[08.07.2013] Фан-фик: Кошмар из Моря Спор

конкурс: кошмар из моря спор

работы принимаются с 8 июля по 8 августа 2013 года.
прием работ заканчивается 8 августа в 12:00 по мск.

тема: кошмар из моря спор

правила:
объем текста не ограничен!

описание:
"с магией следует быть крайне осторожным – малейшая ошибка может привести к непредсказуемым последствиям. в очередной раз доказал это некий эльф, что-то напутавший в заклятье и, тем самым, угробивший себя, две армии и огромный лес. место трагедии ныне известно как море спор. даже сам воздух здесь пропитан отравой, искатели приключений заходят сюда на свой страх и риск: никогда не знаешь, как скоро поразит тебя таинственная зараза. жители орена с трепетом обращают взор на северо-запад, молясь всем богам о том, чтобы скрытые под волшебным куполом кошмары никогда не вырвались наружу. но будут ли услышаны их молитвы?"

здесь выкладывать только работы. обсуждение тут

 

Spoiler

море спор.
орфен.

​

настало очередное утро, (хотя в этих местах трудно понять, где день, а где ночь!) оно, как и все предыдущее, было безрадостным. орфен распрямила свои затекшие конечности с липкой паутиной и отправилась гулять по полям спор. за ней, как и полагалось, следовала её охрана, готовая в любой момент растоптать обидчиков. но сегодня все было спокойно! не искателей, ни охотников не было.
большие белые хлопья падали на паукообразную медленно скатываясь вниз… иногда она ловила их и долго рассматривала, пытаясь найти ответ на не заданный вопрос. одиночество. это единственное что у неё сейчас есть... и при этой мысли, маленькая слезинка, перламутрового цвета, скользнула по щеке орфен. она вспомнила, те далекие времена, когда вместо белой пустыни и мельчайших частиц, которые постоянно витают в воздухе, она могла наслаждаться лесными массивами, когда она грелась в лучах весеннего солнца, и когда сквозь крону могучих деревьев можно было увидеть лазурные кусочки неба. и воздух, что наполнял легкие, казался особенным, чистым…
но все это было давно… и исчезло в один миг.



«эльфы и люди ужасны в своем противостоянии. из-за своих личных интересов они разрушили мир, который я так любила. и вместо райского уголка я теперь живу в «гнилом болоте», которое стало мне одновременно и тюрьмой и домом. сестра говорит, что все мои нападения от токсинов, но это все лож. каждый день я мечтаю вернуть время назад.
однажды, я хотела образумить этих глупых созданий и вмешалась в их войну. до сих пор мне сняться крики и стоны, которые раздавались тогда на всю округу, а кровь орошала грибные плантации… но я попала в ловушку и тяжелое ранение заставило впасть в сон.
восстановление заняло много времени, и очнувшись, я испугалась. мир изменился. как они могли… тогда, я была очень зла на всех вокруг. и те кто был мне другом стал врагом. чувство мести поглощало меня все сильнее и сильнее. и что бы они хоть немного осознали свой поступок, я стала нападать на всех, кто заходил в мои владения…люди, эльфы, все равно…
но время, как говорят - лечит. моя ненависть лопнула, как мыльный пузырь. конечно, я не простила, мне было их просто жаль. и я чувствовала запах страха. жажда убийств и крови прошла, я просто пугала любопытных.
споры быстро заражали новые территории. ядовитые монстры были повсюду и готовы были ужалить попадавшихся на пути охотников. не смертельно конечно, но чувствительно.
от распространения заразы волшебники возвести башню с защитным полем. но как я и думала, их поле было слишком слабое. тогда в моем сердце родилась надежда на то, что я могу спасти от распространения заразы остальные земли.
если бы эти глупцы знали, сколько сил я трачу на их защиту. моя энергия по невидимым нитям паутины питает защитный барьер. и только благодаря этому они еще живы.
и может быть, наступит тот момент, когда я выйду из этой тюрьмы…».

орфен очнулась от долгих воспоминаний. все её лицо было покрыто соленым дождем. оглянувшись по сторонам, словно растерялась, она заметила, что стало чуть темнее. над землей появился едкий туман, который появляется либо рано утром, либо к сумеркам. уставшая и измученная воспоминаниями орфен, спряталась в своём уютном логове, куда не каждый может попасть, а если попадет то пожалеет.
со всех сторон её накрыла мягкая паутина. и паукообразная хотела, что бы хоть сегодня ей приснилось безмятежное прошлое, а не ужасная война рас…

бонус

Spoiler

прохладно… тело окутывает едкий туман…его запах смертелен для «гостей»… немного пощипывает кожу… паучьи конечности начинаю менять свой вид. я открываю глаза и встаю на ноги… туман оборачивается вокруг голого тела... тишина…
бывают редкие дни, когда проклятие шилен спадает и я могу вспомнить, какой я была… эти мгновенья я ценю больше собственной жизни…
тихий шорох за спиной… на меня уставились большие голубые глаза. он хлопал ресницами и периодически открывал и закрывал рот. на его темной коже проступила испарина…
моё время уходило, как песок сквозь пальцы… скоро я вернусь в проклятое тело... но пройти мимо, не могу. медленно скользя к юноше я прижимаюсь всем телом. дрожь скользит по спине, грудь ощущает лед доспехов. я прикоснулась к его мягким губам, почувствовала сладкий вкус на языке, и развернулась, задев его лицо своими локонами.
быстрые шаг… затем туман скрыл меня от посторонних глаз в своем ядовитом свечении… дикая боль пронзила тело, как острие кинжала… но я привыкла… практически не кричу… лишь слезы капают на покрытую пылью землю…

 

печать сомнения

Spoiler

введение​

алчность людей довела до того что 4 из 7 печатей стали открыты, и шилен запертая в темном замке , пробудилась, и начала искать способ открыть остальные три печати, сдерживающие ее силу.
богиня велела своим подданным , которые не могли принимать участие в войне, принести себя в жертву. а также отдала приказ убить жителей катакомб и некрополей. и взошла кровавая луна, которая стала ее третьим глазом в наступающей битве.
существует великое предсказание о том, что плененная богиня разрушения однажды вырвется из оков.

часть i
коварные планы​

- таути зачем ты явился?
- моя богиня, я пришел сообщите тебе о тем что скоро врата, находящиеся в семени уничтожения, будут разрушены. войска эльморедена становятся все больше. наши последователи не могут больше сдерживать натиск.
- ты снова принес мне плохие новости. как дела у моих детей? - прошептала шилен.
- валакас и антарас прячутся в пещерах. они ослаблены и ранены. их постоянно преследуют и возможно скоро они попадут в плен к войскам света. моя богиня отправь им на помощь меня. я возглавлю войска и принесу вам победу.
- нет! твое время еще не пришло. если у тебя все, прошу покинуть меня. я должна все взвесить.
- да, моя богиня.
темный замок, которые сторожили древние силы, находился в болотистых местах. ни один луч света не мог пройти сквозь крону величавых деревьев. гнилое место. в нем собирались приспешники шилен и строили коварные планы по захвату мира. огромные запретные врата скрывали все что творилось за ними. замок был запечатан семью печатями. что позволяло сдерживать силу богини. однако часть их были сломлены. и не кто не знал, сколько оставшаяся светлая сила будет сдерживать тьму.
в тронном зале прибывала царица зла. она была красива до смерти. ее голубые глаза были похожи на океан. океан - полный жизни. белокурые волосы прекрасно сочеталось с белоснежной кожей. она была не по божески красива. остаться равнодушным было не возможно. она сидела в пустом зале. в нем не было шикарных ковров, дорогой утвари. в нем не было окон и была лишь одна дверь. дверь в которую входили по зову богини и выходили с ее разрешения. все то время, что она пробыла в этом месте, ни сожаления ни раскаяние за свои темные дела она не чувствовала. она жаждала мести. и месть ее была велика.
- извините царица, к вам посетитель - пробормотал приспешник шилен - фоллинт.
- кто пришел? - удивившись, шилен встала с трона и приготовилась принять гостя.
- это ваша близкая подруга, истхина - прислужник сильно волновался, ведь не каждый день к богини приходят ее друзья. настоящие друзья.
- фоллинт, просщу пригласи гостя, нам есть что обсудить.
дверь открылась и в нее вошла королева семени уничтожения - истхина.
- добрый день моя богиня. или лучше сказать темный день? - радостно прошептала верная подруга.
- добрый? ты видимо не слышала новости? - шилен прошла к двери и закрыла ее на ключ. повернувшись к истхине она продолжила свою речь - мои дети прячутся в пещерах и ждут когда с ними расквитаются, войска моих врагов становятся больше когда наши редеют. печати до сих пор сдерживают меня. я не знаю что делать!
- успокойся, тебе не о чем волноваться. пока шпионы адена не пронюхали то что ты прячешься у них под носом. может стоит тебе уйти с этих земель?
- нет. я должна править этим миром. аден является столицей. через него проходят все боеприпасы наших врагов.
- я не настаиваю. я лишь даю совет. - буркнула истхина на упреки богини.
- я слышала что скоро войны света доберутся до тебя? это правда? если врата будут разрешены и произойдет захват твоих земель. эльмореден получить бесценные источники энергии.
- мои войны не дадут произойти этому. они стоят по всему периметру и уничтожают любого, кто захочет посягнуть на наши земли. знаешь, я хотела бы узнать что нам делать с морем спор?
- а что с ним ?- с недоумением спросила богиня.
- сила, которая превратила прекрасный лес в безжизненное место. возможно мы сможем использовать ее на благое дело?! она поможет нам сломать печати.
-но мои подданные не смогут обуздать ее. а я еще слаба да и печати ..... эх...... сдерживают меня.
- нам нужна лишь одна вещь! - прошептала истхина что бы не дай бог шпионы войска света услышат ее.
- что это? за вещь?
- серьга орфена, заполучив ее, мы сможем обуздать эту силу.
- тогда так тому и быть. собери войско и найди мне эту вещь.

часть ii
великая встреча​

этот день был раковым. сегодня еще одна печать будет сломана. и еще один шаг к победе шилен. многочисленные войска темной царицы направились в земли орена. дабы заполучить тайную вещь.
как гром среди ясного неба. полчища нечисти проникли под защитный барьер окутавший море спор. древняя магия колдунов башни слоновой кости не смогла сдержать гниющую тьму. темное войско нашло орфен и окружило ее. из за токсинов " гнилого болота " мозг великой многолапой - разрушался. она впала в ярость и уничтожала приспешников шилен пока силы не покинули ее. но тьму нельзя уничтожить, она была и будет всегда. полчище кровавых охватило царицу моря спор и повалило ее на землю. вырвав из ее тело артефакт по названию: серьга орфена. темное войско вернулось к темному замку, прихватив с собой пленницу. они кинули ее на каменный пол центрального зала, к ногам богини.
- здравствуй, орфен. - обратилась шилен к королеве моря спор.
- ах, это ты грязнокровка - орфен сплюнула едкую слизь на пол замка.
- не смей пачкать мое имущество. я предлагаю тебе присоединиться ко мне. а взамен и я окажу тебе услугу. ты сможешь расплатиться за уничтожение своего дома, а я верну тебе разум.
- возможно.
после этих слов орфен отвели в ее темницу. и заковали кандалами вечности. что бы пленница не смогла выбить ворота и покинуть черные земли. оказавшись в темном пространстве, паукообразная обронила слезу и пожалела что она не погибла в бою между людьми и эльфами.
тем временем, на церемониальном алтаре происходило темное колдовство. темная луна взошла на чистые просторы неба. шилен взяла в одну руку серьгу а в другую нож. ножом она перерезала себе вену. и из нее полилась синяя, мертвая кровь. опустив артефакт на алтарь, она очернила его своей кровью и произнесла:

продолжение следует.....​

 

кошмар из моря спор. во мгле…

война – что может быть ужаснее. кровь, раны, смерти, страх.
когда то на этой территории простирался эльфийский лес. но и следа не осталось от этого чудного места после стычки магов эльфов и людей. избыток волшебной силы заразил все и вся.
даже сам воздух пропитан едкой магией. прекрасные поляны, статные деревья , красивые цветы и редкие животные – погибло все, исчезло , будто этого тут никогда и не было. лишь бледная, ядовитая мгла накрыла просторы мертвого леса. в целом, место напоминает белую пустыню, оно холодное и красивое одновременно.теперь здесь всегда так и с неба постоянно падают споры…
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
в массивном городе – крепости орен жила семья. мать работала в местной торговой лавке , а отец служителем в храме эйнхасад. у них было 2-е детей – сын-человек рауль и дочка - эльфийка эмма. с детства ребята слушали захватывающие истории о былой войне на месте моря спор, и мечтали стать великими магами, чтобы отправится туда и увидеть все собственными глазами. годы спустя они отправились на обучение в башню слоновой кости. прибыв к башне
брат с сестрой остановились в изумлении. высокая, искусно отделанная белая башня возвышалась из глубокого кратера, внутри коего расположились монстры. молодые воины и волшебники охотились внизу. рауль подбежал к краю посмотреть за битвой. вот лучник пустил стрелу, летит она, пронзая воздух прямо в монстроглаза. кинжальщик подкрался за спину к голему и вонзил свой смертоносный нож во врага. волшебник читает заклятье и горгулью оглушает солнечная вспышка. рауль позабыв все вокруг смотрел вниз ,как вдруг земля из под его ног начала осыпаться . парень едва успел отпрянуть от края и не упасть. передохнув, он вместе с сестрой пошел по подвесному мосту, ведущему в сердце башни слоновой кости. вход охранялся стражниками. показав им письмо – рекомендацию ребята вошли вовнутрь. свет пронзал башню от пола до потолка, откуда-то сверху доносились голоса и приятная музыка. в центре стоял хранитель портала, который отправил юных магов по гильдиям. с этого дня началось обучение. тонны книг из библиотеки, часы тренировок на улице сделали свое. эмма стала целителем, а рауль колдуном.
когда эмма и рауль набрались опыта, их с экспедицией отправили в море спор. наконец сбудется их мечта. собрав все необходимое, экспедиция отправилась в путь, через пару часов они уже были на месте. здесь было множество монстров – змеев, пауков, нежити. к счастью от ребят их отделяло магическое поле. подойдя к стражникам у защитной башни брат и сестра узнали об обстановке в море. экспедиция разделилась. некоторые пошли собирать материалы, другие охотиться, а эмма и рауль рискнули проникнуть вглубь моря спор. над их головами мелькало бледное, едва заметное солнце и целая сеть из огромных ядовитых грибов. приближаясь к центру моря, наши друзья встретились с рибой.
служанка орфен. огромная , жуткая, смахивающая на муху она со своей охраной искала бреж в защитном поле. эмма записала увиденная в свою маленькую книжечку, она всегда таскала ее с собой. брат и сестра пошли дальше. вдруг что – то гадкое и липкое упало на лицо девушки и она вскликнула.
-тише ты – сказал ей рауль, а сам прошел бесшумно к камню и поманил сестру рукой. та отбросив паутину подошла к брату. высунувшись из-за камня, эмма и рауль увидели огромный темный силуэт.
огромная , величественная арахна стояла в окружении верной свиты. по всему ее телу был разбросан узор, множество длинных и цепких лап выглядывало из-за спины. взгляд орфен был тяжелым и был направлен куда- то вдаль. покой арахны охраняли верные райкели. все вокруг нее было облеплено клейкой паутиной. эмма вновь сделала запись в блокноте. ребята решили, что однажды они придут и уничтожат паучиху. аккуратно пробрались они мимо орфен и выбрались из моря спор. на следующий день поправив защитное поле и башни экспедиция вернулась в башню слоновой кости. эмма и рауль сдали собранные записи и материалы великому магистру , а затем попросили отправиться на отдых к родителям в родной орен.

