[Фанфик] Надоело быть героем

Конкурс: фанфик

Работы принимаются с 8 ноября по 30 ноября 2015 года.
Прием работ заканчивается 30 ноября в 18:00 по мск.


Тема: Надоело быть героем

Спасать селян от разбушевавшихся монстров, охотиться на драконов, истреблять готовых на все ради власти злых магов - все это, без сомнений, очень увлекательно. Но тоже может надоесть. Особенно - если задания повторяются из раза в раз, а привыкшие полагаться на героя люди уже считают его вмешательство чем-то само собой разумеющимся. Так что мешает завязать? Ведь есть столько иных путей!

Правила:
Объем текста не ограничен!

Комментарий к теме:



Пожалуйста, используйте тег

Spoiler

...

Здесь выкладывать только работы. обсуждение тут

 

Spoiler: Надоело быть героем

На улице смеркалось и в это время в каждом городе начинали появляться крохотные огоньки, это жители зажигали камины, свечи и лампы в своих жилищах. В этой же деревне все обстояло несколько иначе. Дома в большинстве своем пустовали, ждали очередного мерзавца, отчего улицы ее практически погружались во мрак, лишенные теплых тонов огненного света. Но в эту ночь огоньки домашнего света, если их можно так назвать, горели и тут. В холле клана “Черный дракон” собрались хозяева. Клан победил в битве за замок Руны и теперь уставшие, но окрыленные победой, воины решили это дело отпраздновать.
К слову, репутация у этого клана была весьма скверная. Нет, они были непревзойденными воинами, однако, как говорил простой люд, туда была открыта дорога только плохим парням. Политика клана допускала и даже поощряла жестокость, коварство, обман и другие безнравственные поступки по отношению к героям Эльморадена (но не членам клана), так что благородному воину там явно делать было нечего.
Пьянка продолжалась всю ночь, однако к утру кто мог, разбрелся по койкам, остальные завалились в том месте, где их застал сон. Лишь несколько самых выносливых товарищей сидели за столом и о чем-то разговаривали.
- Так я и оказался здесь и ни о чем не жалею, иначе гнил бы сейчас в какой-нибудь канаве, а может уже давно бы и сгнил, - закончил свой рассказ худощавый человек в магических доспехах.
Легкая ухмылка заиграла на лице огромного как гора орка, он прекрасно понимал, о чем говорит парень, ведь ему самому не составило бы и труда переломить шею такому тщедушному человечку. Но несмотря на это, орк уважал его, ведь человек был хитер, безжалостен и на удивление умен, не говоря уже о его мастерском владении стихией огня. С минуту все молчали, переваривая сказанное, а потом общее внимание постепенно перешло к хрупкому светловолосому созданию, которое явно не вписывалось в такую компанию.
- Ну а ты что? - без церемоний спросил орк.
Эльфийка подняла глаза и по взгляду орк понял, что прелесть этого существа осталась снаружи, а внутри уже давно пляшут демоны.
- Что я? - переспросила Ардис, так её звали.
- Как ты попала сюда? Вернее нет, - задумался громила, - ты явно не всегда была такой, как же так получилось, что ты свернула на косую дорожку?
Эльфийка сидела, будто и не слышав, что сказал орк. Он не любил, когда его игнорируют и уже начинал свирепеть, однако девушка заговорила и он, умерив свой гнев, начал слушать.
- Да, ты прав. Я не всегда была такой. Я как и все светлые эльфы любила жизнь, старалась помогать нуждающимся и с доверием относилась к знакомым мне людям.- Ардис замолчала, словно сама только поняла, какой глупой и наивной она была, - Так, путешествуя, я обрела несколько друзей, с которыми мы с тех пор были неразлучны. Годы шли, а мы были вместе, встречали опасности плечом к плечу, разделяли радости и горе. Мы доверяли друг другу безоговорочно, были единым целым. В то время я была целительницей и друзья совместными силами старались укрепить мою защиту, ведь пока живу я, живут и они, - подняв глаза, она увидела ту же ухмылку на лице орка, что появилась у него после рассказа человека и добавила, - поверь, на мне было столько дорогого барахла, что победить меня могли лишь десятки в нашем мире, - выждав небольшую паузу, девушка продолжила, - Но в какой-то момент все изменилось, настроения в нашей группе поменялись. Мы стали ссориться, сначала изредка, но потом все чаще. И ссоры, как это ни странно, возникали из-за материальных благ. Я не придавала этому значения. Как какие-то безделушки могли разорвать нашу дружбу? Для меня и в мыслях такого не было. Я лишь порхала, лечила и помогала всем кому нужно и кому не нужно. Однажды, мы в составе нашего тогдашнего клана отправились в поход на могучего дракона ветра, Линдвиора. - голос Ардис стал холоднее, будто ветер этого самого дракона, - Много воинов погибло в тот день, но мы одолели чудовище, а серьга Линдвиора случайным образом досталась мне. Клан лидером было принято решение оставить ее у нас, а лидером нашей компании друзей - у меня. Я нарадоваться не могла новому легендарному украшению и мы всей компанией, как и сейчас, пошли отмечать такое невероятное событие. Выпивка сделала свое дело, настроение, у кого хорошее, у кого плохое, обострилось, а сон стал крепче. В итоге, проснувшись на следующий день, я не обнаружила у себя ни новой сережки, ни других моих дорогих вещей, лишь одежда, да горстка денег. Решив, что меня обокрал кто-то чужой, я выскочила из комнаты, чтобы скорее сообщить об этом своим верным друзьям, но споткнулась о что-то большое и упала, больно ударившись головой о пол. Поднявшись, я увидела нечто и сначала не поверила своим глазам, решила, что это последствие удара. На полу возле моей двери замертво лежал наш лидер. Остальных друзей я так и не нашла. - девушка остановилась, это событие еще причиняло ей боль, - Он пытался остановить их и они его убили, а меня обокрали и скрылись. - она с силой вонзила свой кинжал в крышку стола и будничным тоном продолжила, - С тех пор я стала одиночкой, призрачным охотником, без принципов, без доверия, без жалости, а потом спустя какое-то время узнала о вашем клане и вот я тут.
- Даа, - протянул человек, - судьба-судьбинушка. Сколько вещей-то пропало...
Ардис посмотрела на него, потом обвела взглядом всю комнату, встала и молча отправилась спать.
- Сладких снов, - прокричал ей вслед орк, но не получил ответа.
Мужчины переглянулись, пожали плечами и с легким вздохом - Бабы, - как ни в чем не бывало продолжили свой разговор.

 

Spoiler: Надоело

Хмурая промозглая ночь опустилась над Хейном. Летом яркий и солнечный город, зимой превращался в промозглый город дождей. Фонари тускло пытались пробиться сквозь пелену струй воды. Город спал, только на центральной площади кристалл телепорта с Острова Ада выплевывал клан Серебряных Крыльев, изредка размешивая их штандарты флагами наемных отрядов. Воины и маги попав с жаркого острова прямиком под холодный дождь, зябко ежились и кутались в заранее подготовленные плащи. Последними из портала вышли два отряда, резко резонирующие друг с другом внешним видом. Воины одного были закованы в белые одежды и доспехи, вторые же были облачены в черные. Лидер черных воинов, темный эльф оглянувшись на своих, махнул рукой в сторону постоялого двора и устало побрел в сторону таверны, даже не став доставать плащ. Через сотню саженей его догнал переваливаясь гном, лидер отряда в белых доспехах.
- Уважаемый, у меня созрела отличная идея, по поводу сотрудничества наших отрядов... - пробасил гном.
- Не интересует, - зло бросил темный, даже не оглянувшись.
- Тогда позволь составить компанию за кружкой чего-нибудь горячего? - не сдался гном.
Темный пожал плечами и дернув дверь таверны, скрылся внутри.
Было далеко за полночь, дождь прекратился, по водостокам еще журчали ручьи утекающей воды. На причале сидели свесив ноги пьяные Храмовник Шилен и Маэстро.
- Нет, вот ты скажи, - гном схватил эльфа за наплечник брони и попытался развернуть к себе лицом, - откуда вы взялись вообще? Половина дорогих заказов уходит к отряду Темная Луна.
- Ну как откуда, собрались, и...вот мы.
- Хм. - гном задумчиво помял подбородок - не мое дело конечно, но на рейде, две ночи назад, я вышел отлить к озеру. И видел как темный рыцарь развел костер на берегу озера.
- И? - деланно-апатично отвернулся темный.
- Ну...я видел как из мешка в костер отправилась Диадема Крыльев Судьбы. А с потом ожерелье с шеи и какая то бумага. Темный рыцарь на мгновение ссутулился, опустил голову, растрепаная челка скрыла лицо от гнома. Гном истратив все терпение, стал ерзать на месте, затем повернулся к рыцарю.
- Я никому ничего не скажу, мне просто интересно, откуда взялся злой, нелюдимый Храмовник Шилен, которых не так много на нашей земле. Который знает больше чем ему положено, сумел за небольшой срок сколотить отряд, заработавший репутацию в определенных кругах за весьма короткое время.
Темный будто не слышал его вопроса, продолжая изучать воду у причала. Посидев еще минут 5, он вздохнул, допил из стоящей рядом бутылки, и зло швырнул ее в воду.
- Я был еще молод, - начал он глухим опустившимся голосом. - Я еще не выбрал даже путь рыцаря. Охотился со случаным отрядов в Лагере Партизан, что в землях Диона. Мы отыскивали тупых гнолов , агрили и приводили к магам. Я ее видел раньше, как то сразу потянуло, но не обратил внимания на это. В этот раз так вышло, что мы попали в один отряд. Когда после очередного забега она вернулась едва держась на ногах, я поделился зельями исцеления. Так началась дружба, или не дружба. Мы охотились вместе, собирали отряды, выполняли какие то задания. Когда я понял что просто дружить уже не могу - я уже ничего не смог с собой поделать, но говорить об этом не хотел.
- Да, темные эльфийки, они конечно притягааательны...- мечтательно протянул гном.
- Светлая, - посмотрев на него, произнес темный и продолжил - ...Уже будучи Рыцарем Шилен, я понял, что не могу больше держать это в себе, что это меня сжигает изнутри. Я сказал, что я чувствую к ней... - он поднял с земли камушек и стал катать по ладони - ...но она сказала, что может предложить только дружбу. Я пытался, боролся с собой, но у меня не вышло забыть. Так мы и шли дальше вместе. Когда я порывался уйти - она звала меня обратно. Все чего я старался добиться, заработать - все ради нее. Я не мог позволить себе такого, что бы рядом с ней быть слабым. Потом она пропала. Просто ушла. Я не спал ночами, пил, искал утех в обществе других женщин - но вскоре я понял, что не могу смотреть на других, пока помню ее.
Темный замолчал, швырнул камень в воду и откупорил новую бутылку.
- Ну так найти ее - дело нескольких недель оживился гном. Темный тяжелым взглядом глянул на него, и отвернулся.
- Она объявилась. Позвала. И я как последний мудак поскакал в том направлении. Только оказалось что она влилась в постоянный отряд одного и сильнейших кланов. И вместе что либо делать не планировала. Но я не особо задумывался по поводу логики этого поступка. Я просто вошел в один из отрядов того же клана. Спустя время, я стал Храмовником. Наш отряд пробил себе дорогу к вершине, став элитным маг-пати. Я стал дворянином, участником олимпиады. Слава, сверкающие доспехи, особые умения, узнавание на улице. Лучшие доспехи, адена поступающая в карман от бесконечных рейд-походов на драконов, боссов. Я стал героем, надеясь заслужить ее расположение. Со стороны взглянуть - я был счастлив, что еще надо для счастья. Но я так же продолжал терзать себя в душе.
Я радовался малейшему поводу побыть с ней, поговорить о чем нибудь. Я искал эти поводы. Мы даже стали больше доверять друг другу в разговорах. Но...нельзя пересечь непересекаемое. Увы, я так и остался просто другом.
Я увидел ее с человеком, ущербным Охотником за сокровищами, который несмотря на отличную экипировку, не представлял из себя ничего. Я не мог ей ничего сказать, она свободна и вольна делать, что захочет. Я просто друг, и не мое дело, с кем она хочет быть. В то время я слегка отстранился от нее. Я стал злым, жестким, угрюмым. До этого не был компанейской личностью, а после этого вообще никого не подпускал к себе. Что то сломалось внутри.
Вечная суета клана стала раздражать, регулярные походы стали в тягость, олимпиада перестала вызывать интерес. Единственной радостью было - найти укромный угол и нажраться в хлам. Стали портиться отношения с людьми, потому что я ссорился по любому поводу. Мне надоело общество, бурлящий поток людей, ежедневно снующий вокруг, все чего то хотят, чего то спрашивают.
Как то ночью я не стал пить. Я тихо вошел в клан холл, снял с себя отрядные доспехи, меч и оставил все на столе. Взял только лично заработанную адену, и доспех ранга S. Да еще диадему и ожерелье, которое она подарила. Вывел коня и ушел. Мне надоело быть героем. Героем без цели, потерявшим тот смысл, ради которого я стремился к чему то. Так я стал наемником. Так я оказался здесь. Теперь я живу ради самого процесса жизни, ибо нельзя опускаться ниже определенного порога. Последние вещи, напоминающие о ней, я смог сжечь только спустя очень много времени. Осталась одна.
- Какая? - поинтересовался гном.
- Я сам - эльф отдал бутылку гному и поднялся. - Светает, а нам еще скоро в Гиран отплывать, заказ хороший попался.
- Постой, а как зовут тебя на самом деле? - крикнул опешивший от неожиданной развязки гном. Рыцарь остановился на мгновение и ответил - Нет у меня больше имени. Я ничто. Командир наемного отряда, по прозвищу Волк. Этого достаточно, это у меня никто не отнимет. - и побрел вглубь города, к месту ночлега своего отряда.
***
Основано на реальных событиях, настоящие имена\ники и названия мест\сервера сокрыты =\

