1. This site uses cookies. By continuing to use this site, you are agreeing to our use of cookies. Learn More.

[02.03.2013] Второй этап конкурса "Пиши картину, рисуй рассказ!"

Discussion in 'Архив конкурсов' started by Nerpa, Apr 2, 2013.

Thread Status:
Not open for further replies.
  1. Nerpa

    Nerpa Innova Group

    Joined:
    17.01.11
    Messages:
    5,269
    Likes Received:
    5,622
    конкурс: пиши картину, рисуй рассказ!

    работы принимаются с 03 апреля по 13 мая 2013 года.
    прием работ заканчивается 13 мая в 12:00 по мск.

    тема: свободная.

    общие правила:
    - каждой паре необходимо самостоятельно, между собой, обсудить тему работы и придти к итоговому решению.

    правила для писателей:
    - объем текста не ограничен!

    правила для художников:
    - от одного конкурсанта принимается только 2 работы
    - каждая работа должна содержать в себе копирайт автора, а так же дату.

    здесь выкладывать только работы. обсуждение тут.
     
  2. Valldor

    Valldor User

    Joined:
    22.02.11
    Messages:
    1,334
    Likes Received:
    245
    вот моя с кататоник совместная работа. текст в рабочем состоянии... так же мы участвуем вне конкурса, так как не принимали участия в первом этапе.

    аэртлесс оглядел изумленную толпу своим знаменитым печальным взором. окунаясь в глубину его бездонных небесно голубых глаз, с десяток девушек прижали ладошки с своим трепещущим в сладкой истоме сердечкам. не влюбиться в него было невозможно, ведь помимо тех самых голубых глаз, коими природа крайне редко одаривала камаэлей, он обладал поистине королевской осанкой. его движения были изящны утонченны, однако все прекрасно знали, что его молниеносные выпады неотвратимо несут смерть.

    аэртлесс бросил на край сцены окровавленную голову айнхалдера фон хельмана. толпа охнула, сделав шаг назад.

    -давайте преклоним колено перед погибшим в бою, - печально промолвил герой.
    люди недовольно зароптали:
    -преклоним колено? он убил и надругался над невинными девушками. а что еще ужаснее превратил многих из них в кровожадных созданий, которые потеряли рассудок, и не признав своих родных и друзей жестоко расправились с ними.

    -да, именно по этому мы должны преклонить колено и помолиться. за тех кого он изничтожил, покалечил и убил. и за него самого, что бы его мятежная душа нашла покой и больше не вернулась в наш мир в обличье ужасного демона. и чтобы в вашей памяти навек отпечатался облик убийцы, последнее что перед смертью видели ваши любимые. что бы вы здесь и сейчас вместе со мной на миг разделили их страх и боль.

    люди завороженно повиновались. аэртлесс не проронил более ни слова спустился на мостовую руны, чтобы присоединиться ко всеобщей скорби-молитве. по пути он невольно поймал взглядом пару настойчивых глаз и едва уловимо улыбнулся их скромной обладательнице.

    когда наконец одухотворенная толпа разлилась по улочкам, возвращаясь к своим привычным делам аэртлесс не удивился, увидев перед собой миниатюрную эльфийку. пшеничные волосы казались кроваво рыжими в свете заходящего солнца, а ее тонкие ножки мило и смешно смотрелись в туфлях, явно большего размера. «у матери или сестры одолжила,»- подумал герой, глядя на хрупкую девчушку.

    слишком юна и невинна. в ней не было ничего, что могло бы поразить воображение: узкие бедра и едва уловимые очертания груди. но она и сама все понимала, однако решилась, подошла. эльфиечка стала лепетать привычные и уже опостылевшие речи о том, как она восхищается им, как боготворит и как готова отдать всю себя. аэртлесс мягко улыбнулся положил ладони на ее плечи я наклонился к лицу. несколько мгновений он пристально смотрел ей в глаза. эльфийка часто часто моргала в такт бешеному стуку сердца, а по ее бархатным щекам разлился румянец. она вдруг стала похожа на зеленое яблочко слегка покрасневшее на солнце. кажется сочным, но ему еще не один день нужно провисеть на ветке чтобы созреть.

    -милая моя, - он нарочито сделал акцент на слове моя. ты ведь знаешь, что у меня нет ни семьи, ни возлюбленной,- аэртлесс готов был расхохотаться глядя как блестят глаза глупышки. как она радуется, что он свободен. - я не могу позволить себе такой слабый и эгоистичный поступок как полюбить кого-то,- он драматично опустил голову.
    -но..!
    -тсс,- воин прижал палец к губам эльфийки,- у меня слишком много недругов, и я не могу позволить им навредить тебе,- он грустно улыбнулся и отстранился от своей поклонницы, оставив ее гадать, что означали эти слова.
    ***

    спустя несколько долгих часов, аэртлесс любовался отражением полной луны в темной воде, неподалеку от гавани глудина. на старом причале никого не было и все огни потушены. вокруг шелестела трава от легкого ветерка. неверный свет луны искажал цвета, и казалось что все вокруг спит. он знал, эльфийка придет...
    послышался треск ломающихся веток, и знакомая фигурка кошкой вынырнула из тени.
    -кто здесь?- камаэль мастерски изобразил удивление и легкий испуг.
    -э..это я...
    -следила за мной?- аэртлесс сделал вид, что злится,- ты хоть понимаешь, что если нас увидят вместе, то ты можешь пострадать. а мне до конца жизни придется терзаться чувством вины.
    -я была очень осторожна и меня никто не видел,- похвалилась малышка и накинула капюшон, чтобы продемонстрировать свою чудесную маскировку. -никто не знает, что я здесь. я даже сестре ничего не сказала,- эльфийка была явно довольна собой.
    -ты точно уверенна?
    -ага, готова поклясться евой!
    аэртлесс поморщился услышав имя боги воды.
    -я верю тебе, - он крепко прижал к себе девушку. - не могу больше ждать, когда я увидел тебя то сразу понял, что ты моя судьба!