смогут ли юные волшебники в будущем обезвредить властительницу орфен и искупить грехи двух великих рас?..





вот и сказке конец, кто осилил - молодец! :d

 

Spoiler

кошмар из моря спор

…наступит срок и станет слишком поздно,
и время не заставить вспять идти,
всё алчность, также жажда власти, погубили
и оправдания уж вряд ли тут найти…

…здесь некогда был лес прекрасный и великий,
деревья устремлялись к небесам,
плантации грибов в нём разводили –
безжизненное место ныне там.

всё в дымке ядовитого тумана,
повсюду споры заражённые грибов,
а также пауки своим смертельным ядом,
здесь жалят всех: друзей или врагов.

но пауки, грибов гигантских споры,
и даже едкий и густой туман,
ничто, в сравнении с тем ужасом, который
чтоб заманить к себе, идет здесь на обман.

она – арахна, высшее созданье,
и в прошлом друг и эльфов, и людей.
но предали её «друзья» былые,
и отомстить ей хочется скорей.

во время долгой битвы за господство,
где разделялась власть, за континент,
погибло много и людей, и эльфов,
и вот настал решающий момент.

тщеславность эльфов их на риск толкнула,
ударить всех запретным волшебством,
и мощная волна лес захлестнула,
«гнилым болотом» обратив всё в нём.

орфен – арахна в сон глубокий впала,
попав в ловушку в битве роковой,
она предотвратить войну пыталась,
но для неё удел совсем другой.

когда орфен от сна вдруг пробудилась,
увидела опустошённый дом,
на всё живое нападать решила,
и думала с тех пор лишь об одном.

цель у орфен теперь – уничтоженье,
она мечтает выпить всю их кровь,
и оплести весь мир огромной паутиной,
уж «будущего нить» орфен готовит вновь…

…наступит срок и станет слишком поздно,
и время не заставить вспять идти,
всё алчность, также жажда власти, погубили
и оправдания уж вряд ли тут найти…

 

Spoiler

писал стараясь без ошибок :d​

​

 

семя жизни

просто еще одна легенда великих хроник мира.

Spoiler

семя жизни

- нет.
девочка выудила из кармана еще горсть монет. эльф скрестил руки на груди и повторил:
- нет.
юная соплеменница спрятала деньги и принялась поспешно стягивать с себя платьице. бровь над единственным глазом ульриха поползла вверх. пришлось отвесить нахалке оплеуху, а то совсем страх потеряла.
- но я должна, дяденька! – всхлипнула эльфийка.
на вид – лет сто, если не меньше. по человеческим меркам еще совсем ребенок. что же ты такое должна, если готова отдаться первому встречному за провод по этим гиблым землям?
- найди отряд охотников или искателей приключений, - пробурчал ульрих, гоняя травинку меж уголками рта. – пусть у них совесть свербит за твою погубленную жизнь.
- они тоже не хотят, - девочка едва ли не плакала. – сказали, к тебе обратиться. мол, если окажу тебе услугу…
эльфийка запнулась и густо покраснела. ну-ну. а стриптиз для незнакомца устраивать – это нормально, кровь к мордашке не хлынула.
- то?..
- то ты проведешь.
о как!
ульрих улыбнулся, обнажив желтоватые от табака зубы. он думал, что еще не успел обзавестись репутацией конченого ублюдка. как оказалось, ситуация диаметрально противоположная.
хотя, тем лучше для бизнеса.
- так зачем тебе за стену?
девочка извлекла из кармана холстяной мешочек и высыпала на ладонь крохотное семечко.
- если посадить его в самой середине моря, то скоро эта жуткая плешь снова станет прекрасным лесом!
в глазах эльфийки блестели яркие огоньки энтузиазма и веры, не оставляя никаких сомнений – ребенок серьезно болен душой.
значит, за такого вряд ли кто-либо вступится. можно завести недалеко, сделать, что пожелается, и прирезать. никто и пальцем не шелохнет.
- ну что ж, - ульрих нехотя поднялся и оттряхнул кожаную куртку, - в середину – значит в середину.

большинство населяющих море чудовищ не представляло для бывалого следопыта никакой опасности. но местные твари были явно неравнодушны к его юной спутнице. ядовитые пауки, проклятые деревья, змеи и бешеные грибы кидались на девочку со всех сторон, даже если их покой никто не нарушал.
к обеду рука проводника онемела, а одежда взмокла от пота.
- все, привал, - ульрих прислонился к стволу огромного изуродованного дерева.
от усталости не хотелось даже смотреть на сумасшедшую спутницу. она села напротив и принялась водить пальцем по песку, вырисовывая ведомые ей одной символы.
- звать-то тебя как?
- вита.
- сажай свою семечку и пойдем обратно.
девочка насупилась.
- еще рано обратно. до середины не дошли.
- дальше не пойду – опасно. где-то за теми барханами бродит орфен, а я еще не планирую на тот свет.
- но мы должны! мы же почти дошли! – со слезами на глазах запричитала вита.
ульрих достал из ножен кинжал и посмотрел на свое отражение. и на кой черт он согласился помочь этой безумной? и почему так сложно ей перечить?
- я тебе ничего не должен. ты не заплатила – значит, сделки не было.
- ну и ладно! тогда сама пойду!
вита ушла с гордо вздернутым носиком. вернулась минут через пять с двумя стаккато на хвосте.
расправившись с монстрами, ульрих отвесил девчонке звонкий подзатыльник - за то, что ушла.
хотел отвесить еще одну затрещину – за то, что вернулась живой, но передумал.
тем временем вита разрыдалась. громко, печально, с подвыванием.
- я была так близко! – вопила эльфийка, ударяя кулачками песок. – я поклялась именем матери!
ульрих понял - предел терпения близок как никогда. или он прирежет эту мелкую плаксу, или отведет, куда ей надобно. впоследствии следопыт не раз будет задавать себе вопрос: «что же побудило меня принять столь странное решение», да так и не найдет ответа.
взяв девочку за руку, ульрих зашагал в сторону центра моря спор. жуткого, безжизненного места, где хозяйничала орфен – истинный кошмар этого проклятого места.

посреди моря подобно куполу висел белесый туман, где плавали полупрозрачные сгустки величиной с кулак – споры. именно они давали жизнь всей той мерзости, что подобно волнам ежедневно накатывала на стену и разбивалась о магический барьер или щиты стражников.
где-то в этом бледном вареве бродила хозяйка мертвой земли. и ульрих молил всех богов, чтобы ее гигантский силуэт не появился на пути.
вита резко остановилась, будто уперлась лбом в невидимую преграду. на удивленный взгляд провожатого последовал короткий ответ:
- она приближается.
эльф выхватил кинжал – больше по привычке, нежели по обстоятельству. убить орфен в одиночку способна только равная по силе тварь, а ульрих к таковым не относился.
- беги, - прошептала девочка, вытряхивая на ладонь заветную семечку.
- а ты?
- а мне пора свершить предначертанное.
вита проглотила янтарное зернышко и твердым шагом отправилась навстречу смерти. вдалеке уже проступали очертания гигантского многорукого чудовища, у ног которого терлась омерзительная свита. эльфийка двигалась прямо в сторону демонической своры, и незыблемости ее походки могли позавидовать видавшие виды герои.
словно уловив изумленный взгляд, девочка обернулась и шепнула:
- семя жизни не взрастет на песке. его почвой стану я. уходи, брат, твоя помощь больше не нужна.
спотыкаясь на ровном месте и скользя в зыбком песке, ульрих бросился бежать. никогда прежде следопыту не доводилось развивать такую скорость. пожалуй, за ним не угнался бы и северный ветер. но по спине растекалось липкое пятно страха. кошмар моря спор провожал редкого гостя своим дьявольским взглядом.

вернувшись в город, ульрих первым делом напился до бессознательности. трактирщик никогда не видел завсегдатая столь испуганным и, что самое странное, смятенным. даже будучи вдрызг пьяным, эльф выглядел так, словно прикоснулся к чему-то божественно неисповедимому и остался без ответа.

утром ульриха разбудили восторженные голоса. несколько странников спорили о том, благодаря чему на границе моря спор впервые за сотни лет пробилась хрупкая молодая поросль.

 

жертва

Spoiler

в угоду вековечной тьме,
средь прошлого теней,
пришел час вспомнить о вине
и эльфов, и людей.

когда в веках был разожжен
зла мертвенный костер,
и гнилью смрадной поражен
один край — море спор.

и для защиты ото зла
был создан крепкий щит,
что вечной магией тепла
от моря спор хранит.

слабела магия в веках,
и в страхе пред орфен
вновь надрывается в мольбах
великий град орен.

есть знанье, как усилить щит,
сомненье лишь одно —
кто тот, кого не устрашит
своею силой зло?

над морем спор сгустилась тьма
в предвестии беды.
есть дань — кровавая цена,
наложница судьбы…


— … мы, жители орена, издревле — великие воины, чьей дисциплине и выдержке поражались и восхваляли. и сейчас кто, если не мы, освободит мир от угрозы зла? победа или смерть — таков наш девиз!
— клаус, при всем моем уважении к вам и вашему боевому прошлому, а также к вашей расе, я не могу счесть целесообразным ввязываться в войну. угроза, исходящая от моря спор, очевидна, но… — мастер бан лениво размял пальцы. — … в жизни каждого народа наступает эпоха, когда ему нужны герои. когда один должен стать легендой, залогом жизни будущих поколений, иконой, чьи подвиги будут воспевать, покуда не падет последний потомок великих рас. и сейчас нам как никогда нужна такая легенда.
клаус блэкберд вопросительно посмотрел на эльфа, с улыбкой оглядывающего зал храма. он никогда не стал бы спорить с одним из тех, кто являлся потомком великих эльфийских мистиков из башни слоновой кости, оградивших гиблое место прочным магическим щитом. однако, понять к чему клонил бан было тоже сложновато. воин устало потер переносицу и произнес:
— раз вы так говорите, я предположу, что у вас есть какой-то план?
— есть, — светлый эльф в очередной раз улыбнулся. — вместе с величайшими зельеварами нам удалось изготовить настойку, усиливающую мощность как магии, так и физической атаки до невероятных масштабов, а также дарующую своему владельцу едва ли не неуязвимость. тот, кто примет её, сможет навеки отправить орфен в преисподнюю и вернуть море спор к его изначальному облику. не ввязываясь в войну, мы сможем превратить «гиблое болото» в прекрасный лес, что был на его месте много лет назад.
— никто не согласится пойти на орфен в одиночку, мастер, что бы вы там не говорили, — возразил клаус. — всякий, у кого есть хотя бы доля разума, поймет, что это самоубийство…
— я пойду! — звонкий голос молодого мага прервал перепалку мастеров, заставив их перевести удивленные взгляды на молодого юношу, едва только достигшего того момента, когда он стал достаточно силен, чтобы его было за что уважать. в его сердце все еще играла тяга к приключениям, и мудрость, еще ему неизвестная, ровно как и рассудок, были оттеснены пылким желанием совершить подвиг, после которого ему будут обеспечены, почет, слава и вечная любовь одной эльфийки, которая не давала юноше покоя.
мастера переглянулись между собой. великий белмонт наконец соизволил приоткрыть один глаз и поочередно взглянуть на остальных трех волшебников, с коими много лет уже поддерживал магический барьер. брексон нехорошо усмехнулся, поймав взгляд своего некогда учителя, но лишь кивнул, выражая согласие темных эльфов.
— раз так, быть посему, — на сей раз заговорил сам волшебник белмонт и взор каждого с благоговением обратился к тому, кто по праву считался великим еще со времен войны людей и эльфов. — возьми настойку, мальчик, сокруши орфен и возвращайся в орен в победой.
солнце клонилось к западу алеющим диском, предвещая начало новой эпохи, едва ли менее кровопролитной, чем предыдущие.

