас мне жизнь, - властно произнесла эльфийка.
    тритоны неохотно, но покорно опустили оружие, отплывая по воздуху назад. лишь любопытные медузы кружили, щупая обломки храма и мантию чужака.
    -так они уже и сюда добрались? мы ждали господина, не хотели вас этим беспокоить, - сказал капитан. он тут же, на глазах у мага и ведьмы, приказал усилить охрану в этой части острова. где-то у холмов рассредоточились вооруженные кораллы. капитан продолжил, - все ваши охранники на севере острова просто обезумели! они кидаются на всех подряд, сражаются друг с другом, пока кто-нибудь не испустит дух. потом они ищут новую жертву!
    -я уже поняла это. неудивительно, прошли кровавые дожди. они еще ни разу не заходили на этот остров, а теперь восточный ветер принес сюда ядовитые тучи из гирана и адена.
    -госпожа, но кровавые дожди не так опасны для нас, - возразил капитан, - они и раньше настигали драконов, подводный народ, когда нас еще не было здесь, но никто еще не сходил с ума. они ранят нас, но иммунитет к этой отраве есть у каждого из нас, господин предусмотрел это.
    -когда-то это должно было произойти. вот и вас коснулось безумие, - ответила парме строго.
    -госпожа, я глубоко извиняюсь, но этого не может быть. мы не пили эту воду. даже тот, кто пил, уже не заражен. не все драконы пребывают в таком состоянии, только некоторые, на севере, - растолковывал капитан, пока, наконец, не встретился взглядом с фелебом, - прошу меня простить, я должен укреплять защиту острова.
    сказав это, гигантский морской конек уплыл, распоряжаясь своими подручными. сюда подтягивались силы. парме стало неуютно, она поняла, что придется сидеть на этом отрывке острова до тех самых пор, пока фаффурион не проснется. ей пришло в голову – нырнуть и покричать где-нибудь под водой. возможно, он услышал бы.
    -думаю, ты права. я изучал феномен кровавых дождей, чудища, действительно заражаются этим. возможно, у некоторых тут просто есть некий магический иммунитет. но и он не совершенен, - поддержал парме маг. ему стало лучше, но лицо все равно то и дело казалось неспокойным, - скажи, парме, можешь ли ты лечить духовные раны?
    -духовные? – удивилась эльфийка, скрестив на груди руки, - это как?
    маг загадочно улыбнулся.
    -долго рассказывать, - ответил он тихо.
    светлая эльфийка взглянула на море. очередной день проходил незаметно, уже начинало вечереть. парме разуверилась. фафуриона не было уже слишком долго. она надеялась, что он спал где-то глубоко-глубоко под водой и не высовывал свою морду в тот шторм.
    -я не спешу, - взвесив все «за» и «против» ответила шепотом эльфийка. она отвернулась от тихо колышущегося моря, пододвинула балку, оставшуюся после сильного прибоя и уселась на нее, как птичка, обняв руками свои острые светлые колени.
    и тогда волшебник поднял свою ладонь. она загорелась, будто пламя, из песка и сора стали собираться пылающие фигуры. фелеб сказал, - ну тогда слушай. когда ты становишься слишком сильной, это не есть хорошо. когда-то давно я работал ученым…
    -давно? сколько же тебе лет?! – перебила его парме.
    -а ну не перебивай меня! так давно, что если будешь меня перебивать, я забуду, о чем тебе говорил, - шикнул маг, - итак. я работал ученым. ну как работал, просто был им. был ученым магом. и был одним из тех, кто проектировал купол для моря спор и магию, сдерживающую орфен. стены в долине святых созданы на этом же основании, я положил идею в непроницаемые магические материи, невидимые мосты. встречала когда-нибудь? да, бывают прозрачные мосты. это – почти непробиваемая субстанция, низший уровень. пределы, не пускающие тебя за границы нашей территории, это – те же разработки. да-да, не удивляйся. у нас была огромная власть, король сотрудничал с нами и часто даже прислушивался к нам. а храм? храм и вовсе всегда получал разрешения только от нас. вот в таком величестве я пребывал когда-то. не хочу хвалиться, но я был действительно талантливым учеником. в боевой магии я превосходил учителя, я в детстве сам заговаривал обломки костей. это – огромная сила, естественно, меня сразу же пригласили в академию хардина. но и там мне оказалось скучно. мне пророчили будущее великого чернокнижника и некроманта, но я вообще-то не сильно испытывал симпатию к связи с загробным миром. больше меня интересовала древность. когда я подрос, я пришел в башню слоновой кости. пришлось несколько дней проторчать на холоде, меня и близко не желали подпускать, когда я заявил, что хочу вступить в команду исследователей. но, как видишь, я добился своего. мне пришлось поднять все мосты этой башни во время заседания коллегии магов и блокировать способности телепортеров. никто не мог выйти или сбить мою блокировку. после этого меня и взяли в исследовательскую группу. тогда я впервые услышал о гигантах, - рассказывал фелеб.
    парме чувствовала, как ее клонит в сон от монотонных речей. хотя, появлялось все больше вопросов. этот талантливый парень помнил воздвижение стен, которые были еще со времен войны между эльфами и людьми. а может быть ведьме просто показалось и стены воздвигли гораздо позже.
    она пропустила мимо ушей довольно крупный отрывок приятного убаюкивающего голоса. теперь эльфийка прекрасно понимала фафуриона.
    фелеб же продолжал.
    -и вот, мы спустились к гигантам. я давно мечтал продолжить эти исследования, но тогда команда еще не признавала моего авторитета. я не буду рассказывать, что и как, это слишком сложно, много технических терминов. скажем так, я вскрыл такую штуку, разгадал такую головоломку, которую ученые не могла проработать уже много лет. это дало начало проекту магии перерождения. абсурдная теория, согласно которой можно каким-то образом обеспечить расы силой героев народа гигантов. потом ее забросили. основная сложность заключалась в том, как сделать силу гигантов дружественной к смертным. их магия меняла до неузнаваемости, не приживалась, рушила источники маны, делая подопытных добровольцев неспособными к магии. мне удалось синтезировать эту энергию, я скрестил ее с темной магией, уже знакомой тебе. подобной ты исцелила мою рану. я обрел силу, которой не владел ни один маг на этом свете, темный или светлый. к моим знаниям добавилась бесконечная сила гиганта, прославленного магией. но вот, я здесь. все случилось, как это и бывает обычно. другие маги испытали грех, называемый «зависть». они сковали мою силу, используя мои же разработки, как бы это не было иронично. я потерял все. обо мне забыли. но однажды я собрался духом, мне удалось вырваться. только моя магия пришла в упадок, а душа словно расколота на тысячи комет! я очень тяжело переживал предательство моих соратников. там были друзья, учителя, любимая. да, они были мне родными. и я до сих пор не могу восстановить свои способности. понимаешь, исследования – это моя жизнь. я мечтаю продолжить их, доказать, что работаю не для того, чтобы мое имя мелькало на страницах истории! если они так испугались, что я заберу себе свою славу, они были не правы. я с удовольствием остался бы анонимной личностью, отдав право на это открытие им. рано или поздно мы научились бы соединять эту магию с магией света, не только тьмы. ведь до сих пор остались эти суеверные, считающие, что все, что есть тьма – зло, - чужеземец прервался.
    -я тебя так понимаю, - вздохнула парме, - а она была красивая?
    -кто? а, моя любимая, тебе, как девушке, интересно, - улыбнулся маг, - она похожа на тебя. тоже – отважная красивая эльфийка. я до сих пор не могу поверить, что она тоже участвовала в заговоре!
    -ах, фелеб! тебя не поняли, потому что ты тоже открыл что-то новое и был не таким, как все. вот они и испугались. у меня было то же самое, - улыбнулась парме, скрывая свое смущение. она подсела к волшебнику поближе, кладя ему на мантию свою светлую ладонь. фелеб поднял опущенную голову, осторожно коснулся перчаткой маленьких пальчиков эльфийки, прижимая ее руку к своей груди. она почувствовала, как быстро билось там его яркое преданное науке сердце.
    -скажи, я как-то могу помочь тебе? – спросила эльфийка, как вдруг, ее внимание привлекли какие-то яркие камушки, падающие из кармана мантии фелеба, - что это?
    парме взяла в руку один из камешков, увидев, что он похож на семечку своими краями. в нем бились маленькие темные ростки. вдруг, камень зашевелился, а затем вонзился в ладонь парме, проходя в нее, словно она была прозрачной.
    -не пугайся, они безвредны. это – семена зла, - улыбнулся маг.
    -звучит не очень безвредно, - усомнилась эльфийка, тревожно ощупывая свою руку.
    -возьми горсть, не бойся! – предложил фелеб, беря девушку за руку и протягивая ей странные семечки. парме отдернула руку.
    -нет, спасибо. для чего это? – спросила она.
    чужак явно занервничал.
    -в них заключена моя мана. они растут на темной магии, усиливая тебя. считай, что это – мой подарок тебе за гостеприимство, - улыбался маг.
    -а зачем ты держишь свою силу в семенах? – спросила ведьма.
    -с тех пор, как запечатали мою силу, я не нашел более рационального способа хранить ее. эти семечки – все, что у меня есть, - объяснил фелеб.
    -тогда не отдавай их мне! а то, что я впитала, я могу тебе как-то вернуть? – виновато спросила парме.
    -есть способ. но просто так это дело не сделать, - деловито заявил маг.
    -как же так? – удивилась парме.
    -нам с тобой надо заключить контракт, - сказал он.
    -контракт? зачем? – опять удивилась эльфийка.
    -магия – это тонкая материя, тоже требующая документов. мы, ученые, знаем это. единственный способ вернуть мне эту часть энергии – это передать мне все твои темные силы, оставив тебя обыкновенной светлой эльфийкой, такой, какой ты и была рождена, - объяснил свою сторону условий маг, - путем сделки.
    парме задумалась. темная магия – это, действительно, то, что мешало ей уживаться с эльфами. все считали ее ведьмой. она радовалась своей силе и нарочно пугала их, но со временем поняла, как на самом деле хочет к ним в хороводы, посиделки у костра. она хотела, чтобы народ принял ее такой, какая она есть. но всякий звал девушку ведьмой и остерегался ее.
    избавиться от искусства тьмы – было ее старой забытой мечтой. и теперь, когда возможность сама приплыла к ней на корабле, она задумалась.
    темная сила – это то, что сопровождало ее песни и заговоры. это то, чем она усыпляла свирепость фафуриона, став оракулом на этом острове. но она так мешала ей! все внутри противоречило от природы и магии, враждебной ей.
    -так, а что ты дашь мне взамен? – спросила девушка.
    -сперва, я спасу тебя с этого острова и верну домой, туда, где ты родилась. у тебя появится шанс на вторую жизнь – жизнь среди эльфов. они примут тебя! а потом, если ничего не получится, я могу отдать тебе все эти семена. если с тобой дружит дракон, я представляю, что твоя сила достаточно велика. и это будет равноценный обмен. но только если ты не будешь счастлива там, в рощах! – ответил фелеб.
    парме вспомнила свой дом. она вспомнила росу на глянцевых зеленых листочках, шум водопада, который не перекричать, живые лука с травами, бегавшими, как здешние волны – быстро, свободно. она позабыла о свободе. когда-то, даже среди нелюбезных соплеменников, она была вольна выбирать свою дорогу, свободна. теперь ее днем руководили фафурион и этот своенравных песчаный остров, украшенный кристаллами.
    -спасешь, да? а какой резон тебе меня спасать? – вдруг нахмурилась парме.
    маг затих. эта тишина выводила из себя парме.
    -это не потому что ты похожа на нее! – вдруг начал убеждать ее фелеб, опережая возможный вопрос. эльфийка даже прыснула.
    -дай мне подумать до рассвета, хорошо? тебе надо уходить, - сказала девушка, оборачиваясь к солнцу, будто бы тонущему в море на горизонте.
    -я никуда не пойду, пока ты не дашь мне ответ, - уперто заявил волшебник, вставая в полный рост, - ты согласна заключить со мной контракт и передать мне все свои темные силы?
    эльфийке вдруг стало очень неприятно смотреть на фелеба. он как-то слишком активно настаивал на этой идее, еще и торопил ее. она привыкла к неспешному ходу событий, фафурион успел научить ее ждать.
    -пойдешь, потому что иначе я скажу водному дракону, что ты – мой враг, - сказала ведьма серьезно, - уходи. дай мне побыть одной и подумать.
    эльфийка отвернулась и пошла к берегу, как вдруг, она почувствовала – что-то больно впивается ей в плечо.
    -ты отдашь мне свою силу немедленно, парме, - пронесся за спиной нечеловеческий голос, - соглашайся, только я дам тебе свободу!
    плечо эльфийки сжимала перчатка с острыми золотыми когтями. оглянувшись, парме не увидела и следа того обаятельного волшебника в робе. над песком леветировало нечто неземное, с магическими дисками, исписанными гигантскими письменами, черными крыльями за спиной. он сиял древними изумрудными и бирюзовыми цветами – цветами старой расы, повелевавшей на этой земле. угрожающая сияющая аура исходила от него.
    эльфийка вырвалась из хватки и побежала, что было мочи, к спокойному морю.
    -фафурион! фафурион! – звала она дракона. парме не заметила, как оказалась у бездыханного низшего дракона, убитого тем существом, гнавшимся теперь за ней. она наступила босой пяткой около его пасти и укололась. сначала эльфийка подумала, что это – раковина. потом, что это – зуб. но взглянув вниз, она увидела знакомые разноцветные семена, выпадающие из пасти поверженного чудовища. они были обесточены, ростки черной магии проросли в драконе. сила мага поработила его, сделала безумным монстром. в панике, парме ощупывала свою руку, продолжив бег, она придумывала способ выкинуть эти семена из своего организма. но все было тщетно. мысли отказывались работать. она бежала по кромке воды, иногда вскакивая в мелководье, падала и продолжала звать морского дракона. вдруг, первые пузырьки появились на поверхности. потом вода начала будто кипеть. наконец, она забурлила. белокурой ведьме показалось, что она видит, как громадная темная тень поднимается из-под воды. но солнце уже село, и власть перешла в руки темного мага, все еще плывущего по воздуху за оракулом водного дракона.
    мощная когтистая кисть схватила девушку за длинные волосы и потянула за собой, куда-то во мглу острова.
    парме очнулась не сразу. сначала ей мерещились всякие кошмары – ледяная темница, адские врата, демоны, выходившие из них и присягавшие на верность магу. она увидела его трон с высеченным на ступенях именем – «белеф».
    -хех, какая забавная шутка, игра с именем. фелеб – белеф, белеф-фелеб, вы – как две стороны одной старой ржавой фальшивой монеты, - смеялась парме хриплым от сырости голосом. она около недели просидела в кандалах, в тесной темной клетке. спутались и испачкались волосы, висели змеями, как у медузы, готовой ужалить своего обидчика. но в ее светлых глазах пылало пламя, сильнее того, каким владел сам белеф.
    -я не соврал тебе. я действительно был магом, и судьба моя сложилась так, как ты услышала, - прокатился по пещере, где держали парме, его невозмутимый голос.
    -был ты магом, но стал ты демоном! такой не достоин ни темной магии, ни тем более магии гигантов, - с презрением ответила ему эльфийка. когда белеф возник рядом с ней, девушка даже не вздрогнула. она не была уверена, настоящий этот белеф или нет – он имел обыкновение подходить к ней в виде фантомов, коих маг умел создавать множество.
    на мягкий женский подбородок лег один из когтей. белеф издевался, скреб по нему пальцем, словно почесывая строптивую демоницу.
    парме попыталась укусить его, но перчатка оказалась собрана из непробиваемого металла. это только рассмешило ее пленителя.
    -ах, парме-парме. ты еще совсем не взрослая, глупая. разочаровался я в тебе. думал – толковая девица, ан-нет. я предлагал тебе свободу, билет до дома, прекрасные перспективы! представь себе, сколько бы всего ты могла еще повидать? ну и, я подумывал о том, чтобы приударить за тобой в виде своего альтер-эго. холодная ты штучка, я такую тему завел про ту эльфийку, а ты посочувствовала чуть-чуть и все, - говорил ей маг.
    парме отдернула от него свое лицо, поцарапавшись о коготь. ей было противно его присутствие.
    -сделала вид! ненавижу мужчин, которые ноют, - разозлилась она.
    -э, какие мы, оказывается, просим каменную стену! а я бы стал ей для тебя, парме. ты не знала бы недостатка в благах, весь мир лег бы у твоих ног! а теперь сидишь тут, как птичка в клетке. да чего ты добилась? – шипел на нее белеф.
    когда дьявол, коим считали этого человека, приблизил лицо к парме, она плюнула ему прямо в глаза. белеф зажмурился, медленно отстранился, вытирая костяшками маску.
    -и даже это я готов простить. увы, я уже не смогу тебя так сильно любить, но все же предлагаю тебе свободу и освобождение от твоего странного синтеза маны. ты вернешься домой, парме, соглашайся. взамен я прошу только так мешающую тебе темную силу, - опять предлагал белеф.
    -нет, - крикнула эльфийка, звеня кандалами. она пыталась дотянуться до мага.
    -ну, на нет и суда нет, - пожал плечами дьявол, - о, а вот и твоя новая зверушка. поправочка, это ты – его новая зверушка.
    огромная тень, уже знакомая парме, показалась в далеком коридоре. это было то самое чудище с огромными руками. когда оно появилось из-за поворота, серое, бородатое и с рогами, с горящими глазами, девушка вскрикнула и вжалась в клетку.
    -приветствуй короля орков, его зовут байлор. хорошо запомни, он не любит, когда коверкают его имя. теперь ты ему будешь трепать нервы, - ухмыльнулся белеф, пододвигаясь к выходу, - наконец-то ты пришел, я думал – плюну на все, уйду, оставлю ее тут. а кормить надо ведь.
    -стой! – крикнула хрипло парме, обхватывая руками прутья своей клетки, - это не может закончиться так! зачем я тебе тут?!
    раздался оглушительный рык. стены кристальной пещеры задрожали от этого звука, монстр забил гигантскими кулаками по прутьям, как разъяренный йети. они помялись, парме стало еще теснее в ее темнице. она с ужасом смотрела на байлора, вжавшись в стену плотнее.
    -кажется, ты ему понравилась. понимаешь, парме, он хоть и не очень разговорчивый, но с удовольствием передаст мне через слуг, что ты согласна на сделку со мной. предложение в силе, - ответил белеф и помахал ведьме когтистой перчаткой. он ушел.
    оставшись наедине с чудовищным демоном, эльфийка почувствовала, что оно как-то оживилось. авторитет белефа подавлял его ярость.
    девушка слышала, что сюда подтянулись еще высшие демоны – ее стража. в подземелье было темно и душно, каждый день отнимал крупицы надежды. со временем она привыкла и к байлору. зверь ненавидел ее, потому что и ему из-за нее приходилось сидеть тут денно и нощно.
    они приходили взглянуть на нее, о чем-то переговаривались на непонятном адском языке.
    иногда байлор притаскивал парме пищу. обычно это были куски хлеба или овощи, скорее всего, из трюма причалившего судна. наивно было полагать, что они построили его сами.
    и вот, однажды случилось чудо. парме не верила своим глазам, когда, отряхиваясь от пыли и грязи, вытирая кровь с брови, к ней в обитель явился рыцарь. он был для нее настоящим героем, светлые глаза распахнулись широко, она звала человека, просила о помощи. но тот словно не слышал ее.
    байлор растерзал смельчака и всех его соратников прямо на глазах у парме. они все отправились в город, целители вытащили каждого. ведьма успокоилась, значит, с ними все будет в порядке.
    -надо же, - услышала ведьма одна сквозь сон. белеф проверял пленницу, - стойкая оказалась девочка. но ничего, я сломаю ее.
    -почему тебе просто не убить ее и не забрать ее силу? – раздалась связная речь из уст рогатого животного, охранявшего парме.
    -не то будет. такой силы я не получу. это – на крайний случай, если я буду уверен, что не смогу ее сломать. а ты, байлор, стареешь, - с укором сказал белеф.
    -мне что-то нездоровится. после этого кровавого дождя я как-будто ослаб, - признался тугодумный байлор.
    -вот оно как? ай-ай-ай. ну ничего, помнится, я обещал тебе премию? подарю-ка я тебе напарника. создам тебе демоническую цепную собачку, - пообещал белеф. с тех пор его не было довольно долго.
    много героев приходило тогда в кристальную тюрьму парме. кто-то бросал вызов великому байлору по нескольку раз, но никто не мог справиться с могучим демоном. вскоре парме поняла, что белеф покинул остров. байлор стал еще более бешеным, иногда он намеренно пугал ее, бросаясь на клетку. а иногда неделю не приходил вообще. тогда парме пыталась выбраться или докричаться до кого-нибудь, она надеялась, что демон повержен. иногда, когда демон был рядом, по пещерам прокатывался дикий потусторонний звук. тогда даже сам байлор отскакивал от выхода. парме не знала, что там делается.
    она и предположить не могла, где находится ее клетка, где вообще расположены все эти пещеры. эльфийка не успела досконально изучить этот остров. порой она подумывала о том, чтобы дать свое согласие и прервать эту пытку. она стала часто спать. ей снилось, как она бежит по кайме моря. волны медленно забегали на песчаный берег и отступали назад, солнце светило так ярко, что парме не могла распахнуть своих глаз. и где-то в море поднималась изогнутая шея, с которой стекала морская вода.
    оракул проснулась от грохота и от того, что ее клетка шатается из стороны в сторону. она открыла глаза, пытаясь встать на ноги. глаза, давно привыкшие к полумраку, увидели, как по пещере проходит сетка глубоких темных трещин. кристаллы вываливались из своих гнезд. где-то в коридорах слышались взрывы, будто что-то пробивалась из-под земли вверх, разрывая пол до потолка. в глаза ударил мутный свет, он исходил откуда-то из-за поворота. иногда мельтешили фигуры, носившиеся из стороны в сторону.
    наконец, в поле зрения парме оказался байлор. он летел сюда, как перепуганная обезьяна. темница была тупиком. демону некуда стало деваться от неизвестного явления. тогда он попытался забраться на клетку, но парме, получив какой-то совершенно дикий заряд эмоций от трусости своего мучителя, рванулась вперед, рыча, будто дикая каменная пантера. байлор свалился на пол от неожиданности неловкой жабой, с шлепком.
    и эльфийка захохотала, вновь, впервые за долгое время. она смотрела в глаза напуганного демона и заливалась хохотом.
    пол трескался, как скорлупа. разлетались кристаллы. вскоре полетели целые куски земли, камня, горных пород, металла и лавы. из пола вынырнула синяя, как кристаллы молодого льда, морда, вооруженная острыми зубами. огромные перепончатые лапы цеплялись за поверхность, но только ломали ее.
    зубы сомкнулись на сером теле короля орков. хлынула демоническая кровь, дракон жмурился, потому что она сильно обжигала его даже через твердую чешую. парме услышала сдавленный рык байлора, он пытался вырваться, хватая чудовище за морду, ударяя кулаками по деснам. но все было тщетно. демон ударялся о стены, пока не сломались его рога, а голова не поникла безвольно и покорно. какой-то черный поток энергии хлынул назад, к первоистокам, а огненные глаза демона погасли. тело короля орков полетело куда-то в дикую лаву, бурлившую под землей.
    парме слышала громкое дыхание дракона. он дышал тяжело, устало. выбрав опорные стены, он оперся на них лапами и вылез на поверхность где-то на половину. внизу застрял и помялся его прекрасный гребень.
    -фафурион! – проскрипела совсем охрипшая от крика голосом парме. он не слышал, либо не мог развернуться к ней. тогда девушка собрала все силы связок и крикнула громче, - фафурион!
    в этот раз морской дракон услышал ее. он опустил голову почти что к земле, глядя на прекрасную эльфийку. дракон хотел что-то сказать, но только глухо рычал в ответ. кончик его морды, покрытой кровью демона, коснулась парме. эта кровь обожгла ее, она отдернулась. и вдруг расплакалась, - фафурион…
    вновь и вновь повторяла она имя дракона. повелитель морей смотрел на нее очень внимательно. когтистая лапа потянулась к помятой клетке. но дракону не удалось освободить парме.
    девушка вжала ладони в веки, спеша как можно скорее смахнуть свои слезы. что-то случилось, фафурион широко распахнул пасть, издавая рев, какого девушка еще не слышала. где-то под броню, возле лопатки, в драконью спину вонзился огромный зазубренный меч. он, как по маслу, рассек синюю чешую. в воздухе бились красные рваные крылья, мерзко, как у летучей мыши.
    такой отвратительной твари парме еще не приходилось видеть на свете. этот демон напоминал сфинкса или химеру, в нем соединились словно все существа на свете. тварь слилась с кристальной пещерой, кристаллы составляли ее броню. она скакала то как сороконожка, на всех шести лапах, свободно перемещаясь по плечам дракона, пытавшегося достать ее, то как всадник на льве, ловко и грациозно перескакивая с морды обратно на рукоятку меча, причиняя боль. парме пыталась закричать, но она сорвала голос. ее руки рвались из оков, она пыталась произнести хотя бы какое-то заклинание. ведь байлор больше не подавлял ее магических сил.
    между тем, новый демон бил своим колючим хвостом, как жалом и издавал нечленораздельные звуки. теперь парме действительно испугалась за фафуриона. она видела драки, видела, как дрались разные противники. всегда, будь то муравьи или люди, они хотели победить своего врага, завоевать власть, королевство, свободу. это чудовище имело несколько другие цели. трудно описать, что это такое было вообще, но парме подумала про себя, что это – настоящее недоразумение. демон дрался сразу против всего на свете, в том числе и против себя самого. всепоглощающая ненависть была тем, что создало его. вдруг эльфийку осенило. она подумала, что «собачка», про которую говорил белеф – это и есть внезапно возникшее существо. белеф создал его и, судя по всему, вложил в это исчадие всю свою обиду на башню слоновой кости. вместе с его силами получилось существо столько разрушительное, что все демоны стали избегать его, а сам белеф решил уйти с острова. он сам не сумел справиться со своим детищем, оно ненавидело и его тоже и не желало выполнять приказы даже под давлением магии гигантов. похоже, оно сидело под какими-то печатями, маг башни рассказывал, что он когда-то преуспел в этом. но это – не орфен, встреться орфен с этой тварью, монстр разломал бы ее тонкие паучьи конечности на куски.
    когда фафурион пришел за парме, печати сломались, образовалась брешь. монстр вырвался на волю.
    наконец, дракон изловчился, вынув меч у себя из спины своими зубами. он пытался откинуть оружие как можно дальше в подземелье, но демон не готов был так просто расстаться с этой вещью. он заревел, как плаксивый ребенок, прыгнул, оттолкнувшись четырьмя когтистыми лапами и схватил свой меч. гнев и ненависть переполняли его, парме видела, как существо само себя готово разорвать на куски. оно ударило по воздуху клинком, рассекая душную поверхность огромной огненной ямой. это был портал. меч, которым владел этот демон, был артефактным и связывал этот мир с пеклом ада. из портала показались тени исчадий. они лезли на поверхность на помощь высшему демону. но и их он ненавидел пуще всего на свете.
    фафурион пытался закрыть портал, собирая в лапах истоки магии воды. он вынимал ее по крупицам сквозь сочащуюся лаву. но все было тщетно. это дыра в пространстве не подчинялась его воле.
    зверь опять пошел в атаку. фафурион ожидал этого, он освободил свой хвост и хлестнул им по тылу демона, пытаясь сломать большие красные крылья. но тварь отскочила, опять вспархивая на спину дракона. сыпались удары.
    парме немо открывала иссушенный рот, пытаясь читать заклинания, но ни голос, ни мана не слушались ее. на глазах эльфийки фафурион проигрывал этот бой.
    весь испещренный ранами, он пытался отбиваться от полчищ красных махумов и прочих демонов, накрывавших его целой армией. только дракон поднимался на передних лапах, отряхиваясь от них, как приходили новые. призвавший их тоже не дремал. именно он и уничтожал дракона, то вгрызаясь, то царапая и вонзая свой меч в синюю чешую. кровь, лившаяся из ран морского дракона, превращалась в низших драконов и морских существ, державших оружие за повелителя, но их тотчас же проглатывали исчадия ада. в конце концов, фафурион упал.
    его длинная шея вытянулась на весь зал, а морда очутилась почти что рядом с парме. он отчужденно смотрел куда-то вдаль своими мутными глазами, лишь бессильно гребя перепончатыми лапами в скользком лавовом болоте.
    парме пыталась кричать и шуметь. но он не слышал ее. наконец, она стала просто свистеть и греметь цепями, пока хватало ее сил. к клетке бросились заинтересованные демоны, потянули к эльфийке свои лапы. но вскоре их накрыла длинная челюсть морского дракона. он собрал все силы, стряхнув с себя и ту многолапую тварь, и ее полчища как можно дальше, к стенам, подобрался к эльфийке. он внимательно смотрел на губы девушки. они шептали по буквам – «открой!».
    стесанные когти неловко вонзились в стены, потянулись назад, увлекая за собой оставшиеся прутья темной клетки. за ними поволокло и парме, уцепившуюся кандалами. фафурион сомкнул пасть на куске стены, обрубая тяжелые цепи, и рухнул на пол. его стало утягивать вниз, обратно в яму.
    парме еле стояла на ногах. она старалась влачить за собой остатки цепей и наручников, игнорируя их тяжесть. и греметь. греметь, как можно громче, чтобы привлечь внимание зубастого чудовища с крыльями. оно было занято, вцепилось в сильную лапу, державшуюся за стену, подло било по ней своим острым мечом, пользуясь преимуществом ненавистной ему армии. парме собрала все силы. она бы кричала, если бы хватало голоса. девушка побежала вперед, по направлению к монстру, размахнулась куском цепи и ударило по длинному кончику колючего хвоста. звенья зацепились за кристаллическую броню, тварь взревела от боли, ударяя хвостом по полу. наконец, она отскочила от фафуриона, всецело обратив свое внимание на парме. девушка попыталась отцепиться от демона, но цепи засели слишком плотно. приходилось как можно крепче держаться, пока чудище бегало по кругу, пытаясь избавиться от потустороннего слабого предмета у себя на ненавистном хвосте.
    помог водный дракон. он рванулся вперед, грудью оттесняя демона к стене. парме слышала, как он рычит, старается загородить девушку перепончатыми лапами от неизбежной опасности. наконец, металлическое звено разорвалось, и парме упала почти на окраину ямы. прямо около нее зияла огненная пространственная дыра.
    ведьма смотрела, как из последних сил держится дракон. все, его взгляд, движения, самоотверженность говорили о том, что он готов пожертвовать собой, лишь бы спасти свою подругу из этого ада. и он не намеревался сдаваться, пока жива была та хвостатая тварь, и девушка находилась здесь. фафурион игнорировал войска, пытавшиеся прокусить его броню, подло цепляющиеся за открытые раны, нанесенные не ими. он скалил пасть, пытаясь вцепиться в исчадие, порожденное белефом. но парме понимала, что бои со всеми высшими демонами этого лабиринта и удары инфернального меча истратили силы дракона. парме поняла, что этот бой он не выиграет.
    девушка хватала все, что попадается под руки. она поддерживала одной рукой другую, чтобы поднять тяжелые наручники, размахивалась и швыряла камнями в демона. большинство не попадало. но тот единственный, последний камень, что нашла эльфийка, угодил прямо ему в морду.
    демон зарычал от гнева, только пуще разошедшегося в нем. он отпихнул лапами морду дракона, отскочив в сторону и направившись к парме. а девушка гордо стояла у обрыва, лишь улыбаясь опасности. она даже подманивала исчадие пальцем поближе к себе. от такой наглости монстр настиг ее в несколько прыжков и…
    он провалился в открытый им же портал, унеся с собой добрую сотню демонов, собиравшихся выйти на волю.
    видя это, пармэ стала кашлять, тереть свое горло, стараться пищать или выть. наконец, подняв руки к порталу, она просипела заклятие.
    дыра заштопывалась полу-темной, полу-светлой эльфийской магией. сквозь эту печать пытался пробиться когтистый меч демона, но тогда парме накладывала все новые и новые печати сверху. в итоге, пространство опять исказилось от обилия непривычной ему магии, разгладилось. портал закрылся.
    обессилев, эльфийская ведьма упала на колени прямо около разлома. фафурион поднял голову. он видел все случившееся. дракон не допускал мысль о том, чтобы сдаться и перестать бороться, на кону была слишком дорогая ему жизнь – жизнь его оракула, парме. он вновь набрался сил, одним могучим прыжком выкинув свое длинное туловище из ямы. голова пробила потолок, задние лапы плотно вонзились в стены. воины, рождавшиеся из крови дракона, начали теснить оставшихся демонов. сам дракон давил их, стряхивал с себя. какие-то, потеряв подпитку своего мира, сгорали сами.
    в темный зал ударил ослепительно яркий свет. как приятно было эльфийке вновь увидеть солнышко. вскоре белый цвет занял собой все пространство, ведьма чувствовала, что словно парит над землей. с усмешкой для себя она признала, что теряет сознание, а главное, осознает это.
    холодные капли брызгали в лицо монотонно и спокойно, через равные промежутки времени. парме чувствовала, как ей в лопатки дует бриз. она посмотрела на себя, и увидела, как сильно похудела. но это не умаляло ее красоты. белое платье с шелками и прозрачными тканями развевалось, как крыло, ее прекрасные чистые волосы украшали свежие цветы. на берегу, свернувшись кольцом, лежала огромная синяя гора со множеством царапин и сколов. кропотливо, как крабы, по телу дракона перемещались слуги, магией обрабатывая демонические порезы.
    -фафурион, - прошептала девушка. ее голос еще не восстановился.
    задумчивый и сонный взгляд дракона устремился на эльфийку.
    -парме, как я рад, что нашел тебя, - ответил гортанный рык из глубин длинной шеи морского дракона.
    девушка поднялась на еще слабые ноги, пытаясь подойти поближе к морде дракона. тот не запретил.
    она гладила твердую, будто каменную, чешую, находя в ней свою какую-то нежность.
    эльфийка пыталась залечить раны на носу фафуриона, но у нее будто кончилась вся мана.
    -отдыхай и не волнуйся за меня, моя семья знает, что делать, - ответил фафурион. а потом он опять обратился к эльфийке, - ты спала неделю.
    парме попыталась издать возглас удивления, но получился какой-то писк маленького эльпи. она смутилась, закрывая рот ладонью, а дракон оскалил зубы, он улыбался.
    -белеф давно имеет виды на мою силу. но я не думал, что он настолько подл, что ударит по самому слабому моему месту, - говорил дракон. а парме только молча слушала. фафурион вдруг сделался серьезным, - парме, свобода – это то, что всегда открыто для тебя. только скажи, я открою для тебя просторы твоего родного материка, ты вернешься домой. я – не пленитель.
    -моя свобода – это ты. силу невозможно передать. тьма – это часть моей души, оторвав этот кусок и отдав его какому-либо демону, я не останусь прежней. такой, какая я есть, я могу быть только с тобой, - прошептала парме.
    дракону были очень приятны эти слова.
    -но что, если белеф или то чудище вернутся сюда? мы с тобой чудом победили, - усомнилась эльфийка. а дракон вытянул лапы, укладывая голову на песок.
    -тогда мы победим еще раз. будь то хоть белеф, хоть это чудовище – валлок, помни, мы победим. ты – мое слабое место и, в тот же момент - моя сила. самые сильные демоны когда-то стали драконами, ты знаешь?
    парме кивнула.
    -у тебя уже контракт со мной. демоны никогда просто так не откажутся от сделки, - сказал фафурион, жмурясь от лучей заходящего солнца.
    парме только улыбнулась в ответ.
     