 

Spoiler

... Они убили дракона!.. Несколько суток они без устали дрались с этим кошмаром, и, наконец, огромный ящер пал под натиском мечей, стрел и магических заклинаний. Ослабевшим голосом прошептав восстанавливающее заклинание, целитель без сил рухнул на каменный пол пещеры.
- Эй, Тонис! очнись же наконец! - темный маг плеснул своему другу в лицо поток холодной воды.
Целитель открыл глаза и тут же зажмурился от яркого света. Они были в холле клана. Все его друзья весело обсуждали убитого дракона и трофеи. Слабо улыбнувшись, Тонис растянулся на полу... Его мечты давно сбылись... У него было все, что можно пожелать. Но не было покоя. Бесконечные рейды, внезапные вылазки, завоевание замков. Все это требовало огромных душевных сил. Это не может продолжаться бесконечно. Усталость... Он заснул там же, в окружении праздновавших друзей.
Приближался рассвет. Пора... Приоткрыв глаза, Тонис убедился, что все спят. Тихо проскользнув к своим вещам, целитель переоделся в потертую и местами порванную робу, которая давным давно досталась ему неимоверными трудами и хранилась на память. На секунду задумавшись и мысленно попрощавшись с друзьями, он достал из сундука собственноручно сделанную флейту из ветки древа жизни. Пора...
***
Прекрасен мир Эльморадена. Шумные города, в которых кипит жизнь, и тихие деревушки, полупустые, но очень уютные.
В одной из такой деревушек в теплый летний день появился появился музыкант. Никто не знает, откуда он пришел, и кто он такой. Да и никому нет дела до нищего человека. Таких множество. Этот музыкант каждое утро приходил на площадь деревни Охотников, садился у лестницы и доставал простую флейту. Он был так неприметен, что проходящие мимо не сразу понимали, откуда исходит музыка. А играть он приходил каждый день. И волшебные звуки его флейты заставляли пританцовывать даже суровую Изаэль.
Его одеждой были лохмотья. Длинные волосы почти скрывали глаза. Но с тех пор, как он появился в этой деревне, никого не
интересовал его внешний вид.
Сначала путники замедляли шаг, что бы послушать дивную музыку. Кто-то стал приходить специально. Кто-то бросал монеты. В жаркие дни добрая гномка из деревни приносила музыканту воды.
Со временем по утрам в деревне стало собираться все больше народу. Скромно улыбающиеся эльфийки ждали музыканта, что бы потанцевать и построить ему глазки. Гномы готовили все необходимые ингредиенты, потому как под волшебную музыку их изделия чаще получались необыкновенными. Великие воины стояли в сторонке, облокотившись на свое оружие. Незатейливая мелодия тронула и их сердца. Она давала им храбрость, силу и уверенность в победе.
Музыкант всегда появлялся тихо. Прокравшись сквозь толпу, он усаживался на свое место, закрывал глаза и снова начинал играть. Волшебный напев менялся как облака в ветреную погоду, оставляя в памяти каждого слушателя что-то, что невозможно выразить
словами, а можно лишь почувствовать сердцем...

 

Spoiler

Серый горизонт с каждой минутой становился все светлее, Рихард, именно так звали стоявшего на часах человека, искренне наслаждался этим зрелищем, каждый рассвет был подобен началу новой жизни, а кому как не монахам, которые поклоняются Эйнхасад, ценить начало жизни. Посмотрев ещё раз на посветлевшее небо, Рихард со вздохом поднялся, нужно насобирать веток для костра.
Осень только начиналась, но утром было уже не очень тепло, да и дети захотят кушать, когда проснутся.С такими мыслями он побрёл к стоящей неподалёку рощице, про себя благодаря Богиню за остановку на границе Долины Святых, пройди они дальше, сбор топлива был бы затруднительным, среди песков и скал не то что хворост, травинку не найдёшь.
Пока Рихард собирает дрова для костра, оставим его в покое и посмотрим на тех, кто все ещё спит. В небольшом лагере, раскинувшимся на самой границе Долины Святых, расположилась небольшая группа монахов одного из храмов Эйнхасад. Собственно, в группе монахов было всего двое: Маркус, немолодой мужчина, который всю жизнь провёл в монастыре и лишь изредка покидал его стены, чтобы совершить очередное паломничество, да Рихард, пришлый монах, который был сведущ в изгнании адских созданий, в народе таких называли экзорцистами. К группе его приставили для охраны. Также с ними отправили пятерых послушников. Детям в возрасте до шестнадцати лет, которые с младенчества воспитывались при храме, предписывалось совершить три паломничества к святым местам, а заодно и посмотреть мир, чтобы решить для себя, оставаться в монастыре или уйти из него по достижению совершеннолетия. Маркус с Рихардом вели группу детей, которая впервые покинула стены монастыря, мальчикам было по пять-шесть лет. Все они были сиротами, родителей одних забрала магическая чума, которую наслала на этот мир Шилен. Родители других погибли в сражениях с монстрами, которые постоянно нападали на мир. Последнюю попытку уничтожить мир предпринял Линдвиор, было это года четыре назад, после этого все они попали в стены монастыря, так что своих родителей ребята не помнили.
-
Небольшая вязанка хвороста упала рядом с кострищем. Рихард аккуратно сложил дрова и начал разводить огонь. Уже через несколько минут в котелке начала готовиться каша, своих спутников он решил не будить, пусть отдыхают, и дети и старый монах изрядно выдохлись за время вчерашнего перехода, а сегодня им нужно будет дойти до центра Долины Святых. Рихард тяжело вздохнул, путь предстоял неблизкий, да ещё и идти придётся окольными путями, ходили слухи, что в долине опять был замечен Фальстон, некогда смелый рыцарь теперь был слугой тьмы и постоянно пытался застать врасплох Баракиэль, когда та появлялась в мире, она отчего-то очень любила место упокоения пророков Эйнхасад. Защитить всех он сможет, для этого его и отправили вместе с группой, но не хотелось бы лишний раз рисковать, лучше уж сделать крюк.
Запах каши и травяного чая разбудил Маркуса.
- Доброе утро, Рихард, — потягиваясь, сказал старик.
- Доброе, — откликнулся Рихард. — Как спали? Спина не беспокоила? — спросил он.
- Да нет, что ты. На свежем воздухе оно завсегда лучше спится, чем в кельях, так что, милостью Эйнхасад, все хорошо. — ответил монах, поднимаясь с лежанки и отряхивая рясу.
- Вот и отлично. Еда готова, пора будить детей, покушаем и будем выдвигаться.
- Да пора бы, но ты посмотри, как сладко они спят, прямо жаль, — Маркус глянул на ребят, и правда, пора их уже разбудить, но они были такими уставшими вчера, что он никак не мог решиться.
- ПОДЪЕМ ЛЕЖЕБОКИ! — с улыбкой крикнул Рихард. Дети вяло завозились в своих спальных мешках.
- Последний моет всю посуду, — решил подстегнуть их Маркус, это подействовало безотказно, уже через минуту все сидели вокруг костра и ели кашу.