орион крутил в руках маленький пузырек с серебристо-голубой жидкостью, с замиранием следя за тем, как в свете факелов стекло и её содержимое играет яркими красками. ему так и не удалось заснуть этой ночью в предвкушении великого сражения с орфен. сказать честно — маг никогда прежде не сталкивался с паукообразной, довольствуясь лишь слухами и легендами, которые все, как один твердили, что она неимоверно сильна. дверь в домик приоткрылась и внутрь белой молнией скользнула светловолосая эльфийка. но глаза её ныне были печальны, как мертвое озеро.
— откажись, прошу тебя, — зашептала она, падая на колени перед возлюбленным. — орфен губит все живое, погубит и тебя. во имя богини воды, прислушайся ко мне!
— эйрин, любовь моя, — юноша только усмехнулся, поднимая девушку с колен. — успокойся, я сражу чудовище и обо мне будут сложены легенды. ты станешь женой героя, ты станешь предвестницей спасения всего мира!
— ах, орион, темны и мрачны ныне воды у стен орена, не предрекают боги победы тебе, а только небытие, в котором будешь погребен ты на веки вечные, — тонкие пальцы девушки коснулись щеки мага. — не быть тебе героем, а только бледной тенью, обвенчанною злом с одними мертвецами, почившею навек в болотах гиблых.
— опять твои предсказания? — орион засмеялся. — я не верю в богов, я верю в себя и ни в кого более.
— человек. глупый человек, — прошипела девушка. — я не отпущу тебя.
её синие глаза сверкнули первозданной злостью, что была разбужена тревогой за возлюбленного и сердцем девичьим, что было не на месте, едва только она узнала о том, на что согласился орион. заправив прядь светлых волос за ушко, эльфийка встала в боевую стойку. волна белой магии хлестанула по полу, призывая из пустоты верного слугу единорога.
— эээ, ладно, дорогая, не кипятись, — орион примирительно поднял руки вверх. — я же не знал, что ты так категорично против.
— что ты задумал? — эльфийка нахмурилась, помня об упрямстве своего возлюбленного.
— ничего. все мои мысли лишь об одном — как не потерять ту, что озаряет мою жизнь, мой величайший подвиг и прекраснейшую из земных созданий, — орион улыбнулся, обнимая девушку за талию. — не переживай так, давай лучше отдохнем.
а утром, открыв глаза, эйрин обнаружила пустующую кровать, да и пузырек исчез с тумбочки. терзаемая страхом, светлая эльфийка бросилась к волшебникам, лелея надежду, что орион отправился возвращать настойку. подгоняемая тревогой, она бежала по городу, из последних сил веря, что любимый образумился, из последних сил надеясь. она уже коснулась тонкой ручкой кованной двери, когда эльфийский слух уловил голоса, и что-то, не до конца ясное ей, заставило отдернуть пальцы от двери и прислушаться к тому, о чем говорят внутри.
— у нас нет времени на эти глупости. барьер слабеет и, если не предпринять меры, мы окажемся в плохом положении, мастер, — голос брексона практически сочился удовлетворением. — пожертвовать одной жизнью, чтоб жили миллионы — не это ли зовется спасением?
— питать магический щит человеческой кровью — это варварство, — вздохнул бан. — что будет, если этот мальчишка станет второй орфен?
— увы, мастер, когда шла война, крови было хоть отбавляй, а барьер надо было ставить быстро. всем было плевать, что дает ему силу, — вмешался белмонт. — и сейчас его уже не переделать, если только новый ставить, а магия потеряла былую силу. не стану утверждать, что в силах мы еще раз воздвигнуть такой барьер. что до мальчишки — вы не беспокойтесь. когда его жизнь будет отдана для поддержания барьера, тело его обратится в камень, чтобы никакой монстр не смог пробудиться.
эйрин стояла ни жива, ни мертва от ужаса. обман магов был поистине ужасен, а причины — еще страшнее. одна надежда осталась у неё — найти ориона прежде чем, он выпьет убийственную настойку. глотая внезапно навернувшиеся на глаза слезы, она побежала к телепортеру, вручив ему последние деньги и в один миг оказалась у сторожевой башни, ограждающей море спор от живого мира. сердце билось так часто, что, казалось, сейчас разорвет грудную клетку и выпрыгнет из груди, а все внутренности были скованы ледяными тяжелыми цепями страха, захватившего все в свою власть. эйрин не чувствовала ног, летя куда глаза глядят по мертвому краю, не обращая внимания на страшных монстров, чьи агрессивные взгляды прожигали её насквозь. все перестало иметь смысл, кроме одного — главное успеть.
едва увидев вдали человеческую фигуру, эйрин закричала, но споры глушили её крики, утягивая звук в свое гнилое нутро и хороня там, не оставив даже эха. сорвав голос, ей оставалось только хрипеть и бежать туда, где стоял орион, спотыкаясь, падая в мертвый песок, вновь поднимаясь и двигаясь к единственной цели. она не понимала, то ли туман застилал ей глаза, то ли собственные слезы, но ей не оставалось ничего, кроме как продираться сквозь нежданно появившуюся мутную дымку.
она увидела, как силуэт, словно неожиданно потеряв опору, накренился в сторону, как стихли звуки — или ей только показалось? — и тишину нарушал лишь звук её шагов. орион был близко, всего пяток шагов, когда, окончательно потеряв способность стоять на ногах, завалился на песок. она подбежала, падая перед ним на колени, безудержно рыдая, краем глаза замечая пустой пузырек и в этот момент ни секунды не боясь орфен, что, не мигая, смотрела на неё со склона холма.
— тебе нужно было послушать меня, — плача, она склонилась к его щекам, целуя их, умоляя не умирать, шепча слова о своей безудержной любви, до тех пор, пока не поняла, что губы её целуют холодный камень. царапая ногтями по холодной поверхности, она пыталась содрать каменную крошку с живого лица, обагряя серую поверхность кровью содранных о камень пальцев. алая жидкость, смешиваясь в её слезами, стекала вниз, впитываясь в ставший мокрым и бурым от крови, песок.
поднявшись на ноги, покачиваясь, словно пьяная, она обернулась к орфен, раскинув руки, смотря на неё с какой-то полубезумной ухмылкой.
— забери и мою жизнь, арахна, — прокричала она, истерично смеясь. — отпусти меня к нему!
сила магии кроется в чувствах, и, чем сильнее они, тем мощнее выйдет заклятие. барьер, построенный когда-то на страданиях, не принял в себя магию любви и горечи, что воплощала в себе эта девушка. она рождала великое заклятие, сама того не подозревая.
белесый хлыст вырвался из её груди и споры окутали стальные нити света, обращающегося в серебро первозданной печали. и орфен, не мигая смотрящая на неё, подала голос:
— они и тебя предали... живи и отомс-с-ти.
клубок сплетенных нитей будущего, появившийся из ниоткуда, слился с белесой энергией, что хлестала во все стороны, вздымая песок и обращая в пепел монстров. два желания слились и стали едины, сделав кошмар еще более реальным.
сперва раздался треск лопающегося местами камня, тихий стон, похожий на рык, и полукаменное изваяние вновь обрело жизнь, поднимаясь с мертвого песка.
затем бесформенные нити обратились в тяжелую цепь, навеки связывая ориона и эйрин. посмертно.
потом начала меняться и сама светлая эльфийка, теряя человеческий облик. кожа слезала с неё длинными лоскутами, но она, казалось, не замечала этого, как и того, что волосы её обращаются в камень. а завершил все громкий треск лопнувшего барьера.
так было рождено новое чудовище — эйор, монстр, не уступающий в могуществе самой орфен. орион и эйрин, навечно скованные, стали грозой и ужасом для всех рас. ступив вместе с орфен за границу моря спор, они отныне и во веки веков стали являться продолжением друг друга. ибо ранен он — и у неё по животу черная кровь потечет, а больно ей — и он кричит от боли.
так был рожден новый кошмар моря спор.

 

не верьте сказкам, господа.

Spoiler

не верьте сказкам, господа.
историю лишь победители и пишут
а проигравшим - слова никогда
никто не даст, никто их не услышит.
в трактире, что за кузницей стоял
я эльфа старика случайно повстречала
за кружкой пойла, подаваемого там
историю беды его узнала.
не знаю, почему вдруг мне
он захотел проклятие свое поведать
но я врагам не пожелаю никогда
такого издевательства изведать.


дорога завела меня в трактир за кузницей в орене, дивные у них там напитки, как не крути, язык развязывают в легкую, да и комнату снять можно дешево, в последнее время с финансами было туговато, не до изысканных покоев, за пару сотен аден можно было вполне прилично переночевать и набить себе брюшко едой. в трактире было темновато, грязновато и очень шумновато, в прочем как всегда бывает в третьесортных ночлежках, бросив монеты на стойку, я заказала у трактирщика кувшин огневки и пожевать чего-нибудь сносного, оглядела помещение, мужиков всех рас было предостаточно, выбирай любого как говорится, у окна сидело шестеро орков и играло в кости, пара рыцарей в замызганных доспехах мирно пережевывали что то в углу, тут же гномы посередине трактира затеяли шумную игру «кто кого перепьет» а потом может и перебьет. девушки- помощницы трактирщика шмыгали тут и там. мне хотелось просто поесть и выспаться, последнее задание было не из легких и не принесло много прибыли, как ожидалось, да, я была расстроена. жизнь наемницы не очень то и легкая. дамы, сидящие за окнами замков только и мечтают о такой. о да! ты каждый день встречаешь интересных людей, у тебя приключения- восторженно шепчут мне они на приемах, которые устраивает наш общий вассал. как же хочется иногда сбить с них эту розовую шелупонь, например только вчера мы с командой вылезли из болота стокато, где месили грязь три дня пытаясь добыть яйца и крылья жуков которые понадобились придворному лекарю для того что бы наш лидер клана не упал в грязь перед своей мамзелькой. голос трактирщика отвлек меня от раздумий.
-ваш заказ готов, проходите не загораживайте стойку.- пробурчал он.
- спасибо. – оглядев придирчиво зал еще раз, в дальнем углу я заметила столик а за столиком скромно приткнувшегося эльфа смотрящего в окно. к этому столику было решеной мной держать курс, таща поднос на кильватере. чем ближе я подходила, тем больше было мое удивление, первый раз в жизни я видела перед собой седого морщинистого эльфа. старик повернул ко мне блеклые глаза:
- садись, нечего стоять. – сказал он. – видимо, ты чем то расстроена?
- есть немного…- ответила я ставя поднос на стол. – разреши отче тебя угостить, хочется напиться, а одной не интересно.
- разрешаю, угощай и может, поведаешь мне, что за груз на твоем сердце?
- поем и поведаю. – не подумайте, я не сторонница разговоров с незнакомцами, но видимо просто накопилось или наболело. не знаю. но этому седому эльфу так и хотелось высказаться. допивая пятую бутылку огневки, я наконец то закончила рассказывать то что накопилось, не называя конечно имен, рассказывала о рухнувших планах, о несбывшихся надеждах, о неразделенной любви, о предавших людях, о трудных заданиях, о надоевшей суете. он слушал очень внимательно, не перебивая. запив до дна последний аккорд моего рассказа огневкой и заказав еще пару бутылок, я решилась расспросить и о старике.
- хочешь, я расскажу тебе одну историю? – ответил он одной фразой на весь мой поток вопросов.
– ха-ха, вроде я уже вышла из возраста сказок. – рассмеялась я, но стоило взглянуть в его глаза, как мой смех сам собой пропал, в его глазах была тоска. я примолкла.
старик начал рассказ, не дожидаясь моего ответа.
много веков назад под деревом жизни нашли корзинку с двумя младенцами, девочками. наш тетрарх, взял их к себе, обучил магии жизни, к которой воспитанницы имели особую тягу. так как своих детей тетрарх иметь не мог, нерупу и арахну он считал родными, передавая им все знания которыми сам владел. когда сестры подросли, то стали хранительницами древа жизни. сестры практически одного возраста, но повелось изначально что нерупу считали старшей, наверное, из за строгости взглядов, неуступчивости и целеустремленности, арахна была же совсем другая, веселая, никогда в помощи не отказывала, не любила грустить, вот такую я и полюбил ее, придя в деревню к эльфам, тогда еще молодой жрец евы, окончивший академию, передать весть что мы готовимся к войне и нам нужна любая помощь. и вот началась война, мы выходили в группу лекарей, познания сестер, которые попали со мной в одну команду, были очень глубоки. они могил лечить и воскрешать воинов на расстоянии, знали о балансах жизни, о массовых лечениях, знали намного больше, чем все остальные вместе взятые. войне не было конца, но армия людей постепенно отступала. когда люди поняли, что они сильно проигрывают и земли им не захватить, некроманты сплели сильнейшее заклятие на основе смешения магических знаний темноэльфийской и эльфийской культуры. задрожала земля. лес, к которому мы так привыкли, который поддерживал эльфов с испокон веков, на наших глазах стал превращаться в пустыню. на наших глазах вместо деревьев вырастали гигантские грибы, земля под ногами поднималась и опускалась, образуя холмы и пропасти. тогда то я и решил признаться арахне о своих чувствах, думал, что не выберемся и это мой последний день. рядом с ней как всегда была нерупа, я подошел к девушкам и выпалил возлюбленной все что чувствовал, арахна счастливо улыбнулась и протянула ко мне руки, слава богам чувства были взаимны. что-то заставило меня обернуться на нерупу, глаза ее были мутные от слез, тогда я принял это как проявление радости за сестру, как же я поспешил с выводами. через пару дней наш отряд, оторванный от основного войска, нашел выход из загубленных эльфийских лесов, в первом придорожном трактире мы узнали, что война проиграна и люди взяли под контроль местность, которую позже назвали морем спор. наше войско было разбито, и отступило к великому лесу. мы с арахной решили поселиться в орене, нерупа не поддержала нас и ушла, они с сестрой сильно поругались в тот вечер, сути ссоры не уловил, хотел было спросить, что же стряслось, но подумал, что пересказ ссоры еще больше ее расстроит. я первый раз видел, как арахна плакала, и ничем ей не мог помочь. мы поселились в городе, вроде все пошло замечательно, война кончилась, в орене царил мир и покой. мы практиковали целительство. арахна была самой чудесной и замечательной женой. я был счастлив, только по ночам любимая тихонько плакала в подушку, проклиная свое бессилие, единственный выход я видел в крепких объятьях, где убаюкивал ее как ребенка, вытирая все слезы на ее прекрасном лице. арахна скучала по сестре. однажды ночью, когда я возвращался от больного, увидел страшную картину. нерупа стояла с занесенным ножом над телом сестры и усмехалась, она сильно изменилась, глаза были не те, не той девушки, которую я знал, в глазах стояла тьма. я набросился на нее, отшвырнув меня к стене, она направилась к кровати, в которой лежала арахна. я не мог пошевелиться, заклинание сковывало меня, даже кричать я не мог: - не пытайся вырваться, чем больше ты шевелишься, тем меньше магических сил у тебя останется, обижайся моя любовь, тебя надо как то обезвредить, потерпи немного и ты будешь навсегда со мной. она будет наказана, за то, что посмела украсть у меня тебя. ты нужен мне, очень нужен, когда я стану как она ты полюбишь меня обязательно.
нерупа достала из-за корсажа нож и попыталась вонзить в сестру. собрав все свои силы, зная, что заклятье лишит меня магии навсегда, я кинулся на нерупу и выбил из ее рук нож. проснулась арахна и закричала, тогда нерупа схватила ее за руку и они обе исчезли в воронке портала, лишь нож одиноко поблескивал около кровати. боль от утраты не передать. искать жену я пытался, но следов и хоть какого-то намека на ее присутствие не было во всем адене. я чувствовал, что она была жива. нож, который я выбил из руки нейрупы, оказался не так прост, этот нож некроманты использовали для переселения душ.
вонзив его в тело арахны нейрупа надеялась, что обладая внешностью арахны, сможет счастливо жить со мной, безумный план, созданный безумной мыслью, но нерупа видимо верила, что все получится. тогда я подумал, что как только я найду нерупу и воткну в ее сердце нож, переселение душ произойдет и ко мне вернется любимая арахна, это было отчаянной мыслью, но нож был заколдован именно на душу арахны, и вонзить его надо было в тело, в котором заключена ее душа. об это м мне поведал некромант в лесу неупокоиных, так же он мне поведал, что до тех пор, пока он не отрекся от своих соплеменников, он кое что узнал, а именно то что нерупа примкнула к магам башни слоновой кости и жажда отомстить сестре была велика, когда ее план с ножом провалился она упросила темных магов перешедших на сторону людей, наложить заклятье на сестру и превратить ее в ужасного монстра который бы пожирал людей и тем самым подпитывал бы купол который маги выстраивали вокруг моря спор, что бы зараза, засевшая там перестала распространяться. наложив заклятье на сестру и выставив ее безумной нерупа нашла сторонников- это были темные маги, которым за счастье было сделать эльфам гадость, именно с ними она провела обряд, сделавший арахну ужасным чудовищем под названием орфен, слухи о котором распространялись далеко за пределы орена. на орфен ходили многие, очень многие и никто не возвращался живым. тут ты мне и должна помочь. я много лет искал ту, которая не побоится опасности и у которой доброе сердце, доброе и сострадающее, колдовать я не могу и прошу тебя провести меня в самую глубь моря спор.
весь пьяный угар с меня сдуло, я верила этому эльфу, верила и точка. мы отправились к жилищу орфена, бредя по белому туману за стариком, я понимала, что впуталась в жуткую авантюру, что даже яйца жуков, которые мы собирали до этого «детский лепет» по сравнению с тем, что бы хотим сделать сейчас. мы шли под заклятьем тихого шага мимо монстров охраняющих покой орфена, мимо пауков зомби и ракиелей, мы были у цели. перед нами была огромная пещера, в которой обитала орфен, я сняла заклинание, и глаза старого эльфа встретились с глазами орфена.
- я нашел тебя! это ты любимая! я знаю, позволь мне освободить тебя.
чудовище, повинуясь его голосу, склонилось, тут эльф достал из-за пазухи нож, который вонзил глубоко в сердце орфен. от боли монстр взревел. потом сник, и мы услышали звучное сопение, смахивающее на похрапывание. орфен уснула.
- нейрупа будет спать, будет спать очень долго. ее будут охранять ее стража. не допуская к ней горячие головы - сказал мне старик. нет уже не старик, а обаятельный мужчина. видимо заклятье нерупы спало. - пойдем отсюда.
мы пошли из моря спор, прямо в башню слоновой кости, на нижнем этаже которой стояла теперь уже арахна, и улыбалась возлюбленному. повернувшись ко мне, она сказала:
- прошу тебя об одном, историю мы уже не перепишем, храни в тайне все, что ты увидела, отныне я буду зваться нерупой, и стану охранять древо жизни пока оно существует, как делала это и раньше. а ты. ты, будешь целительницей душ и тела. я предаю тебе свои знания, и свои знания передаст теперь тебе мой возлюбленный.
- а как же твое посрамленное имя? – спросила я.
- честь сестры будет не опорочена, моя же уже покрыта пятнами, а людские предрассудки не позволят тем трем кто знает, как действительно все было, изменить историю, история уже устоялась, не к чему вносить сумбур. у меня есть любимый, а это, поверь, намного больше чем запятнанное имя.
я знаю, что они вернулись в деревню, он принял титул тетрарха, а она хранила древо жизни, пока не наступила эпоха великих перемен и власти шилен.

p.s. одна из историй дневника наемницы.