    Dankill likes this.
  10. sphinx6

    sphinx6 User

    Joined:
    09.03.10
    Messages:
    1
    Likes Received:
    0
    о чем она думала?

    война! месть! ярость!
    я судорожно сдавил рукояти клинков и посмотрел в небо.
    она была нам другом, она была сестрой. да, иногда своенравной, вредной, но от этого не менее любимой. о чем она думала?! сунуться в логово, в зону тех, кого мы ненавидели всей душой. на что она надеялась?! на мир? на снисхождение от них? или просто на богатую охоту.
    о чем она думала?!.. наверное не о смерти.
    месть! нет, уничтожение. раковая опухоль на теле империи нуждается не в лечении, ее нужно просто удалить! и мы удалим ее….
    -онето, друг – тихо сказал ,подошедший сзади ирче, наш кардинал и мой хороший друг.
    - я не смог – тихо сказал он – мы не успели- . тучи словно услышав это с громогласными вопляни и росчерками молний ринулись вниз.
    - я знаю ирче, знаю – тихо ответил я. – собирай ребят –
    о чем она думала… когда перед ней в своем дьявольском великолепии появились три боевых мага, с кучей поддержки за спинами.
    я обернулся. ирче уже ушел. мне требовался сон, но я не смог бы уснуть. друг.. подруга.. сестра… костяшки пальцев побелели от силы сжатой мною руки. они ответят !
    просить собирать команду почти не пришлось. ирче даже не успел оповестить их. на лицах отчаяние, ярость, в глазах всполохи гнева…. или это отблески грозы?
    оуэн, наш менестрель тихо пел , и песня его на удивление дарила тепло, успокаивала мысли и ясно давала понять , что мы победим. как он это делает? загадка , но лучшего менестреля наверное нет во всем адене. под звуки песни начался сначала тихий, робкий танец, красивейший из боевых танцев! по коже пробежал мороз. и снова ярость ,гнев, но уже оформленный… понятный. ясность мысли…, великолепие танца (молодец аластриэль) и всполохи молний.
    ирче сидел скрестив пальцы в тихой решимости. перед ним лежал его посох, который когда то был подарен ему самим императором. он вытащит нас, я знаю. я уверен.
    начал свой шепот орк. тело окутала сетка , впиваясь в сверкающий доспех, кожу. чувство легкости, силы, радости, желание убивать…азарт схватки и удача. все как обычно.
    но нет ее…
    поднимались войны. один за одним. мы команда.. мы друзья…
    я выхватил клинки. это чудные клинки, стоившие немалых денег, даже по меркам самого императора. максимум заточки, калибровки, балансировки. в них сила ветра и магия рун. испугает, гласят они. и испугают… я уверен. оружие моих друзей похуже, но и их кастеты и ножи светятся ровным синим светом. светом смерти.
    -маги видят нас- предупредил шаман урук – они идут.
    - я чувствую- тихо сказал я. резкое движение, яростный свист, оружие заряжается энергией звука и ветра. о чем она думала?!...
    -вперед!!- мой голос кажется затмил гром все звуки природы.
    показались маги. великолепие форм, лучшие посохи , и красная стальная броня династии.
    глупцы…
    их подвел кардинал. наверное… все, что я помню, ярость и уносящуюся в их сторону штормовую волну клинков. многократно усиленные ветром, они сделали свое дело. он упал. нет, не он. его части. яростно блеснув глазами я выбрал его. он их лидер, я уверен а этом. похоже и он выделил меня. странно, похоже в его взоре страх. ухмылка перекашивает лицо… он атакует. огромный диск огня вырывается из посоха. удар такой силы я не ожидал. броня, если бы она не была зачарована, рассыпалась бы в пыль, а тело словно отделилось само от себя. столп света. кажется я жив, броня снова сверкает на вполне живом и обьятом яростью теле. – спасибо ирче.
    и снова удары. уже все маги выплеснули огонь своих посохов в меня. нет уж, не на того напали! один рывок, и лидер магов передо мной. удар меча тонет в его защите. откуда то появился воин в тяжелой броне, похоже он менестрель. удар- клинок врезается в огромный двуручный меч воина. коплю энергию. этого дружок тебе не перебить. атака , вихрь танцующих клинков и звуковая волна испепеляет броню противника (кажется он зовет маму) шут_)). он судорожно кричит и активирует магическую защиту. подождем. вторая волна клинков летит в мага. глупый, он пытается что то крикнуть. поздно. аккуратное отверстие появляется в груди мага. через него видны полные ужаса лица его друзей. маг судорожно глотает пробитыми легкими воздух и ищет глазами хилера. он уже понял, что умирает… месть! удар, удар, шторм клинков и вражеский бафер лежит у моих ног. где то сзади, в суматохе, тиран людо превращает голову второго мага в кашу. с громким стуком тот роняет посох. месть! я наблюдаю как урук с мрачным упорством и даже каким то снисхождением высасывает жизнь из третьего, самого молодого из магов. ужасная смерть. меня передернуло. наш нож с мрачным удовлетворением вонзает нож в спину менестреля. команда работает как один организм.
    через мгновение все кончено. задело лиш нашего певца, и то похоже взрывной волной удара , летевшего в меня. им уже занимается ирче. а ведь ирче спас и меня. похоже что маг со страху кританул. я осмотрел место битвы. злость уходила, приходила тоска. они ответили, но ее нет с нами.
    о чем она думала когда уходила?...
    а может она осталась?... ведь мы ее команда…. ведь мы ее друзья…..