Монахи, справившись со своей едой быстрее ребят, отошли немного в сторону, чтобы обсудить детали посещения святых мест в долине.
- Так ты думаешь стоит пройти по западной стороне? — спросил старый монах.
- Да, — Рихард немного задумался, стоит ли беспокоить старика, озвучивая слухи, впрочем, стоит, безопасность превыше всего. — На востоке опять видели Фальстона, этот вампир совсем распоясался и мне не хотелось бы подвергать опасности детей. Отогнать я его смогу, наверное, адские твари не переносят света Эйнхасад, но если он нападёт неожиданно...
- Ты прав, с нами дети, да и я давно уже не тот, — с печальной улыбкой ответил Маркус.
Когда они вернулись к стоянке, дети уже все доели, помыли посуду и начали собираться, за что оба монаха их похвалили. Путешествие протекало спокойно, переходы по три часа чередовались с небольшими передышками, которые нужны были в основном Маркусу. И Рихард и дети-послушники были молоды и привычны к нагрузкам. Остановились на ночь они на верху большого бархана, который возник благодаря ветру, постоянно гуляющему среди высоких скал. Группа разожгла костёр, а после ужина дети попросили рассказать о долине, в которой они сейчас находились. Слушая рассказы монахов, ребята очень быстро уснули, в эту ночь первым дежурил Рихард. Примерно в три ночи он поднял Маркуса и ушёл спать. Казалось Рихард только закрыл глаза как услышал далёкий голос второго монаха...

- Рих... Рихард, — тряс за плечо молодого монаха Маркус. — Просыпайся, пожалуйста, быстрее!
- А? Что такое? — подавил зевок Рихард, садясь на лежанку.
- Дети пропали!
- Что?!
- Ну, я сидел у костра, как тут меня ударили по голове, потом, как только я очнулся, подбежал к детям, троих уже не было.
- Кто? — коротко спросил монах-экзорцист, быстро натягивая на себя небольшой доспех, который до этого покоился на дне походного мешка.
- Альтгейт, Корс и Альмиен — сказал Маркус. — Райм и Намер спят. Мне кажется, это был кто-то очень опасный, я ничего не слышал, а вот Райм проснулся бы от малейшего шума, эльфы, как ты знаешь, очень чутко спят.
- В общем так, буди Райма.
Маленький эльф проснулся от лёгкого прикосновения.
- Райм, пойдём, тебя зовёт Рихард, только тише, — прошептал монах.
Ребенок только улыбнулся и молча последовал за старым монахом, уж что-что, а бесшумно передвигаться светлые эльфы умели, пусть не так хорошо, как тёмные, но все же. Когда они подошли к Рихарду, тот уже поджидал их в кольчуге и наплечниках с небольшим скипетром в одной и сигилем на другой руке, уже не просто монах богини жизни, а опытный экзорцист, готовый преследовать детей тьмы. Он подошёл к мальчику и опустился на колено.
- Слушай, у нас сейчас пропали ребята, Альтгейт, Альмиен и Корс. Но ты не бойся, — поспешил успокоить эльфа Рихард, увидев, как у того предательски задрожал подбородок и в уголках глаз появились слезы, мальчик знал, что мир за стенами монастыря был далеко не безопасным. — Я их спасу, просто мне нужна небольшая помощь. Обойди наш лагерь и проверь, нет ли каких следов.
Райм кивнул и сразу же начал осматриваться, предрассветная мгла не была большой проблемой для глаз эльфа.
- Маркус, иди к Намеру и не отходи от него, можешь даже разбудить, как только Райм найдёт след, начинайте собираться. Если детей похитил этот демон, вам нужно быть как можно дальше от места битвы.
Рихард закончил говорить и заметил, что Райм низко склонился над землёй.
- Вот, я нашёл, — тихо сказал мальчик, когда Рихард подошел ближе, — две пары следов, одни к лагерю, другие от него.
- Спасибо, теперь ступай к Маркусу.
-
Рихард склонился над следами, он не был следопытом, но понял, глубина не изменилась, маленькие аккуратные следы ног явно не походили на то, что оставил бы после себя огромный вампир. К тому же три ребёнка не самая лёгкая ноша, что-то не сходилось. Как бы то ни было, он решил пойти по следам. Напоследок Рихард жестом подозвал к себе Маркуса.
- Друг мой, я пойду за нашим ночным визитёром и постараюсь отбить детей у него, кем бы он ни был. Вы же быстро идите в сторону выхода из долины, там будет мост, а за ним дом торговца льдом, у него сможете переждать опасность, а потом и отправиться домой, — сказал Рихард, сжимая плечо старого монаха.
- Не говори так, мы дождёмся тебя и детей, а потом вместе продолжим путь, — с надеждой в голосе ответил Маркус.
- Пусть так. Если вдруг заметите погоню, сможете укрыться в одной из пещер западнее места, где по легенде появляется посланник нашей богини, ну Вы и сами должны знать о нём. К тому же рассвет близко, все адские создания постараются укрыться до ночи. Ну, с богом, — сказал Рихард и, развернувшись, быстрым шагом пошёл по следу.
- Да пребудет с тобой свет Эйнхасад, — прошептал монах, смотря в спину своего друга и брата по ордену.
-
Дальше была гонка, несмотря на старость, Маркус как мог спешил и сразу же задал быстрый темп. Впервые на отдых они остановились, когда первые лучи солнца осветили долину, были они как раз недалеко от пещеры, где иногда видели Баракиель, одного из ангелов богини света. Да и монах успокоился, вспоминая карту местности, он понял, что совсем забыл о Крепости Монахов, которая находилась буквально в паре часов от них. Туда и решил вести детей.
Прошло примерно полчаса как они остановились на привал, пора была собираться и двигаться дальше. Они только начали подниматься и тут до них донёсся адский нечеловеческий вой. Решено было спрятаться в ближайшей пещере, находилась она в глубоком овраге и сверху была практически незаметной. Быстро подхватив свои пожитки, они бросились к ней, уже внутри, когда уютный полумрак скрыл их в глубине пещеры, Маркус подумал, что надо было бежать к крепости, тут они сами себя заперли в ловушку. Оставалось только молиться.
Минуты тянулись до ужаса медленно, рык, который их так напугал, больше не повторялся и все они немного успокоились. Прошёл час, монах уже подумывал выводить детей и бежать со все ног к укреплённой крепости, где их точно смогут защитить, как вход загородила чья-то фигура. Первыми среагировали дети, они испугано вжались в стену и с ужасом смотрели на вошедшего. Маркус упал на колени и начал молиться Ейнхасад.
- Егей, есть тут кто? — спросил все ещё стоявший в проходе человек.
- Что? Кто вы? Слава богам! — воскликнул Маркус. — Мы тут, спасите нас!
Вошедший человек, нет, не человек, светлый эльф, зашёл внутрь и, как только глаза привыкли к полумраку пещеры, спросил.
- Кто вы? И что здесь делаете?
- Я паломник, путешествовал с послушниками, мы посещали святые места, а этой ночью на лагерь напали и похитили троих детей. Прошу Вас, во имя Евы, возлюбленной дочери Ейнхасад, помогите нам.
Монах присмотрелся к эльфу и обомлел, вокруг того мерцали золотые всполохи, он был одет в магический доспех, на поясе заклинатель вечности, за спиной щит, а не сигиль, судя по всему, он был жрецом светлой богини и героем олимпиады, такой запросто справится с кем угодно, а, значит, дети спасены.
- Да конечно, я вам помогу. Заберём остальных из отряда и будем уходить отсюда, — с лёгкой улыбкой сказал эльф.
- А больше никого и нет, — опустив голову сказал старик. — Мы да ещё где-то в долине похищенные дети и второй монах.
- Ну ничего, я верю что они спасутся, мой отряд остановился недалеко, пойдемте быстрее к ним. И, знаете, я уверен, что смогу уговорить нашего лидера помочь вам, — сказал эльф и направился к выходу. — Вам помочь с вещами? — спросил он у Маркуса.
- Нет, нет. Что Вы. Главное, что с детьми все в порядке, я уж как-нибудь да справлюсь.
- Ну ладно, пойдемте, - эльф лучезарно улыбнулся и пошел к выходу.
Когда они вышли из пещеры, солнце стояло почти в зените, нагревая и песок и робы послушников, но они не обращали внимание на такие мелочи, главное они спасены, а скоро отряд их спасителя поможет найти остальных членов группы. Настроение было радужное.
- Простите, - обратился к эльфу монах, - я совсем забыл представиться. Меня зовут Маркус, а эти послушники - Райм и Намер.
- Ох, да, я тоже совсем забылся, очень приятно познакомиться, - ответил смутившийся эльф, - меня зовут Ластрайн. Клан "Рассветный лист", и даже не спрашивайте, почему такое странное название, - засмеялся эльф.
Дети не смогли сдержаться и расхохотались, не то чтобы шутка была очень смешная, видимо сказывалось напряжение последних часов, да и красивый герой эльф очень располагал к себе.
- Райм, - обратился Ластрайн к молодому эльфу, когда увидел, как тот чуть не споткнулся, - давай я помогу тебе, а ты мне. Возьми мой щит, он немного натирает спину хоть и ничего не весит благодаря зачарованию, а я возьму твою ношу.
- Хорошо, - ответил смутившийся эльф, - спасибо.
- Спасибо, - эхом откликнулся подошедший монах, - он совсем устал, бедненький.
- Да уж, даже не представляю, что им пришлось пережить. Мы уже почти на месте, скоро вы все будете в безопасности, - сказал эльф и указал рукой на большой вход в пещеру.
- Но это же... - запнулся Маркус.
- Да, здесь появляется Баракиель, мы поэтому и выбрали это место, кто лучше Эйнхасад и ее ангелов защитит от любой опасности уставшего путника.
- Ну ладно, раз вы так говорите... Дети, пойдемте быстрее, сейчас вы увидите одно из мест, отмеченных благодатью нашей богини.
- Да, проходите, - сказал эльф, - теперь вы в безопасности.
Огромная сквозная пещера была наполнена светом и Маркус с детьми даже зажмурились сначала. Когда они открыли глаза, увиденное повергло их в ужас. Большая пятилучевая звезда в этом священном месте, на трех из пяти лучей лежат окровавленные тела детей, которые были украдены ночью, в центре пентаграммы тело Рихарда, а в дальнем затененном углу они замечают огромную демоническую фигуру Фальстона. Дальше все происходит как в кошмарном сне, они бросают свои мешки и пытаются убежать, дикий жуткий хохот вампира, кажется у них есть шанс, но тут...
- Примум, — шелестящий шёпот эльфа и за ним вырастает тёмная тень Баньши. — Секунда, — жестокий выкрик, мгновенье и рядом с Баньши возвышается Фантом.
- Убить, — короткий приказ, тени срываются, нападают на детей и тащат их к оставшимся двум лучам пентаграммы.
Все происходит мгновенно, монах даже не успевает опомниться, он без сил падает на землю и только один вопрос читается в его глазах, наполненных слезами: «За что?!». Эльф понимает вопрос, с улыбкой подходя к нему он решает ответить.
- Понимаешь, мне надоело быть героем, — говорит он. — Да и силу можно получить не только приняв свет, но и наоборот, да еще какую силу. Убить, — фантом пронзает мечом тени тело старика.
- Просто надоело быть героем... — задумчиво повторяет он, наблюдая, как последние искры жизни покидают глаза старого монаха.