 

1. серийный убийца

Spoiler

bad trip, или night mare из моря спор.​

кастанеда об этом ничего не писал...​

третий день, вторя моему унынию, шел дождь. без интереса разглядывая стекающие по окну капли, я мысленно подсчитывал сколько мы задолжали владельцу захудалой оренской таверны, в которой нам пришлось остановиться. одно проживание, не учитывая расходов на еду, уже не укладывалось в наш скромный бюджет. разумеется, я догадывался, что в планы хелены входит сбежать, в планы деланара – придумать вескую причину для убийства хозяина заведения, но ни то, ни другое было мне не по нраву.
- может, тебе есть что предложить хозяину? – я скользнул взглядом по спутнице, опрокидывающей в себя очередную пинту самого дорогого эля.
делан закашлялся и отвел взгляд. едва мы покинули аден, начались непрекращающиеся ссоры. каждый винил другого в том, что жизнь кардинально изменилась. но, если мы с деланаром легко забывали обиды, то между мной и хеленой напряжение только возрастало. я мог забыть об убийстве брата, но не мог выкинуть из головы то, что из меня делали идиота. при одном только взгляде на ее хитрое веснушчатое лицо, я чувствовал, что ношу на своей голове ослиные уши вместо эльфийских.
девушка подняла на меня глаза, правая бровь ее изумленно поползла вверх. раздувая от гнева ноздри, я прошипел:
- только не нужно изображать из себя непродажную!
- лес, милый, все продается и все покупается. но ты ведь понимаешь, что девушка, затащившая в постель главного красавчика королевства, не станет размениваться на свиноподобного тавернщика, - хелена коснулась моей руки и подмигнула. – и, самое главное, - она вмиг посерьезнела, - я не собираюсь обеспечивать вас, мальчики.
она отхлебнула немного и, отставив кружку, придирчиво осмотрела нас с деланаром.
- уверена, что в орене найдется немало женщин, готовых заплатить за ночь с такими красавчиками. откровенно говоря, были бы у меня деньги и, не знай я о безумстве кардинала, я бы давно предложила ему…
вымученная улыбка проступила на лице друга. я догадывался о его мыслях и не мог не порадоваться в очередной раз, что мы с хеленой заставили его поклясться, что ни при каких обстоятельствах он нас не тронет. играя с огнем, воровка с воодушевлением расписывала что и с какой интенсивностью она бы делала, и деланар бледнел все сильнее с каждым предложением.
- я клялся только в том, что не убью, - прошептал он, с трудом владея губами, дрожащими от гнева. – а вовсе не в том, что не искалечу.
- лекарь-калекарь, - хелена рассмеялась собственной шутке, но рассказывать о своих фантазиях с участием делана перестала. – к слову, можно найти и другую работенку, если получать удовольствие вам не по нраву. гостеприимный владелец сего заведения как раз ищет авантюристов для одного дела, - девушка водрузила грудь и локти на стол и, придвинувшись к нам, проникновенно зашептала: - с месяц назад маги из башни слоновой кости отправились в экспедицию в море спор. с тех пор от них никаких вестей. не нужно быть сыщиком, чтобы догадаться, что с ними стало, - бывшая любовница эффектно воткнула кинжал в потертый стол. – но вряд ли та же участь постигла их дорогие вещи: посохи, робы, книги…
- вещи, скорее всего, именные. продать их может только тот, кто имеет достаточные связи на черном рынке, - деланар искоса посмотрел на гнома, стоящего за прилавком и отчитывающим молодую подавальщицу. – те авантюристы, что возьмутся за эту работу, больше потеряют, чем приобретут: наниматель купит все за бесценок.
- наниматель знает маршрут, - хелена улыбнулась мне, надеясь на поддержку. – если мы заключим контракт, то сможем совершенно спокойно уйти из орена, не заплатив ни гроша и, более того, узнав путь к сокровищам. что касается связей на черном рынке… я знаю одного человека, - она указала на себя большими пальцами обеих рук, - у которого тоже имеются любопытные знакомства.
подскочив, хелена решительным шагом направилась к гному. мы с деланаром не могли предложить плана лучше, а потому с недовольными лицами семенили за девушкой.
насупившись, я смотрел, как моя бывшая возлюбленная, заложив пальцы, за ремень белоснежных шортов, щебетала с похотливым владельцем таверны, не сводившим глаз с ее груди, притворяясь, что лишь рост не позволяет ему смотреть девушке в глаза.
- эти молодые люди будут сопровождать вас? – неприкрытое презрение сквозило в голосе гнома.
мы покинули аден меньше месяца назад, но наши одежды успели достаточно истрепаться. мы давно не походили на дворян, и обычно меня радовало это: во мне было сложно узнать сына начальника стражи, главного кутилу и, что самое прискорбное, соучастника убийства собственного брата. но теперь, под взглядом жалкого простолюдина, я чувствовал готовность открыть себя.
- не смотрите на их молодость, - хелена махнула рукой. – эти парни побывали во множестве походов! человек – опытный целитель, а эльф…
закусив губу, она смотрела на меня, выискивая во мне сильные стороны. дрожащие уголки моих губ тянули рот в разные стороны, имитируя улыбку.
- эмм… я пока еще не получил профессию, - нелепым жестом, недостойным истинного дворянина, я почесал затылок. – не то чтобы я ничего не умел… я обучался владению одноручным мечом и секирой, но…
- я вижу, - гном кивнул и поморщился. – ни того, ни другого ты не имеешь. впрочем, я и не надеялся, что на это дело пойдут обеспеченные люди. в качестве задатка будет оплата за комнату и питание, что вы мне задолжали. а так же я выдам эльфу плохонький меч, но это лучше, чем ничего.
- о, это больше, чем мы могли рассчитывать! – хелена заключила гнома в объятия, так, что его нос, из которого выглядывала густая поросль, напоминающая мох, оказался между ее грудей. – осталось уточнить одну деталь: маршрут тех магов.
- здесь вам особенно повезло. янго! – хозяин таверны призывно махнул рукой орку, сидящему в глубине зала. зеленое чудовище, еле поднимая столбообразные ноги, потащилось к нам. – я показывал ему карту, он сможет вас провести. кроме того, янго отлично обращается с кастетами.
по улыбке проклятого гнома стало ясно, что это качество должно помешать нам сбежать с награбленным, как мы планировали. хелена коснулась кончиками пальцев плеча деланара, и кардинал, опустив веки, едва заметно усмехнулся. этого хватило двум преступникам, чтобы безмолвно договориться, поскольку дело касалось сферы их деятельности. я поморщился, но так и не понял, что мне более отвратительно: будущее убийство зеленого дурня или то, что мой лучший друг и бывшая возлюбленная были связанны куда прочнее, чем я с любым из них.
для отвода глаз хелена дотошно обсуждала все детали. я с постным лицом наблюдал за янго, страстно отгрызающим заусенец. тот лестер, которым я был всегда, впал в состояние анабиоза, лишь бы не видеть моих грязных, мятых одежд, белесую щетину, колючими кустами покрывшую мои гладкие щеки, волос, потускневших от дорожной пыли. но теперь, зная, что придется провести некоторое время с этим неряшливым уродом, бок обок с грязными ногтями, окруженными гноящейся кожей, он просыпался и начинал бунтовать.
- у меня в комнате отличный маникюрный набор, янго, - вкрадчиво проговорил я, надеясь, что дикарь понимает цивилизованный язык аденского народа. – маникюр. ногти. красиво.
янтарные глаза орка без эмоций смотрели на меня. моргнув пару раз, существо нечленораздельно заворчало и отвернулось. уяснив, что мне предстоят тяжелые дни, я направился в комнату, чтобы отдохнуть перед дорогой.
промозглое серое утро, земля, ставшая подобной болоту от долгих дождей, ржавый тяжеленный меч, мерно постукивающий по бедру – все это способствовало тому, что я начал забывать тепло таверны. купол моря спор уже был различим, но не вызывал радости: я знал, что перед нами самое начало пути. мы предусмотрительно обошли центральный вход, у которого всегда стояли постовые. на обратном пути нас должно было стать на одного меньше, а местные чудовища не убивает выборочно.
янго уверено шел по белой насыпи спор, клубящейся под ногами как свежий снег, ничем не выказывая ни страха, ни смущения. делан блаженно улыбался, жадно вбирая в легкие смрад гниющего места, словно уже ощущал запах горячей крови.
- война между людьми и эльфами уничтожила прекрасный лес, - проговорил кардинал, хищно рассматривая янго. – если мы наткнемся на обезумевшую в своей ненависти к обеим расам орфен, то только у счастливого дитя паагрио будет шанс выжить.
- кардинал, - орк остановился и тупо уставился на деланара. – слуга богини гнева. но мудрая паучиха, в отличие от глупого человека, должна знать, что зло рождает зло. море шагает дальше с каждой новой смертью.
на мгновение глаза моего друга стали подобны щелочкам, но тут же вернулись в обычное состояние. мягкая полуулыбка заиграла на его лице, и он понимающе кивнул янго. орк ничего не заметил, но я и хелена поняли, что он потерял последний шанс на выживание, оскорбив эйнхасад. пытаясь разрядить обстановку, я пробормотал:
- если бы орфен была столь мудра, как ты говоришь, то не было бы столько смертей.
- эльф всю жизнь провел за подпиливанием ногтей? – зеленый гоготнул, увидев, как порозовели мои щеки. – истории в тавернах далеки от правды, а смерти, происходящие здесь, могут быть от чего угодно: от яда, плотоядных деревьев, низших пауков…
хелена предпочла смолчать, чтобы не услышать новое оскорбление. мы с другом скрипели зубами, но терпели. сперва нужно найти трупы магов из башни, а потом деланар может делать что хочет с этим орком, не знающим элементарного этикета.
не прошло и пары часов, как янго вновь нарушил тишину.
- нам нужно сделать привал. остальной путь преодолеем завтра. дальше путь опаснее, нам нужно набраться сил. я разведу костер, женщина приготовит еду, а вы ее добудете.
мы с деланаром переглянулись: в этом чертовом месте не росло ничего, не говоря уже о звере. но спорить с орком означало подвергнуть себя очередному унижению. несколько часов мы бродили, чувствуя себя идиотами. опустившись на корточки, кардинал стал раскидывать споровый снег и негромко молвить:
- если все усеяно спорами, то должны быть и грибы, верно, милый друг?
через некоторое время мы доверху наполнили кулек, сооруженный из моего плаща, различными дарами окаянного места. они выглядели не опасными, а потому, довольные тихой охотой, мы возвращались к лагерю, в котором уже скакал манящий огонек разведенного костра.
едва подойдя, я почувствовал, как ненависть жестким комом прокатывается по горлу: хелена, подлая предательница, заливалась над какой-то шуткой урода. вывалив грибы прямо ей на колени, я злобно плюнул в костер. грубое действие, не свойственное аристократу, но я не мог себя сдержать. к несчастью, слюна повисла на подбородке сверкающей паутинкой, вызывая новый взрыв хохота гадкой девицы.
орк осторожно взял один гриб с влажной шляпкой и задумчиво повертел его в руках:
- не то, чтобы они были не съедобными, но я не уверен, что ваши хилые организмы выдержат их.
- я все предусмотрел, - сухо сказал делан. – отравление проявится только на утро, потому здоровый сон нам обеспечен. а легкое расстройство – не проблема даже для начинающего целителя.
янго пожал плечами и приступил к чистке нашей добычи. в тишине время вытягивалось, заставляя нервничать. а потому я неожиданно для самого себя раскрыл рот и начал рассказывать историю об орфен, услышанную на званом ужине от ивейна, тренирующего бойцов на говорящем острове.
- та девчонка тоже думала, что орфен не нападет первой…
- и что стало с этой темной? – янго несколько скептически наклонил голову. – неужели паучиха забила ее до смерти?
- вроде успели спасти, - я пожал плечами. – что ж, орк, теперь твой черед рассказывать байки.
янго усмехнулся и, разлив по жестяным мискам грибной отвар, присел напротив нас так, что беснующееся пламя то скрывало, то открывало его лицо.
- незадолго до войны между людьми и эльфами, кобылица-единорог, живущая в тени древа жизни потеряла дитя. в отчаянье мать бродила по окрестностям, звала жеребенка, но все безуспешно. кобылица шла дальше и дальше, пока не оказалась в самом центре баталии, развернутой между алчными двуногими. испуганное животное попыталось убежать, но поздно – она уже попала под проклятие моря спор. чудесные леса, оскверненные разрушительной магией, превратились в болото, а единорог, обожженный собственной потерей и яростью воюющих, почернел, - пламя, ощутившее прикосновение то ли ветра, то ли заблудившегося духа, взвилось вверх.- с тех пор прошло много лет, но до сих пор путники, которым повезло вернуться из моря спор живыми, иногда рассказывают, что повстречали найтмер – ночную кобылу. принимая путников за потерянного жеребенка, она указывает им путь, который сама найти не в состоянии.
- путь? – хелена одним глотком допила варево. – какой путь?
- самый верный, - янго пожал плечами. – ни один из встретивших найтмер не рассказывал большего.
казалось, что в отдаление слышится цоканье копыт, но я знал, что это всего лишь разыгралось воображение. съеденные грибы никак не могли улечься в животе и первыми признаками отравления стучали по барабанным перепонкам, прокатывались по пищеводу. озноб захватывал мое тело, и я посильнее завернулся в плащ.
- ваши организмы слишком слабы для этих грибов, - задумчиво повторил янго, впившись в меня янтарными лезвиями своих глаз. – это отравление проявляется сразу и это расстройство не вылечит не один целитель.
я дрожал, неизвестно из-за чего. в глазах то мутнело, то вспыхивал ослепительный свет. хелена, указывая вдаль, что-то лепетала, смеясь и плача одновременно. мое сердце отчаянно защемило. я любил дважды, и оба раза любовь предала меня: первую возлюбленную я не мог высвободить из лабиринтов памяти, а вторая никогда не существовала. бывало, первая являлась в моих снах, окутанных голубым туманом, в моем бреду, в моей лунной болезни, заставляющей бродить ночами. но вторая, моя милая эленроуз, не появится больше никогда, я знал это. и потому даже просто смотреть на хелену, похожую на нее, как сестрицу, было невыносимо.
я отвернулся и взглянул на друга. деланар уставился на свои руки, словно видел их впервые. страх сквозил в его влажных глазах и невидимыми волнами передавался мне.
- лестер, - простонал делан, протягивая ко мне руки. – лестер, дорогой друг, как же ты допустил это? зачем ты позволил мне убивать? – его бледные тонкие руки, напоминая извивающихся змей, опутали его тело. зажав в кулаке символ эйнхасад, кардинал начал судорожно молиться. я разбирал лишь отдельные фразы. – я не хотел творить ничего дурного, богиня… я думал, что очищаю мир… я не знал, не знал… зло порождает новое зло…
золотые глаза орка следили за нами. теперь я понимал, что мы действительно слишком слабы для странного варева. отравление нарастало все сильнее, расплескивалось, выходя за пределы желудка, выходя за границы тела. я стал видеть острее: даже в сером, безликом море спор обнаруживал невиданные прежде краски. звуки растягивались в моих обновленных ушах, причитания делана давили на виски. я чувствовал, что если останусь здесь еще хоть на одно мгновение, то сойду с ума.
подскочив на ноги, я побежал прочь. янго что-то кричал мне в след, но более всего на свете я боялся остановиться. мелькали лысые, трухлявые деревья, скалящиеся мне в лицо. было это видением или таинственной мутацией, я не знал. острые и плоские шляпки грибов насмешливо выглядывали тут и там. споткнувшись, я кубарем покатился с холма, не понимая точно больно мне или приятно. я встал на ноги и огляделся, чувствуя, как осознание того, что я беспробудно заблудился, схватило меня за шею.
жуткое, ни на что не похожее шипение достигло меня. боясь пошевелиться, я ласкал рукоять ржавого меча. восемь глаз, влажных, как глаза моего друга, неотрывно смотрели на меня. осторожно отступив назад, я заметил, что сверкающих черных жемчужин с каждым мгновением становится все больше. вскоре весь холм был усеян ими, словно утренней росой. пауки приближались, хотя я старался не гневить их. я попятился в испуге и членистоногие, эта дьявольская армия орфен, погнались за мной.
с усмешкой подумав о том, что я одним своим видом провоцирую несчастных созданий, я решил, что рыцарь – лучшая стезя для меня. провокационно и вместе с тем в высшей степени благородно. я снова бежал, думая о том, что тот, кто вызывает агрессию, обычно облачен в тяжелый доспех.
грибы что-то надломили во мне. сжимая рукоять, я чувствовал, что не могу лишить жизни. обострено воспринимая ценность существования, я бежал не в силах сдаться или убить. рано или поздно я должен был ослабеть и в голове вспыхивали образа моей скоропостижной кончины. с губ раскаленной смолой стекали одни и те же слова:
- я не хочу умирать.
неожиданно многоногая братия остановилась, и я благодарно обернулся к ним. радость кристаллизировалась и собиралась в уголках моих глаз. я уже направлялся, чтобы пожать каждую паучью лапу, как услышал за спиной мерные шаги.
медленно, как в глупом спектакле, я поворачивал голову, боясь увидеть то, что остановило пауков. уродство и красота, сплетенные в едином теле, безумие и мудрость, царящие в одной голове. сестра нерупы шла, не обращая на меня внимания. пауки тянулись к ней верной свитой. на мгновение остановившись, орфен проскрежетала:
- ты первый эльф, понявший, что твоя жизнь ничуть не ценнее любой другой.
я поклонился ей и вновь побежал, боясь, что паучиха пожалеет об оказанной милости. выбившись из сил, я прилег на споровую перину и, вглядываясь в небо, отделенное от меня полупрозрачным куполом, вспоминал убитого брата. рыдания уже отдавались дрожью на корне моего языка, но еще не созрели слезами, когда я вновь услышал стук копыт. это могло быть игрой опьяненного воображения, но я боялся спугнуть даже фантазию. приподняв голову, я вглядывался в ночь.
прекраснее любого создания магмельда, стояла она, с испугом и любопытством рассматривая меня. чудесный цветок, распустившийся в гниющем болоте. черная шкура сверкала в слабом лунном свете, рог, винтовой лестницей устремляющийся в небеса, казалось, излучал мягкий свет. вбирая ноздрями незнакомый аромат, кобыла робко подбиралась ближе, и я замер, боясь, что в любое мгновение она ускачет прочь.
вскоре ее морда оказалась так близко, что я мог ощутить ее теплое, пряное дыхание. фыркая, единорог наклонился к моим волосам, прикоснулся к щекам бархатным носом.
- найтмер, - нежно прошептал я, обнимая ее за шею. – ты покажешь мне верный путь?
удивительное животное наклонилось, позволив себя оседлать. сквозь ночь и туман кобыла везла меня по тихому морю. мир казался декорацией к лучшему эпизоду моей жизни. она остановилась перед мрачной пещерой, давая мне спешиться.
в глубине, защищенный от яда спор, бился родник, издавая тонкий звон. возле стояла маленькая девочка и, сложив крохотные ладони, пыталась напиться. волосы ее были белее кружащихся на поверхности спор, белее самого чистого снега.
- что ты делаешь в этом ужасающем месте? – спросил я, боясь за ребенка.
она повернулась ко мне, даже не вздрогнув от неожиданности. спокойно улыбаясь, она очаровательно склонила голову:
- а ты?
без спроса взяв меня за руку, она потащила меня из пещеры.
- знаешь, тот кто выпьет из этого родника, обретет мудрость, но никогда не получит счастья, - она серьезно посмотрела на меня. – а я не желаю тебе такой судьбы.
рука маленькой остроухой была прохладной и влажной, и, чем дольше я ощущал ее в своей, тем сильнее меня захватывала странная ностальгия. найтмер ступала чуть позади, оставаясь безмолвным наблюдателем.
- я тебя знаю? – я коснулся ее щеки, пытаясь понять, почему ее лицо кажется мне таким знакомым.
- нет, - девочка покачала головой. – но знал когда-то.
- почему твои волосы белее снега?
- ты часто задаешь этот вопрос. скоро я не смогу придумывать ответы, - она звонко рассмеялась. – мой папа – король снега и зимы, властитель льда и холода. нет ничего удивительного в том, что у него родилась снежинка.
эльфийка попеременно улыбалась мне, и я чувствовал себя счастливей, чем когда-либо. за куполом небо начинало сереть, говоря о том, что час рассвета уже близок. девочка поманила меня крохотным пальчиком и, когда я наклонился к ней, она взяла мое лицо в руки и серьезно посмотрела мне прямо в глаза.
- почему ты так долго, лес? – искренняя скорбь звучала в каждой букве, и я не мог не узнать хозяйку из моих снов. – я слишком долго тебя жду.
я открыл было рот, чтобы хоть как-то оправдаться перед ней, но она стремительно убегала прочь, в розовеющий туман. я шагнул вслед за ней, но найтмер властно схватила меня зубами за капюшон. нет, мне не догнать ее. нельзя догнать того, кто рассеивается с первыми лучами.
ватные ноги вели меня к лагерю. кошмар ночи рассеивался, безумие отступило, давая мне вспомнить весь пройденный путь. неожиданно, испугавшись чего-то невидного эльфийскому глазу, кобылица заржала. я только сейчас заметил, что туман не розовый, а голубой, как всегда в моих снах.
усилием воли я открыл глаза. костер уже истлел, а ноги затекли от долгого сидения в неудобной позе. заметив, что я пришел в себя, янго улыбнулся мне одними глазами. подойдя, орк протянул мне грязную зеленую лапу:
- янго. а тебя я пока не знаю.
- все тот же лестер, - я пожал ту руку, которая чуть больше суток назад внушала ни с чем несравнимое отвращение. – но необратимо сломанный.
- или починенный? – орк потрепал меня по плечу. – кажется, ты немного испил из родника, дающего мудрость, не заметив сам.
я удивленно посмотрел на янго, вспоминая странную пещеру. множество вопросов вспыхивало в голове, но я чувствовал себя слишком слабым, чтобы их задавать.
- я видел ее, - прошептал я. – ночную кобылу.
- ночной кошмар? – орк улыбнулся. – ты не сдвигался с места, лестер.
янго угостил меня переспевшим яблоком, и мы отправились догонять хелену и деланара, ушедших вперед. они поджидали нас на развилке. хелена сосредоточенно точила кинжал, а кардинал задумчиво следил за ее действиями. какие бы мысли не посещали нас этой ночью, я знал, что янго должен умереть, другого выхода не было.
обойдя очередное паучье логово, мы, наконец, достигли цели. на телах магов осталось мало плоти, но одежды и вещи не заинтересовали обитающих здесь чудовищ. с тяжелым сердцем я раздевал одного из них, думая о том, что произошло бы, если бы я позволил пауком, рожденным воспаленным воображением, убить меня.
- их сгубило не море спор, - хелена поежилась и просунула руку в рваную дырку на робе. – по крайней мере, этого парня прикончил его коллега.
- пауки пришли на запах крови, - деланар закусил губу, понимая, что рискованно убивать янго в этом месте.
- иногда, не смотря на подстерегающие опасности, мы должны делать то, что должны.
сказав это, янго посмотрел на целителя с тоской, близкой к отчаянью. ресницы на опущенных веках делана отбрасывали тень на щеки. губы юноши чуть заметно шевельнулись:
- кинжал.
хелена протянула оружие и отошла. деланар приближался к янго, но орк и не думал доставать кастеты. острая сталь застыла напротив тоскливого янтарного глаза. рука кардинала была тверда, но впервые я видел на его лице сомнение. с самого детства он был уверен в том, что делает. все действия в его голове были настолько правильными, что даже николас, мой несчастный брат, довольно стойко принимал муки, как кару самой эйнхасад.
- мы не можем оставить его в живых, - поторопила делана воровка. – сделай это!
я удивленно посмотрел на хелену. она больше всего общалась с янго, но единственная не жалела его нисколько. орк не выглядел опечаленным или оскорбленным.
- если сомневаешься, то ищи другие пути, - янго улыбнулся кардиналу и опустил его руку, сжимающую оружие. – как и у вас, у меня есть причины не возвращаться. я мог бы пригодиться вам: кроме женщины у вас нет воителя, но она боится убивать.
фыркнув, хелена яростно топнула изящной ножкой и отвернулась, бормоча:
- с ним мы привлечем слишком много внимания. с ним нам точно не вернуться в орен.
- не страшно, - деланар вернул ей кинжал. – в королевстве достаточно городов.
- да? – девица язвительно скорчилась. – и какие же? в дионе я начинала свою карьеру, там меня знает каждый стражник. в орен и аден нам путь заказан. конечно, можно помародерствовать в эльфийской деревне, но…
слушая их в пол-уха, я думал о той девочке со снежно-белыми волосами. «я слишком долго жду тебя», - эхом звучало в моей голове. я не мог обмануть ее надежд.
«мой папа – король снега и зимы». я не знал, что это значит, но знал, что найтмер указывала верный путь. единственно верный.
- мы пойдем на север, - сказал я тоном, не терпящим возражений. – в эльмор.