    2011 г
     
    Last edited by a moderator: May 26, 2013
  11. Lesbos

    Lesbos User

    Joined:
    02.11.11
    Messages:
    574
    Likes Received:
    60
    плебейская история про чай, спирт, соль и кидалово


    «о господи, на тебя уповаю, пусть мне не будет за себя стыдно, пусть враги не одолеют меня!»
    спасти рядового райана


    лет десять назад со мной приключилась одна любопытная история. много воды утекло с тех пор, но я по-прежнему все помню. сидел я тогда в каком-то трактире, потягивал вишневый сок и краем уха подслушивал разговор завсегдатых пьянчуг. уже тогда я был в завязке, надоела мне алкогольная тема. но история не об этом. короче, какой-то старик за соседним столиком, со всех сторон окруженный желторотыми юнцами, рассказывал байку о несметных сокровищах. конечно, нашел себе свободные уши. ему подливают, а он в уши дует. якобы где-то на юге, в двух часах плавания от материка, раскинулся остров, на котором этот старик жил. толи там чудище поселилось, толи ураган прошелся – я уже не помню, но все сводилось к тому, что после какого-то происшествия остров покинули все его жители, и старик в том числе. времени на сборы ни у кого не было, поэтому все нажитое добро пришлось бросить в лачугах. старик хвастался, что в его доме до сих пор под кроватью стоит сундук, доверху набитый золотом. сам он слишком дряхлый, вряд ли переживет столь долгий путь, а вот какой-нибудь отчаянный парень сможет дотуда добраться.

    замечу, что тогда я был слишком молод, неопытен, в моей голове гулял ветер. евстевственно, подслушав этот разговор, я тут же вечер нагрел какого-то лошка на бабки и смылся в ближайший порт. там, у какого-то прощелыги, я арендовал потрепанное корыто за два писят и спустя 5 часов уже подплывал к острову. дерьмово все вышло, что уж говорить. остров этот представлял собой довольно унылую пустыню, со всех сторон окруженную неприступными горами, по которой туда-сюда сновали огромные скорпионы (величиной с рослого бычка). пока я бродил по горячим пескам, мои башмаки превратились в лохмотья. никакого клада я не нашел. в общем повернул я обратно, подхожу к пристани – и представьте – около моей лодки на берегу вижу палатку. живот мой уже два дня был пуст, к тому же очень хотелось пить. подхожу я к палатке, думаю попросить немного пожрать, и тут из нее высовывается голова того самого старика, который оставил несметный клад под своей кроватью. уже тогда я насторожился, но кушать уж больно хотелось.

    короче, почесал я языком мальца со стариком, тот накормил меня и предложил чайку выпить. «давайте, я очень люблю чай,» - сказал я ему. вынес старик две кружки, котел, развел костер и заварил чефирку. разлил он чаек по чашам и протягивет мне кружку со словами: «испей». я-то сразу распознал кидалово. себе он с котла наливал, а мне в кассу какую-то жижу подлил, думал, что не замечу. поднес кружку к носу, принюхался – а там чистый спирт! ей-богу, аж слезы из глаз хлынули! но я не растерялся, залепетал ему дрожащим голосом: «спасибо, добрый человек. век не забуду вашу доброту. токмо люблю я чай с солью пить. когда совсем малой был, бабушка моя покойная всегда соль подсыпала в чайник. так и привык. не откажи в просьбе, принеси щепотку соли». и что вы думаете? купился, как пить дать! конечно, конечно, так-перетак, сейчас все будет. ушел в свою палатку, а я бокалы-то, бокальчики, местами поменял. когда тот возвратился, я соль насыпал чуток себе в кружку и говорю: «до дна!» а эта гадина в ответ улыбнулась, поднесла свой сосуд к губам, и глотнула, причмокнув к тому же. смотрю я, а у него рожа бледнеть начала, синяки под глазами выросли. испужался я тогда, совсем зеленый был. деру дал, до самого хутора одни пятки сверкали.

    «и что дальше?» - спросите вы. а вот как раз недавно он ко мне захаживал. хотел, небось, врасплох меня застать, да только я за версту учуял запах перегара. представьте - токмо я печку растопил, устроился в мягком кресле, укрылся теплым пледом, как заваливается ко мне этот кидок. на ногах еле стоит, шатается, нос красный. ну, я виду не подал, сижу, чаек прихлебываю, баранками закусываю. этот хмырь кинул свое пальто на тумбу у двери и, даже не разуваясь, зашаркал своими грязными чоботами по паркету. но ведь и я не лыком шит! покачиваюсь в кресле, будто его рядом вовсе нет, напеваю песенку, усы в кружке полощу. так этот черт остановился в двух шагах от меня, глаза свои хитрые вытаращил и говорит: «ну?» ну так я ему и ответил, возведя очи к небу: «чаво нукаешь? говори, зачем пожаловал». «бросил?» - спросил он. «что «бросил»? «а ты, поди, сам не знаешь», - как бы невзначай обронил он, а сам, стервец, губы пересохшие облизывает, намекает.

    и вот тут я, дорогие мои, не выдержал. ох и долго же летала кочерга по избе! а он, окаянный, аки уж извивается, по шкапам прыгает, горланит про какие-то упоительные вечера. загнал я его на антресолю, сам внизу стою, кочергою трясу. а этот болван в тени спрятался и шепчет мне оттудова, словно девица красная: «бросить пить, бросить пить, бросить пить…» бывают же на свете полудурки! еле выгнал я его. после пришлось тещу с кумой звать, дабы хату прибрали.
     
  12. ГроГалораГран

    ГроГалораГран User

    Joined:
    24.04.10
    Messages:
    453
    Likes Received:
    18
    сделка с дьяволом
    ребятня, собравшаяся у костра уже ждала. а из центрального шатра вышел старый орк-шаман, и медленно, опираясь на резной посох, побрел к кострищу.
    устроить лагерь для детей, на отделенной части говорящего острова была отличная идея. суета взрослых не касалась тут детей, а монстры, обитавшие раньше в этих землях, пропали без следа. детей разных рас отправляли отдохнуть в этот лагерь. только гномы оставались при своем, и воспитывали детей под защитой мафр, в сердце гор. в группе детей были и эльфийские дети, и человеческие, и даже орки. ни одна раса не хотела рисковать детьми в эти смутные времена. все хотели, что бы хоть немного, они могли получить радости жизни ребенка. перед тем как ступить на путь, который они выберут.
    старый орк подошел к костру и уселся в удобное резное кресло, вырезанное прямо в огромном пне.
    - ну что, ребятишки, пришло время еще одной истории? – он нагнулся вперед, и подбросил полено в огонь. костер полыхнул с новой силой, осветив радостные лица детей.
    - да! хотим историю! – закричала ребятня.
    - отлично. что же вам сегодня рассказать? может, про создание мира?
    - не-ет!
    - а может, сказание про дерзость короля баюма?
    - нууу! мы это уже слышали! – не унимались дети.
    - тогда, я поведаю вам про короля пиратов. известного как закен.
    - ухх ты! давайте.
    - интересно? тогда слушайте…
    вдалекие времена, когда еще землями эльмодерена правили короли, но уже после того, как боги наказали короля баюма, за его дерзость, моря бороздил молодой и отважный пират. его корабль не знал поражений, а другие пираты боялись перечить ему. имя его – закен.
    он не боялся капризов природы. он бросал вызов самым страшным штормам, а его команда не знала бед и печалей.
    не было спасения грузовым судам, перевозившим ценные товары. те, кто рисковал, и не платил дань за проход по морским путям, поплатились своими жизнями.
    каждое судно, дерзнувшее бросить вызов молодому капитану, уничтожалось с особой жестокостью.
    шли года. закен добился высокого положения среди пиратов. и заслужил среди них кличку, король пиратов. его слово было законом, и каждое пиратское судно платило десятину от добытого сокровища. продовольствие, награбленное пиратами, продавалось в гаванях по всему эльмодерену. местные власти были не рады, что награбленное у них пиратами добро, продают им же обратно. но возразить закену не решался ни один военный флот. уже долго ходили слухи, что закен имея под командованием лишь один корабль, сумел потопить половину флота королевской армии, отправленного на его поимку. остальные же бежали, едва сумев спасти свои жизни.
    прошло еще некоторое время. никто не может точно сказать сколько. может десяток лет, а может и больше. король пиратов закен стал опасаться за накопленные за все время сокровища, и стал обдумывать, как ему защитить их. он прочел множество магических книг и старинных манускриптов, в поисках ответа. и вот однажды, он наткнулся на ветхий свиток. в нем упоминался древний ритуал, позволявший заключить некую сделку с демонами ада. эта сделка была нерушимой, но плата за нее была велика: заключавший сделку, отдавал дьяволу свою душу, взамен на выполнение своего пожелания. король пиратов загорелся идеей о заключении такой сделки. целый год, по его приказу, по всем уголкам мира собирали нужные ингредиенты для ритуала. сам же король пиратов обнаружил пещеру, находившуюся на острове дьявола. в этой пещере находился алтарь.
    до этого момента, остров дьявола использовался пиратами как база, и никто и не догадывался об истинном назначении этого места.
    в одну штормовую ночь, закен спустился в эту пещеру, взяв с собой часть команды, и все необходимые компоненты. раскрыв свиток, он стал напевно читать заклинание, бросая на алтарь веточки, или капая из колб какую то жидкость. а закончив чтение, он взял кинжал и полоснул себе по ладони. ведь кровь была последним недостающим ингредиентом. и кровь нужна была именно вызывающего. сначала, ничего не происходило. король пиратов даже усомнился в правдивости легенды, и собирался уходить. но тут земля под ногами раскололась, и из расщелины вышел огромный демон.
    - кто посмел призвать дьявола?! кто дерзнул побеспокоить мой сон?! – рокочущим голосом спросил демон.
    - я, король пиратов, именуемый закеном!
    - что тебе нужно, закен?
    - я хочу, что бы ты выполнил мое желание!
    - а знаешь ли ты цену, которую я возьму за это? – демон широко улыбнулся.
    - да! моя душа станет твоей.
    - тогда я слушаютебя, закен, король пиратов. говори, чего желаешь!
    - я желаю бессмертия, что бы вечно сторожить свой клад!
    закен считал, что сможет обхитрить демона, и оставить душу при себе.
    -что ж. я выполню твою просьбу. но сначала ты, подпишешь контракт своей кровью.
    и тут король пиратов совершил роковую ошибку. не прочитав контракт, о черканул кровавую подпись и выбросил перо.
    -ха-ха-ха! ты думал, что сможешь обдурить меня? так получай же в наказание вечную жизнь монстра! ты будешь прикован ко своим сокровищам и погребен в глубине этого острова вместе со своим кораблем, и своей командой! ты будешь до конца веков сторожить то, что уже не будет иметь ценности для тебя!
    с этими словами демон исчез. а закена, и его корабль больше никто не видел. лишь много лет спустя, первые искатели приключений посмели войти в пещеру. долго скитаясь по лабиринтам, он нашли корабль закена. так и до сей поры, туда ходят любители испытать удачу, и некоторые даже умудряются вынести ценные вещи.

    старый орк выпрямился и погладил седые брови. глаза его устали, и он хотел спать.
    - дядюшка каррот, а чему учит эта история?
    - ну а ты, как думаешь ?
    - может, не заключать сделок с дьяволом? - выкрикнул орченок.
    - или не пытаться обмануть его? – высказали сразу трое ребят.
    - думаю, вы все в чем то правы. – старый орк поднялся с кресла, и поманил ребят.
    - а теперь ложитесь спать. завтра новый день, и новая история уже ждет вас.
     
    Dankill likes this.
  13. Иллериан

    Иллериан User

    Joined:
    19.06.12
    Messages:
    403
    Likes Received:
    92
    честная сделка, у честного демона... где вы видели честного демона???
    тяжелые свинцово-серые тучи неторопливо проплывали над шутгардом, грозя накрыть северный город сильной метелью. порывистый ветер, словно волк, завывал за хлипкими ставнями гостиничного номера. дариэль мерил комнату шагами, кутаясь в теплый плащ. но даже шикарные меха не спасали от сквозняков. эльф поежился (светлые вообще плохо переносят холод) и материализовал в руке огненный комок. снизу раздался дружный гул голосов. как вообще можно на чем-то сосредоточиться в таком шуме? огонек страдальчески моргнул, пыхнул и исчез. волшебник нахмурился, его мысли путались, и даже самая простоя магия отказывалась подчиняться. он не мог думать ни о чем, кроме сумеречной надежды. надежды найти свою пропавшую возлюбленную. дариэль решил, что не станет дожидаться утра и попытается отыскать своего осведомителя сегодня. эльф спустился по лестнице и оказался в большом обеденном зале. постоялый двор пользовался огромной популярностью у населения, в зале было не протолкнуться. представитель всех рас столпились, отгородив живой стеной небольшую площадку, и скандировали имена.
    - фриг!!! фриг!!!
    - уделай его, девочка, я поставил на тебя солидную сумму!!! – крикнул хозяин гостинцы, перекрывая гул своим мощным басом.
    - грох!!! грох!!! прибей эту пигалицу!
    дариль протиснулся через толпу и уже собирался выйти, эльфа никогда не привлекали трактирные стычки или кулачные бои, и уж тем более ставки в них.
    - если сумма настолько солидная, то с тебя процент! – выкрикнула девушка.
    дариэль замер. это была она. ирэна. ее голос. как она попала сюда? что с ней случилось? эльф забрался на стул, что бы найти ту единственную, которую искал и похолодел.
    в кругу гогочущей толпы стояла эльфийка в лазурной броне, ее золотые волосы были заплетены в косу. гордая и уверенная в себе девушка медленно прохаживалась по кругу и хищно улыбалась противнику. противником оказался орк. он с иронией смотрел на эльфийку. неудивительно, ведь он был на две головы выше противницы, и втрое шире в плечах.
    - ну, что, пупсик, ты обещал меня убить, начинай или испугался, - девушка хихикнула и поманила воина пальчиком.
    орк взревел, и кинулся на противницу, но та легко уклонилась, и воин, потеряв равновесие, улетел в толпу. зрители злорадно рассмеялись и вытолкали неудачника обратно.
    - стерва! ты у меня попляшешь!!!
    - не перетрудись, пупсик.
    орк сжал кулаки и ринулся в бой, но не один из его мощных ударов так и не достиг цели. эльфийка словно танцевала, плавно уклоняясь от кулаков. орка поглотил гнев, и что б, наконец, убрать это маленькое недоразумение с дороги он небрежно махнул рукой, за что поплатился, получив удар в челюсть. сделав изящный реверанс перед зрителями, девушка нанесла сокрушительный удар в грудь, от чего воин закашлялся и согнулся пополам. эльфийка, не теряя времени, подпрыгнула и оверхедом нокаутировала противника. зрители, недовольные быстрым исходом, схватки заулюлюкали и начали разбредаться к своим столикам.
    - как всегда быстра, фриг! – пробасил хозяин гостиницы, кидая девушке кошель с монетами.
    - благодарю, джек! – эльфийка подобрала наспинные ножны с тяжелым двуручным мечем, и направилась к выходу. дариэль последовал за ней. ему пришлось расталкивать посетителей и выслушивать их недовольные возгласы, чтоб хоть как-то приблизиться к ней. ирэн…
    волшебник догнал девушку у самой двери.
    - ирэн, постой! - дариэль посмотрел ей в глаза, надеясь встретить знакомые изумрудные искорки, но вместо этого увидеть янтарно-алое, всепоглощающее пламя.
    - отвали, мужик! – эльфийка нетерпеливо отмахнулась, и дариэль улетел в стену…

    сумерки остались под густыми кронами проклятого леса. ирэн вприпрыжку выбежала на залитую солнцем полянку, и с наслаждением подставила лицо свежему ветру. девушка радовалась, что можно уже не опасаться каждого куста или дерева, что перед ее носом, словно из воздуха, не нарисуется злобный вампир желающий пообедать за ее счет.
    дариэль с умилением наблюдал за возлюбленной, за тем как ветерок путается в ее золотых волосах, как искрятся ее изумрудные глаза в солнечном свете.
    - может, пройдемся? до руны не так далеко, а я слишком устала, что б сотворить портал, - девушка села на траву и картинно приложила изящную ладошку ко лбу.
    - все, что угодно, любовь моя, - волшебник подал ирэне руку и помог подняться.

    солнце окрасило запад в алые тона, когда молодые эльфы, весело болтая, подходили к городу. на востоке появилась бледная луна, и зажглись первые звезды. повеяло ночным холодком.
    дариэль насторожился и прекратил беседу.
    - после прогулки по проклятому лесу не могу отделаться от ощущения, что за нами наблюдают, - тихо проговорил волшебник.
    ирэн помолчала, вслушиваясь в вечерние звуки:
    - ты слишком устал. нам давно пора вернуться домой, - девушка улыбнулась и сразу почувствовала, что не может пошевелиться. краем глаза она увидела фигуру в красно-черном балахоне.
    дариэль прошептал заклинание, нападавший покрылся толстым слоем льда. ирэн упала на колени, оглянувшись, она заметила приближающихся людей в черно-красных балахонах. девушка попыталась сотворить портал, но ее веки отяжелели, и она провалилась в магический сон.
    дариэль увернулся от сгустка темной энергии, и произнес заклинание вспышки. яркий свет ударил в глаза темным магам, дав эльфу время заморозить еще двоих. волшебник крутился как волчок, уворачиваясь от опасных заклинаний, и, замораживая противников, пока его тело не сковал паралич. дариэль наблюдал за тем, как темные маги связали ирэну и унесли. наблюдал, и ничего не мог сделать…

    ирэна шевельнулась и сразу пожалела об этом. она была связана по рукам и ногам, и затекшее тело пронзала острая боль при малейшем движении. девушка ощущала холод и смрад подземелья, но не было, ни единого лучика света, чтоб рассмотреть пещеру, в которой она оказалась. эльфийка услышала приглушенный шепот, наверно кто-то, как и она попал в западню. с другой стороны от девушки раздался стон, и понеслись проклятья и ругательства. ирэна сжалась в комочек, ее охватил ужас происходящего. девушка вскрикнула, когда мимо ее ног пробежала крыса и больно ударила хвостом по затекшим щиколоткам.
    глухой звон колокола прокатился по пещере, словно раскат грома. пленники притихли. вдалеке ирэна заметила магический светлячок. он приближался, а за ним фигуры в красно-черных балахонах. вновь зазвонил колокол. девушка почувствовала, как ее тело отрывается от пола. сейчас при свете магического пульсара она разглядела и других узников. все они, связанные, некоторые были покрыты солидным слоем грязи, а их одежда превратилась в лохмотья. пленники воспарили над полом пещеры и выстроились в колонну, как хорошо обученные солдаты. ирэна была последней.
    узников вынесли в подземный храм с высокими сводами. неф был украшен огромными статуями в длинных плащах, больше напоминающих широкие кожистые крылья. колонна невольников двигалась к помосту, где у алтаря возвышалась самая большая статуя. колокольный звон громыхнул в третий раз, и за ним ужасным воем понеслись молитвы.
    невольников оставили перед помостом. к алтарю вышел жрец в красно-черном балахоне, расшитым золотыми узорами. из под широкого капюшона блеснули красные, словно крысиные, глазки, скептически осматривающие пленником. жрец вытянул руку, из широкого рукава показалась костлявая бледная кисть с узловатыми пальцами, указывающая на гномку. пленница выплыла вперед и плавно опустилась на алтарь. вой молитвы все усиливался. жрец выкрикивал ритуальные фразы и вскидывал руки, обращаясь к статуе. у ирэны кружилась голова. девушка всеми силами старалась отвлечься от происходящего. она молила всех богов о спасении и забвении. эльфийка была готова отдать все, лишь бы у нее были силы. такие силы, чтоб никто не смог ее победить или взять в плен. о забвении, чтоб не помнить всего пережитого ужаса… жрец занес кинжал над жертвой и через мгновение алтарь обагрился алой кровью. молитвенные песнопения зазвучали с новой силой, и жрец выбрал следующую жертву.
    глаза ирэны наполнились слезами. нет! все что угодно, только не смерть на алтаре…
    только не так…
    внезапно все стихло. ирэна поняла, что в зале совершенно одна. не было ни темных жрецов, ни их измученных пленников. только чистый массивный камень алтаря перед величественной статуей. исчезли сковывающие заклинания и прочные веревки. эльфийка пошатнулась, и чья-то сильная рука не позволила ее упасть. ирена оглянулась. ее поддерживал под локоток высокий мужчина в вороненых доспехах, за его спиной черным облаком развивался плащ. его узкое бледное лицо с заостренными чертами обрамляли иссиня-черные волосы, в глазах плескалось пламя.
    - кто ты? – испуганно вскрикнула эльфийка.
    - я тот, кто пришел помочь тебе. меня называют тироль, - его бархатный голос успокаивал ирэну. – ты говорила, что отдашь все, за силу и забвение.
    девушка неуверенно кивнула, она как завороженная смотрела тиролю в глаза и не могла оторваться.
    - твое желание для меня закон, - прошептал он, нежно взял ее за подбородок и приник к губам. в бесконечно долгом поцелуе ирэна почти физически ощущала, как уходят дурные воспоминания. исчез ужасающий вой молитвы, кровавый алтарь, громоподобные удары колокола, темная затхлая пещера, солнечная полянка перед проклятым лесом, дариэль…
    ирэна попыталась вырваться. она не хотела расставаться со всем своим прошлым. тироль не отпускал ее. изо всех сил девушка продолжала бить кулачками по широкому вороненому нагруднику. но через пару мгновений ее руки безвольно опустились, а изумрудные глаза потемнели. тироль отстранился.
    - наслаждайся своей новой жизнью, девочка, - сказал он с улыбкой, - и запомни: создание без души рано или поздно становится демоном. фриг…

    фан-фик называется: мне не нравится тема...
     