 

Spoiler: Лекарство от "депрессии"

«Великому Мастеру Олтлину
Гильдия Темных Эльфов
Аден​

Дорогой друг! Прошу прощение за то, что так долго Вам не писал. Со мной произошло невероятное, из ряда вон выходящее событие! Но об этом позже. Сначала хочу искренне поздравить Вас и Вашу невесту с столь долгожданной помолвкой. Да уж, без малого сто пять лет вы добивались руки прекрасной Валентины, и вот, наконец, обрели свое счастье! Я очень рад за вас, за вас обоих.
Те образцы ткани мутировавшего гиганопсиса, которые Вы мне прислали, вызвали бурю обсуждений среди магов нашей Башни. Магистр Гейн (тот похвальбашка с третьего этажа, у которого тайный роман с торговкой оружием Рекс из подвала) предположил, что причиной изменений стал новый вирус, созданный Шиллен. Нет, ну Вы представляете, да? Какая чушь! Эта пагубная страсть к женским особям человеческой расы совсем свела бедного с ума! Естественно, причиной мутации стали вредоносные бактерии, это не вызывает никаких сомнений. И все здравомыслящие маги сразу со мной согласились. Естественно, Гейн нахохлился, как кукабарра, и целую неделю со мной не разговаривал.
Мой друг, хочу поделить с Вами хорошими новостями – мне кажется, Хранитель Портала Мериан сменила свое отношение ко мне на более благоприятное. Клянусь бабушкой Баюма, она два раза состроила мне глазки и один раз улыбнулась! Я все еще сержусь на нее за то, что она негативно высказалась о рыбалке и осталась равнодушной к рассказу о большом палтусе, пойманном мной во время моего отпуска в Гиране. Но я готов простить даже такое пренебрежение за один игривый взгляд ее прелестных черных глазок! И это наглая ложь, что Мериан крутит шуры-муры с Магистром Гаюсом со второго этажа. Эти сплетни разносит Верона, которая сама же и придумывает их со скуки и зависти.
А теперь, мой друг, я расскажу вам о причине моего длительного молчания. Олтлин, у Вас когда-то было такое ощущение, будто окружающий мир теряет свои краски? Один мой ученик, смышленый темный эльфик пятьдесят второго уровня, как-то в разговоре описал интересное состояние, названное заморским словом «депрессия». Это когда грустно, тоскливо и хочется «забиться в угол и страдать». Я не совсем понимаю значение этих эпитетов, но интуитивно чувствую, что что-то подобное со мной и случилось. Магические силы заметно иссякли, я был очень агрессивен и раздражителен. В определенный момент я понял, что не могу больше находиться в помещении и опрометью бросился из Башни. Долго бродил по лесу, избивал монстров и превращал новичков в больших бородавчатых лягух. Поисковая экспедиция нашла меня только через две недели, в Землях Глудио. Я как раз ради собственного развлечения изображал людоеда – носился Руинами Страданий в одной набедренной повязке, скалил зубы и пугал путешественников. Можешь мне поверить, это у меня получалось просто великолепно, недаром я закончил с отличием театральные курсы при начальной школе в Деревне Говорящего Острова! Что самое странное – я до сих пор не могу объяснить причину моего поведения. Магистр Гейн заикнулся было о безумии, но моя милая Мериан быстро поставила этого выскочку на место. Так или иначе, я бы с радостью выслушал Ваши комментарии по этому поводу, потому прилагаю подробное описание симптомов и акт, составленный на месте моей поимки в Руинах. Надеюсь, совместными усилиями мы сможем найти возбудитель странной болезни под названием «депрессия» и создать эффективное лекарство от нее.
Какие планы у Вас на Рождество? Буду очень рад, если Вы и Ваша достопочтенная невеста нанесете мне визит в Башню Слоновой Кости с 25 по 30 число следующего месяца. Мы сможем составить список экзекуций на случай нашествия больших бородатых стариков в красных шубах. Помниться, в прошлом году в назидание молодежи мы оторвали рекордное количество носов. С уважением, дружбой и безграничной преданностью, всегда Ваш,

Магистр Ладд,
Гильдия Темных Эльфов
4-ый этаж, Башня Слоновой Кости»​

 

Spoiler: Надоело быть героем

Пролог
– Папа, а расскажи еще раз историю о том, как ты победил злого принца фей.– Просила девчушка, сидящая на коленях у старого рыцаря.
– Ну может хватит уже? Мы уже слышали эту историю раз десять. – Недовольно отзывался мальчик постарше.– Лучше расскажи нам историю о павшем герое.
– Вот еще что удумал! Хочешь, чтобы сестра не спала несколько ночей, плача от приснившихся кошмаров? – В комнату вошла женщина и недовольно уставилась на сына.
– Давайте за стол, а мы пока поговорим с отцом.
– Ураааа! Ужинать!
Мальчик вышел из комнаты, фыркнув на сестру, которая показала ему язык и бросилась вперед его. На какую-то секунду он задержался, услышав отрывок разговор родителей.
– … Ты должен забыть о том дне…
– Победитель дракона устроил бойню в замке… говорят, что….
– Тссс, говори тише!
Ребенок надул губы. Вот так всегда. Секретничают за закрытыми дверями. Ему уже одиннадцать, он достаточно взрослый, чтобы узнать правду. Ему не хотелось оставаться дома. Пусть едят сами, без него!
Он открыл дверь и вышел на улицу, освещаемую фонарями. Заходив туда-сюда, он начал придумывать историю павшего героя на основе услышанного. Кем он был и что сделал такого ужасного.
– Эй, мальчик.
Он оглянулся на женский голос. На углу дома стоял силуэт, закрытый плащом. Изящные пальцы поманили его к себе, и он разглядел серый цвет кожи. Это ничуть не испугало его -в их городке было много темных эльфов.
– Хочешь услышать историю о павшем герое? – Она откинула капюшон, и белоснежные волосы раскинулись по плечам.
Мальчик сорвался с места и подбежал к эльфийке, отступившей на шаг обратно в темную подворотню.
– Хочешь услышать эту сказку?
– Да, расскажите.
– Конечно. – С мягкой улыбкой ответила она. – Смотри!


Глава 1: Проникающий яд

Скрип механизмов и качка никак не давали ему поспать после долгого путешествия от Адена до Причала воздушных кораблей. Там его встретили восторженные и обнадеженные лица солдат и усталых чародеев. Каждый торопился выразить ему свою признательность и радость, что король решил оказать им помощь в борьбе со злом. Капитан, старый маг, молча пожал герою руку. Очевидно, он не в первый раз видел таких "спасителей" и прекрасно знал, чем заканчиваются подобные авантюры.
– Против этой тьмы нет спасения. – Сказал он, вышагивая по палубе твердыми и широкими шагами.
– Я не опрометчивый юнец, чтобы бросаться в бой неподготовленным. Я знаю, на что иду, и у меня есть тактика.
-Тактика. – Хмыкнул старик. – Я отправил обратно на континент не один десяток тел. Посмотрим, ступит ли ваша нога еще раз на палубу этого корабля, или на него внесут связанный саван.
Однако, Эдгара не запугали эти слова. В конце концов, он был знаменит на весь Эльмораден, как победитель Линвиора. А для обитателей Грации его прозвище приобретало и вовсе особенный смысл. Как-то раз рыцарь даже краем уха услышал перешептывания среди солдат, называющих его по-своему – Укротителем ветра.
Это вовсе не льстило ему. За столько лет он привык и к восхищенным взглядам молодых воинов, и к поклонам простого люда, и к тому, что от него всегда будут ожидать больше того, на что он способен. Он сохранял спокойствие, стараясь пропускать мимо ушей пустые разговоры, стараясь сосредоточиться на деле. Он более не верил в удачу, как в юности, и получив достаточно жизненного опыта, осознал для себя, что важны лишь две вещи – умение пользоваться оружием и стратегия.
Эдгар неровным шагом прошелся вдоль коридора и поднялся по лестнице на палубу. Почему-то на открытом пространстве не так шатало, как внутри корабля, хоть ветер дул нещадно, раздувая плащ так, что он окутывал ноги и мешал идти.
Капитан, стоящий на помосте у штурвала, что-то прокричал, и команда тут же засуетилась. Несколько человек бросились к носу корабля, а один из эльфов ловко забрался на марс по мачте.
Эдгар узнал в этой команде готовность к бою, но корабль летел ровно, вокруг было все спокойно. Да какой враг, кроме как пары ворон, мог их атаковать?
– Что происходит? – Спросил он, поднимаясь на площадку.
– Смотрю, сон никак не идет.– Усмехнулся капитан, продолжая щуриться и всматриваться вдаль. – Шли бы вы в каюту и поберегли силы для встречи с местными обитателями.
– Не очень-то хочется спать, когда вокруг такой переполох.
– Право ваше, смотрите на эту красоту, сколько хочется. Но когда будем пересекать врата, лучше вам укрыться.
Рыцарь недоуменно поднял бровь, на что старик, усмехнувшись, указал ему пальцем вперед.
На горизонте голубое небо окрашивалось в темно-синий и серый цвет, словно там сконцентрировались грозовые тучи. С разной периодичностью сверкали белые вспышки, пока отдававшиеся едва слышимым раскатом. Направление ветра начало резко меняться: один поток перебивал другой, отчего ткань парусов ходила туда-сюда. Корабль начало покачивать, как на настоящих морских волнах.
Капитан крепко сжал штурвал и отдал еще одну команду. Двое магов тут же зажгли маяки. Помимо того, что они мигали бирюзовым сиянием, внутри них образовывали сгустки энергии, которые с жужжанием начинали двигаться по разной траектории. Корабль тут же выровнялся и уверенно пошел по заданному направлению.
Рядом начали мелькать ниоткуда взявшиеся каменные глыбы, парящие в воздухе. И чем дальше, тем больше они собирались в массивы полуарок и столбов, напоминавших разрушенные строения Гигантов.
– Здешнее настроение непредсказуемо. – Пытался перекричать шум двигателей и раскаты грома капитан. – Металл притягивает молнии, так что уйти с палубы будет лучшим решением. Вы уже доказали свою храбрость, направившись в этот обреченный континент.
На этот раз рыцарь решил согласиться и спустился с помоста в каюту. Любому изнеженному дворянину эта комнатушка показалась бы невозможно маленькой, а перина кровати набитая соломой – жесткой, но не Эдгару. Он, как в далекие для него походные времена, скрутил плащ и положил его под голову. Глухой шум и качка никак не давали ему заснуть, и он еще долго размышлял об ожидающем его по прибытии в Грацию, пока постепенно сон не завладел им.