 

видимость обманчива

Spoiler

- вот дожили, рыба вверх брюхом плывет. кто пусти сюда этих гномов? – ворчание сгорбленной старушки было особо занятно, потому что она сама была гномкой. обвислые щеки в мелких морщинках вздрагивали как холодец на каждое возмущенное слово. старушка потыкала сучковатой палкой в дохлую рыбешку, выброшенную слабой речной волной на прибрежную гальку. по поверхности воды плыли радужные пятна – это где-то недалеко работали гномьи механизмы.
чуть поодаль стояла ватага разновозрастных сорванцов, готовая в любой момент сорваться и дать деру от злой бабки. ребятишки прекрасно знали о скверном характере старой груби. она могла и палкой огреть даже взрослого гнома, и обругать такими словами, что орки начинали конспектировать ее речь на голенищах своих сапог первым попавшимся под руку угольком. но если удавалось застать ее в более менее благостном расположении духа и как бы невзначай спровоцировать на разговор, то она могла рассказать такие истории, что родители теряли своих детишек, которые засиживались в хижине груби допоздна.
сегодня настроение гномихи колебалось между «скверно, но терпимо» и «есть шанс не получить палкой по спине».
- тетя грунаби, - да не дай бог назвать бабушкой, - почему вы ругаете гномов?
первой осмелилась подать голос самая мелкая девочка человеческой расы, которая в силу возраста и отсутствия печального опыта общения с этой старухой не представляла возможных последствий.
- видишь ли деточка, гномы делятся на добытчиков и мастеров, - груби развернулась и потопала от речки в сторону своей хижины не прерывая своего рассказа, - ни те, ни другие не жадные в худшем смысле этого слова. но смотреть, как без дела лежат залежи драгоценных камней, или золота, или даже просто руды им не позволяет гномья честь.
старушка остановилась и посмотрела в небо – из-за горы наползала пузатая грозовая туча. ребетня уже забыв обо всем на свете, обступила ее полукольцом в предвкушении занимательной истории.
- пойдемте-ка ко мне в хижину, - гномиха проявила невиданное великодушие. под горой стояло кривоватое строение с вяло дымящей трубой, в котором она и обитала. только-только последний сорванец успел шагнуть в дом следом за груби, как по крытой соломой крыше зашуршали капли хлынувшего ливня. старуха подкинула в очаг хворост и неторопливо продолжила свой рассказ:
-этой земле многое пришлось пережить. сначала за горой был роскошный лес, только об этом уже почти никто не помнит. потом из-за дурости мага, а может и по злой воле, место очень сильно изменилось и наполнилось моснтрами. тогда и поставили волшебный купол, защищающий округу от того, что поселилось здесь. это помнят уже многие, я вот еще видела этот купол и ходила во внутрь, - груби поковыляла по единственной комнате лачуги, отламывая листики и стебельки от пучков трав развешанных по стене, что бы заварить для сорванцов чай, – а потом гномы нашли руду в горах вокруг моря спор – так тогда называли это место. там в воздухе как хлопья снега висели споры, источаемые ядовитыми грибами, споры взвивались маленькими облачками, стоило ступить на проклятую землю. и там было полно разных монстров – и покойничков, восставших из мертвых, и мутировавших пауков и оживших растений.
гномиха снова проковыляла по своей хижине и остановилась напротив засиженного мухами зеркала:
- я тогда была молоденькой девушкой и училась магии у жившей в этой хижине старухи, - зеркало отражало сутулые плечи и обвислые щеки, давно поседевшие волосы и глубокую сеть морщин вокруг выцветших серо-зеленых глаз. но потерявшие цвет глаза видели совсем другое отражение…