    Last edited by a moderator: May 29, 2013
    Xecyc and Dankill like this.
  14. MR.Sandman

    MR.Sandman User

    Joined:
    07.06.11
    Messages:
    1,415
    Likes Received:
    174
    договор кровью.
    молодая гномка быстро бежала по мосту к столь величественной башне слоновой кости. в руках у нее было куча непонятных вещей – какие-то склянки, корешки, веточки, комки грязи различных цветов неизвестного происхождения. гномка бежала так быстро, как могла, но при этом крайне сильно оберегала эту странную охапку, стараясь не выронить ничего. добежав и спустившись на самый низ, она подбежала к явно ожидающему ее мужчине.
    - господин мимир, я собрала все ,что вы просили, господин мимир, изготовьте его.
    - а ты очень смелая, раз достала все это… я конечно изготовлю его, но помни – ты можешь быть еще слишком мала, чтобы он подействовал…
    с этими словами мимир повернулся к своему столу и стал быстро работать в ступке. перемешивая ингредиенты, он что-то нашептывал, казалось, будто он читает страшное темное заклинание. когда он повернулся, в руках у него была пробирка с люминесцентной жидкостью, которая издавала странное свечение.
    - эликсир готов. но напомню еще раз, что он может не сработать и даже быть опасен для твоего здоровья…
    не дослушав слова алхимика, гномка выхватила эликсир и залпом выпила его. ее тело покрыло свечение, которое стало медленно разгораться, но вдруг внезапно потухло.
    - увы, ты еще слишком юна, милая эйха, слишком мала…приходи, когда подрастешь.
    - я не могу ждать, господин мимир, мой дед…он умрет очень скоро.… а мне, а мне нужны, просто необходимы целительные навыки апостола, чтобы вылечить его…
    опустив голову, гномка медленно ушла, чувствуя на своей спине сочувствующий взгляд алхимика.
    несколько лет прошло с нападения траджана на деревню гномов. много тогда народу было уничтожено, многих забрал себе траджан. дед эйхи был одним из добровольцев, которые помогали оттеснить червя от деревни, чтобы хоть как-то снизить потери. в бою он получил ранение, царапину, и особо никто не беспокоился. прошло несколько лет. гномы создали небольшой поселок рядом с деревней, дабы найти погибших и похоронить, а так же разобрать завалы и может быть найти что-то ценное. наверное, траджан источал какой-то яд и через несколько лет, буквально за несколько дней бородатый, сильный гном стал бледным и слабым. жрец евы, направленный в помощь гномам, только разводил руками, сетуя на то, что помочь тут может только апостол. он предсказал старому гному жить буквально еще несколько дней, после чего душа его отправится к эйхасад.
    вернувшись домой ,эйха смочила полотенце и положила на лоб умирающему гному. зажгла свечу и, сев рядом, со слезами на глазах, она прошептала:
    - прости дед, эликсир господина мимира не сработал, я не могу тебя спасти.
    - не волнуйся внученька, я уже много прожил. я видел, как ты растешь, становишься сильной, не зря родители назвали тебя в честь нашей богини. я растил тебя после той трагедии с нашей деревней… после той трагедии с твоими мамой и папой…- на этих словах гном провалился в забытье.
    - прости дед, я бы все, все отдала за тебя, даже свою душу.
    - твое желание крайне интересно, юная гномка – раздался голос из самого темного угла домика. на свет свечи вышел светлый эльф, тот самый жрец евы, который жил где-то в деревне и помогал гномам.- я думаю, я могу осуществить его - твоя душа в обмен на его здоровье.душу твою я заберу через три дня.
    - так кто же ты? – эйха встала и уже готова была надавать по лицу этому наглому светлоухому.
    - мое имя не важно. тогда подпиши тут. своей кровью.
    на этих словах в его руках появился желтый лист пергамента, на котором были начертаны странные символы на непонятном эйхе языке. немного подумав, гномка взяла свой охотничий нож и, надрезав палец, вывела кровью на листе свое имя. только сделала она это и отвела кровоточащий палец, лист свернулся и буквально исчез в руке гостя.
    - договор заключен, до свидания, юная гномка, до скорой встречи.
    на этих словах эльф растворился в полумраке. и неожиданно старый гном очнулся, часто задышал, лицо его порозовело, и он даже попытался встать.
    наутро, когда эйха проснулась, дед уже твердо стоял на ногах у входной двери.
    - внучка, прости, но мне надо уйти, вернусь завтра вечером. хочу встретиться с одними важными людьми, раз уж я здоров, да и в храм надо заглянуть, давно я не молился. – с этими словами гном развернулся, накинул заплечный мешок и ушел, оставив эйху в полном недоумении.
    вернулся, как и обещал, под вечер следующего дня, и на глазах удивленной гномки сразу же упал на кровать. наутро уже он растолкал эйху и прошептал:
    - а сегодня весь день мы проведем вместе, внученька, одевайся, надо много сегодня сделать. сегодня мы пойдем в башню дерзости.
    эйха быстро умылась, оделась и после завтрака парочка гномов двинула в башню.
    весь день они сражались, плечом к плечу, вычищая один этаж за другим. эйха никогда не была так счастлива, впервые за долгое время они с дедом пошли бить ненавистных монстров. постепенно они поднялись на последний этаж, встав перед огромными дверьми.
    - а вот тут, внучка, заточен баюм. когда-то он решил построить эту высокую башню, до самого неба. но боги наказали его за гордыню, заточив на последнем этаже и дав вечную жизнь. ну как вечную – многие путники приходят сюда к нему за сокровищами, он сражается, но все равно терпит поражение. и он чувствует боль, ужасную боль при смерти и еще больше при возрождении. его боль ужасна, она сильна и мучительна, вот такое его наказание за гордыню.
    гном открыл огромные ворота и перед ним предстал баюм. замахнувшись, он попытался с удара проткнуть насквозь бородатого наглеца, но дед ловко увернулся, подпрыгнул, неожиданно высоко для гнома, и проломил голову баюму своим огромным молотом. злобный заточенный демон в крике растворился в черном тумане. эйха смотрела на все это с непередаваемым восхищением. собрав все ценное, два гнома пошли домой. эйха была счастлива, но нехорошие воспоминания омрачали ей память. да и ее дед тоже был мрачен, будто это были не победители баюма, а идущие на смертную казнь. придя домой уже поздно вечером, эйха зажгла лучину и поставила на стол. тут из угла домика донесся голос:
    - время пришло, юная гномка, я пришел за тем, о чем мы договорились. – из мрака снова появился светлоухий.
    - но сначала я заключу свой договор. – на этих словах дед заслонил собой юную, дрожащую от страха, внучку. – я меняю свою душу на ее.
    - что же, душа крепкого гнома гораздо ценнее, я согласен. – и в руках эльфа снова появился пергамент, гном, надкусив палец, расписался. повернувшись к внучке, он сказал:
    - прости меня ,внучка, ты подарила мне три прекрасных дня, спасибо тебе за это. ты еще молода и тебе не стоит отдавать свою душу за такого старика, как я. и возьми мой молот, это – твоя память обо мне, он хороший и я уверен, он послужит тебе не раз и не раз спасет тебе жизнь, как и мне…
    - договор заключен. – на этих словах рука эльфа преобразилась в черное жало, которым он проткнул гнома на глазах эйхи. в глазах ее деда мелькнул лучик боли и взгляд его потух. тело упало, но сияющая синим светом душа осталась нанизана на острый шип.
    - какая душа, просто прекрасно… - прошептал эльф и вдруг, пытая сойти с места, застрял. душа будто приросла к полу, и эльф не мог никак ее сдвинуть. – как так, почему? заключен же договор…
    - а ты не знал, что душа того, кто пожертвует собой ради спасения другого, будет навечно спасена? – голос раздался со стороны стола. за столом, рядом с догарающей лучиной, сидела женщина.
    - а ты еще что такое?
    - не что, а кто – на этих словах она встала, величественно подняв голову. – я богиня всего сущего, я эйхасад. этот гном обратился ко мне за помощью. и я услышала его. я подсказала ему такое решение. а здесь я по одному поводу – мне не нравится, что ты совращаешь моих послушников, очень не нравится, придется тебе уничтожить. юная гномка, уходи отсюда и никогда не возвращайся.
    на этих словах эйха резко вскочила и, схватив молот деда, выскочила в дверь. уходя, она кинула взгляд на душу деда. та все еще стояла, проткнутая черным шипом из руки эльфа и в глазах его души читалась радость за внучку и губы его беззвучно прошептали: «прощай, внучка».
    эйха выскочила в дверь и быстро отбежала от дома, слыша странный и пугающий треск. отбежав достаточно, она обернулась. прямо под домом возникла огромная трещина, которая расходилась все больше и больше, поглощая дом. сев на траву от усталости, гномка со слезами на глазах прошептала:
    - прощай, дед.
    молодой парень допивал уже третий бокал местного крепкого пива, он был явно зол.
    - проклятый сельфин. кем он себя возомнил? «ты еще слишком молод, чтобы пройти испытание и получить частичку силы гигантов». тоже мне, посредник между нами и гермункусом, тьфу. сила гигантов у всех моих знакомых, один я такой. бесполезная ,недоделанная курица. душу бы отдал за эту силу…
    - это очень интересное предложение, юный человек – и темного угла таверны появился светлый эльф. волосы и одежда его были опалены, а от него самого попахивало гарью.
    - ты что за оборванец? погорельцам не помогаю
    - мое имя не важно, важно то, что ты хочешь получить. твою душа, в обмен на силу.
    в руках эльфа возник желтый пергамент с неизвестными человеку символами.
    - распишись, вот тут, кровью.
     
    Last edited by a moderator: May 28, 2013
    Dankill likes this.
  15. Razora

    Razora User

    Joined:
    20.06.11
    Messages:
    228
    Likes Received:
    103
    есть вещи, которые нельзя купить.
    для всего остального есть...


    мох проскальзывал сквозь пальцы ног, щекотал и холодил босые ступни. случайно попавшиеся на пути ягоды брусники лопнули под ногами и далее, шаг за шагом, оставляли на пути кровавый след. придерживаясь за дерево, эльф остановился, чтобы перевести дух. белый ястреб, принадлежность которого к грозовым выдавали лишь два изумрудных пера в хвосте, неожиданно прервал полет и сел на мохнатую еловую ветвь, устремив мудрый взгляд вглубь леса. его хозяин встал и принюхался. тяжелый запах смерти, едва уловимый, становился отчетливее с каждым шагом, дальше идти было опасно.
    эльф прилег на землю, ощущая, как влага мха передается одеянию. лицо оставалось непроницаемым. ястреб, чувствуя хозяина, заклекотал и яростно взмахнул крыльями. белоснежное перо нехотя опустилось перед лицом лежащего. ощупывая его глазами, мужчина старался отгородиться от волны воспоминаний, но та, безжалостная, подобно другим стихиям, поглощала его. назрев, крупная слеза выкатилась из свинцово-серого глаза и, звонко ударившись об землю, разлетелась на множество витражных осколков прошлого.
    именно здесь, на перепутье первозданного леса и леса неупокоенных, мальчишка, которым он когда-то был, охотился на дичь. именно здесь, распугав по пути живность, с криком пробежала она…

    уловив визг острым ухом, рэйн резко обернулся и, прищурив ледяные глаза, натянул тетиву. растрепанная девица, голося на всю округу, старательно перепрыгивала ухабы и камни, нелепо помогая в балансировке крылом. заметив эльфа, метящего стрелой ей прямо в глаз, она замешкалась мгновенье, но, обернувшись, вновь оглушительно заорала и, размахивая руками, попыталась что-то объяснить.
    - чудовище, - возбужденно лепетала она, жестикулируя даже крылом. – чудище! чудище! помогите!
    вторя ее словам из зарослей, гремя костями подпрыгивающих в карманах, показался зловонный монстр. переводя взгляд с девушки на костодела, рэйн пытался определить к кому испытывает большее отвращение. но птица, его вечный напарник-альбинос, не размышляла ни секунды: вцепившись острыми когтями в дряблое разлагающееся тело, ястреб раздирал чудовищу грудь. тяжело вздохнув, эльф выпустил стрелу, больше помогая пернатому другу, нежели незнакомке. зашипев, уродливое создание упало без чувств, рассыпав собранные кости.
    потрогав существо носком сапога, девушка убедилась, что нападавший повержен и, растянув в улыбке перемазанный черникой рот, промолвила:
    - спасибо вам. я всего лишь собирала ягоды, как вдруг это создание…
    - это создание в любой момент может подняться на ноги, - грубо прервал ее рэйн. – поэтому, если вновь не хотите оказаться в подобной ситуации, я советую вам покинуть лес.
    по лицу эльфа ясно читалось, что безопасность однокрылой беспокоит его в последнюю очередь. прерванная охота являлась причиной его недовольства и, желая избавиться от девицы как можно скорее, он надеялся продолжить занятие.
    - я смогу с ним справиться, - она похлопала по рапире, забранной в ножны. – сейчас он напал…
    - неожиданно? – юноша цинично улыбнулся. – ну а в следующий раз, безусловно, он предупредит тебя.
    - стрелять может каждый простофиля, - обиженно надув синие от черники губы, сказала камаэль. – я могла бы стать арбалетчицей, но что в этом веселого? вот палач, крушитель душ – это совсем другое дело.
    - крушитель душ? кажется, у этого костодела было куда больше шансов сломать твою.
    недовольно сложив руки, девушка устремила на него брусничного цвета глаза, взгляд которых был столь же кислым, как вкус северных ягод. нервно облизав губы, ощущая себя столь же перепачканным в ягодном соке, рэйн чуял, как ноги становятся ватными, словно попали в густое варенье. длинные золотые ресницы, делающие его взгляд еще более тусклым, испуганно дернулись.
    - просто смешно, - вымолвил он, сглотнув ком кисло-сладкой жижи, засевшей в его горле. – просто смешно…
    - смешно только то, что я до сих пор с тобой разговариваю, - она яростно взмахнула крылом, и предатель-ястреб в поддержку повторил движение.
    расчерчивая широкими шагами землю, незнакомка двинулась прочь, фыркая себе под нос. хрупкие плечи зло вздымались, растрепанные пряди волос, с легким оттенком голубики, вплетали в себя струи дикого ветра. набравшись смелости, рэйн сказал осипшим от волнения голосом:
    - здесь и впрямь опасно. я провожу тебя.

    айола. ее имя было самым сладким, из того, что рэйну доводилось пробовать. но, зачастую, самые лакомые плоды прячутся в тернистых зарослях. как смешно, когда ты ежедневно можешь коснуться плеча, но никогда не достигнешь сердца.
    как знать, не замечала она или просто не хотела замечать его чувств, но спустя долгие месяцы эльфу удалось взрастить лишь дружбу, искреннюю и верную, но ни на грамм не приближающую его к большему.
    все скромные интересы рэйна: стрельба, охота, ястреб, забота о матери и двух стариках, живущих по соседству – тлели на глазах. лук попадал ему в руки только в периоды отчаянья, охота отныне была только в паре с айолой, а о птице он вспоминал только находя белоснежные, как у нее, перья. мать не видела его неделями, а смерть стариков он даже не заметил.

    терпкая осока щекотала рэйну лицо. блаженно улыбаясь, растеряв на пути к ягодному сердцу все достоинство, всю твердость, весь характер, он заглядывал в губительные брусничные глаза, кислые, как в их первую встречу. обхватив себя крылом, айола печально вглядывалась в силуэты замка руны.
    - как живут те, кто наверху? – она скучающе поджала щеку. – милорды и леди?
    - наверное, ужасно скучно.
    айола закусила губу, помолчав мгновенье. сорвав травинку, она пожевала ее с мгновенье, думая о чем-то своем. желтоватый сок травы окрасил желтым уголки ее губ, словно рисуя ухмылку. айола резко поднялась на ноги и отправилась прочь.
    - что я не так сказал?
    устало обернувшись, она бросила на рэйна пренебрежительный взгляд.
    - что мальчишка, выросший среди бедняков, может знать о богатстве и власти? – уголки ее губ брезгливо опустились. – в то время, как все стараются вырасти, ты забросил стрельбу, пал до уровня ребенка. ты падаешь на самое дно. возможно, это дано лишь крылатым, но я стремлюсь в небо.

    теплый свет маленьких лампадок, дорогих свечей и факелов изящной работы освещал богатое убранство бального зала. ясон хейн вежливым кивком приветствовал гостей. лучшие представители всего эльморедена собрались на пышный маскарад. стол ломился от диковинных блюд: устриц, улиток, экзотических рыб и прочих даров моря.
    одна из дам рассеяно открыла рот и отодвинула маску, будто это помогало ей лучше разглядеть вошедшего.
    - смотри, это же тот знаменитый эльморский стрелок?
    подруга придержала ее за рукав и, склонившись над ухом, прошипела:
    - да, это он. но не стоит идти к нему, он в сопровождении…
    пробуя каждое блюдо, восторженно вглядываясь в каждое лицо, позабыв о манерах, которым обучал ее рэйн, айола, бесстыдная, как ягода шиповника, смеялась и указывала на все, казавшееся ей удивительным. ставший знаменитым лучником, рэйн не испытывал неловкости за нее, только странную нарастающую гордость. «она со мной. она – моя леди».
    - а это кто, рэйн? а тот? – вопрошала она, очарованная элегантностью гостей.
    - тише, - эльф мягко коснулся ее руки. – мы со всеми успеем познакомиться.
    наконец очередь дошла до изящного мужчины, цедящего в глубине зала крепленое вино. он тонко шутил, обаятельно улыбаясь в конце историй, заставляя складываться пополам от смеха даже тех, до кого не дошел смысл. посеребренное светом лампад, гладкое лицо рассказчика гипнотизировало большую часть леди. обернувшись к лучнику, темный покровительственно улыбнулся.
    - лорд рэйн? вы решили почтить нас визитом? я полагал, вас интересуют только тренировки.
    - как видите, - рэйн растеряно пожал плечами. – но, в отличие от вас, лорд эйрон, я еще не удостоился такого титула.
    - уверен, если вы зададитесь целью, для вас не станет проблемой его получение, - эйрон обратил свой взор на застывшую за спиной лучника айолу. – вы не представите мне вашу прелестную спутницу?
    не прошло получаса, как рэйн в первый раз проклял себя за то, что согласился. позабыв, с кем пришла, айола щебетала с лордом. ее глаза искрились от смеха, щеки становились малиновыми. взявшись за руки, они с эйроном покидали бальный зал, а рэйну оставалось лишь смотреть на удаляющиеся спины.
    полная луна, подобная зрелой вишне, притрагивалась к шепчущим волнам. выловив крупную ракушку, лорд эйрон приложил ее к уху пылающей айолы. та звонко рассмеялась в ответ, их глаза встретились… сжав кулаки, рэйн отправился прочь. разве мог шум ракушки быть громче стука его сердца?
    гости давно разошлись по комнатам, и, в ожидании предательницы, лучник задремал в кресле. вернувшись, однокрылая даже не попыталась объясниться, но смородиновые пятна на ее шее безмолвно рассказывали о произошедшем.
    - я нашла своего рыцаря, - прошептала айола, поднимаясь по винтовой лестнице. – не смотри так. ты тоже обязательно повстречаешь свою леди…
    едва заметная саркастичная улыбка коснулась губ рэйна. лорд гирана, богатейший человек адена, сэр эйрон являлся самой выгодной партией и прекрасно знал об этом. его суженая была давно предрешена – дочь короля адена, принцесса увия. пускай та и не являлась наследницей престола, ее приданое и титул единственные во всем королевстве стоили внимания лорда. и приглашение на самую пышную свадьбу на материке рэйн получил еще месяц назад.