– Ты не можешь! Нельзя! Мама не велела! – Пронзительно кричала девочка, пытающаяся догнать старшего брата.
– Все я могу.
– Нет! Нет! – Никак не отставала она от него.
Сестра следовала за ними на расстоянии, желая узнать конец этой авантюры.
Ему было около пятнадцати. Он всегда выигрывал в их импровизированных дуэлях, и даже сражался на настоящих мечах с несколькими стражниками, которые относились к нему снисходительно и дружелюбно. Для своих лет он был сильным, быстрым и ловким. А еще очень зорким и сообразительным, подмечавшим каждое движение соперника и находившим его слабые точки. Он умел подгадать время, когда один нанесенный удар обеспечивал ему безоговорочную победу.
Но одно дело побеждать в таких юношеских драках, и совсем другое – замахнуться на настоящий турнир, со своими правилами, где участвовали опытнейшие воины.
– Тебя побьют! – Заплакала девчонка. – Нельзяяя!
Эдгар был непреклонен, твердым шагом приближаясь к стене, отгораживающей бедный квартал от верхнего города, где располагался богатые дома, храм Эйнхасад и арена. Никто из детей кроме него не посмел переступить эту границу, даже его сестра, заливаясь слезами, осталась стоять на месте, наблюдая за отдаляющейся фигурой брата.

– Нельзя.
– Это еще почему?
– Нельзя. Ты откуда пришел, мальчишка?
– Это так важно?
Управляющий олимпиады слегка поклонился проехавшим мимо верхом на конях воинам и магам, которые пересекли мост и скрылись за стенами арены.
– Эй! Я с вами разговариваю!
Мужчина недовольно посмотрел на надоедливого мальчишку и устало выдохнул.
– Слушай, парень, в Олимпиаде принимают участие только дворяне. Те, кто имеет титул, положение, звание. Иди домой, помогай родителям и не морочь мне голову. Это все лишь выглядит так маняще и красиво, на самом деле мечта стать Героем призрачна, за ней не стоит гнаться.


Его разбудил громкий стук в дверь и голос, известивший о скором прибытии к месту назначения.
Оруженосец помог Эдгару надеть пластинчатый доспех, что-то тараторя о полете.
– Солдаты как? – Перебил он слугу.
– В боевом настроении, господин. Многим не терпится увидеть красоты Грации.
Может когда-то это и была красивая земля, но сейчас перед их глазами предстал один из островов, казавшийся бы абсолютно безлюдным, если бы не стоящая у причала группа людей, подающая сигналы кораблю. Ни какой-либо зелени, ни реки или озера, ни видимых людских построек – один серый камень и странные зеленые и коричневые наросты, да огромное куполообразное возвышение в центре. Оглянешься вокруг, так на всех мелких островках такая же картина.
– Добро пожаловать, посланники Адена. – И старик-капитан, слегка склонив голову, обратил внимание на эльфов, которые поднялись по скинутому на землю мостику.
– Офицеры Клемис и Лимиэр. Они опишут вам ситуацию и проводят до ставки.
Эдгар без удивления отметил, что одним из представленных офицеров была женщина. В последнее время это было обычным делом: слышать о женщинах-солдатах. Он даже встречать на полях сражений женщин-генералов.
– Вы потоните в жиже в своих тяжелых доспехах. – Сухо отметила Лимиэр.
– Что, уже бывали случаи? – Попытался отшутиться рыцарь, но его слова прозвучали раздраженно.
Эльфы только пожали плечами и легко спрыгнули на казалось бы твердую землю. За ними прыгнул и рыцарь, отчего во все стороны полетела зелено-желтая слизь. Он и правда по щиколотку утопал в этой дряни, похожей на миллионы перемолотых слизняков. И запах стоял невыносимый. Издалека было еще терпимо, но по мере продвижения в центр острова он усиливался, заставляя зажимать нос. Кто-то из солдат, не выдержав, согнулся пополам, и скудный завтрак покинул желудок.
Эдгар и сам едва сдерживал рвотный позыв. По сравнению со здешними ароматами, любое смердящее чудовище бы пахло как надушенный платок эльфийки. Это был запах гниения и тухлятины, будто кучи оставленных трупов разлагались под палящим солнцем; отвратительный, острый, забивающий нос и моментально впитывающийся в одежду и волосы. Как только мог кто-то оставаться здесь дольше пары минут?
Клемис без усмешки протянул холщовый мешочек.
– Возьмите, это отобьет запах.
Рыцарь, благодарно кивнув, принял дар и, помяв сушенные травы, развязал узел и сделал вдох. Нос моментально забился пряно-душистыми нотами, напомнив ему в такой не подходящий момент о родном доме. Он передал травы дальше, мучающимся солдатам, а сам вгляделся в возвышающееся логово.
Все чудовища любили места поужаснее и помрачнее. Но это скорее вызывало отвращение, нежели страх. Издалека убежище твари казалось нагромождением камня и наполовину сгнивших огромных лиан. Но при ближайшем рассмотрении появлялась мысль, что это убежище живое, дышит и следит огромными круглыми выпуклостями, заполненными переливающейся слизью, которые и делают их похожими на глаза. Стены были защищены огромными шипами, с концов которых стекал яд; из земли вверх, к центру, росли огромные полые опоры, по которым медленно перетекала тошнотворная жижа.
К удивлению Эдгара логово не было полностью защищено и неприступно, как он ожидал. В самом центре был проход внутрь, довольно большой и ровный, чтобы можно было предположить, что его пробили солдаты. Скорее всего, так решило поиграться само чудовище, зазывая в приготовленную ловушку.
– Кто вами командует?
– Всеми войсками командует адмирал Кецерус. Главная ставка находится на базе Альянса. Тут же мы находимся под подчинением командира Ковальдира.
– Отведите меня к нему и представьте. Я хочу побыстрее избавиться от этой дряни.
– Вы думаете, это будет так легко? – Высокомерным тоном спросила эльфийка.
Рыцарь ругнулся про себя, упомянув Грен Каина. До чего же, все-таки, высокомерны эти эльфы! Умудряют дерзить даже тем, кто стоит выше их. Всегда думают, что знают как сделать лучше, но на деле не понимают ничего. Раньше он бы высказал все, что думает об расе вслух, но сейчас его статус героя Эльморадена не позволял ему такой грубости.
– Тактика. Вот что помогает побеждать людям. Так что я прибыл сюда не просто так мечом помахать, рубя мелких тварей.
– Тогда обсудите вашу тактику с командиром и получите от него согласие на ваше наступление.

Эдгар никак не ожидал, что командующим этого отряда будет орк. Ковальдир как минимум на голову возвышался над остальным, а в плечах был в полтора раза шире самого Эдгара. Не самый грозный и уродливый из орков, но точно внушавший трепет. В глаза сразу же бросался алый знак на его груди, будто выведенный кровью.
– Ооо, герой Эльморадена! Победитель Линвиора, сер Эдгар! – С громогласным рыком поприветствовал его командир и протянул руку.
Этот жест немного смутил рыцаря, привыкшего к иному приветствию. Кроме того, было неловко чувствовать, как его ладонь в латной перчатке с силой сжимает чужая, более крепкая.
– Рад Вас приветствовать в Семени Разрушения. Я бы с удовольствием пропустил бы с Вами на материке пару кружечек огненного напитка, и послушал бы истории о Ваших победах и поделившись своими, но ситуация обязывает говорить о делах.
– Да, мне бы тоже хотелось побыстрее сразиться с тварью и ступить на более твердую землю, где не так смердит.
– Вы еще внутри не были. Там и умереть от запаха можно. Если бы не шлем, – и он повел в сторону огромного шлема причудливой формы, украшенного рогами буйвола,– то точно бы отправился к Паагрио.
– Внутри? Все таки можно туда попасть?
– Не совсем. Мы отправляли на разведку эльфов, они не так тонут в этой жиже. Я даже спускался сам, но все бестолку. В центре этого логова есть огромный кокон с множеством прожилок. Стоит их задеть, так во все стороны летит слизь. Она ядовита, разъедает кожу до костей, стоит только паре капель попасть. Так ни один солдат погиб. Мечи не могут разорвать эту пелену, сколько не руби. Тварь хорошо забаррикадировалась.
Эдгар задумался, сложа руки на груди. Ситуация немного усложнилась, но не так критично. В его голову уже пришла определенная мысль, как...
– Это место, где зреют семена тьмы, а потом, подхваченные ветрами, разлетаются и заражают другие острова. Если прислушаетесь, то услышите сердцебиение семени и вой. Там, в самом сердце, затаилась мать всех чудовищ разрушения, чудовищная служанка Шилен. Она порождает других тварей, заполняющих континент Грации.
Опять высокие и красивые слова, в которых мало содержания. Опять от Лимиэр, которая уже начинала раздражать рыцаря. Стоит заслужить почет, славу, титул Героя, так сразу найдется с десяток тех, кто любит давать советы и указывать на твою ограниченность в каком-то вопросе. Однако сами они не представляют собой ровным счетом ничего, и предпочитают отсиживаться в убежище.
– Ваши эльфийские тактики знают, что такое баллиста? С ее помощью можно будет пробить кокон на расстоянии, чтобы слизь не попала на солдат, и прорваться внутрь.
– Истхина так просто не пустит вас в свое убежище.
– Я пробую и делаю. Не получается – разрабатываю другой план. Но никак не сбегаю и не сижу сложа руки, убивая мелких тварей вместо корня зла. Был бы я и другие герои не такими, то весь мир был бы уже окутан тьмой.
– Добро! Давайте приказ вашим солдатам к подготовке орудия, а мои окажут поддержку в самой битве.
Эдгар, кивнув Ковальдиру, развернулся и направился к своим подчиненным.
Король возлагал на него большие надежды, и он никак не мог подвести его. Мало получить титул, надо его защищать и подтверждать. Здешним обитателям нужна помощь, а что может быть лучше очередного подвига? Слухи по миру разносятся быстро, хотя Эдгару уже мечталось стать незаметной тенью, от которой не ждут великих свершений, которую не удушают геройские лавры.
– Все-таки, мы не зря погрузили на корабль орудия. – Сказал он подоспевшему к нему офицеру. – Готовьте баллисту.