-наби! противная девчонка, хватит пялиться в зеркало! – голос старухи хоть и дребезжал, но по громкости мог сравниться с гудками паровых машин, которые недавно пригнали гномы, что бы ковырять гору и добывать руду, - грунаби! сколько можно?! ты не на свидание собираешься!
юная гномка бросила последний взгляд в зеркало и, удостоверившись, что глаза зеленеют, рыжие косички торчат, а на щеках играет румянец и вообще выглядит она свежо, красиво и задорно, ответила старухе не менее возмущенным тоном:
- да иду я, тетя дью, иду! – а под нос буркнула, - вот противная старуха, никогда такой не стану.
старая ведьма, жившая под горой вдалеке от неприступных стен орена и ее молоденькая ученица спешили на главную площадь орена. в тот день туда прибывал отряд лучших бойцов континента, и пропустить такое явление в бедном на события провинциальном городе было бы непростительно.
после того, как одинокий гном-собиратель обнаружил залежи руды и драгоценных металлов в горах, окружавших море спор, покой навсегда покинул окрестности орена. упорные гномы долбили, сверлили и взрывали горы, и с вожделением глядели вниз на долину, накрытую волшебным куполом. по всем их расчетам там были несметные богатства, которые пропадали без дела.
не одна делегация коротышек посетила лорда орена, сделав щедрые пожертвования в казну города и его личный карман, прежде чем он решился призвать лучших воинов и магов для окончательного уничтожения зла, обитавшего в море спор. это место было как старая не до конца зажившая рана – и вроде беспокоило, но особых проблем не создавало. время от времени начальник городской стражи нанимал молодых вояк, что бы они поуменьшили число монстров. иногда те даже сами собирались ватагой оборванцев и шли гонять обитавшую там орфен в надежде добыть ее сокровища. кто-то гиб, кто-то возвращался с наградой. но для осуществления планов гномов требовалось навсегда очистить это место.
через южные ворота города въезжали закованные в сверкающие доспехи воины и одетые в роскошно расшитые робы маги. некоторых окутывало золотое сияние, говорившее о том, что они лучшие в своем деле. юная наби стояла в толпе горожан и с восторгом понимала, что вот они - настоящие герои. в любого можно влюбиться без памяти в ее 15 лет. просто закрыть глаза и ткнуть пальчиком – не промахнешься. а рядом раздраженно скрипела старуха о том, что наби идиотка, и пялится на таких же идиотов, а они не ведают, на что идут.
сам лорд орена встречал этот отряд на площади перед главным храмом. он даже говорил какую-то торжественную речь о пользе борьбы со злом и вреде борьбы с добром. но разве до всей этой шелухи было молоденькой гномке, когда ей подмигнул темный эльф на драконоподобном жеребце, а потом долго смотрел и улыбался маг. старуха дью ткнула наби острым локтем в бок и проворчала:
- не туда смотришь, дуреха. не на будущих покойничков гляди, а вон на ту магичку, - костлявый палец ткнул в неприметную темноволосую женщину средних лет, сидевшую на такой же невзрачной лошадке.
- ну и что такого в этой тетке? – раздраженное буркнула наби.
- это настоящая волшебница. если кто и сможет что-нибудь сделать, так только эта тетка, - старуха усмехнулась.

поздним вечером, когда строптивая наби домывала посуду после ужина, а старуха дремала у очага, за окном раздался топот копыт. в дверь аккуратно постучались и старуха, не открывая глаз проскрипела:
- входи, вилиана!
- тебя никогда невозможно было провести, дьюлан! – в хижину шагнула та самая магичка, которую показывала днем дью своей ученице. – я не одна.
следом, чуть наклонившись, в низкую дверь лачуги зашел немолодой светлый эльф с холодным колючим взглядом.
- знакомься дьби – это ларт, мой целитель и охранник.
- а так же нежный друг, - старуха зашлась в кашляющем смехе.
- если бы я не знала тебя с детства и заранее не предупредила ларта о твоем безграничном хамстве, то ты бы уже была кучкой остывающего пепла, дью, - нахмурилась магичка.
- если бы ты не знала меня с детства, то могла бы попробовать это сделать, вили. но ты знаешь меня, - старуха вновь засмеялась. заметив замершую с открытым ртом наби, для которой подобные подробности оказались неожиданными, дью махнула на нее рукой и велела убираться спать, а сама, пододвинув колченогий табурет, наконец предложила вилиане сесть.
– расскажи мне, как ты оказалась в этой разукрашенной команде смертников, а? скудоумием ты не страдала никогда.
- если бы я вдруг начала страдать маразмом, я бы не сидела сейчас в твоем жутком жилище, дью.
- так в чем же дело?
- решение принято на самом высшем уровне, море спор подлежит уничтожению. слишком большие выгоды сулит добыча руд и металлов в этом месте.
- какой казенный, пафосный язык, вили. на тебя плохо влияет твои великие соратники, - старуха сняла с огня котелок и разлила в щербатые кружки чай. вилиана безбоязненно взяла напиток и с удовольствием отпила глоток, эльф же долго принюхивался к ароматному отвару.
- что делать, с кем поведешься, дью. интересно, кто влияет на тебя? – старуха в ответ вновь скрипуче захохотала.
- не пытайся меня поддеть, вили. ближе к делу.
- ну что ж, ты права. решение принято, море спор будет уничтожено. идея сама по себе не плоха. встает вопрос только как это сделать.
- и ты пришла ко мне за ответом?
- не говори, что тебе нечего сказать по этому поводу, дью. при всем твоем дурном характере, твои профессиональные качества всегда вызывали восхищение. не думаю, что ты не излазила каждую пядь в этом море. даже если ты не поведаешь, как раз и навсегда изгнать зло, все равно, тебе есть что сказать по делу, я уверенна.
«профессиональные качества… вызывают восхищение…» - в рыжей голове юной гномки, прикидывающейся спящей в своем уголке за застиранной занавеской, слова ворочались и никак не укладывались в стройную картину бытия, где дью – старая растрепанная тетка, которая может что и знает, но на уровне деревенской ведьмы. приезжая магичка, конечно, не светилась золотым сиянием, и не поражала воображение богатством одежды и украшений, но ведь не торговка же она с местного рынка, чье восхищение ничего не стоило.
- я много чего могла бы порассказать об этом месте, только принесет ли это пользу, - когда дью переставала язвить и издеваться, голос терял свою противную скрипучесть и начинал звучать ровно и задумчиво. – пойми правильно, вили, то с чем вы будете бороться, выглядит совсем не так, как вы ожидаете. видимость обманчива. те напыщенные рыцари и маги, с которыми ты приехала, помнят лишь эпизод из своей юности, когда они еще были оборванцами и лазили в море спор, что бы заработать несколько сотен жалких аден. уничтожить полсотни монстров – просто, убить орфен – сложнее, но тоже вполне возможно. но когда вы начнете выжигать это место огнем, вам будут противостоять совсем другие силы.
- поэтому я и сижу тут, дью.
- когда вы собираетесь выступать? – помолчав спросила дью.
- сегодня отдыхаем, завтра лорд орена дает торжественный прием, значит послезавтра в середине дня, я так думаю.
- команда самоубийц, торжественный примем им, - снова заворчала старуха. – послушай вили, мы пойдем с тобой.
- кто – вы? – не поняла магичка.
- не прикидывайся глупее, чем ты есть. я и моя ученица пойдем.
- дью, я понимаю, какой может быть толк от тебя, но тащить на это рискованное предприятие еще и ребенка – верх безумства и безответственности.
- когда ты избавишься от своей невнимательности вили? ты хоть посмотрела на этого «ребенка» когда зашла?
- обычная девочка-подросток гномьей расы. они же к магии не способны – значит просто служанка. хотя проку от ее работы я не заметила – вечный бардак в этом доме.
- да… гномы не способны к магии, точнее почти не способны. их знаменитая практичность не позволяет вкладывать деньги, время и силы в то, что не даст ощутимого результата. но не стоит забывать еще и про их знаменитое упорство. это несуразное дитя как-то обнаружило, что способно заставить шмеля прилететь и сесть ей на руку. этого оказалось достаточно, что бы увериться в своем предназначении стать волшебницей.
- понятно. ни один даже самый плохонький маг в ученицы ее не взял, а тебе нужно было, что бы кто-то мыл посуду.
- ну и кто из нас язва? – спокойно поинтересовалась дьби, - способности у нее есть, не самые большие, но при таком упорстве это не имеет значения. чего я только не перепробовала с ней, стихии ей не подвластны вообще, призывать животных может очень ограниченно. но вот когда я притащила ее на кладбище, свеженький зомби вылез с полуслова. девочка имеет серьезные задатки некроманта. вот так вот, вили.
в хижине повисла тишина. старуха допила свой чай и с грохотом поставила кружку. вилиана молчала в растерянности, сопровождавший ее эльф продолжал тихонько изучать свою кружку с нетронутым чаем.
- вот поэтому, вили, мы и поедем с тобой – я и моя ученица. то, что вы хотите уничтожить находиться за пределом живого мира.

не самое раннее утро началось для гномки с такого впечатляющего количества гремящих и звенящих звуков, будто бы рушилась сама кривая хижина. выскочив из-за занавески, наби обнаружила рассыпавшуюся пирамиду кастрюль и котелков, а так же вывернуты внутренности шкафов и сундуков, которые не просто никогда не открывались в ее присутствии, а, как она подозревала, не могли быть открыты в принципе. во всем этом барахле упоенно копалась старая дью. заметив присутствие наби, она вынырнула откуда-то из внутренностей шкафа и традиционно проскрипела:
- проснулась, лентяйка! живо кипяти чайник!
- тетя дью, - гномка так же по сложившейся традиции отнюдь не рванула исполнять приказы, а недоуменно поинтересовалась, - а что это?
- малявка, не делай вид, что вчера крепко спала, и хоть одно слово прошло мимо твоих хоть и коротких, но крайне любопытных ушей. мы идем с отрядом этих кретинов. давай не ленись, ставь чай. и будем собираться.
полусонная наби, отправилась к речке умыться и набрать воды для чая, а когда вернулась обратно, на пороге ее встречала женщина, в которой гномка с трудом узнала свою сварливую наставницу. пропали неаккуратные лохмы, вечно выбивающиеся из-под платка, как и сам платок. темные с проседью волосы были аккуратно убраны и заколоты замысловатой заколкой, в которой сверкал зеленым магическим огоньком какой-то крупный камешек. вместо бесформенной юбки непонятного цвета и такой же замученной жизнью кофты теперь на вполне ладной фигуре сидела темная роба, магическими огоньками посверкивали кольца и ожерелье. а еще дью оказалась очень похожа на вчерашнюю гостью.
- ну, что уставилась? давай ставь чайник, а потом одевай вот это,– проскрежетала дью и все в этом мире вернулось на свои места. на кровати гномки висела ожедка веселой бело-голубой расцветки.
- но, тетя дью, а как вы так?..
- как я вообще взяла в ученицы такую дуреху! маги выглядят так, как хотят.
пока наби разрывалась между бутербродом с чаем и нарядом, в дверь постучали. вернулась вчерашняя магичка со своим эльфом и каким-то рыцарем. появление этой троицы было встречено повторением утреннего концерта из падающих кастрюль и сковородок. причем если первый котелок из рук дью летел от неожиданности, то последняя сковородка была брякнута об стол уже специально и в сопровождении нескольких непечатных слов в адрес вилианы:
- какого черта ты его притащила?!
- меня не надо было тащить, я сам не смог усидеть на месте, когда узнал, что вилиана решила навестить свою сестру, - все эти звуковые эффекты не произвели на рыцаря особого впечатления, - здравствуй, дорогая дью.
наби, за последние сутки уже устав удивляться, пододвинула себе табуретку и уселась, сложив ручки на коленях, в ожидании продолжения концерта. это незначительное перемещение, тем не менее, напомнило дью, что совсем уж из себя выходить не стоит. она коротко ответила на приветствие рыцаря, буркнув себе под нос пару непечатных слов.
- наби, ты готова? – темные глаза наставницы пристально изучили наряд ученицы, и она протянула ей небольшую сучковатую палку, - держи посох.
у наби резко выросли крылья, запели птицы и перед взором раскинулась радуга – настоящий посох! ей! когда сварливая дью максимум что выдавала ей на время их занятий – так это старую потрепанную магическую книжку. пребывание на вершине счастья было прервано командой на выход.
всех лошадей решили оставить у хижины, и разномастная компания отправилась смотреть на море спор. дью повела их не ко всем известному входу, а прямо вверх через крутые холмы, огораживающие долину. взобравшись на самую верхушку холма, наби увидела море спор совсем с другой стороны – огромный купол накрывал клубящийся туман, в котором бродили неясные тени.
- смотри, вили, - дью нарушила тишину, - ты видишь?
- да, дью.
- наби, ты тоже должна разглядеть.
гномка пристально всматривалась в молоко тумана, наполненное искорками и тенями монстров. и сквозь видимую всем картинку для нее начали проступать те магические силы, которые составляли суть этого места. все море оказалось наполнено кружевом из нитей чьей-то злой воли, по которым темными бусинками скользили живущие там чудовища. где-то на другом краю всей этой композиции сиял алыми прожилками черный центральный камень.
- вили, видишь? как жемчужинки по ниткам – монстры? – тихо спросила дью.
- да, дью. а что там вдалеке алое с черным?
- это орфен – центр всей этой паутины. но не это главное. мне больше интересно, где «паук»? а, наби? что скажешь?
- тетя дью, я не вижу. все ниточки тянуться к правому краю, там путаный клубок переплетаются, а потом как будто под землю уходят.
- значит я права, «паук» то мертвец…