    - нет! нет! нет! – бешено кричала айола, панически ощупывая себя руками, словно надеясь оттереть позор. – это ложь!
    дикое пламя удовлетворения полыхало в сердце рэйна. он специально отказался от приглашения, чтобы подольше сохранить интригу. теперь, когда о свадьбе шептались даже эльморские простолюдины, теперь, когда об этом событие написала каждая газета, он наслаждался сполна ее горем. нет, его любовь не угасала ни на мгновенье, но стала сходной с одержимостью. кто мог знать, что его однокрылая возлюбленная окажется столь похожей на него?
    замкнувшись в себе, закрывшись в покоях, айола всю себя отдавала таинственным ритуалам. прошло почти полгода, как она вновь показалась рэйну на глаза. тело девушки было покрыто гноящимися ранами. ее скулы стали острее, полные щеки запали, ягодная румяность навеки покинула ее лицо, уступив мертвенной бледности. но глаза, бесподобные брусничные глаза, теперь выглядели еще ярче.
    в эльморе говорят, что чем холоднее воздух, тем горячее сердце. в тот день, когда айола вышла из комнаты, принцесса увия умерла.

    о чем думала глупая девчонка, когда творила это, теперь не имело значения, стоило лишь вырезать стрелы: аден объявил эльмору войну. давние распри никогда не утихали до конца, а потому, едва нашелся повод, государства накинулись друг на друга обозленными кельтирами.
    официальной причиной смерти принцессы являлось отравление и предполагалось, что яд предназначался для короля. оба государства сотнями отправляли солдат на битвы, с которых возвращались лишь единицы. война шла два долгих года и неизвестно, сколько длилась еще, если бы один из аденских рядовых не пронзил сердце своего короля с криком:
    - довольно крови!
    как оказалось, операция по свержению короля готовилась давно и спонсировалась эльмором. казненный за государственную измену, солдат посмертно добился своего: лорд эйрон, самый близкий к престолу из оставшихся в живых, был немедленно коронован и решительно окончил войну. хотя плата королю северных земель и была непомерно высока, это оказалось все-таки гораздо выгоднее продолжения затратных битв.
    эльмор праздновал победу. айола впервые за долгое время улыбалась:
    - он король. мой король…

    чем холоднее воздух… кажется, духи прекрасно знали это выражение. одержимый эльмор всегда притягивал созданий ночи и проклятые хельманы, и несчастный фринтеза наглядно демонстрировали это.
    айола отправляла письмо за письмом королю эйрону, даже верный ястреб рэйна согласился стать ее почтовым голубем. письмо за письмом, в надежде получить хоть одно слово в ответ, но белоснежная птица всегда возвращалась ни с чем.
    тревожная крепость болота находилась близ места их первой встречи и иногда, чтобы забыться, чтобы отделиться от горя девушки, отбросить лук, упасть в густой, влажный мох и притвориться, что все хорошо, рэйн приходил сюда.
    осторожно сорвав переспелую бруснику, он положил ее в рот и долго держал, боясь раздавить. разбившись о нёбо, ягода громыхнула, пестря сотнями оттенков вкуса. эльф зарылся лицом в мховый плед, закрыл глаза. как громко разбилась ягода…
    подскочив на ноги, рэйн метнулся к крепости. он издалека увидел разбитое окно покоев айолы, из которого вырывались лепестки пламени.
    полуприкрытые глаза безлико рассматривали потолок. на груди айолы чернел огромный ожог. шепот исступленно вычерчивал одни и те же слова:
    - хочу стать королевой. королевой. его королевой.

    пушистое крыло, брусничные глаза, вишневые губы… несчастный эльмор, ты не знал сколько страданий принесет тебе это совершенное создание.
    на лице рэйна красовалась старая циничная улыбка, когда меткая стрела, сорвавшись, пронзила сердце восьмилетнего мальчишки, младшего наследника эльморского трона. остальные тела королевской семьи покоились позади лучника.
    на несколько лет эльмор вновь погряз в войне, на этот раз – в гражданской. рэйн утопил его в крови… или это айола утопила его в варенье?
    после коронации, эльф вошел в покои девушки.
    - я король. ты сможешь стать королевой.
    она обернулась и несколько мгновений сосредоточенно рассматривала старого друга. брусничные глаза были широко раскрыты, но что плавало в них? насмешка?
    - у меня нет и не было ничего, кроме тебя, - рэйн неуверенно приблизился к однокрылой. – ты – моя единственная страсть, единственное, что меня волнует. я положил всю свою жизнь на твой алтарь.
    - тщетно, - холодно произнесла айола. – моя жизнь давно возложена на чужой.
    звонкая, как удар хлыста, на ее утонченное лицо опустилась пощечина. взирая с ненавистью на рэйна, однокрылая стояла не шелохнувшись.
    - ты будешь моей.
    она безрассудно вложила силы в руки рэйна, однажды сказав, что ему стоит совершенствоваться, но когда в последний раз она прикасалась к рапире? тонкие руки пытались оттолкнуть мужчину.
    ловкие пальцы, выстругавшие тысячи стрел, умело расправлялись со шнуровкой корсета. на груди айолы цвел уродливый шрам, оставленный жутким ритуалом, но это не смутило рэйна. звонкий крик наполнял замок.
    - но ведь ты не королева, - яростно шептал рэйн. – а кто прибежит на возгласы простолюдинки?
    алые глаза неотрывно следили за каждым движением рэйна. но только теперь он понял, что это была не брусника, а волчья ягода.

    после той ночи айола исчезла из замка. ее искали по всему королевству, но девчонка спряталась слишком хорошо. одно утешало: ее не видели на границе, а значит она не могла нежиться в объятиях эйрона.
    не находя себе покоя, король прохаживался по замку, проклиная себя за опрометчивый поступок.
    - все что я делал, я делал ради нее. и сделал бы в разы больше, если бы она вернулась.
    обреченно сворачиваясь под одеялом, рэйн снова и снова рисовал губами ее имя. но никто не мог услышать его немощный зов. разве что…
    - ну, может хватит? айола, айола, - передразнил насмешливый голос.
    лучник повернулся на кровати и увидел мужчину, сидящего на подоконнике. лицо пришедшего было спрятано за темным капюшоном. рэйн подскочил на ноги и прищурив стальные глаза, холодно сказал:
    - кто вы? убирайтесь, а не то я позову стражу.
    - тише-тише, ваше высочество, я не причиню вам вреда, - мужчина замахал руками. – разве только если вы сами этого не пожелаете.
    - я повторю вопрос, если вы не расслышали. кто вы?
    - всего лишь бог озорства.
    капюшон спал с лица пришедшего и рэйн испуганно упал на кровать. незнакомец небрежным движением приподнял капюшон и комично поклонился.
    - к вашим услугам, милорд. я понаблюдал за вашей жизнью и пришел к мнению, что вы столь же шаловливы, как я. это нас несколько роднит. а я ценю кровные узы, - пришедший издал едкий смешок. – я посещу вас на следующей луне и выполню любое ваше желание.
    «бог озорства» выпрыгнул из окна, не дожидаясь ответа рэйна.

    можно ли ему верить? что таинственный человек попросит взамен? что загадать?
    ни один из этих вопросов не интересовал рэйна. с каждым ударом пламенного сердца в голове стучало растянутое до размеров вселенной демоническое слово: «когда?».
    рэйн был готов отдать что угодно и кому угодно взамен любви айолы. даже вечная служба в армии шилен, даже смерть – не достаточная плата несколько мгновений счастья.
    ночи стали беспокойными, лучник просыпался от каждого шороха. рэйн не мыслил, что сможет пропустить приход подарившего ему надежду, но, однажды, задремав над кипой государственных бумаг, он услышал знакомый лукавый шепоток.
    - вы совсем позабыли обо мне? – насмешливая обида сквозила в голосе. – впрочем, я действительно глуп. разве есть хоть что-то, что вам не под силу? из простого мальчишки вы стали королем эльмора…
    незнакомец сделал вид что уходит и рэйн, хотя и ощущал фарс ситуации, подпрыгнул на ноги и молящее произнес:
    - постойте. кое-что есть. любви айолы я не мог достичь, чтобы не делал.
    - любовь айолы? – темная аура лилась из-под одеяния мужчины, тянула жадные, изголодавшиеся руки к эльфу. – это возможно. но, что вы готовы отдать мне взамен?
    - вы можете забрать что хотите, - рэйн не раздумывал ни секунды. – даже моя жизнь ничего не стоит для меня, если в ней нет айолы.

    - ваше величество, какая-то простолюдинка добивается аудиенции, - глупое лицо стражника оставалось неподвижным, словно восковая маска, лишь рот разевался, чтобы выплюнуть слова. – женщина говорит, что это важно, что…
    - она представилась? – прервал его правитель.
    - аула… аёла?... в мои обязанности не входит запоминать имена каждого проходимца.
    - приведите ее, - рэйн устало махнул рукой прислуживающему болвану. – немедленно.
    в грязных изодранных одеждах стояла она, та самая, и исподлобья смотрела на короля. лицо айолы осунулось от недоедания, под бледной и полупрозрачной кожей стали особенно заметны ветвистые линии голубых вен. но одно оставалось в ней неизменным – ее ягодные глаза. и впервые он видел в них столь невыразимое, столь необъятное отчаянье.
    взглянув на рэйна, айола зажала рот, охваченная животным страхом. по ее щекам, потемневшим от дорожной пыли, катились крупные слезы, напоминавшие виноградины, сорвавшиеся с грозди. ноги камаэль подогнулись, и, немощно упав, она заплакала навзрыд, не глядя на окружавших ее дворян.
    - уведите ее в покои, прикажете служанкам отмыть ее, - дернувшимся голосом распорядился рэйн. неужели шаловливый бог обманул его? разве могла она, переполняясь любовью, таять от неведомого горя? – дайте ей все, что нужно.
    отмытая и причесанная, айола выглядела значительно лучше, но яркие очи были по-прежнему забраны дрожащим хрусталем слез. присев напротив рэйна, девушка сложила руки на столе и опустила на них голову, словно собираясь вздремнуть. глаза ее рассматривали книжный стеллаж, старательно избегая эльфа. губы девушки шевельнулись, произнесся короткую фразу, и рэйн, не веря своим ушам, удивленно изогнул бровь. усталый взгляд коснулся лица мужчины.
    - я люблю тебя, - повторила она.

    в простом платье из белого льна айола, дрожа, стояла в храме руны. печальное лицо было закрыто плотной вуалью. жрец дочитывал клятву, смущенно взирая на волнообразно вздымающиеся плечи девушки, слушая тяжкие всхлипы. из гостей не было никого, кто бы мог еще заметить печаль невесты.
    - все в порядке? – священник прервал молитву. – мне стоит продолжать?
    откинув вуаль, айола показала жрецу слабую улыбку и усеянное мерцающими линиями лицо. поникшим голосом она произнесла:
    - я не могу быть счастливее. из моих глаз сочится окрыленная душа, которой не хватает места в бренном теле.
    и хотя это не вселило в жреца уверенность, он смиренно дочитал молитву. король с новоявленной королевой тут же отправились прочь, даже не держась за руки.
    карета мчалась в гору, и рэйн боялся проронить хоть слово, боялся спугнуть удачу. айола подняла глаза и чистым голосом, не затуманенным ни радостью, ни горем, произнесла:
    - я полна сомнений. я разрываюсь на куски. я не уверенна ни в чем, кроме одного. я действительно люблю тебя.
    коснувшись губами жены, рэйн прошептал:
    - мне никогда и не нужно было большего. в моей любви, вечной и неугасаемой, ты тоже можешь быть уверенна.
    к вечеру они отправились в королевские покои, роскошно убранные к прибытию молодоженов. свечи отбрасывали на стены мистические тени. толи полутьма, толи желание окрашивала в черный очи короля и королевы.
    в жертвенной и молящей позе, испуганно и, вместе с тем, восторженно сложив руки на обнаженной груди, прикрывая шрам, посреди шелковых простыней стояла айола. подобно святой со старинных фресок, прекраснейшему из ангелов эйнхасад, девушка была светла и чиста, словно до этого она не знала мужчин. робко подойдя, рэйн несмело поцеловал возлюбленную. как зеркало отвечая на каждое его прикосновение, она тонкими руками стирала окружающий, ныне бесполезный мир, до тех пор, пока пространство не оголилось до двух тел, пока не осталось лишь бескрайнего сияния соприкосновения двух душ.
    когда все кончилось, изможденный рэйн прилег на ее грудь, насмехаясь над выполнившим его желание. «нет ничего, что было бы ценнее».

    солнце касалось золотых ресниц рэйна, твердой рукой разжимало веки. просыпаясь, эльф почувствовал, что потерял что-то безвозвратно, а значит, сделка вступила в силу. но что – оставалось загадкой: на душе было спокойно, словно, наконец, после многолетней бури наступил штиль. дотронувшись губами до хрупкого плеча жены, рэйн созерцал, как она потягивается, впитывая тепло утренних лучей. айола потянулась к рэйну, слабо улыбаясь. но тот, неожиданно для самого себя, отстранился от ее тонких рук, желающих завлечь в объятия. на его лице оставляло умелые штрихи то же самое отчаянье, с которым она пришла в его замок пару недель назад.
    он больше не любил ее.
    все в ней было нелепо простым. даже глаза, даже ее прекрасные брусничные глаза, на деле больше напоминали плевок больного пневмонией бедняка. воспоминания о ней потеряли всякую ценность, все связанное с ней обмельчало. прошлая ночь вызывала лишь припадочную мысль: «это то, на что положил я свою жизнь?»
    проклятый грэн каин. ты знал, что забрать, чтобы оставить глупого эльфа в дураках. единственное, что по-настоящему у него было. любовь к айоле.

    дни, напоминали песок, уходящий сквозь пальцы, в бессмысленных часах собственной жизни. айола, немым призраком шествующая за мужем, больше не задавала вопросов. рэйн не знал, что делать. он не мог ни прижать ее, ни оттолкнуть. она любила рэйна силой его прихоти, а потому он чувствовал себя ответственным.
    эльф все больше скитался по лесу в компании одного лишь ястреба, ступая по мху, вдыхая запахи тлена и отчаянья. иногда его походы затягивались на целые недели, но только вдали от обреченной однокрылой, душа короля успокаивалась.
    в очередной раз подходя к замку, он почувствовал, что все кончено. слуги суетились, бросая на него скорбные взгляды. в башне еще не успели снять с петли айолу, посиневшее тело которой свисало налитой черникой. на столе раскрытым лежал ее дневник.

    принцесса увия – единственная преграда моему счастью. лорд эйрон любит меня, я знаю. это все уловки проклятого аденского короля, он шантажом заставил моего возлюбленного пойти на этот брак… ах, если бы проклятая увия умерла!

    грэн каин ответил на мой зов. он даже не попросил ничего взамен, сказав, что я и так слишком измученна ритуалами. а еще говорят, что боги отвернулись от этого мира!
    сегодня принцесса умрет и преград у моего счастья больше не будет.

    война закончилась. эйрон стал королем. радости моей нет предела.

    каждый день я шлю ему письма, но надежда постепенно покидает меня. возможно, он действительно позабыл меня, но если бы боги знали, как я этого боюсь. я бы все отдала за то, чтобы быть связанной навеки с ним узами.

    грен каин снова приходил ко мне. я долго в этот раз ждала его ответа. я почти отчаялась вновь повстречаться с богом, как его шепот обжег мне ухо:
    - и что же ты теперь хочешь, прекрасная айола? неужели стать королевой?
    - если бы вы только знали, как я желаю этого.
    объятая пламенем рука, коснулась моего сердца, навсегда заклеймив меня. он сказал, что оплата потребуется позднее и та будет несущественной. впрочем, меня не волнует это, главное, чтобы он выполнил свою часть договора.

    рэйн совершил немыслимое. но я отомщу. однажды я стану королевой и мы с эйроном задушим лучника и его проклятый, холодный эльмор.

    что со мной? я не верю, не верю в это. мне нужно вернуться в руну и удостовериться.

    цвет и острота его взгляда напоминали сталь. это был тот, кого я ненавидела больше всего на свете, овладевший мной силой. рэйн восседал на троне, окруженный дворянами, и созерцал меня с омерзительным любопытством. меня трясло от ужаса и отчаянья. немощно упав, я бесстыдно зарыдала у всех на глазах: мои предположения подтвердились.
    я действительно люблю его.

    в храме руны мы обвенчались. я стала королевой, будь проклят грэн каин. я даже вышла замуж за того, кого люблю. но отчего же так тошно?
    не потому ли, о, озорной бог, что платой ты взял все мои истинные стремления?

    рэйн больше не любит меня, в то время, как моя любовь лишь нарастает. с меня больше нечего взять, а потому дьявол не откликнется на мои молитвы.
    но я знаю сама, как успокоить раздираемую муками душу. осталось только решиться.

    прощай, мой самый любимый враг. прощай.


    белоснежное перо ястреба лежало перед эльфом. хохот обезумевшего короля заполнял проклятый лес. все сказки, церковные сказания вспыхивали в голове несчастного. как можно было довериться тому, кому учат не доверять с самого рождения?
    … а далеко-далеко у костра подозрительный бард заканчивал историю в обмен на гостеприимство странников.
    - и о чем же эта история? – поинтересовался один из сидящих.
    - как знать? – мужчина пожал плечами. – возможно, о том, что любовь – самый страшный из демонов.
     
  16. Тассс

    Тассс User

    Joined:
    21.09.11
    Messages:
    300
    Likes Received:
    118
    дарнель опять почувствовала его печаль. страдания адского мечника имели особые качества. его грусть разливалась красным пламенем по кристальной тюрьме, зажигая каждый коридор особым настроением. он вселял всем надежду на то, что когда-нибудь лакомый вакантный кусок в огненном зале освободится.

    а потом в раскаленный сектор входила она, его ласковая суккуб. каблуки проваливались в талую решетку. его узкие ноздри вздрагивали от яркого запаха крови, запекавшегося на ее треснутом чакраме. дарнель всегда приходила к нему в моменты печали и гнева, будто ее манило самое опасное настроение черного рыцаря. она перешагивала через один из его длинных мечей, лежащий на полу, лишь самую малость задевая мысом оплавившеюся гарду. ей нравилось смотреть, как лицо возлюбленного искажается гневом от пренебрежения женщины к оружию. дарнель только улыбалась в ответ. она увивала его щиколотку своим гибким хвостом и ластилась, как пантера. его тело вбирало пламя обратно. залы затухали, превращаясь в привычные малахитовые пещеры.

    кечи, пламенный паладин первой стражи дьявольского сословия, только что переговорил с байлором. старик приходил подбодрить молодого мечника. он говорил, что и сам не хотел становиться командиром, что слишком стар, и все это – не его решение. кечи только холодно улыбался в ответ усмешке в этих жутких оранжевых глазах, открывшихся на плечах его нового начальника. эти глаза никогда не обманывали. байлор пришел посмеяться над офицером, ушедшим с шахматной доски в тень нового ферзя, его, великого байлора. все были уверены, что пост главы стражи тюрьмы достанется именно кечи. сила его пламени росла с каждым днем, умение управлять двумя клинками левой и правой рукой поражали. но белеф распорядился о назначении байлора, этого лицемера.