Он расправил засученные рукава рубашки и накинул на плечи кожаный дублет.
То, что они были не в Руне, где сейчас царил такой переполох, что дворян на улицах было больше, чем крестьян, уже не так расстраивало его. Можно было спокойно потренироваться, собраться с силами, а не ерзать на месте, подхватив общее паническое настроение. К тому же, в это решающее время рядом с ним была она.
Он взглянул на тонкую фигуру девушки, которая на фоне огромной виверны, неизвестно как ею прирученной, и вовсе выглядела тростинкой.
Эдгар не скрывал от нее свою сокровенную мечту о звании героя. Да, он хотел прославиться на весь континент, как бы глупо и амбициозно это не звучало для большинства. Но она не смеялась над ним и по мере сил помогала. Но услышав, что он хочет участвовать в наступлении на алтарь, где обустроил свое логово Линдвиор, она сильно расстроилась. Некоторое время она пробыла в Башне Слоновой Кости и вот, буквально на днях, отыскала его в Руне.
Молодая колдунья погладила огромного ящера по шее, отчего тот довольно заворчал и, широко раскрыв пасть, издал тонкий рев.
– Хорошая девочка, хорошая. – Девушка повернула к Эдгару голову и как бы невзначай задала вопрос.
– Целая армия готова выступить. С собой они потянут катапульты, но много ли вреда причинит камень огромному дракону? Представь: Линдвиор больше Каас в десятки раз. Ветра, что он поднимет своими крыльями, разметут все фаланги по огромной площади. Мало какая магия удержит его на земле.
-Но ты ведь знаешь способ, Стар?
-Я кое-что нашла, разбирая библиотеку в Башне. Гиганты многого достигли в свою эпоху и оставили нам много загадочных изобретений, к которым нужно всего лишь найти ключ. – Девушка подошла ближе и с таинственной улыбкой погладила Эдгара по лицу. – Я не хочу, чтобы ты погиб, преследуя свою мечту. Я знаю способ обессилить Линдвиора. Тебе только надо держаться подальше от самого пекла и помочь мне с тем, чтобы добраться до вышки. И вот еще что...
Она отошла и принялась копаться в сложенных вещах и мешках. Наконец еле-еле достала оттуда огромный сверток высотой почти с нее и, опустившись на землю, поманила Эдгара.
Стар развязала несколько узлов и раскрыла слои ткани.
Перед ним лежал огромный двуручный меч, сталь которого переливалась красноватым сиянием.
– Убийца драконов.


– А если первый снаряд не пробьет кокон, то сколько уйдет на перезарядку?
– Полминуты. Для солдат это отточенное действие.
– Использовали это и при битве с драконом.
Эдгар промолчал, дав себе обещание никогда не вспоминать тот день.
Они расположили баллисту перед самым входом, направив ее на возвышающийся вдалеке кокон. Все как и описывали ему ранее: опять эта слизь, прожилки и пульсирующие отростки, невыносимый запах тухлятины. Но тут было вовсе не так темно, как он думал. Кокон словно светился изнутри, освещая все странным желтоватым светом, что, пожалуй, играло им только на руку.
Один солдат удерживал крюк в ожидании приказа. Другой был готов по сигналу намотать веревку на ворот, приготовив орудие для нового выстрела, а третий – положить один из заготовленных снарядов.
Вокруг все стихло. Эдгар не слышал ничего, ни одного звука. Ему даже начало казаться, что его собственное сердце перестало биться, настолько эти мгновения ожидания были невозможны.
– Огонь!
Секунда, и раздался мерзкий влажный звук, а затем шипение. Удар разорвал преграду. Слизь и ядовитый сок со всплеском брызнули во все стороны. Если бы там был человек, то он бы наверняка превратился в обугленный кусок мяса.
– Быстрее! Перезаряжайте баллисту! – Закричал Ковальдир.
Эдгар пытался разглядеть хоть что-то среди зелено-желтого месива. Он не сомневался, что еще первый удар образовал брешь, достаточную, чтобы солдаты пробились внутрь, но еще один снаряд уже мог задеть саму Истхину, что очень бы им помогло. Второй удар был менее звучным. Он пришелся рядом с первым и пробил один из отростков, из которого начал вытекать сияющий сок.
– Вперед! – Подняв меч над головой, прорычал орк, и солдаты послушались его приказа.
Эдгар на какую-то секунду застыл на месте. Всегда находятся желающие вперед тебя вкусить плод победы и выйти на передний план, отобрав ветвь первенства в деле. Ну уж нет. Не в этот раз.
Он тоже отдал приказ о наступлении. В этот самый момент, когда, желая надеть шлем, он поднял его над головой, рыцарь поймал на себе взгляд.
Прямо на него смотрела темная эльфийка. С былыми, как снег, волосами, украшенными замысловатым украшением. Ее фиалковые глаза горели диким, обжигающим огнем, а в снисходительной улыбке было нечто притягательное и располагающее. Все ее выражение лица было одновременно гордым и спокойным, но при этом таким, словно в голове ее блуждали бесстыдные мысли.
На какую-то долю секунды металл закрыл глаза, но когда шлем сел, и Эдгар вновь мог посмотреть перед собой, никакой эльфийки уже не было.
"Темная? Что тут делает темная?" Впрочем, он тут же успокоился.
"Этим отрядом командует орк, а ты еще удивляешь такой возможности."
Эдгар с трудом попытался отогнать подобные мысли, но образ до сих пор стоял перед глазами. Надо было сосредоточиться. Сначала чудовище, а уже потом можно разыскать среди солдат эту женщину. И он, насколько можно было быстро бежать по этой жиже, бросился вглубь логова.
Ковалдир уже стоял у самой дыры в коконе, осторожно заглядывая внутрь. Логово будто стало умирать, и ранее лучившийся из него свет постепенно затухал.
– Маги! Пусть маги зажгут свет!
Тут же в воздухе стали появляться несколько белоснежных сфер, которые нещадно били по глазам.
Рыцарь как-то прорвался вперед к командиру через толпу людей и эльфов.
– По пять солдат с вашей и с моей стороны. И два мага, чтобы освещали путь. Остальные должны остаться здесь, чтобы ожидать приказа.
На этот раз орк согласно кивнул и пропустил Эдгарда вперед.
Он ступил несколько шагов в неизвестность, пока свет от сферы не осветил пространство
вблизи.
К его удивлению, поверхность под ногами была твердой, и даже из земли росли пожухлые травинки. Тишина, опять мертва тишина, будто не было тут никакого чудовища. Ничего. Насколько пространство было освещено, вокруг виднелись только стены кокона, уходящие вверх.
– Где оно? Где эта Истхина?
– Будьте начеку!
Они шаг за шагом двигались вперед.

Эдгар был готов свариться в доспехе, настолько невыносимая стояла жара. А главное, воздух был спертым, тяжелым, что не возможно было дышать. В голову будто ударил хмель, и перед глазами все начало плыть. Тело стало тяжелым, неповоротливым, ноющим от невыносимой усталости.
– Ничего.
– Ищите дальше!
Эдгар, обойдя по периметру кокон, вновь встретился с орком.
– Обманка. – Ковальдир снял шлем и смачно сплюнул на землю. – Вот хитрющая тварь, чтобы я...
– Коман...дир...– Эхом отдался дрожащий голос солдата.
Все резко повернулись на голос.
Он смотрел куда-то вверх. Вся его фигура дрожала, так сильно, что казалось, что солдат вот-вот свалится без чувств. Наплечники и шлем его доспехов были залиты полупрозрачной серой слизью.
– Посветите! Сферу вверх!
Шары света устремились под купол.
На самом верху, цепляясь за стенки крыльями и отростками, пряталось чудовище.
– Ловушка! Бежим!
– Лимиэр! Бегиии, Лимиэр! – Закричал эльф.
Эдгар почувствовал, как что-то тянет его и не дает сделать шаг. Из земли появилось множество отростков, которые пытались поймать убегающих.
Один из солдат споткнулся и упал. Растения тут же опутали его тело и стали затаскивать под землю. Бедняга кричал и пытался вырваться, но не смог. Кто-то бросился ему на помощь, но было поздно.
Эдгар замахнулся мечом и срубил под самый корень несколько побегов, продолжив бежать вслед за другими.
Рыцарь увидел, как пробитая дыра в коконе затягивается, перекрывая им путь к отступлению.
– Бегите! Быстрее!
Оглушительный шорох сотни раскрытых птичьих крыльев и влажный звук, сопровождаемые безумным человеческим смехом. Истхина преследовала их, смеясь над глупостью и беспомощностью тех, кто посмел бросить ей вызов.
Один из магов резко обернулся, решив вступить в бой. Он сконцентрировал в ладонях огненный шар и пустил его в монстра. По-видимому, маг не промахнулся: позади что-то взорвалось с мягким звуком, а затем раздался оглушительный вой и запах паленого. Победоносная улыбка быстро сошла с лица мага, когда сверху на него упала ядовитая жижа. Эдгар зажмурил глаза, не желая видеть, как сок разъедает кожу и плоть. Маг кричал нечеловеческим голосом до тех пор, пока слизь не залила рот.
"Ее можно победить."
"Это самоубийство!"
"Ты же герой! Герой Эльморадена! Победитель Линдвиора. И боишься?!"
"Я не герой!"
Лимиэр в последние секунды успела проскользнуть в закрывающийся проход. Стенки кокона срослись, заперев их в ловушке вместе с монстром. Кто-то из солдат рубанул мечом по преграде, и лезвие без труда полностью вошло, не оставив на стене и трещины.
– Сражаемся! Прикрывайтесь щитами – сверху падает эта дрянь! Осторожнее! Смотрите куда ступаете! Помогайте друг другу! Клемис, защищай мага!
Эдгар повернулся лицом к наступающими чудовищу.
– Покажем этой твари! – Зарычал рядом Ковальдир.

Когда дыра в коконе начала затягиваться, солдаты с той стороны попытались мечами вновь расширить ее, но все было бесполезно. Стены будто были живыми и восстанавливались быстрее, чем наносились удары. В последнюю секунду показалась фигура эльфийки. Ее схватили за руки и помогли выйти наружу.
Она обессилено упала на одного из мужчин и медленно замотала головой из стороны в сторону. Глаза ее были пустыми, а губы что-то тихо и неразборчиво шептали.
– Офицер! Офицер!
Кто-то дал ей пощечину, приведя в чувства.
– Быстрее, Истхина там… Зарядите баллисту! Спасите их!