сквозь пелену тумана и защитный купол злое полуденное солнце светило так тускло, что на него даже не больно было смотреть. великолепный отряд повторял свой торжественный въезд теперь уже не в сонный город, а в море спор. монстры были впечатлены не меньше, чем юные горожанки, и гибли десятками от метких стрел и точных ударов, не успевая скрыться в тумане. кони под седоками будто плыли не касаясь земли в облачках встревоженных спор, засыпавших землю толстым слоем. туман гасил звуки и рассеивал золотистое свечение героев. наби сидела за спино своей наставницы на такой же лошадке, как и вилиана. кони оказались призванными существами и получились одинаковыми у сестер-магичек.
отряд шел по морю не встречая никакого ощутимого сопротивления – это действительно было легко. и очень красиво - наби просто наслаждалась зрелищем. сонное царство с неярким солнцем наполнилось цветом и звуком. маги били по монстрам силой разных стихий и туман то тут, то там подсвечивался разноцветными отблесками их ударов, ровное золотое сияние героев рассеивалось золотым облаком.
вредная дью и тут проявила свой характер – наби, вилиана и ларт, а так же рыцарь, которого опять никто не звал с собой, шли отдельной группой и в бой не вступали. туман становился все плотнее, лентами втекая между воинами и магами. как и ожидалось, орфен пала за считанные минуты, не принеся нападающим никаких проблем. казалось, миссия выполнена, поголовьем монстров резко сокращено, главная злодейка убита. но витала в воздухе какая-то неопределённость и недоумение – как и это все? столько сборов, такие великие воины и все так просто?
- стойте плотнее и никуда от меня не уходите, - напряженная команда дью вернула все на свои места, - это еще не конец, это даже еще не начало.
отряд, посмеиваясь над легкостью задачи, двинулся на выход, маги огня по пути поджигали все, что горело. туман становился все гуще и те, кто, добивая случайно пропущенных монстров, отходил в сторону – быстро терялись в этом молоке. легкое прогулочное настроение как ветром сдуло, когда вдруг обнаружили, что уже пятеро бойцов, шагнувших в сторону, не вернулись обратно и не откликаются на зов соратников.
туман стал почти непроницаемым, лентами проникая между воинами, щупальцами обвивая тела и струясь под руками. эти щупальца вдруг потеряв свою бесплотность, моментально обхватив крайнего воина и выдернув его из седла.
- началось,- шепнула дью, - теперь за мной, очень тихо.
туман обвил мага, но тот успел ударить магией и мгновенное рассеял охватившие его ленты. отряд начал борьбу не за победу, а за выживание. а маленькая компания тихо уходила в сторону, постепенно набирая скорость, в том направлении, которое днем раньше указала наби.
- никого не бить, нас не должны заметить раньше времени, - опять тихий шепот наставницы. снова стало лучше видно, только тянулись четко видимы слои тумана в том направлении, где бился со своей смертью блистательный отряд.
десяти минут оказалось достаточно, что бы достигнуть цели.
- наби, найди его, он где-то здесь, - скомандовала наставница своей ученице.
гномка соскочила на землю, спешились и остальные. время замерло, гномка смотрела на магический узор, сплетавшийся в клубок и уходивший в одной точке под землю.
- как много покойников, очень-очень старых, - гномка замерла, глядя широко раскрытыми глазами куда-то мимо реальности.
- здесь была великая битва, и если я права, то тот, кто изуродовал это место, продолжает управлять здесь всем. найди мне его, наби.
- да, здесь что-то есть, но я не знаю что делать…
- просто выдерни его в этот мир. дальше мы сами. вили, нам надо будет выжечь его, как наби его вытащит. ларт, тебе не дать нам умереть раньше времени, и береги девчонку. – дью раздавала команды, эльф подтвердил услышанное коротким кивком.
- мы осилим это? – встревоженно спросила магичка.
- конечно осилим, - дью вдруг улыбнулась, - не бойся, сестренка. у нас же просто нет выбора.
рыцарь с грохотом опустил щит на землю.
- ах да, хорст – самая моя большая ошибка, тебе тоже найдется дело. – дью была сегодня щедра на улыбки, - не дай этому существу дотянуться до наби.
- не учи меня танковать, старая карга, - рыцарь тоже улыбался.
- хм, тогда начнем.
наби протянула руку, сжимающую корявый посох, и четко произнесла заклятье, разрывающее грань между миром живых и мертвых. «паук» как будто ждал момента, что бы вырваться в реальность. еще звучали последние звуки заклятья, а сквозь слой спор на земле уже поднимался скелет в обрывках ткани и каких-то магических украшениях. рыцарь опустил щит, прикрыв гномку от жуткого взгляда пустых глазниц. эльф прошептал усиливающие заклинание, а две магички друг напротив друга плавно как крылья подняли руки и направили вихрь огня на сухие кости мертвеца.
наби смотрела на магический шторм, бушевавший вокруг нее.
две сестры – две огненные ведьмы – виделись ей яркими всполохами огня, холодным лиловым сиянием предстал перед ее взглядом эльф-целитель, и где-де то за спиной надежной ледяной сталью ощущался рыцарь.
а перед глазами темным сгустком тьмы стояла злая суть этого места – тот «паук», чья воля годами правила в море спор. в обыденном мире он выглядел просто как древние скелет, то ли человеческий, то ли эльфийский. но стоило посмотреть на его магическую сущность, как становилась ясна вся мощь этого существа - темный клубок нитей, которые тянулись прочь и превращались в ленты тумана. огонь заклятий обвивал его, местами выжигая эту тьму и обрывая ниточки, а рыцарь не давал вырваться из-под контроля маленького отряда.
- слишком медленно, так не получиться, - шепнуло пламя, бывшее вилианой.
ленты и нити вдруг сжались и, помедлив секунду, рванулись вверх. над головой на глазах покрывался сеткой трещин магический купол, - тварь рвалась за пределы моря спор, руша древние охранные заклинания. «паук» тянулся к куполу, стремясь обрушить его, пытаясь проникнуть в появившиеся трещины.
- вили, помнишь как в детстве, вдвоем? огненный шторм, – шепнула дью, - иначе оно вырвется.
- да…
- ларт, бери наби и хорста и уходите телепортом, - дью шагнула навстречу вилиане и они замкнули круг из рук, в центре которого корчился мертвец.
- но… - рыцарь попробовал возразить. однако сестры уже порвали связь, объединявшую их всех в одну группу. в кольце рук занимался вихрь огня, выжигая все на своем пути, рассеивая тьму тысячью искорок и поглощая своих создательниц. сгусток тьмы съеживался, оплетенный пламенем и терял тянущиеся прочь отростки.
наби, ларт и хорст стояли и смотрели, как ширился и разрастался огненный шторм, поглощая все на своем пути. когда жар стал нестерпим, эльф одним словом и взмахом руки телепортировал всех. холодный свет телепорта ослепил наби, и спустя десяток секунд она оказалась на площади орена.
над долиной стояло такое зарево, что в вечернем орене не стали зажигать фонарей. пламя и дым взвивались выше холмов, засыпая округу тонким слоем невесомого пепла. а в кривой хижине поздним вечером сидела над книжкой наби и сквозь набегающие слезы вчитывалась в строки, которые ей задала выучить дью еще три дня назад.
из отряда вернулась только треть воинов. долина моря спор полыхала еще неделю, а еще через три недели гномы погнали туда первых големов добывать руду.

резкий стук в дверь выдернул груби из воспоминаний. за окном уже почти стемнело. открыв дверь, гномиха обнаружила там с пяток разъяренных мамаш, потерявших своих дорогих чад. дети были быстро рассортированы, а груби смотрела сквозь дверной проем. поздним вечером начинал клубиться туман:
- может быть, вы все переночуете у меня?
- груби, вы что смеетесь, тут два шага до дома, – вереница детишек в сопровождении мам отправилась в сторону города. груби еще постояла на пороге, всматриваясь в темноту, а потом закрыла дверь и пошла к очагу, что бы закрыть заслонку. да, все это было давно, но воспоминания навеяли жути, и хоть за окном просто туман, лучше закрыть ему доступ в хижину. может ей и показалось, но в липком тумане скользили какие-то чужеродные нити, видимые лишь настоящим магам. пронзительный женский крик взорвал напряженную тишину. забыв про заслонку, груби кинулась к окну, но ничего не было видно, только плыли в темноте белые ленты тумана.

одна из родительниц пронзительно вскрикнула в темноте споткнувшись о корень, торчащий из-под земли. потерла ушибленную ногу и, взяв выпущенную ручонку дочки, пошла дальше.

 

Spoiler

зной августа, забирал последние силы уже к полудню. даже находясь без движения, испарина то и дело выступала на теле. аномальная жара сводила жителей орена и близлежащих земель с ума. дождей не было с мая…
- лис, скажи, что мы ищем? я уже устал. мы вполне могли все сделать ночью, когда жара хоть немного спадет, - эльф взбирался на гору, следом за своей сестрой.
- жар костей не ломит, а вот ночью нам их вполне могут и переломать, - сказала девушка, цепляясь израненными руками за очередной выступ. – еще немного и мы у цели.
- у меня даже уши успели обгореть, - сделав последние усилия, на выдохе протороторил светлоухий. оба оказались на вершине самой высокой горы в окрестностях орена.
- я так и знала! ты видишь это? – сестра указала пальцем в сторону моря спор.
- ты думаешь о том же, о чем я? – лицо эльфа стало мрачнее тучи. он всматривался в магический купол и брови его сошлись на переносице.
- они не могли не знать, и видимо на то есть причина. хм… вот почему усилили охрану. анхель, нужно туда попасть. но сначала, нам надо кое-кого проведать, - лис начала спускаться вниз.
- да ты рехнулась! мы половину дня потратили, чтоб сюда взобраться, еще столько же на обратную дорогу, - эльф негодовал. но сестра, была в своих мыслях и на причитания брата не обращала никакого внимания, продолжая спускаться. – можно было прилететь на виверне, в конце концов.
- ты что, совсем ничего не понимаешь? нам нужно остаться незамеченными. народ изнывает от жары и засухи несколько месяцев, а маги башни слоновой кости, говорят, что все в порядке! к морю спор никого не подпускают на расстоянии пушечного выстрела, хотя раньше мы могли пройти мимо и не увидеть ни одного часового. ты видел что под куполом? цветник! анхель, если в одном месте убывает, в другом обязательно прибывает! улавливаешь?
- и что ты предлагаешь? – с опаской спросил светлоухий. зная свою сестру, он догадался, что план на этот случай у нее уже имелся.
- с тобой или без тебя, но мне нужно туда попасть, - сказала лис, тоном, который не терпит возражений.
- ну на-а-а-адо же, как будто у меня есть выбор, - закатив глаза к небу, саркастично произнес эльф.

орен. поздний вечер того же дня. тракир.

-и какой у нас план? – спросил анхель и жадно отпил холодного напитка из кружки.
лис молчала и смотрела куда-то вверх. брат проследил за взглядом сестры. теперь они оба смотрели на раскачивавшуюся люстру. в этот момент начали потрескивать свечи, и земля под ногами дрогнула, но все прошло спустя пару мгновений.
- опять эти выбросы магии. собирайся, нам нужно поговорить с бельмонтом, - девушка встала из-за стола.
- имею я право допить свой заслуженный морс?
- да, пожалуйста, пожалуйста, - развела руками сестра. – кто последний, тот лепешка драколова, - лис рванула к двери.
- ненавижу, когда ты так делаешь! – крикнул анхель и бросился следом.

Spoiler

тем временем.
- орфен, одумайся, - нерупа пыталась вглядеться в глаза сестре.
- не беспокой меня по пустякам. ты не понимаешь, о чем просишь. кого ты пытаешься защитить ? людей, эльфов? ты не видела того, что видела я. это жестокие, эгоистичные существа. в них нет ни капли жалости. они истребляли друг друга, причиняя боль не только своим расам. страдало всё и вся. я спала сотню лет не по собственной воле и не по собственной воле я нахожусь здесь взаперти.
- в твоем сердце только ненависть. мы обе знаем, что были и те, кто как и ты, хотели мира! если ты обрушишь свой гнев на жителей орена, облегчение не придет к тебе, орфен. ты превращаешься в убийцу! рано или поздно, ты все равно будешь повержена, – нерупа перешла на истеричный шепот.
- я никогда не ставила этот факт под сомнение. и да, мне абсолютно плевать. а теперь…убирайся вон! – последняя фраза орфен прозвучала словно гром. от крика, опавшие споры вновь взмыли вверх.
нерупа, покачав головой, растворилась в воздухе, будто ее и не было. разговор с сестрой был окончен. орфен стояла неподвижно, глядя прямо перед собой.
- риба? – окликнула орфен свою «правую руку», не поворачивая головы.
- я здесь, - риба вышел из-за спины королевы моря спор.
- я хочу, что бы ты отправился к бельмонту и лично убедился, что дела обстоят так, как он говорит, - в голосе орфен сквозила тревога.
- будет исполнено, - с этими словами риба исчез в появившемся портале.
орфен осматривала свои владения и предвкушала грядущие изменения. флора в море спор начинала увеличиваться в размерах, под воздействием влаги. появлялись новые виды растений, которые, судя по виду, обещали быть гигантскими.

башня слоновой кости.

бельмонт бесшумно расхаживал по зале с задумчивым видом. внезапно он остановился и посмотрел на двери. в эту секунду створки распахнулись и человек, не успевший постучать, произнес:
- верховный маг, дочь и сын лиэля просят аудиенции. говорят по важному вопросу, - человек поклонился, бельмонт кивнул ему в ответ и двери захлопнулись. спустя несколько минут в эти же двери вошли двое. маг жестом пригласил их войти.
- рад видеть вас, дети, - бельмонт улыбался искренне, почти по-отцовски.
- у нас очень важное дело, - проигнорировав приветствие, начала лис. – мы кое-что видели, - уже понизив голос, продолжала эльфийка.
- стоп, стоп, стоп! во истину все с ума посходили в этой жаре, давайте будем спокойнее, - маг указал рукой на кресла и все трое сели.
- дядя, мы видели море спор, - не унималась лис. – там происходят странные вещи, еще более странные, чем обычно.
- каким образом вы могли видеть, что творится в море? – бельмонт заметно напрягся.
- да разве это важно? вы не могли не знать! почему вы не говорите правды? – праведный гнев лис обрушился на мага. ее было уже не остановить. – вы правы, мы все сходим с ума от жары, а самые могущественные маги эльморадена бездействуют, рассказывая небылицы жителям наших земель, которые им верят, как себе!
- ты лезешь не в свое дело, лис. все, что мы делаем, только ради вашего блага. твой отец не одобрил бы такого поведения, - бельмонт с укором покачал головой.
- как только я делаю, что-то неугодное, вы постоянно припоминаете моего отца. прошло много лет с того момента, как его не стало, а вы с такой легкостью говорите о том, как бы он поступил и что бы сказал. мы пришли обсудить дела иного рода, а не мое поведение или нашу семью.
бельмонт встал. сложив руки за спиной, он снова начал ходить по зале, обдумывая ситуацию. прошло около минуты, и первым нарушил это молчание анхель:
- расскажите нам правду.
- видимо придется. как вам известно, помимо меня, еще четыре мага держат купол под контролем, дабы море спор не увеличивалось в размерах, чтобы никто и ничто не посмело выйти наружу . но я веду свое расследование, как мне кажется, один из этой четверки предатель! ни в коем случае нельзя, эту информацию придавать огласке. вы понимаете, о чем я? – бельмонт уже шептал. ребята кивнули ему со всей серьезностью.
- дядя, мы могли бы тебе помочь… - начала лис.
- ни в коем случае, дитя. у меня достаточно сил, чтобы не втравливать вас, в такую опасную ситуацию. а теперь, ступайте, у меня, в самом деле, много забот, - бельмонт взглянул на дверь и створки снова распахнулись. намек был более чем понятен. брат с сестрой встали и молча ушли.
- анхель, тебе не кажется…
- что он лжет? я в этом просто уверен. для него мы все еще дети, причем глупые и не сообразительные. да, лис, ты права, что-то тут неладное. к морю?
- времени не остается. нужно действовать. без помощи нерупы мы не продержимся внутри достаточно долго, - лис уже достала из сумки пару свитков телепортa.