    дарнель цеплялась красными шелками своего платья за острые крючья расстегнутых лат кечи. ткань почти прикипала к нему. суккуб чувствовала, как бьется под губами огненная артерия под бледным кадыком озлобленного рыцаря.

    -мы что-нибудь придумаем.

    прошептала возлюбленная ему прямо в мочку и швырнула чакрам куда-то в догорающее пламя. она устала быть собакой на побегушках. приказы байлора становились все невыносимее с каждым днем. дарнели доставались самые грязные поручения. за ними всегда следовала подло пролитая кровь. кечи смотрел на нее с укором, будто это она выбрала себе такую судьбу. вот и теперь его пылающие зрачки неподвижно застыли на глазах у этой женщины. он видел ее молодой рыжей волшебницей с забавным скелетом, который она призывала и подрисовывала ему брови; видел ее блондинкой, умудренной полями сражений. эти смертные женщины, под маской которых скрывалась дарнель, были роковым оружием против мужчин. суккуб возвращалась обратно в темницы кристалльного лабиринта с необходимой информацией и кровью на когтях. и она опять шла к своему ревнивому кечи. ее встречали языки враждебного красного пламени.

    кечи так ничего и не ответил, лишь смотрел с укором и всепоглощающей ненавистью ей в глаза. а потом задумчиво сложил руки у своих тонких губ, склонил белую голову и превратился в монумент падшего ангела с огромными черными крыльями за спиной. его мужественный профиль, казалось, был выточен из жесткого неплавкого металла. резкие черты завораживали, каждая из них: от сильного подбородка до неподвижных светлых бровей делали кечи лучшим в глазах его женщины. дарнель любовалась им еще несколько мгновений, а потом покинула огненный коридор. она отправилась в свою перламутровую обитель. вскоре где-то за спиной вновь повеяло жаром. залязгали парные клинки. по тюрьме пронесся дикий потусторонний вой.

    суккуб не удивилась, когда в ее рогатой тени оказались огромные когтистые лапы. она изобразила неискренний реверанс, украдкой взглянув в огромные оранжевые глаза.

    -все бесится?

    спросил байлор, опираясь внушительной спиной на перламутровый косяк. белая радужная поверхность раковин тотчас же безвозвратно чернела. она не ответила.

    -бедный мальчик. его так задело мое возвышение. я поражен, такой перспективный, умный, каждый пророчил ему ключи от этой тюрьмы. а господин даже не рассматривал кечи, как кандидата. бедный маленький дьявол…

    -замолчи.

    дарнель не выдержала. она ощерилась, поднимая вверх руки с острыми коготками. она мечтала вырвать язык старого демона и прислать его с гонцом прямо к украшенному столу белефа.

    -не забывай, кто тут – глава стражи. не твой жених, а я. он не сможет защищать тебя вечно, дарнель.

    пригрозил уродливым толстым пальцем старик. он подошел поближе к дарнель. ее ажурные красные крылья у плаща будто бы случайно ударили по косматой роже байлора.

    глава стражи не стерпел такого хамства. он поднял могучую ручищу, сжал ладонь на тонкой шее у красивого женского лица.

    -глупая девка. как же ты не поймешь, что если все мы, демоны – дети шилен и падшие ангелы эйнхасад, то ты для меня всегда была и останешься ангелом?!

    дарнель почувствовала, как к ее холодному уму прилил жар откуда-то из недр ада. она беспомощно болтала в воздухе каблуками, пытаясь задеть байлора острым наконечником красного хвоста. ей польстило внезапное признание в любви. женские губы растянулись в благосклонной улыбке, ресницы опустились кончиками вниз.

    -тебе так важно, чтобы твой кечи получил эту власть! но этому не бывать! выбери меня вместо него. все, что осталось в этой жестяной банке – это огонь. его пустое сердце давно сгорело. его страсть к тебе обуглилась, кечи больше не любит тебя.

    -довольно.

    остановила суккуб пламенные речи. ее тонкие пальцы брезгливо царапали грубую каменную шкуру на руках старика. она почувствовала, как твердая земля снова растянулась под ногами.

    -я дам тебе не убийственное пламя ада, из которого мы все вырвались. я дам тебе нечто большее. открой глаза! смотри, в этой груди бьется огромное сердце.

    -поэтому ты отправляешь меня на эти грязные задание к холлы кланов, к королям и епископам, великий байлор?

    женщина стояла перед ним во всей своей красе, отражаясь красным фениксом в светлых стенах зала. она не испытывала страха или уважения. байлору не понравилось такое поведение его суккуба на побегушках. демон плотно сжал челюсти, заскрипел зубами, весь затрясся от гнева и ринулся вперед с кулаками. а она продолжила стоять непоколебимо, как вытянутая струна арфы.

    атаку прервал знакомый звон скрестившихся мечей. мелькнули жесткие узоры на долах, разукрашенные навершия над раскаленными рукоятями. железный крест оттеснял короля орков прочь из перламутрового зала. в огненную обитель. на фоне светлых покоев невесты кечи смотрелся огромным черным вороном. он изящно перемещал свои заостренные контуры среди колонн, переставлял сапоги по каменным плитам. щитки его черных доспехов скрипели в такт каждому шагу. дарнели показалось сначала, что это стучит ее дьявольское сердце.

    байлор наклонил голову, увенчанную зазубренными бараньими рогами, но покорно отступал тылом в кроваво-красный коридор. иногда он рычал, выпуская из пасти и раздутых ноздрей клубы густого молочного пара. тогда кечи делал выпад вперед, рассекая воздух огненными искрами. от мечей отлетали красные лепестки, светлячками садившимися на холодный мрамор и таявшими в его перламутровом холоде. женщина видела это своими глазами. знаменитый огненный рыцарь прогонял от нее неистового стражника, господина байлора, как скот с голых пастбищ. главный тюремщик не желал связываться с черным мечником. он всегда избегал открытой битвы с ним, предпочитая наносить удары в сложенные черные крылья гениального кечи.

    так обыкновенно сталкивается пара демонов. они не перебрасываются словами, как люди или эльфы. сразу переходят к демонстрации адской силы. будто бы животные. и байлор проигрывал кечи, даже несмотря на то, что был сильнее его.

    дарнель стояла в середине перламутровой обители. она плотно сжала губы, часто моргала своими нечеловеческими глазами и была похожа на красное дерево или розу с колючками из угловатых вырезов платья. ей хотелось уйти в свой мир, незаметно телепортироваться туда как можно скорее. чтобы только кечи не видел, как плачут суккубы.

    а он уже стоял перед ней. края наплечников раскалились добела, плечи высоко вздымались, а потом обрушались вниз, как камни с горы. его губы потрескались и сияли огненными прожилками. в глазах дарнель прочитала нечто незнакомое – тревогу. огненный дьявол рассматривал ее с головы до кончика хвоста, опущенного к перламутровому камню. а женщина улыбалась ему в ответ. она смотрела на него, как на победителя.

    кечи вскинул голову, сбрасывая со лба свои белые пряди. а затем его взгляд сменился знакомой пеленой презрения. дарнель – падшая женщина, собака байлора, бесславный суккуб, предательница. его возлюбленная. та, из-за которой еще билось огненное сердце. ради которой. благодаря которой.

    день и ночь не существовали для кристальных тюрем. солнечный свет не отражался в глазах демонов уже множество долгих лет. они привыкли лишь к яркому красному пламени, охватывавшему подземный лабиринт. оно спускалось в самые недра, доставая своими языками того, из-за которого черный рыцарь не мог пробиться в новую иерархию. после кечи дремал. он застывал, как скульптура в адском остывающем саду.

    дарнель приходила опять. она не заявляла о себе громкими ударами каблуков, кралась как можно тише. ей хотелось потрогать кечи, как он позволял раньше. но суккуб не касалась сурового лица. она лишь грела пальцы около его бледной кожи. раскаленные трещины медленно заживали, словно некто невидимый сглаживал их глиной под цвет его розовой кожи. все это когда-то принадлежало ей. но теперь демоны не принадлежали друг другу. все дело было в том договоре.

    в темноте, разделенной лишь тлеющими ранами кечи раздался тихий женский шепот.

    -ты думаешь, байлор не вступил бы с тобой в схватку? думаешь, господин избрал его не из-за того, что он сильнее тебя? а зачем сильному бояться того, кто слабее?

    она никогда прежде так не разговаривала с кечи. но он спал. а глядя ему в лицо, дарнель воображала, что тот внимает.

    -ты ненавидишь меня. думаешь, мне хочется быть поближе ко власти. мне так хочется рассказать тебе правду в лицо. но тебе нельзя ее слышать. эта правда погубит тебя. ты сгоришь от позора, любимый. поэтому не слушай меня. но я расскажу тебе правду. когда ты стал биться за пост главы стражи, я всегда поддерживала тебя. ты победил всех демонов кроме байлора. ты не успел с ним сразиться. господин уже отдал ему ключи. ты был единственным, кто не признал его власть. и он вознамерился убить тебя. он шел в твой кипящий зал, чтобы разорвать тебя на куски. но там была я. я упала на колени перед старым байлором, умоляя сохранить тебе жизнь. он смеялся над нами. но он знал, что даже у нас обоих не было шансов против него. я была готова драться перед твоими дверями одна. он знал это. и знал то, что ты тоже будешь драться. тогда он предложил мне сделку. я почувствовала себя смертной, которых играла тогда лишь до встречи с тобой, чтобы заполучить души правителей. дьявол предложил мне, дьяволице, сделку, приравнивая меня к ним. к этим слабым существам, способным сражаться с нами только армиями. я чувствовала себя оскорбленной. но я подписала договор своей кровью. она лилась и лилась из самого моего сердца, пока я не стала принадлежать байлору. любое его слово стало моим законом, его голос зазвучал у меня над головой. с тех пор я стала его рабыней. байлору понравилась моя смелость. он еще не встречал таких женщин. но я не вся стала принадлежать ему. мое сердце принадлежит другому демону. это ты. и так будет всегда. никакой договор не сможет забрать мою любовь. взамен я попросила только одно. ты живой. байлор не смеет поднять на тебя руку. ты живой.

    дарнель почувствовала, как ее зовут. новый приказ пришел в изощренный ум старого дьявола. и она не могла отказать ему. байлор почувствовал, что дарнель плачет около кечи.

    она была единственным демоном из тюрьмы, видевшим свет небес на поверхности. где-то неделю она ощущала запах лесов. шуршали сероватые кружева на платье. ее новые локоны кружились в танце с ветреным кавалером. байлор приказал убить сына советника лорда. яства в драгоценной утвари, роскошные шелка и бархат, живая музыка, магия, образованные и красивые светские люди – все это байлор подарил дарнель. она часто выходила в свет. и это по договору должно было быть счастьем для женщины. но дарнель не испытывала ровным счетом ничего. все ее сердце, весь ее разум были там, глубоко под землей, в пламенном зале. и когда она случайно утром уронила с губ его имя, игра закончилась. она убила юного претендента на престол. но игра демонов, более крупная, продолжалась.

    порой суккуб не желала возвращаться домой. она парила над землей какое-то время, осознавая, что ее опять встретят эти уничтожающие глаза возлюбленного. ее миссии он считал изменами. горечь поражения в иерархической схватке сменялась в кечи болью презрения. и лабиринты опять горели адским огнем. но он был живой.

    дарнель вернулась обратно в кристальную тюрьму. она шла по коридорам красной тенью, не желая звенеть каблуками. ее никто не замечал.

    в женских мыслях стояли эти два раскаленных уголька – его взгляд. она опустила голову, желая избавиться от мыслей.

    окровавленный чакрам полетел в сторону. прекрасные ровные ноги ступили в раскаленный коридор, каблук провалился в расплавленный металл. в центре зала стоял кечи. в его латных перчатках замерли два бурых листка. они пропускали мутный красноватый цвет от пожара и глаз дьявола. на листках кровавыми буквами светились условия рассеченного мечами договора дарнель и байлора. куски пергамента загорелись красным пламенем. а кечи стоял и смотрел на вошедшую дарнель.

    когда листки догорели, она подошла к нему на шаг. потом еще ближе. а потом суккуб прильнула к демону. на ее талию опустилась властная железная ладонь. горячая, как ад. они оба вжались спиной в стену пламенного коридора и смотрели на вход, у которого раздавался звук приближающихся тяжелых шагов.

    -что же теперь с нами будет?

    спросила дарнель.

    -мы что-нибудь придумаем.

    ответил кечи, поднимая мечи.
     
    Last edited by a moderator: May 31, 2013
    Dankill, ЛяМур and Greshnica69 like this.
  17. Айсмал

    Айсмал User

    Joined:
    06.03.12
    Messages:
    7
    Likes Received:
    10
    заранее извиняюсь за абсолютную несерьезность и отсутствие глубокого философского смысла в тексте =) навеяно несколькими сообщениями одной темы некоторого форума...

    «...и тогда принц прошептал ей на ухо: «никто и ничто не сможет разлучить нас, мы всегда будем вместе». девушка зарделась и счастливо рассмеялась, прижимая к груди алую розу....»
    - всё, я честно старалась, но больше не могу читать этот бред! - лилит с отвращением откинула книгу.
    та, обиженно прошелестев страницами, упала на стоящую напротив кушетку. на которой уже было свалено немало одежды, чашек, свитков, других книг. пара разбитых зеркал и разноцветные склянки, жалобно звякнувшие от удара.
    - и жили они долго и счастлив, и умерли в один день! - передразнила девушка книгу, по ребячески показав ей язык, - всё одно и тоже, поменяй имена — и выйдет новая история о великой любви!.
    откинув челку в сторону, лилит подошла к высокому, до потолка, книжному шкафу. задумчиво водя взглядом по полкам, она продолжала рассуждать:
    - как у них всё просто — увидел, влюбился, убил дракона... вроде наши драконы подобным не занимаются, хотя насчет линдвиора не уверена. да и как их можно убить в одиночку? или там не говорится о том, что доблестный принц привел с собой целую армию, а сам отсиживался за спинами воинов?
    лилит достала одну из книг, пролистала и со вздохом отложила обратно.
    - а! наверное, это о низших драконах. их как раз пруд пруди, на каждого, способного удержать меч дольше двух минут, героя хватит. ой, что тут у меня?
    она вытащила с полки потрепанный лист бумаги, оказавшийся объявлением.
    - похищена принцесса нерамэль, дочь короля руны. нашедшего... спасшего... ну конечно же, ждет награда! как и всегда. шилен, там вершится история, а я сижу в ненужном мне отпуске в этих запертых катакомбах! - она возмущенно посмотрела наверх.
    потом вниз. потом медленно взглянула по сторонам.
    - в общем, не знаю где ты там, но ты уже отпустила линдви, а как же я? я же начинаю чувствовать себя заточенной девицей в башне, которую должен спасти принц!
    словно в ответ на жалобы лилит, за стеной раздался грохот и один из слуг, предварительно постучавшись, протолнул в покои девушки ругающееся существо.
    - а вот, видимо, и принц. и... - лилит недовольно сморщила носик, - принц пьян.
    существо поднялось с колен, отряхнулось и попыталось принять благородный вид. а также оказалось гномом, в ожилании уставившегося на слугу. тот фыркнул и, развернувшись, вышел за дверь, гремя доспехами чудного вида. гном в полнейшей растерянности уставился на лилит, беззвучно открывая рот.
    - если ты думал, что он тебя представит, то сильно ошибаешься, - сделала предположение лилит.
    - что за невоспитанность, - буркнул в бороду гном.
    - позвольте представиться, несравненнейшая дева тьмы! вы имеете честь принимать у себя его величество нуамира шеллонра, правителя адена! - изрек он, горделиво задрав подбородок. к тому же так удобнее было смотреть снизу вверх.
    - о, принц аденский? как же, наслышана, - лилит посмотрела на свиток, который до сих пор держала в руках.
    - уже король, - недовольно поправил её гном.
    - простите, ваше высочество, сюда новости доставляются с некоторым опозданием, - явно веселившаяся девушка насмешливо поклонилась, - и чем же я обязана вашему появлению в моей скромной обители?
    гном-король стушевался.

    назад​

    - вы слышали, от него сбежала невеста, принцесса руны?
    - ох, да когда это было-то...
    - всего три месяца назад! и говорили, что её похитили, разве нет?
    - враки это всё! принцесса сбежала по своему желанию, замуж не хотела.
    - да откуда тебе знать?
    - эй, я между прочим тогда в замке работала! и подслушала, как старшие принцессы обсуждали между собой побег младшей сестрички! и знаете что... - голос опустился до шепота, - принцесса нерамэль остригла волосы, чтобы её не узнали!
    - что? у нее же были такие чудесные...
    - тссс!
    заметив устремленный на них взгляд нуамира, служанки умолкли и быстро сбежали с площади. гном вздохнул. да, принцесса нерамэль... король до сих пор не понимал, почему она сбежала — брачный союз между руной и аденом сулил небывалую прибыль и военную поддержку. а сейчас... этот побег существенно подмочил ему репутацию и сорвал несколько контрактов! да с ним даже разговаривали, пряча усмешку, пока не стало известно о новой помолвке, с наследницей трона из глудио. хоть и маленький городок, но весьма известный и посещаемый. честно говоря, принцесса теамика не самый лучший вариант в качестве жены, но весьма благотворно влияющий на общественное мнение, каин его подери...
    милая гномка теамика была самой избалованной и капризной девушкой из всех, кто попадался нуамиру. нет, все женщины, особенно королевского рода, капризны, но теамика переходила все границы.
    - свадьба будет проходить в самом большом зале, чтобы поместилось более тысячи приглашенных. обязательно несколько самых лучших художников для запечатления меня в платье. а само платье должно быть расшито золотыми и серебряными нитями, с драгоценными камнями. побольше жемчуга и розовых лент, - сказала она при первой встрече.
    - в качестве обручального я хочу кольцо таути, - безаппеляционно заявила она при второй.
    нуамир схватился за голову — покупка такой драгоценности совсем не входила в его планы, не говоря уже о цене вопроса — как минимум доход с налогов за месяц. впрочем... гном пораскинул мозгами. есть у него одна должница, профессиональная воровка, жизнью ему обязана.
    третья встреча проходила в глудио на торжественном обеде, в присутствии отца и матери невесты.
    - к алтарю нас должны доставить кто-нибудь из высших драконов, - сообщила теамика, аккуратно вытирая руки о салфетку.
    нуамир потерял дар речи. отец принцессы, судя по вытаращенным глазам, тоже. королева же только вздохнула и обратилась к дочери:
    - милая, это, несомненно, произведет фурор, но драконы слишком большие, они разнесут весь замок и свадьбу будет негде проводить.
    теамика обиженно надула губы и задумалась. и спустя несколько минут, наконец, согласно кивнула головой:
    - хорошо. тогда на единорогах.
    четвертая встреча была приватная, в личных покоях принцессы. нуамир не имел ни малейшего желания вспоминать разговор, но окончание его помнил очень хорошо.
    он тогда выбежал из покоев невесты. под глазом уже наливался полновесный синяк. следом же вылетел чайник и судорожно цепляющиеся за него остатки голема, а капризный девичий голосок прокричал:
    - да хоть дьяволу душу продай, но сделай так, как я хочу, иначе свадьбы не будет!