Линдвиор и правда был огромным. Он несколькими движениями хвоста мог бы разрушить целый Аден. Стар была права: ветер, что он поднимал своими крыльями, относил людей и лошадей на несколько метров и ломал орудия.
Колдунья держалась храбро. В ней не было ни капли внешнего испуга, как ранее в лесу, когда она прощалась со своей виверной. Она объяснила, что Каас в предстоящем бою было бы опасно, дракон запросто бы разорвал ее любимицу.
– Еще немного. Совсем немного! – То и дело оборачивалась она к нему, пытаясь заставить древнее устройство работать.
Их бы назвали дезертирами. Как только армии оказались на площади, пробудив Линдвиора ото сна, Эдгар и Стар, стараясь быть незаметными, двинулись к возвышающейся башне. Как чародейка узнала, что там был лестница, он и догадаться не мог. Но теперь они стояли на площадке и смотрели на дракона с высоты его полета.
-Пожалуйста! Пожалуйста! Работай! – Отчаянно молила Стар.
Это было огромное каменное кольцо, которое удерживало тусклый кристалл. По камню были вырезаны полосы, ведущие в одну точку, к плите, над которой сейчас трудилась колдунья.
Эдгар смотрел на происходящее внизу сражение с некоторым сожалением. Это был неравный бой, нет, даже бойня. Что мог сделать рыцарь против огромного дракона? Да удары меча по его чешуе – легкое надоедливое покалывание, а заряды боевых заклятий – не более, чем фейерверк. Снаряды промахивались, или дракон разбивал их ударом хвоста, что осколки уже летели на атаковавших людей. Некоторые герцоги уже отдали приказ к отступлению, и часть сил стягивалась назад, к выходу из алтаря.
Юноше было жаль, что он не был снизу, не сражался с остальными, а прятался тут, в безопасности.
– Эдгар! Получается!
Окружающее пространство запульсировало, и волны стали расходиться по воздуху, передаваясь и их телам. По вырезанным линиями, как кровь по венам, побежал красный свет, и кристалл зажегся изнутри. Еще минута странного звона, и устройство начало вращаться.
Девушка в порыве чувств бросилась к нему на шею и поцеловала. На ее щеках полыхал алый взволнованный румянец, а выбившиеся из пучка локоны липли к вспотевшему лбу.
– Мы сделали это, Эдгар! Это усыпит его, и ты сможешь сразить его мечом. – Прошептала она и отступила назад.
Линдвиор взревел и затопал на месте лапами. Дрожь земли отдалась и по площадки, и Эдгар вновь обнял Стар, боясь, что та не удержится. Но колдунья радостно смеялась и все хотела подойти к краю, чтобы посмотреть вниз.
– Осторожнее, Стар!
– Да ладно тебе..! – Она вырвалась из его рук и отбежала. – Он... движется. Видимо понял, что отсюда исходит усыпляющая волна.
– Но он же не нападет на нас?
– Нет, посмотри сам. Он уже еле на лапах стоит!
В ее голосе было столько победного восторга, что Эдгар спокойно выдохнул. Надо было спускаться вниз и уже самому поорудовать мечом.
Он едва удержал равновесие, когда первый удар пошатнул башню. Стар, стоявшая на самом крою, вскрикнула и упала на колени. Линдвиор отказывался так просто сдаваться, ударив хвостом по выкачивающему из него силы сооружению.
-Стар! Стар, держись!
Юноша побежал к девушке, а дракон занес хвост для нового удара.
В следующие секунды Эдгар споткнулся о выехавшую из кладки плиту и полетел носом вниз. Колдунья, тянувшая к нему руку, исчезла с площадки, и он почти ползком добрался до края.
– Стаааар!
Она висела, цепляясь кончиками пальцев о край камня пролетом ниже. В нее огромных глазах был холодящий ужас, а по щекам бежали слезы. Она кричала ему что-то, но ветер уносил ее слова. Эдгар слышал только ее протяжный плач.
– Стар! Держись! Стар!
Он никак не мог достать до нее. Не было ни веревки, ни того, за чтобы она могла ухватиться. Ее пальцы до побеления цеплялись за камень. Но было ясно, что она не выдержит больше.
– Стар...
Не было слышно рева дракона и другого более близкого и тонкого крика.
Ее фигура отдалялась от него. На какую-то секунду ее образ застыл и навсегда остался в его памяти. Лента, связывавшая волосы, развязалась, и черные локоны разлетелись по ветру. Она отчаянно тянула к нему руки, прося помочь ей. И столько ужаса и боли было в ее глазах, что вспоминать это стало самым страшным для Эдгара кошмаром.
Он зажмурил глаза перед самым ее столкновением с землей.
Горький ком застрял в горле, не давая ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Даже виверна, стрелой бросившаяся за хозяйкой, не смогла ее спасти, и теперь кружила над драконом, приближавшемуся к нему.
Когда Эдгар вновь открыл глаза, Линдвиор уже стоял рядом с башней. Подняв морду с узкими глазами-льдинками, дракон угрожающе раскрыл пасть.
Юноша встал с колен, наблюдая, как Каас пытается атаковать более крупного зверя. А тот, пусть и ослаблено, но клацает пастью, пытаясь от нее отбиться.
Он мечтал стать героем. Чтобы его имя прославляли по всему континенту, а теперь...
Он крепко сжал обоими руками меч. Убийца драконов. Если он не выживет, то погибнет вместе с ней. А это тоже немалое утешение.
С этой мыслью он, разбежавшись, прыгнул вниз на дракона.


"Ее можно убить."
Эта твердая мысль вселяла веру. Ее брало оружие, сталь ранила ее. От ударов ее щупалец можно было защититься щитом. Она была медленной, неповоротливой и даже, если можно было сказать так, неопасной. Да, гораздо большую проблему представляло не само чудовище, сколько пространство, которым она управляла. Эта ядовитая слизь, падающая сверху и корни, затягивающие под землю.
Тактика была простой, напомнившей ему детское время. Наносишь удары и отбегаешь в безопасное место. Пока одни отвлекают, другие накапливают силы для удара и предупреждают о возможной опасности.
Эта Истхина, как ее назвали эльфы, представляла собой некую уродливую химеру – помесь различных животных и насекомых. Огромная туша с паучьими конечностями, которые она использовала, как лезвия для атак. По бокам у нее были круглые наросты, похожие на яйца с личинками. А наверху, помимо ломанной формы крыльев возвышалась фигура женщины, закрытую перьями голову которой венчала пара изогнутых рогов.
Наносить ей удары было едва ли полезнее, чем рубить себе проход в стене. Маг был слишком занят для создания атакующего заклинания, укрывая от яда невидимым щитом и замораживая отростки из земли. Надо было наносить удар выше. Там, где расположено сердце. Нужно поразить женскую фигуру.
Из четырнадцати вошедших в зал, в живых осталось семеро, не считая Лимиэр.
– Ковальдир! – В какой-то момент Эдгар снял шлем и откинул прочь. – Ковальдир!
Распаленный битвой орк моментально оказался рядом.
– Помогите мне! Ваш щит! Воткните его в тушу, так я смогу допрыгнуть до нее.
На этот раз командир не стал геройствовать, а согласно кивнул головой. Да и подобный прием был не выполним для огромной орчьей фигуры.
Эдгар покрепче сжал меч. В такие важные моменты его сердце замедляло темп, дыхание выравнивалось, а тело было абсолютно расслаблено. Вдох-выдох, и осознание готовности нанести правильный, идеальный удар. В голове была четкая картинка, как он бежит, заносит меч и рубит. Рыцарь был готов в точности воспроизвести это представление в реальности.
Пока Истхина отбивала удары трех солдат, Ковальдир, приподняв щит, ринулся к ней.
Металл вошел в мягкую плоть почти наполовину.
Чудовище взревело, обхватив голову руками, и стало дергаться из стороны в сторону, скребя лапами по земле.
– Яд! Яд!
Эдгар не услышал предостережения и не почувствовал, как из множества спор в стенах пошел ядовитый пар. Он с необычайным для него проворством запрыгнул на щит и, оттолкнувшись, занес меч.
-Умри, тварь!

Разъяренный болезненный крик услышали даже солдаты, находившиеся снаружи. До этого момента ни один из снарядов не мог пробить кокон: его стены просто поглощали камень. А теперь, когда весь остров отошел от дрожи, Лимиэр отдала приказ еще об одном залпе.

Она со слезами прижала к себе выбравшегося Клемиса и взволнованно осмотрела его. Жить будет, а ожог не руке не уменьшит ее любви к нему.
Их встретили, как победителей, и бросились наперебой поздравлять. Ковальдир поначалу злобно всех расталкивал локтями, желая пробиться наружу, а потом сдался и добродушно захохотал с остальными. Эдгару тоже досталось немало внимания, все как один восхваляли его и высказывали радость, что вновь видят его живым и невредимым.
Все это превратилось в бесконечный и однообразный поток, где среди сотен речей отчетливо звучал лишь один голос – внутренний. Он устал. Он хотел снять доспехи, раздеться, смыть с себя застывшую пленку слизи и поспать. Опуститься в постель и забыться. Хотелось проснуться с утра, поесть и предаться любовным утехам, чтобы снова уснуть от усталости. В его планы не входили длинные описания и пересказы случившегося во всех красках каждому желающему по несколько раз.
Но солдаты не поймут грубости. Никто не примет подобного эгоистичного поведения от героя. И он будет вынужден выдавливать из себя улыбки.
– Что ж, вот как было дело...
И он холодным взглядом окинул обнимающуюся пару эльфов.


Глава 2: Отречение

Говорят, он проспал мертвецким сном полтора суток, пока оруженосцу не пришлось его разбудить. Хозяин замка решил устроить в его честь настоящий праздник и непременно ждал героя за своим столом. А до того, что герою нужен был сон и покой, никому не было дела.
Так было всегда и, пожалуй, будет всегда. Каждый, будь то дворянин или же крестьянин, будет тянуть руки и восхвалять тебя, а смысл в этом действии всегда один. Этим жестом, этой хвалой и преклонением они рассчитывают получить помощь в дальнейшем. Но вот что было забавно: герой оказывает реальную помощь, тратя свои силы, здоровье, года, жертвуя спокойной и размеренной жизнью, а взамен не получает ничего реального. Славу со временем хочется променять на спокойный сон. Приемы у знати и при дворе – на тихое созерцание чего-то мирного и прекрасного. Сомнительную роскошь – на абсолютную свободу от кого-либо.
Герой перестает быть человеком. Ну или тем, кем он родился в этом мире. Он становится неким возвышенным образом, который ни за что нельзя замарать даже самым мелким пустяком. После такого он падает ниже, чем когда-либо за свою жизнь. Он не может предаться самым естественным человеческим желаниям. Например, плотским. Не говорят уже о представительницах других рас. Тебя сочтут развратником, идущим на поводу у плоти, или скажу, что ты не видишь среди людских женщин достойную тебя.
От всего этого хотелось сбежать. И если бы Эдгар мог, то давно бы повернул время назад. Послушал бы свою сестру, мать, Управляющего олимпиады, Стар и многих других. Жил бы себе спокойно где-нибудь под Дионом вместе со своей любимой, слушая смех их детей.
Но реальность была такова, что сейчас он лежал в постели один и не мог заснуть. Эта маленькая комнатушка в тошнотворной таверне, наполненной пьянчугами, была лучшим, что ему могли предложить местные жители. Знал бы он, что половицы будут жалобно скрипеть, стоит кому-то пройтись по коридору, а где-то внизу под ними с писком будут бегать мыши, то непременно отказался от столь щедрого предложения. Вышел бы за границу города, к лесу, разбил бы костер и уснул крепким сном, зная, что никакой зверь его не потревожит.
Он повернулся на бок. Нога заныла так сильно, что Эдгар сцепил зубы. Почти двадцать лет назад он лежал на носилках и не мог пошевелить и пальцем.
На нем не было живого места: нога была сломана в двух местах, рука вывихнута, на боку множество рваных ран, лицо и шея горели, обожженные ледяным дыханием дракона. Можно сказать, что маги в тот день вырвали его из лап смерти. Поначалу он с отстраненным выражением слушал рассказы о своем подвиге. Как он придумал использовать древний кристалл, чтобы усыпить Линдвиора, а затем напал на него, рубя зачарованным мечом. Говорили, что когда сталь дала трещину и большая часть клинка осталась в туше, он продолжал наносить удары обломком. Ему быстро подоспели на помощь воодушевленные его отвагой дворяне. В ход снова пошли стрелы, сети и каменные снаряды.
Линдвиор пал, а Эдгар получил столь желаемый титул.
Он стоял в тронном зале, опираясь на костыли, с выражением осознания собственной важности. Он тогда улыбался каждому и отвечал "Не стоит благодарности. Это был мой долг перед королевством. Нет... Пред всем континентом!". Он упивался "заслуженной" славой и признанием.
Как же он был тогда мерзок и двуличен.