Spoiler

башня. несколькими часами позже.
- как продвигаются дела? меня интересует, сколько времени у нас в запасе, - риба разглядывал фолианты на стеллажах в кабинете мага.
- все в порядке! – раздраженно ответил бельмонт. – я не для того позволил вам связываться со мной напрямую, что бы ты всякий раз пользовался порталом без особой надобности. риба резко перевел взгляд на мага, но решил промолчать. - если бы что-то изменилось, я бы дал вам об этом знать. а ты подвергаешь наш союз большому риску, - сказал маг, нервно потирая руки, будто от холода. собеседник продолжал молчать. – слушай, ты можешь стрекотать потише! – почти пискнул бельмонт и тут же пожалел о своих словах. риба, молнией настиг его.
- ты забываешься, человек. наша свобода – вопрос времени. но ты свою цену уже озвучил. в случае, если ты выполнишь обещанное, я сделаю тебе еще один подарок, - бельмонт вопросительно уставился на огромное насекомое, - я сохраню твою жалкую жизнь, - с этими словами риба исчез во вспышке света портала.
- это мы еще посмотрим, - процедил сквозь зубы маг.

деревня светлых эльфов.

- как, все-таки, здесь хорошо, - вздохнул анхель, прогуливаясь по площади, испещренной водными каналами.
- по мне, так слишком тихо, - сказала сестра, оглядываясь по сторонам. – я уже не уверена, что мы найдем нерупу на своем месте.
- ходят слухи, что она часто бывает у древа жизни.
- но оно же…
- ей, как никому, известно об этом, лис. пойдем.
около увядающего древа никого не оказалось. обойдя деревню вдоль и поперек, ребята собрались покинуть это место, направляясь к порталу, но их окликнули:
- что вы собираетесь предпринять?
- нерупа?
- я спрашиваю, что вы буде делать, когда попадете под купол? – в голосе арханы не было злости. ей, в самом деле, было важно услышать их ответ. нерупу не покидала мысль, что она постоянно упускает какой-то важный момент.
- откровенно говоря, я не знаю, - сказала лис, опустив плечи.
- вы понимаете, что мирным путем вы ничего не решите? – паукообразная намекала ребятам, что они взвалили на себя непосильный груз.
- то есть …
- то есть, никакие уговоры на нее не подействуют. для вашего поколения та война и ее последствия, лишь старая легенда. для орфен все иначе. она преисполнена мести, - сокрушаясь, сказала нерупа.
- мы разговаривали с бельмонтом,- сообщил анхель.
- полагаю, ничего вразумительного он вам не рассказал и попросил не вмешиваться…
- откуда вы знаете? – лис была искренне удивлена. – нет, он конечно плут, но …
- потому что он совершил сделку с орфен. все, что сейчас происходит, случилось по его вине. алчность и жажда власти, вот что движет этим человеком, - сказала нерупа, как будто знала об этом всю свою жизнь.
анхель от удивления открыл рот, силясь понять то, что сейчас услышал.
- но…он же был лучшем другом папы, он не мог. нет, мы подозревали, что дядя нам чего-то недоговаривает, но …
- ты сказал «папы» ? – нерупа удивленно смотрела на двух эльфов.
- нашего отца звали лиэль, возможно он был вам знаком, - сказал анхель. архана, в свою очередь, улыбнулась его словам.
- и что это за сделка? – сестра, словно не слышала слов анхеля.
- серьга орфен, аналогов которой нет. бельмонт тщеславен, но в тоже время силен. ужасно то, что он сам предложил ей свободу в обмен на эту серьгу.
- что? жизни людей в обмен на побрякушку? – эльф не верил своим ушам.
- дело в том, что ни одна из сторон не ведет дела честно.
- но почему вы ничего не предпринимаете?
- что я могу? орфен не хочет меня слушать, бельмонт пообещал стереть меня в порошок, если я вмешаюсь.
- да что он один может вам сделать?
- один – ничего. но мы с орфен сестры. и приписать ее грехи к моему имени, большого труда не составит.
- репутция… - начал анхель.
архана не дала ему договорить:
- о какой репутации ты говоришь, мальчишка?! если бельмонт выполнит свою угрозу и объявит меня врагом, в лучшем случае я буду обитать в море спор. и поверь, орфен надо мной не сжалится. она хоть и младшая сестра, но ее мощь и свита сомнений не вызывают. это будет напрасная жертва.
- нам нужно заполучить серьгу первыми, - сказала лис, глядя на нерупу.
- хм…почему я не удивлен? как ты себе это представляешь? – анхель задал вполне резонный вопрос,
- братец, ты постоянно всего боишься, - ответила лис, улыбаясь. – будем действовать по обстоятельствам. к тому же нерупа нам поможет, - сказала она уверенно.
- конечно, я всего на свете боюсь, а ты у нас непризнанный герой, из-за которого мы постоянно получаем « по шапке». украсть серьгу орфен – что может быть проще? и как бельмонт до этого не додумался!
- мы имеем то, чего нет у бельмонта, глупый!
- и что же, мисс всезнайка? – анхель не на шутку завелся.
- поддержку арханы, которая стоим рядом с тобой, дубина! – лис постучала брату по голове своим кулачком.
- я вам случаем не мешаю? о какой поддержке ты говоришь, дитя? – нерупа наблюдала за этой перепалкой в полном недоумении.
- нам нужно, чтобы ты отвлекала ее. тебя она не убьет и у нас будет достаточно времени. анхелю поручить такое дело нельзя, он его провалит в два счета.
- спасибо сестренка. я тоже тебя люблю.
- достаточно времени для чего? ты хочешь выкрасть серьгу? – нерупа почти смеялась. – ты глупа.
- обойдусь без твоей помощи, насекомое! моих возможностей хватит, чтобы проникнуть под купол незамеченной. или я не дочь, великого мастера кинжалов, лиэля.
- ах, вот оно что. дочь великого лиэля, - анхель воздал руки к небу. – лис, яви нам свою геройскую ауру, не стесняйся!
- что, анхель, никак не можешь смириться с участью «вечно второго»? – сестра восприняла слова брата, как шутку.
- я зря теряю свое время, прощайте, - архана собиралась покинуть эту компанию.
- остановись. это последний шанс для тебя и для нас, - светлоухий протянул руку архане. – нерупа, пожалуйста.
развернувшись на месте и глядя прямо в глаза анхелю, нерупа резко схватила его, и они исчезли, словно растаяли в воздухе.
лис стояла в полной растерянности. звуки словно вернулись в ее мир – журчание воды, шелест листьев… только что, на ее глазах, исчез ее брат вместе с древней арханой, не сказав ей ни слова.
- вот и убирайся! – кричала она в небо.

***

двое шли по лесу близ орена.
- мы же не оставим ее одну, правда? – анхель пытался поспевать за быстрым шагом паукообразной.
- оставим, - ровным тоном ответила нерупа.
- мы не можем, она наделает глупостей.
- обязательно наделает.
- нерупа, я не справлюсь один. я не могу бросить лис, - светлоухий остановился.
- это она не справится, - проговорила нерупа, твердо.
- о чем ты говоришь? постой.
- я могу говорить с тобой откровенно? – обернувшись, произнесла нерупа. - вы очень разные. твоя сестра старается быть похожей на своего отца, но его копией являешься ты.
- к чему вы клоните? – в голосе эльфа появилось раздражение.
нерупа подняла голову вверх. последние сухие листья срывало с деревьев горячим ветром и уносило вдаль
- твой отец был участником сражения между эльфами и людьми. они с орфен были хорошо знакомы. когда-то в знак их дружбы они преподнесли друг другу подарки. твоей отец подарил моей сестре украшение, сделанное им самим. то самое, которое хочет заполучить бельмонт и лис. орфен взамен одарила лиэля долголетием. во время войны он, как и она, хотел восстановить мир. и именно благодаря ему, орфен не погибла, а впала в сон. гораздо позже, когда война была позабыта, твой отец поведал об этой истории своему другу бельмонту. и это стало его роковой ошибкой. маг узнал, что в подаренное украшение, орфен вложила душу, и оно представляет собой огромную ценность. этот человечишка предложил твоему отцу украсть эту серьгу, ссылаясь на то, что орфен спит и ей она без надобности. лиэль согласился, дабы успокоить бельмонта, а сам выйграв время, приложил все усилия, чтоб пробудить мою сестру. он пошел на риск, зная, что проснувшись, она не будет прежней, тем не менее, он сделал это. за что и поплатился жизнью.
- она убила его? – анхель стоял как вкопанный, глядя себе под ноги.
- нет. это сделал бельмонт. он испугался, что вся правда всплывет наружу.
- что мне нужно сделать? – в голосе эльфа чувствовалась решительность. он был готов действовать, чего бы это ему не стоило.
- от тебя требуется оставаться в невидимом состоянии, пока я не разрешу показаться.
- хорошо. нерупа ?
- да?
- каковы наши шансы?
- думаю, стоит надеяться на лучшее. не показывай орфен своего страха, - нерупа зашагала вперед.

Spoiler

под куполом.
«через пару мгновений я стану видимой. так, лис, возьми себя в руки, с этими монстрами ты без труда справишься».
эльфийка облокотилась на ножку гигантского гриба. ее ступни были чуть утоплены в мягких спорах, опавших на землю. сердце бешено колотилось, норовя выскочить.
«до выхода еще около сотни шагов. я должна успеть», - с этими мыслями лис произнесла заклинание невидимости.

***

нерупа двигалась спокойно, словно прогуливалась по парку. она не обращала внимания на изменения, постигшие это место. витающих спор вокруг было настолько много, что они образовывали собой дымку молочного цвета. вокруг царила мертвая тишина.
- мы почти пришли, - нерупа оглядела небольшую груду камней, оплетенную паутиной. – орфен!
послышалось стрекотание.
- орфен, прошу.
- просто удивительно, что мы сёстры, - орфен предстала перед нерупой, окруженная своей свитой.
- анхель, покажись, - сказала нерупа, неотводя взгляда от сестры.
- что еще за фокусы? что ты придумала в этот раз?
анхель стал виден всем присутствующим. теперь он стоял между двумя арханами, сохраняя молчание.
- посмотри внимательнее на это дитя.
- нерупа, как же тебе не стыдно? обрекла бедного эльфа на бесславную смерть. ты так жестока, - на лице орфен появилось подобие улыбки.
- его зовут анхель. это сын лиэля,- сказала нерупа, не обращая внимания на колкости сестры.
паучьи лапы орфен, медленно начали шевелиться. нескрывая своего раздражения, орфен произнесла:
- у тебя…хватило наглости…прийти сюда снова… и притащить этого выродка…выдавая его за сына лиэля?! – схватив тело эльфа, орфен подняла его над собой, вглядываясь в лицо светлоухого. повисло молчание. – этого просто не может быть, - паукообразная опустила анхеля на место.
- почему же не может? сколько прошло с момента твоего пробуждения? двадцать два года, орфен. бельмонт оставил детей без отца когда им был год от роду.
- бельмонт? – голос арханы стал звучать громче. – вот, что задумала эта тля…

Spoiler

аден
- у тебя адена то есть? – старый гном смотрел на запыхавшуюся эльфийку снизу вверх с недоверием.
лис пытаясь отдышаться, уперлась ладонями в колени.
- сколько тебе нужно?
- смотря, насколько быстро, это письмо должно найти адресата, - от улыбки глаза гнома превратились в щелки. – ну, так что?
- ты не получишь не гроша, коротышка. в твоих интересах, чтобы правитель получил его, как можно скорее. если опоздаешь, твоя голова первая слетит с плеч. усек? – выпрямившись, лис одарила деда презрительным взглядом.
- радга! передать письмо королю! срочно!
- я мигом! – маленькая гномка взяла свиток, спрятав его в сумку, она оседлала коня и умчалась в сторону замка.
- я рада, что мы поняли друг друга, - язвительно сказала лис, кинув под ноги своему собеседнику мешочек с аденой. эльфийка развернулась на каблуках и ушла прочь.

море спор

- мне кажется, я что-то слышу… - нерупа развернулась лицом к седым холмам.
- риба, разведай, - орфен обратилась в слух.
пару минут спустя помощник вернулся :
- солдаты адена… - риба произнес это будто спрашивал, возможно ли такому случиться.
- сколько их? – голос орфен казался пустым.
в ответ, риба лишь покачал головой. орфен поняла – это конец. королева моря спор подала знак своей свите оставить ее наедине с гостями.
- неожиданный поворот, не правда ли? – обратилась она к ним, улыбаясь.
- это не мы, я не… - анхель, который все это время стоял молча, кинулся к архане, пытаясь оправдаться.
- она знает, анхель, - вмешалась нерупа. – полагаю, наша встреча подошла к концу, - две сестры смотрели друг на друга в упор.
орфен кивнула и обратилась к эльфу:
- я хочу чтобы это осталось у тебя, и думаю, ты догадываешься по какой причине, - архана протянула эльфу, уже заранее снятое, украшение. – им донесли, поэтому идут сюда. теперь, когда ты знаешь, как все было, могу предположить, что бельмонту осталось жить совсем недолго, - орфен довольно засмеялась. – до встречи, - все еще улыбаясь, сказала королева моря спор.
нерупа коснулась плеча эльфа и они растаяли в воздухе.

эльфийская деревня.

нерупа и анхель сидели под тенью увядающего дерева жизни.
- у меня какое-то странное чувство внутри, - произнес эльф.
- лучшего исхода в этой ситуации быть не могло, если ты об этом.
- а если бы мы воспользовались вариантом лис.
- то вас бы уже не было.
- но почему? мы брат с сестрой! меня же орфен не тронула, - анхель не хотел признавать, что он разочарован в лис.
- я думаю, ты понимаешь истинную причину.
- и что же теперь будет?
- все вернется на круги своя, за исключением пары моментов: бельмонт, скорее всего, бежал и…
- и лис ко мне больше не вернется, - эльф опустил голову.
- тебе пора, - спокойно произнесла нерупа.
анхель, не произнеся ни слова, встал и ушел. с каждый шагом, он уходил от деревни все дальше и дальше. ему не хотелось ни о чем думать, но бесконечные мысли и переживания роились в голове. сколько времени прошло, прежде чем эльф добрался до каменных стен орена? кто знает. анхель и сам потерял ему счет. но преодолев с десяток ступеней, высоко в небе послышались раскаты грома. уже на входе в город, его приветствовала стража:
- поспешите, быть дождю, - произнес счастливый гвардеец.

 

прием работ завершен.