    вперед​

    - я слышал, что можно заключить с дьяволом контракт, и тогда он исполнит желание в обмен на душу. надеюсь, я не ошибся?
    - вообще-то ошиблись, - медленно произнесла девушка, - я не претендую на звание дьявола и подобным не занимаюсь... но это не значит, что не умею! - она поспешила утешить короля.
    - в конце концов, тут так скучно, почему бы не попробовать что-нибудь новенькое? - продолжила она, - и каково же твое желание, смертный? деньги?
    - нет, с адена доходы весьма недурственны.
    - а, точно. слава, так понимаю, тоже отпадает.
    - именно.
    - тогда... - лилит скользнула взглядом по тушке гнома, - любовь? насколько мне известно, вы были помолвлены с пропавшей принцессой нерамэль, хотите её вернуть?
    - эту чудачку, сбежавшую из замка при первом же намеке на брак? увольте. сейчас у меня прекрасная, - сквозь зубы, - невеста, и в ближайшее время мы сыграем свадьбу.
    - так чего же тебе надо? говори уже! - лилит злобно сверкнула глазами.
    гном в страхе попятился, споткнулся о стул и, заикаясь, выкрикнул:
    - ап-пельс-сины!
    лилит опешила. задумчиво поднеся палец с острым коготком ко рту, она несколько секунд рассматривала короля, словно у него выросли крылья. по крайней мере, одно. камаэлевское.
    - прости что? апельсины?
    - и бананы. кокосы там. ананасы, виноград. полную экзотику, о которой у нас только легенды ходят.
    - позволь поинтересоваться, зачем?
    - как я сказал, у меня скоро состоится свадьба, и я желаю устроить пир небывалого размаха, - воодушевился нуамир.
    - пир на весь мир! - усмехнулась девушка.
    - да. приглашены самые высокопоставленные лица, и мероприятие должно пройти идеально.
    - это твоё желание или желание невесты? - проницательно спросила лилит.
    нуамир промолчал, но по выражению лица всё было ясно и без слов. дочь шилен засмеялась.
    - всё с тобой ясно. а почему бы тебе тогда не пожелать другую невесту или поменять характер этой?
    - это возможно?
    - теоретически да. практически, чтобы это обошлось без последствий, надо менять память многим людям, а я этим не займусь, очень долго и муторно. и начнет сюда шастать всякий сброд, вы же, - она выразительно взглянула на короля, - из-под земли достанете. мне, честно говоря, не до такой степени скучно.
    - кстати, а не слишком ли дешево ты собираешься отдать душу? - заинтересованно продолжила она.
    - о, я не верю в существование душ и мне абсолютно не сложно отдать то, чего у меня нет, - презрительно произнес король.
    - интересно. но, с другой стороны, мне брать душу в обмен на фрукты... как-то не знаю, непрестижно. анаким со смеху умрет! да и после твоего заявления... как ты смотришь на то, чтобы отдать тело, а не душу?
    - и зачем же может понадобиться моё тело? — недоуменно спросил гном.
    - пока не знаю, - честно призналась лилит, - но, к примеру, язык можно использовать в зельях подавления воли, мозг в вызывающих сновидения и галлюцинации, зубы в мелких зельях для усиления эффектов. сердце очень сильный алхимический элемент, его можно использовать как в любовных зельях, так и для создания яда. и некоторые из них очень похожи, стоит поменять один компонент — и выйдет уже совсем не то.
    - почки — для полного подчинения, селезенка для забвения, печень в зельях неконтролируемого голода... хотя печень и почки, пожалуй, оставь себе, - девушка вспомнила о явно нетрезвом состоянии гнома, - руки-ноги заморожу и отнесу истхине, она любит всякие эксперименты. голову повешаю как трофей.
    - а в чем смысл такого контракта для меня, если у меня не будет тела? - резонно заметил нуамир.
    - хм. не обязательно сейчас же. поживешь там в своё удовольствие, детей наплодишь, в битвах поучаствуешь... корону только не потеряй, трофей так внушительнее смотреться будет. и тушку не испорть ещё сильнее.
    король аденский задумался. перспективы, откровенно говоря, его совсем не радовали. одно дело отдать душу, в существование которой он не верил, и совсем другое — тело. вот оно, вот его руки, скрещенные на груди, вот уставшие ноги, вот бурчит в животе, так как не ел сегодня, а только выпил для храбрости...
    - а может, всё же душу? - рискнул предположить он.
    лилит мило улыбнулась, и в ту же секунду в комнате резко потемнело, а сама девушка поднялась над полом и выставила вперед непонятно откуда взявшееся оружие.
    - уважаемый... тут тебе не базар, где можно договориться о скидках! - воскликнула она, - или мы заключаем контракт с предложенным мною условием, или я забираю сейчас тело безо всяких контрактов. я и так сегодня черезчур добрая.
    «с самого начала следовало отказаться от этой глупейшей затеи», - тоскливо подумал нуамир...

    назад​

    «а может, ну её, эту свадьбу?» - печально размышлял гном, сидя на троне и совершенно не слышав речи очередного страждущего. «ну испортил репутацию. так ведь это дело наживное, пара хороших сделок и всё вернётся на круги своя. хотя... после второй расстроенной помолвки меня даже в грации на смех поднимут...» махнув рукой слуге, чтоб отпустили заливающегося соловьем бродягу, нуамир продолжил размышления. «вот вроде ж того же племени, что я, но среди гномов сроду не было таких женщин! словно отец её вовсе и не гном...»
    - таким образом, на пересечении этих координат находится огромное скопление силы, и, судя по её концентрированности в одном месте и отсутствии колебательно-передвижных действий, она принадлежит разумному существу тёмного происхождения, - разглагольствовал следующий проситель.
    - вероятнее всего, учитывая отрицательный вектор вертикальности, абсолютно уходящий в подземность, а также наличие на точке ныне закрытых катакомб, я делаю предположение, что сила принадлежит скрывающемуся демону, возможно, лилит, которую безосновательно считают убитой.
    нуамир встрепенулся и взглянул на говорившего. им оказался хилый маг весьма престранного вида. запутавшиеся в волосах перья, один сапог почему-то на голове, а на его месте колпак с помпоном. на теле задом наперед надетая мантия, причем сшита, похоже, на орка. да, ученый такеойто представлял собой воистину шокирующее зрелище.
    рядом с ним стояла элегантная камаэль, с отсутствующим видом рассматривая ногти на руках, и держа в другой руке расшитый бисером саквояж.
    - простите... где, вы сказали, находится это место? - обратился король к ученому.
    - о, сейчас! - воскликнул маг, выдернув в следующую секунду перо из крыла своей помощницы.
    - но мне же писать нечем! - искренне удивился он в ответ на возмущенный взгляд камаэль.
    ученый подскочил к висевшей на стене, недалеко от трона, карте, и попытался провести по ней линию. задумчиво почесал в затылке. попробовал перо на вкус. обратился:
    - чернила, пожалуйста!
    вздохнув, камаэль достала из саквояжа необходимую бутылочку. торопливо выхватив её, ученый обмакнул перо и принялся выводить понятные только ему узоры на карте.
    - вот! - сказал он спустя несколько минут.
    на карте была жирно выделена точка, и действительно, на этом месте под землей находятся катакомбы. нуамир взглянул на окрестности и сдержанно улыбнулся — эта территория принадлежит ему. что ж, меньше проблем.

    вперед​

    - ваше-ство! у вас там душа раньше времени ещё не отлетела? - окликнула гнома лилит.
    нуамир очнулся и взглянул перед собой. лилит уже опустилась обратно на пол и теперь сидела в кресле, держа в пальцах огромное черное перо.
    - тебе нужно всего лишь подписать здесь, - она указала кончиком пера на лежавший на столе свиток.
    вздохнув, король собирался исполнить требуемое, как вдруг что-то внутри него (неужели душа?) запротестовало.
    - в обмен на своё тело я хочу получить не только горы фруктов, - внезапно заявил гном, - а так же полный набор для празднества. столы и стулья, прочую мебель, обязательно белую с розовой окантовкой. свечи... много свечей! и чтоб без пожаров. всякие там гирлянды и прочие настенные украшения. музыку. и...
    - тебе не кажется, что это слишком? - сузив глаза, прошипела лилит.
    - я пришел сюда с определенными условиями, которые вас не устроили. а ваши условия в предложенном вами виде не устраивают меня, - подчеркивая каждое обращение, произнес нуамир.
    лилит недовольно постучала коготками по столешнице. нуамир, окончательно протрезвев от непоказываемого страха, ждал решения. наконец девушка повернулась к гному и, откинув волосы, внезапно рассмеялась.
    - а ты весьма нагл... и труслив. хорошо, будет тебе свадьба, и запомнят её навечно. нет-нет, никакого подвоха, - добавила она, увидев вопросительно-подозрительный взгляд, - тут и правда очень скучно! и я как раз недавно прочитала серию книг о праздничном оформлении.
    нуамир решил больше не искушать судьбу и покорно подписал контракт.
    - чудесно! а теперь лилим тебя проводит к выходу, - лилит два раза хлопнула в ладоши и через мгновение дверь открылась и в комнату прошел уже знакомый слуга.
    - хотя стой! - вдруг остановила девушка нуамира, - два вопроса! первый — как ты прошел в катакомбы-то?
    - взять из сокровищницы ключ мне совсем не сложно, - удивившись, ответил гном.
    - не подумала... впрочем, неважно. второй — когда, собственно, свадьба, на какое число всё оформлять?
    - второго июня.
    - меньше через две недели! - схватилась за голову лилит, - у меня совсем мало времени, вот не мог ты раньше придти? - обвинила она гнома. тот лишь разинул рот.
    - ладно, иди, мне надо подумать, - махнула она рукой.
    величаво развернувшись, король поправил плащ и направился к выходу. подождав, когда он скроется, слуга протянул лилит пару листов и ушел провожать незваного гостя.
    - внимание, разыскивается! - прочитала лилит, - светлый эльф лориот, карие глаза, белого оттенка волосы... алые, словно бутоны роз губы, и бледная, как снег кожа! - добавила она от себя, - обвиняется в особо крупной краже драгоценностей... о, и список есть. нехило!
    - сюда и правда очень медленно доходят новости, - спустя время, печально вздохнула девушка, прочитав остальные принесенные свитки.
    внезапно лилит, разозлившись, ударила кулаком в каменную стену.
    - шилен! - взмолилась она, - позволь мне вновь явить себя людям! вновь сразиться с анаким! я же тут медленно умираю...
    - скоро... - раздался хриплый шепот, и комнату обдало ветром.

    далеко вперед​

    однажды лилит вернется. однажды нуамир отправится с ней воевать. и когда-нибудь, однажды, лилит захочет выполнения своей части контракта. но это будет потом, а пока... король с явным удовольствием хрумкнул ананасом, глядя на свою жену в банановой юбочке. жизнь продолжается!
     
  18. Ардуций

    Ардуций User

    Joined:
    31.03.10
    Messages:
    83
    Likes Received:
    25
    святой

    святой

    не покривлю душой, предположив, что многим из вас доводилось бывать в славном месте под названием долина святых.
    а тем, кому еще не сбылось посетить сии земли – советую незамедлительно отправится в путешествие, дабы побродить меж желтоватых скал, полюбоваться забавными флиндами и почитать загадочные надписи на призрачных стенах древних усыпальниц.
    и не забудьте отдохнуть под сенью самой большой в мире статуи эйнхазад!
    да, она действительно самая большая. собственно, этот факт ни для кого и не секрет. не верите – уточните в любом архитектурном справочнике.
    но до сих пор никто не знает, каким образом возник этот памятник, ведь ни один король не отдавал приказа на столь грандиозную стройку.
    точнее, один король все же приложил к строительству свои руки. но только свои, и ничьи еще.
    однако, обо всем по порядку.

    эта история приключилась в те стародавние времена, когда элмор а аден были еще единым королевством, а о крылатых камаэлях никто и слыхом не слыхивал.
    жил тогда величайший полководец по имени амэтус, и всю свою жизнь он посвятил непрекращающемуся кровопролитию. из крошечной банды отщепенцев амэтус создал могущественный клан, и едва его алые штандарты появлялись на горизонте, враги бежали со всех ног.
    но сколь бы сильным не был человек, всегда найдется орешек ему не по зубам. и орешком сим являлся град белокаменный, столица людского королевства.
    одни города амэтус нещадно грабил, на замках других вешал свое знамя. но стены адена оставались непреступными, как лоно праведницы, и сколько не пытался взять их великий полководец – постоянно терпел крах.
    а неудачи, как известно, будят в душах ужасающие чувства. и столь велика стала злоба амэтуса, что привлекла из глубин хаоса самого демонического лорда.
    владыка тьмы явился полководцу в образе старца с горящими нечеловеческими глазами. и герой сразу понял, кто стоит пред ним, ибо силы хаоса способны извращать людские мысли и направлять их в нужное русло.
    - ты хочешь взять аден? – хитро спросил демон, заранее зная ответ.
    эмоции и чувства низших созданий виделись ему открытой книгой.
    - хочу! – с вызовом ответил амэтус.
    - хочешь восседать на троне вечно?
    - да! – без тени сомнений воскликнул воитель.
    - подпиши.
    лорд-демон протянул ему измятый листок пергамента.
    - кровью!
    вместе с кровавой подписью силы зла получали тоненькую, но невероятно прочную ниточку, связанную с несчастной душой. и разорвать нечистую связь возможно лишь одним способом – исполнить все условия договора.
    - что потребуется от меня?
    разум амэтуса не до конца застлала пелена ярости. он понимал, сколь опасными могут быть подобные сделки. но жажда власти не давала противиться порождению тьмы.
    - послужишь мне, - пожал плечами демон. – совсем немножко.
    несмотря на достаточно крепкий ум и начитанность, полководец не знал одной немаловажной детали. то, что для бессмертных созданий, влекущих существование вне времени и пространства – немножко, то для простого человека больше вечности.
    и потому на пергамент упала капелька крови. амэтус не колебался ни секунды, а вечером следующего дня шествовал по тронному залу адена вне себя от радости.
    гордость, счастье и вино совсем затуманили голову нового короля. не задался он вопросом – отчего его воины бились подобно диким зверям, а смертоносные раны не останавливали сокрушительного напора. не подумал, отчего защитники плелись, словно сонные мухи, а сражались не лучше малых детей.
    забыл обо всем и сел на трон. сел-то сел, а встать уже не смог. и причиной тому были не усталость и хмель. ноги амэтуса обратились до пояса в золото и слились с троном в единое целое.
    и ни лекари, ни шаманы, ни священники не могли излечить владыку королевства. ибо если просишь у дьявола вечно сидеть на троне – так оно и будет.
    прошла неделя мучительного проклятия, и воля короля надломилась, как тоненькая соломинка. в полном отчаянии он воззвал к эйнхазад.
    десять дней не спал амэтус, не пил и не вкушал пищи. только молился – истово, искренне, как подобает кающемуся грешнику.
    и в полночь среди пустого тронного зала возникла крылатая дева в сверкающих одеждах. не одарила она страдальца и взгядом, не стала слушать мольбы. сказала лишь, что помощь придет на рассвете, и растворилась в воздухе.
    впервые за долгое время амэтус заснул крепким, спокойным сном. утром его разбудил сын такими словами:
    - отец, у врат замка стоит оборванец и просится на прием. велишь прогнать его? или бросить в темницу?
    сердце короля забилось так сильно, что слышно было во всем огромное зале. амэтус приказал немедля доставить нищего пред его очи, и обходиться с пришельцем вежливо и аккуратно.
    - кто ты? – спросил воитель у юноши в рваной серой рясе. – зачем пришел?
    - меня зовут богвард, - тихо ответил отрок. – ты просил – и меня прислали помочь. вижу, дела твои худы. но раскаяние искренне. я помогу. но прошу оставить нас наедине.
    король махнул рукой, и стража покинула помещение, закрыв за собой двери.
    богвард стал напротив трона, хлопнул в ладоши и крикнул:
    - кор’гарон, седой демон – явись немедля!
    сию секунду супротив трона возник знакомый амэтусу старик. в его глазах играл азартный огонь.
    - новая жертва пожаловала? чего изволишь, юный друг? одежка твоя прохудилась, да и в карманах пусто. хочешь – вмиг исправим?
    - гляжу, ты меня не признал, - хмыкнул парень, и повелитель хаоса разом изменился в лице. – дурить обуреваемых страстями людей ты мастер. может, заключишь договор со мной?
    - а что на кону? – хитро сощурился старик.
    - с моей стороны – ноги короля. хочу, чтобы вернул им подобающий облик, какой раньше был. сам же проси чего хочешь.
    - ишь, хитрый какой. раз ты праведника из себя строишь – то покажи мне чудо небесное! вот условие моего договора! а коли силушки не хватит – пойдешь ко мне во служение навеки вечные!
    - хорошо, - ответил богвард. – давай встретимся с тобой через неделю у ворот этого замка. и ты узришь чудо.
    кор’гарон ехидно оскалился. что для лорда хаоса и тьмы – неделя? и заметить не успеет, как настанет обозначенный срок. к тому же, человек за это время как следует помучается.
    демон спрятал пергамент в карман и исчез.
    - молись, - сказал богвард королю и покинул тронный зал.
    ровно семь дней спустя в то же самое время ко вратам замка приблизились две фигуры. стражники скрестили пики пред их лицами, не желая пропускать седовласого незнакомца. но богвард молвил, что сей человек – его близкий друг. воины передали эти слова начальнику караула, тот, в свою очередь, королю.
    амэтус велел впустить гостей незамедлительно.
    демон и юноша осторожно приблизились к дверям тронного зала и заглянули в крохотную щелочку. и увидели, как младшая дочь короля готовит ему пищу, а сын подметает пол вокруг трона.
    - ну что, посмотрел? – поинтересовался богвард у спутника.
    не успел демон и рта открыть, а листок договора вспыхнул алым пламенем и обратился в пепел. изумлению кор’гарона не было конца – его собственное начальство посчитало условия выполненными.
    - но как же так?! где чудо?
    - ты узрел их целых три, - с улыбкой ответил богвард.
    - что? не видел я ничего! ты хочешь меня обмануть!
    - ну почему же. помнишь тех солдат у ворот?
    демон кивнул. он помнил даже то, что случилось тысячелетия назад.
    - несмотря на то, что король, по сути, смертельно болен и уже не сможет повести войско в поход, они не предали его, не переметнулись в другой клан. это и есть чудо. чудо человеческой преданности. а видишь ту девушку у жаровни? в засаленном фартуке и грязном чепце?
    - да.
    - это дочь амэтуса, азалия – известная всему королевству могущественная волшебница. в ее власти испепелять облака и двигать горы. но в час беды она не отвернулась от родителя и стоит у плиты, как последняя кухарка, дабы порадовать отца свежим обедом. это - чудо любви.
    кор’гарон запыхтел, как гномий голем, и сжал кулаки.
    - а вон тот парень с метлой, - продолжил богвард. - знаешь, кто он?
    демон пожал плечами. всяческие подробности были ему совершенно неинтересны.
    - это айлаз - сын амэтуса. сильнейший воин в клане после отца. он мог бы убить обездвиженного беззащитного правителя и узурпировать трон. но вместо этого занят черновой работой, ибо король отпустил всех слуг и рабов во славу эйнхазад. это - чудо послушания. а еще, - богвард победоносно улыбнулся. – я назвал тебя, порождение мрака и тьмы, своим другом. это – чудо смирения. ну что, насмотрелся чудес-то? или еще показать?
    - да что ж это за чудеса такие, если их каждый дурак может сотворить?
    - правда? – хохотнул юноша. – ну попробуй, сотвори.
    демон заскрипел зубами от бессильной злобы, завертелся волчком и пропал - будто не было. он понял, что обмануть святого невозможно, ибо нет в его душе ни пороков, ни соблазнов.
    за спиной богварда раздался звон посуды и полный удивления вскрик. юноша не стал оборачиваться. он и так знал, что произошло в тронном зале.
    - подожди! - крикнул король, падая пред странником на колени. - как мне отблагодарить тебя?
    - не стоит благодарить меня. благодари ее, - палец юноши указал вверх.
    вскоре амэтус оставил трон сыну, а сам ушел в неизвестном направлении, одетый в одну лишь старую робу и кожаные сандалии. никто не знал, куда лежит ведомый лишь ему путь. прошли года, и о храбром, но безрассудном короле забыли. не ставили ему памятников, не вносили в летописи. не знали даже, где находится его могила.
    но спустя множество лет - не десять, не двадцать и даже не сто, отважные исследователи обнаружили на севере удивительную долину. посреди нее, воздев руки к небесам, стояла огромная каменная статуя эйнхазад.
    пожалуй, самая большая во всем эльморадене.
    святые отцы и знатные кардиналы совершили не одно паломничество в новые земли, но так и не смогли сказать, кто и когда воздвиг сию скульптуру. единым было только одно мнение - неизвестные строители не обошлись без божественного вмешательства. потому местность так и назвали - долина святых.
    а что касается богварда…
    если сердцем вы светлы, а помыслы ваши благородны - возможно, вы с ним еще встретитесь.
    и не раз.