Хлопнули ставни, и рыцарь недовольно приоткрыл глаза. Надо было вставать и закрыть окно. Он заметил, как на стене возник силуэт. В комнате кто-то был.
Сердце застучало в бешеном темпе, а пальцы нащупали под подушкой кинжал. Тень стояла неподвижно, и Эдгар почувствовал прошедший по телу холодок. Досчитав про себя до трех, он резко сел и вытянул руку с оружием.
– Кто здесь?!
Лунный свет, проникавший в комнату через открытое окно, вырисовывал в темноте фигуру темной эльфийки. Той самой, с которой он столкнулся взглядом, когда они были в Семени. Та же полуулыбка приоткрых губ, то же масляное выражение прищуренных глаз. Свет и тьма играли с ее соблазнительными очертаниями, подчеркивая манящие изгибы. Мужчине только такое и могло присниться.
Но запах, сладкий загадочный запах казался вполне реальным.
– Ты...
– Узнали меня, сер Эдгар?– С томным придыханием спросила она.
– Ты была в отряде Ковальдира.
– Да, в отряде Ковальдира. – Подтвердила она и с грацией, до которой многим титулованным особам было учиться и учиться, присела в подножье кровати. – Этого дикого и шумного орка. Сейчас он наверняка рассказывает солдатам, как убил Истхину собственными руками. Вот лжец...
– Что вы тут делаете? – Чувствуя неладное, спросил рыцарь.
Она словно огорченно покачала головой и опустила лицо, что челка закрыла ее глаза. Странное украшение на ее голове тускло сверкнуло под лунным лучом.
– А что может желать женщина, пришедшая в спальню мужчине поздней ночью, когда солдаты и охрана спят крепким сном?
– Например, убить того мужчину.
– Например, убить. Или, – она подняла голову и взглянула ему с глаза с каким-то сочувствием, – высказать ему свою благодарность. Искреннюю, лишенную фальши. Мне так жаль, что все эти люди с вами так обходятся. Ваши деяния не заслуживают этого.
– Я привык.
– Привыкли? Вы? Ох... Это ужасно.
Эдгарда словно поразил разряд молнии. Все тело напряглось, а кровь прилила к лицу. Он, не осознавая того, отложил нож в сторону и слегка наклонился к эльфийке. Стоит протянуть руку и вот, он коснется ее и почувствует блаженную прохладу ее кожи.
"Это ужасно. Ужасно, то, что ты привык к такому отношению."
– Ужасно, то, что вы принимаете это как должное! Что вы привыкли к людской грубости! Вы – Герой Эльморадена! Убийца Линдвиора, освободитель земель от тварей, что породила Шилен. – В голосе эльфийки зазвучали ноты раскаяния. – Наш народ тоже оказался в ее немилости и теперь гоним всеми. Вы столько сделали, сражаясь и жертвуя жизнью, чтобы другим жилось спокойно. А теперь вы победили и одну из преданных служанок Шилен. Вы заслуживаете не просто похвальных слов, а действительных и реальных наград. Вы так устали... Почему же творится такая несправедливость?
Она протянула к нему руку и осторожно коснулась своими тонкими прекрасными пальцами его огрубевшей ладони.
Рыцарь чувствовал странное внутреннее напряжение. Ее слова эхом отдавались в его душе и мыслях. Эта темная эльфийка будто была олицетворением его желаний, образом, что создало его воображение. Прекрасная, возбуждающая, но главное -полностью понимавшая его. Знавшая его историю, чувствовавшая его настроения и желания.
Она была той, что могла наконец-то осуществить его реальные чаяния.
– Да, именно так. Что за ребячеством было стремиться стать героем? Знал бы, что будет так, как сейчас – что я лишусь сна и покоя, то и пальцем бы не пошевелил.
– Я все знаю, все знаю. Можете не говорить. – Ее пальцы полностью накрыли его ладонь.
– Мне так жаль, Вас, сер Эдгар. Я так хочу, чтобы вы наконец-то получили заслуженное. Чтобы справедливость восторжествовала. Я...
Она слегка прикусила нижнюю губу, и в ее глазах заплясал дьявольский огонек. Эльфийка отвела взгляд в сторону, несколько раз моргнула и вновь повернула к нему лицо.
– Я могу кое-что сделать для Вас.
С этими словами она убрала ладонь с его руки и поднесла ее ко рту. Острый кончик появился меж белоснежных и ровных рядов зубов и лизнул указательный палец. Она внимательно ловила его настроение, медленно облизывая палец.
"Ты заслужил подобную благодарность."
– Доверьтесь мне.
Эдгар отполз назад, прислонившись спиной к изголовью кровати.
Эльфийка провела руками по своему телу. Ткань ее откровенного наряда словно начала таять в воздухе, обнажая ее идеальное тело. Она, опустившись на четвереньки, прогнулась в спине так, что ее пряди ее белоснежных волос легли на кровать.
– Побудьте одну ночь не героем, а обычным мужчиной.


Ему хотелось кричать. Реветь, как разъяренному зверю. Ломать все вокруг, рвать, метать, рубить. Кричать такие слова, которые повергли в шок бы многих. Он хотел, чтобы его услышали, впервые за долгое время по-настоящему обратили на него внимание.
Его! Его героя Эльморадена! Убийцу Линдвиора, который отправился в Грацию с личного благословения короля Адена, чтобы победить тамошнее чудовище, выставили полным дураком.
Король занят. Весь двор занят. Весь город прибывает в беззаботном праздновании. Праздновании чего? Того, что какой-то выскочка из дворян привез артефакт. Легендарный меч из сокровищницы Антараса! Да наверняка не лично он добывал оружие, чтобы не подвергать себя опасности, а отправил слуг. Таким "героям" только на олимпиадах и сражаться! Не более того.
А он – герой! Настоящий герой, который своими руками, своими силами побеждал чудовищ, а в результате стоит в тени, незамеченный никем. Никому нет до него дела, до его истории и подвига.
Эдгар скрипел зубами и снова проклинал тот день, когда Линдвиор пал. Тот день, когда он получил от короля золотую цепь и плащ. Он ненавидел всех вокруг и желал, чтобы однажды их настигла кара за двуличие, за их несправедливое отношение, за их глупость. Каковы! Ценить показушные деяния, а не реальные поступки, приносящие пользу.
Его трясло от гнева, в голове стучала кровь, и жажда душила. Жажда отмщения, восстановления порядка. Он перестал быть Героем: это звание душило его и тянуло в пучину, где собственное «я» не значило ничего. Он стал Судьей, имеющим полное право судить и выносить притворщикам и себялюбцам вердикт.
Его мысли наконец-то освобождались от цепей, в которые его сковала лживая геройская проповедь о всеобщем благе и служении народам.
"Глупцы. Чтобы вас всех поразил гнев Шилен. Я посмотрю, как ваши "герои" защитят вас."
"Что ты такое говоришь?!"
"То, о чем мечтал долгое время".
– Так сделай свои мечты реальностью. Я на твоей стороне. – Услышал он над самым ухом женский голос. – Хватит быть героем, которого не заслуживает этот мир. Верши свою судьбу сам.
– Да, хватит. Надоело. – Твердо убедил он сам себя. – Надоело.
И Эдгар отправился в сторону замка, откуда звучали торжественные фанфары.


Женщина кричала и брыкалась из последних сил.
– Пустите..! Мне больно.... АААААА!
Он схватил ее за волосы и потащил за собой. Она запнулась, упала, но он не отпустил ее, продолжая тянуть ее за волосы.
Камень стен коридоров замка был в разводах крови. Он не позволил ни одному встречному уйти живым.
Этот меч. Он был таким легким и удобным, словно в руке лежал кинжал. Он подпитывал его нечеловеческими силой и мощью. А еще – уверенностью в собственной непобедимости и величии. Как только он обхватил рукоять, то понял, что это достойная для него награда. Меч казался не просто оружием, а неотделимой частью его тела. Частью, что так ему не хватало.
Самопровозглашенный "палач" знал, кто и за что должен понести наказание. И какое это наказание: будет ли это смерть от одного удара или долгая мучительная пытка; будет ли это прилюдная казнь, в надзирание другим, или приговоренный должен предстать только перед ним.
Лжегерои. Предатели. Лобызатели. Двуличные проповедники. Это они были настоящими уродливыми монстрами, подлежащих уничтожению, как распространившаяся проказа. Защитники светлых идеалов, погрязшие в грехах.
И он в одиночку совершит казнь.
Крики женщины ему надоели. Они звучали в голове болезненной, раздражающей пульсацией. Он схватил ее за шею и отбросил к стене. Женщина задела небольшую статую на постаменте, изображающую Анаким, которая тут же разбилась вдребезги.
– Пожалуйста... Умоляю... не надо.
Над ней склонилось чудовище. Фигура, закованная в огромные зеленые пластинчатые доспехи, похожие на чешую, с черным плащом, с головы до ног была забрызгана кровью. Человеческое лицо искажено. Бледное, со вдутыми пульсирующими венами. Чуть выше ушей прорастали изогнутые рога. Вместо глаз и нормальных зрачков – голубой свет двух льдинок.
Он открыл рот, обнажив клыки, с которых потекла слюна.
– Надоело... надоело... – Прорычал он.
Легким движением он отсек голову от тела. Кровь брызнула на белый мрамор разрушенного образа Анаким.
Эдгард обернулся и посмотрел вглубь темно-красного коридора.
Она была с ним, поддерживая его восторженной улыбкой.