     
    Dankill and Greshnica69 like this.
  19. ifreann

    ifreann User

    Joined:
    18.10.11
    Messages:
    17
    Likes Received:
    28
    промозглый ветер старался забраться в щели таверны и, терпя поражение, отчаянно выл. здесь, в пригороде шутгарта, воители, собиравшиеся наведаться к фрее, пережидали страшную вьюгу, затянувшуюся на несколько дней. и, хотя они были обеспечены провиантом, теплом и спальным местом, вокруг каждого из них лукавой змеей обвивалась тоска. стараясь хоть как-нибудь заполнить давящую тишину, они рассказывали байки и истории. в стороне остался лишь старый, подслеповатый маг.
    - эй, дед, - пегий юнец-рыцарь вытянул ноги в шерстяных носках к камину и улыбнулся волшебнику. – ты ведь, поди, знаешь много историй, прожив-то целую жизнь.
    обернувшись на звук, старец поморгал блеклыми глазами, словно не понял слов парня.
    - ну же, дедуля, - канючил рыцарь и огляделся в поисках поддержки. – расскажи!
    опираясь на посох, маг присел на покосившийся табурет и проскрежетал:
    - что же, я и верно, знаю одну историю. о существе, помеченном дьяволом. о женщине.

    во времена, когда эльфы разделились на темных и светлых, новоявленная темная эльфийка смотрела на свое отражение в тихом озере. на кожу, потемневшую и огрубевшую, на волосы, потерявшие золотой блеск. слезы катились из глаз, тревожа водную гладь, отставляя круги на воде. но не только тело ее почернело от коварной магии. душа и сердце женщины были черны и греховны, погрязшие в похоти и разврате.
    - за что мне эта кара? – причитала эльфийка. – меня окутывает страсть, но златовласые сестры мои во всем меня лучше!
    позади темной послышался вкрадчивый шепот.
    - о, несчастное дитя моего греха, - дьявол слегка дотронулся плеча плачущей. – ведь, если бы я не совратил вашу мать, ты по-прежнему была бы светлокожей и прекрасной. я не могу стоять в стороне, глядя на твои чистые слезы. позволь мне искупить мою вину, но учти, я не смогу обратить твое проклятие.
    обернувшись лицом к грэн каину, женщина закусила губу. предавший богиню-мать, он ласково смотрел на нее, не оставляя сомнений в том, что в этот раз ему можно довериться.
    - мои сестры так хороши, - прорыдала темная. – а я словно соткана из лоскутков уродства! ах, если бы у меня было что-то такое, из-за чего каждый мужчина волей-неволей сворачивал шею, оглядываясь на меня… да! – она просияла от внезапного озарения. – я хочу иметь самые вожделенные формы. во-оо-от такую грудь, - женщна развела руками. – такие-то бедра! а талию узенькую, как у осы с дионской пасеки!
    дьявол кивнул и сказал женщине лечь этой ночью пораньше, обещая, что наутро ее желание будет исполнено. блаженно улыбаясь, та с нетерпением ждала рассветного часа.
    грэн каин не обманул. проснувшись, женщина с недоверием ощупывала данные ей богатства, словно боясь, что они пропадут в то же мгновение.
    но, выйдя на улицу, ее постигло первое горькое разочарование: завидовать было некому. все темные сестры были украшены тем же даром, отравленным даром грэн каина.
    спустя несколько лет ее постигло новое. на хрупкой талии было тяжело носить столь величественную грудь. спина женщины ныла и болела…

    - так вот почему они ходят, согнувшись в три погибели! – хохотнул молодой рыцарь, прервав повествование.
    старик строго глянул на него и, потерявшись на мгновение, продолжил историю.

    даже светлые эльфы не гнушались общества темнокожих дам. одна из эльфиек, не опороченных магией, с брезгливостью наблюдала за происходящим.
    - падшие, прогнившие женщины! – возмущалась она. – уверена, чтобы получить эту вульгарную внешность, он продали души дьяволу.
    - нет, милое дитя, - нежно сказал темный бог. – я просто помог им обрести гармонию. я не смог бы отказать ни одной прекрасной женщине и с радостью выполню и твое желание. чего же ты хочешь? возможно, ты так же мечтаешь о роскошных формах?
    - разумеется, нет, - эльфийка сморщилась, думая о том, что ей бы хотелось, чтобы грешницы отправились вслед за падшей матерью. но, понимая, что грешно даже мыслить о подобном, очистила разум от постороннего. приложив палец к губе, женщина размышляла о том, что в самом деле нужно ей и ее сестрам. – я хочу чтобы у меня и моих светлых сестер была горделивая стать, одним своим видом указывающая на наше благородное происхождение, одним своим видом говорящая о презрении к развратным темным.
    наутро девушка не узнала в зеркале себя. шея ее вытянулась, вознесся лицо, спина горделиво выпрямилась, а одно плечо важно устремилось вперед. ликуя, девушка выскочила из дома, чтобы полюбоваться на сестер, но печальное зрелище острой иглой пронзило ей сердце. плечо каждый раз, помимо воли обладательниц, выпрыгивало вперед, искривляя походку и ноющей болью отдаваясь в спине. не расслабляющееся не на мгновение тело уже через несколько лет начинало ныть от вечного горделивого положения.

    но на севере толстое, неказистое существо, поглощая похлебку, стонало и выло, стоило завидеть ему темную иль светлую эльфийку. почесав покрытый редкой бородой подбородок, оно пробасило в тишину рудника, и слова отдавались эхом:
    - о, марф, за что ты так обошлась со своими дочерьми? денно и нощно я тружусь на рудниках наравне с мужчинами, в то время, как остальные женщины мягки и прекрасны. у них нет ни бороды, ни морщин…
    - ох, бедное дитя гномов, - казалось, сам грэн каин на мгновение потерялся, разглядывая бороду женщины. – моя дочь создала вас старательными и упорными, как сама, лишив при этом данной ей красоты, дабы не отвлекать вас от труда. как немилосерден этот поступок! но, я исправлю и это, если ты того пожелаешь.
    - пожелаю! – яростно воскликнула женщина, откинув похлебку. – я хочу, чтобы у меня было гладкое, как у человеческих детей, лицо, лишенное бороды и отметин времени.
    наутро она прикоснулась к лицу и вскрикнула от восторга. ни бороды, ни даже щетины на нем отныне не было, исчезли бороздки морщин. но разочарование постигло ее раньше остальных: едва подойдя к зеркалу, она поняла, что дьявол понял ее буквально. из зазеркалья на нее смотрела совсем юная, несформированная девочка.
    хрупкие и маленькие, гномки больше не могли трудиться на рудниках, даже молот они держали теперь неуверенно. дорога оставалась только в торговцы, или, в крайнем случае, собирательницы. суровые гномьи мужчины, не говоря даже о мужчинах других рас, остерегались их. несколько десятков лет гномы выжидали, когда их женщины повзрослеют, но ни единой морщины не появлялось на их лице.

    а в одном из поселений орков тем временем женщина смотрела в костер и грустила о судьбе гномов. казалось ей странным отказаться от былой силы.
    подкидывая дров, дочь паагрио смотрела в пламя и читала молитвы. чистая слеза катилась по ее щекам.
    - о чем ты плачешь, прекрасная дева?
    - муж мой проводит дни в жарких сражениях, подвергая опасности свою жизнь. я лишь храню очаг, не в силах помочь ему. ах, как хотелось бы мне сражаться с ним на равных, как хотелось бы мне помочь ему в битве!
    дьявол покинул ее, так же пообещав, что желание исполнится. проснувшись, женщина обнаружила, что тело ее покрыто стальными мышцами. радостно вышла она встречать мужа, но более объятия ее не были нежны и ласковы, и муж отверг ее.

    старик прервался на кашель и позабыл о том, что рассказывал. юнец слегка потрепал его по плечу и задорно спросил:
    - а с человеческими женщинами что стало? это связано с их походкой?

    порожденная завистью и гордыней грэн каина, женщина гневно кричала вглубь леса:
    - экая несправедливость – родиться человеком! у темных есть формы, у светлых – статность, у гномок – молодость, у орок – сила. а что у меня?
    ухмылка грэн каина появилась перед женщиной. посмотрев на меч, висящий у нее на поясе, он хмыкнул и сказал:
    - я дам тебе еще один и никто с тобой не сможет сравниться.
    женщина проснулась счастливой: сила переполняла ее. божественный отец не обманул, подойдя к зеркалу, она увидела пред собой поразительной красоты лик. взяв в руки мечи, она отважно покинула дом, зная, что победит любого. но никто больше не заметил особых изменений в ней.
    другие расы быстро смекнули, что проклятие коснулось не всех женщин, а только самых алчных и завистливых. проклятие надменности и глупости. проклятие глада…
    внимая печали своей дочери, дьявол не находил себе покоя. обмануть свое дитя еще раз было непросто, а не оправдать надежд было еще сложнее. стараясь вновь сотворить всего понемногу, грэн каин снова и снова терпел поражение. поглощенный отчаяньем, он отступил, поливая горькие слезы по несчастной человеческой женщине.
    единственное, что мог он ей дать – это зависть и она стала вечной ее спутницей.

    устало откинувшись на стуле, старик закончил:
    - желания женщины всегда губительны. для нее, для других женщин, для мужчин… и даже для самого дьявола.
     
    Greshnica69 and Dankill like this.
  20. #coffee

    #coffee User

    Joined:
    01.02.13
    Messages:
    5
    Likes Received:
    4
    последняя душа

    последняя душа

    незаметно для себя лаки стал ленивым. посох выбросил, плащ продал, покинул гильдию и подался на вольные хлеба. смысла напрягаться больше не было. сила шамана была ему теперь недоступна.

    конечно, душу терзали воспоминания былой славы, хотелось быть нужным на поле сражения, хотелось приносить победы клану... да, что уж поминать прошлое. теперь он стал ненужным в своих умениях, в его знаниях больше не нуждались. такие как он, в основной своей массе, выбрали другой путь в новых летах, став воинами, волшебниками, даже целителями, но не лаки. ведь, несмотря ни на что, где-то в глубине души он надеялся, что придет время, и его сила вновь будет нужна...

    каждый день лаки проводил на городской площади в таверне своего друга зи – упитанного коренастого гнома с огненной бородой – где они оба потягивали томный эль, в пол-уха слушая сплетни базарных гномок-торговок. временами лаки уходил в какой-нибудь поход с наспех собранными воинами-одиночками, возвращаясь к вечеру недовольным, бурча под нос о том, как же он устал от однообразия работы заклинателем.

    – хей, лаки, вставай, пройдись, что без дела-то сидеть? вон вновь ищут заклинателя в сады! – ворчал зи, унося пустой кувшин из-под эля в погреб, дабы наполнить его вновь доверху.

    – то – не бой, то – пародия. то – не воины, то – стадо, – пафосно начал лаки. – вот почто мне бить это несчастное чудище? что оно мне сделало, что оно мне даст? адену? ой, не смеши! вот раньше была добыча, а сейчас – так, курам на смех. и ничего-то нам это несчастное запуганное постоянными рейдами на него чудище не даст. вот вспомни, как в былые дни твоя шустрая наська умудрялась извлекать из трупов драгоценные вещи и материалы. а сейчас что она делает? играет в лекаря. скажешь – я опытнее стану, возмужаю, вырасту, а смысл? чтобы бить чудищ постарше? эх, зи, забыл ты времена, когда мы брали замки небольшими отрядами, когда стена на стену против тысячных войск врага шли, когда ты вызывал верного голема и ломал-крушил стены, а все бежали от тебя в ужасе. и звали тебя тогда – ужасный зи! а теперь ты просто – зи.

    – да что вспоминать-то, – вздохнул вернувшийся гном из подсобки и вывалил на стол вяленую рыбу. – я теперь – бизнесмен.

    – барыга, – бросил лаки и лениво впился зубами в лоснящийся от масла бок форели.

    – опа, опять сидим! бездельники! штаны протираем!

    "вот и нася приперлась, вспомни только..." – подумал лаки, зевнул и продолжил наблюдать за торговыми рядами.

    обеденное солнце припекало. косички гномки играли золотом, веснушки искрились на пухлых детских щечках: наська была очень довольна и горда своей жизнью и положением в обществе эльморедена, ведь теперь она была значимой фигурой в городской гильдии лекарей и постоянно находилась в разъездах – то рейды, то оппозиция пытается отжать злачные места у клана.

    это раньше, чтобы прокормить семью, надо было ежедневно спускаться в темные и страшные подземные катакомбы, собирать там огромные полчища монстров и долгими ночами выбивать огромной дубиной из них ценные вещи. праздником для наськи становились дни, когда кто-то брал ее с собой в далекие земли, но за это приходилось платить и делиться добытым тяжелым трудом спойлера добром.

    бр-р-р, не любила нася вспоминать старую гномью жизнь. сколько раз она говорила своему зи, чтобы и он перестал упрямиться и выбрал новую профессию – например, доблестного рыцаря в латных доспехах с мечом и щитом.

    "с твоими-то гномьими данными, жизнеспособностью, здоровьем, выносливостью – цены тебе не было бы как рыцарю! любой отряд воинов забрал бы тебя с потрохами! – тарахтела без устали гнома. – а этот, шкура его зеленая, па’агрио на него нету! (лаки обязательно всплывал в семейных ссорах гномов: как друг семейства, он не мог остаться даже тут незамеченным) вот отчего бы ему не работать заклинателем при нашем отряде на постоянной основе? плащ клановый выделят, посох в аренду дадут, зельями разными снабдят, что ему еще надо? видите ли, не по статусу ему, орку, с эльфами и людьми бегать. тьфу на вас!"

    в сердцах наська накидывала пурпурный плащик на плечи и растворялась в дверном проеме.

    – кстати, давеча странный воин заходил в таверну. просил отлить ему щит. я подумал, шутит. нет, говорит, вот рецепт, вот сталь, вот материал. прикинь, да? – громко рассмеялся гном и неуклюже почесал свое добротное пузо. – а я уже лет сто в кузницу-то свою не заходил, там все быльем поросло, кхе. да дело не в этом. говорит он, что в их землях слушок пошел, типа дракон летит. я ему – да ты что добр человек, драконы наши по пещерам своим сидят, дрожат, бояться вздохнуть даже так зашугали их постоянные рейды. а воин тот мне в ответ упрямо возражает – летит, мол, другой дракон, доколе неизвестный люду, и несет он-де на своих крыльях перемены, типа, вернутся былые времена, и будут вновь гномы ковать мечи, а шаманы благословлять свои кланы...

    – зи, ты как маленький, любому слуху готов поверить... ладно, пойду, а то уже темнеет.

    – ну и иди! – гном, было поднялся с бочки, потянулся, но вдруг громко охнул, схватился за спину и, кряхтя что-то про старость-не радость и какой-то ревматизм, в сердцах хлопнул за вышедшим орком дверь своей таверны.

    лаки брел по опустевшим улицам, периодически спотыкаясь о развалины былой торговой столицы эльморедена, а внутри эхом звучали слова зи, и думал лаки, что душу бы продал дьяволу, лишь бы слухи из далеких земель обернулись в реальность.

    орк вышел за ворота города и уныло побрел по тропам, размышляя уже о том, чем занять завтрашний день.

    – эй, притормози!

    лаки застыл. ночной туман покрывал буквально каждый шаг земли, скрывая все вокруг. "тьфу, зи, опять эль запорол", – ругнулся про себя орк, думая, что ему послышалось, но внезапно осекся: напротив него вырисовался чей-то силуэт, и когда глаза чуть привыкли смотреть в темноту, орк разглядел у дороги рослую темную фигуру. длинные волосы незнакомца ниспадали с плеч, за спиной развивался темный плащ, доспехи воина веяли холодом, взгляд его был пуст и страшен. лаки отступил назад:

    – проходи мимо, воин, не до тебя сейчас...

    – не воин он, а демон ветра. почитай его и приклони колени перед будущим владыкой вашего грязного мирка, – внезапно воин отступил, из-за его спины шагнула статная дева – полупрозрачная туника была небрежно накинута на плечи, практически не скрывая красоту точеного тела, серебряные локоны струились до земли волнами.

    – сначала вспомнят, а потом гонят, не хорошо, лаки, – дева подошла ближе, ее взгляд обволакивал, врывался в самую душу и выворачивал ее наизнанку, маня и маня за собой.

    – кхм, откуда знаешь меня? – орк поежился в своем залатанном кафтане, пытаясь согреться, а также этим движением скрыть удивление и наступающий страх.

    – короче, к делу, – внезапно взор девы стал холодным и надменным, – твоя душа последняя – души великих магов адена, целителей, лучших лучников и воинов были принесены в дар моему сыну, демону ветра, осталась только душа бывшего шамана и мир падет ниц перед величием моих детей!

    – э-э?..

    – дьявола вызывали? хотел продавать, значит, продавай! хотел вернуть былые времена, плати! – извивалась дева в исступлении. – душу-душу гони! душу взамен за силу! душу за шаманство! душу за былое! – и тут демон в холодных доспехах схватил лаки за кафтан и поднял над землей.

    остатки эля покинули орка вместе с его невозмутимостью. неожиданно он почувствовал себя беззащитным, как когда-то в детстве, а сказать, что он был напуган, это ничего не сказать. эх, зря не пошел лаки в бойцовскую школу, как его братья, так бы умер в бою с двуручным мечом в руках, а не как обвисшее тело с дипломом гильдии адептов за поясом... мысль сожаления так и не успела окончиться – руки воина обмякли и орк повалился на землю – то ли в обморок, то ли просто хмель-таки накрыл.

    светало. лаки открыл один глаз. солнышко. открыл второй – точно, солнышко. рядом кто-то засопел и всхлипнул. в голове стучали тысячи гномов-кузнецов, и очень хотелось пить. о, да это же зи! и в правду, рядом у седого валуна посапывал пухлый гном в обнимку со своей боевой дубиной. ничего не понимая и толком не помня произошедшего ночью, лаки потормошил зи.

    – хех, проснулся, шатун, – заулыбался проснувшийся гном. – вот что бы ты без меня делал? не успел уйти, как на местных хулиганов нарвался, что бродят в этих землях везде, такой, как ты, народ пугают-обирают.

    – какие хулиганы? там был демон, темная дева...

    – какая-такая дева?! ах ты, старый оболтус! – неизвестно откуда взявшаяся наська с диким воплем накинулась на не успевшего подняться с земли гнома. – я тут ночь не сплю! гадаю! переживаю! не знаю что думать, где искать тебя, старого! весь город на уши подняла! все углы и местность осмотрели!

    к дороге стал подтягиваться народ. гномы катались по земле, орк чесал затылок, а время шло к полудню...

    зи потом рассказал, как вчера ему стало совестно за свой поступок с дверью, о котором лаки даже и не вспомнил – ерунда какая. и как он, зи, собрался и пошел догонять друга по дороге из гирана, где и встретил шайку хулиганов и своего орка на перекрестке у садов горгон.

    – эх, тряхнул стариной! размял косточки! ты бы вспомнил, гад, как я дубиной-то твоих недругов оформил, кхе! наська, будь доброй, подкинь-ка нам еще чесночных гренок чуток! а моя-то как, оказывается, переживала, она же тут экспедицию целую собрала по моему уходу, вот утром и нашли нас. я-то после такого боя устал, все-таки, сколько времени не держал меча в руках, вот и уснул подле тебя. но ты – чудо – захрапел еще раньше, пока я тебя спасал и палицей махал, окружности в воздухе описывал, ха-ха! тоже мне – орк гроза людей, ха-ха, – катался от смеха зи. - еще про демонов что-то там с утра бормотал – хороший эль поставил я, эх, хороший!

    внезапно воздух разрезал острый звук горна и барабанная дробь подавила базарный гвалт. любопытные гиранчане гроздьями стали вываливаться из домов. наська тоже поспешила присоединиться к толпе.

    гном и орк замолкли. было слышно, как за дверью ветер становился сильнее, а из окна друзья видели, как над городом собрались огромные пухлые облака, образуя между собой воронки...

    раздался страшный драконий рык.

    – чего сидим?! кого ждем?! – закричала наська, забежав в залу таверны. – лаки, посох мой бери, говорят, вернули твою силу! выходите, я бегом на склад за кристаллами для голема – тебе, ужасный зи, силу тоже вернули!

    "все-таки, продал душу..." – внутри лаки все похолодело и послышался ему явно звонкий смех девы с серебряными волосами – то неистовствовала она в своей радости за сына – линдвиора, который уже настигал и уничтожал один за другим города эльморедена.

    но вдруг глаза орка зажглись пламенем – пусть души нет, но есть храбрые сердца верных друзей и былая сила помноженная на огонь в груди. верховный шаман вновь нужен своему клану и вместе с ним он принесет победу и голова дракона будет трофеем, который он бросит к ногам девы, дабы знала та свое место в его мире – в мире гномов, орков, людей, эльфов – в мире его близких и родных, где нет места ей и ее сыновьям…
     
    Alfer1989 and Dankill like this.
Thread Status:
Not open for further replies.