    [​IMG]

    ее сердечко бешено билось о его каменную грудь, а когда он жадно впился в губы эльфийки, то чувствовал как пульсирует каждая клеточка ее тела. но вскоре она затихла и обмякла в его объятьях.

    аэртлесс хладнокровно вонзил кривой кинжал ей между лопаток. он продолжал целовать ее до тех пор пока его рот не наполнился кровью. он с отвращением отстранился от мертвой девушки и сплюнул кровавую слюну. дальше он действовал по уже продуманному сценарию. сбежал с холма, неся на руках бездыханное тело, погрузил в лодку, на дне которой было проделано аккуратное отверстие и с силой толкнул медленно затапливаемое суденышко. он еще долго смотрел как по узкой речушке удаляется к морю надкусанное, недозрелое яблочко. аэртлесс ополоснул в воде кинжал, умылся и достал свиток перемещения в гиран.

    он уже давно не испытывал такого блаженства. его маленькое хобби в землях руны стало вызывать много подозрения и пришлось подставить престарелого вампира,чтобы замести следы. жалко конечно было беднягу и его сексуальных адептов, но этого стоило того. он в очередной раз подтвердил свой статус героя и более того прикрыл свои многочисленные убийства. но самым поразительным было видеть слезы благодарности в глазах родителей, чьих девушек он истязал.

    и вновь это ощущение эйфории. волнение накатывало на него: сладость убийства, щекочущий страх быть пойманным, все это будоражило, заставляло не просто чувствовать себя заново рожденным. оно дарило ощущение почти божественной власти.

    его сладкий предутренний сон был прерван стуком в дверь. он с тоской проводил ночное наваждение и побрел к двери. по дороге он взъерошил волосы, чтобы придать своему образу привычный печально-романтичный вид. у самой двери ему почудилось, что-то до боли привычное, словно потянуло знакомым ароматом. камаэль распахнул дверь, и едва не потерял дар речи: на пороге стояла почти точная копия его вчерашней жертвы. пшеничные волосы, переносица слегка подернутая веснушками. его ошарашенные глаза скользили по ее лицу, обнаженным плечам, по часто-часто поднимающейся при каждом вздохе груди. его сознание усиленно работало поднимая в памяти события последней ночи. «я даже сестре ничего не сказала...»- всплывали обрывки вчерашнего приключения.
    -простите. что побеспокоила в столь ранний час...но...- она нервно заламывала руки, а аэртлесс уже прекрасно знал, что тревожит ее. он внимательно выслушает ее. придумает легенду о монстре, который мог утащить сестру его посетительницы. предложит отправиться на поиски и подчеркнет, что никто не должен знать об их опасном походе. а после уже ничего не помешает ему отведать сочное созревшее яблочко.
     
    Last edited by a moderator: May 11, 2013
  3. ЮноеПламя

    ЮноеПламя User

    Joined:
    15.04.10
    Messages:
    273
    Likes Received:
    331
    [​IMG]

    по следам ордена тьмы

    на пороге своей смерти каждый становится более сентиментальным, чем обычно. копаясь в огарках костра прошлого, он старается выхватить оттуда последние искры веселья, теплоты и любви. совсем же другие мысли витали в голове кайры. надежно прикованная к земле магическими оковами, она угрюмо наблюдала последние приготовления к церемонии жертвоприношения.
    алтарь шиллен являл собой высокое серое каменное изваяние, утопающее в огромной луже крови. от жуткого запаха гнили и разлагающегося мяса кружилась голова, а к горлу подкатывала тошнота. тут и там валялись куски человеческого мяса, части рук и ног, которые со злобным рычанием терзали жертвенницы. запах крови привлекал множество насекомых. опьяненные, они возились в тёмно-рыжей траве.
    группа адептов, окруживших кольцом алтарь, монотонно тянули одну и ту же мелодию. полы их чёрных мантий с чудаковатыми остроконечными капюшонами трепетали на ветру. лиц кайра не видела. девушка с горечью подумала о том, что еще всего пару дней назад она и не могла представить, что умрёт именно так. как жертвенная овца, на алтаре, в муках …
    где-то сзади раздался звук гонга. круг фигур расступился, пропустив к подножью алтаря шиллен верховного экзекутора. молитвенно приклонив колени, тот окунул ладони в кровавую субстанцию. что-то тихо бормоча себе под нос, он резко откинул капюшон, и кайра увидела дикий блеск его глаз.
    в этот момент волна паники захватила камаэль целиком. смешавшись с усталостью от длительного холода, голода и лишений, она вылилась в полный отчаянья крик…

    ********​

    огарок сальной свечи безуспешно боролся с тьмой маленького пыльного рабочего кабинета. в тусклом белом свете можно было различить две мужские фигуры, склонившиеся над столом, на которой была развёрнута большая карта адена.
    - годрик, ты уверен, что это разумное решение? – обратился к молодому камаэлю в сверкающих доспехах старший агент медок.
    - да. вот смотри, - юноша обвел пальцем какую-то точку на карте, - первый алтарь был обнаружен нами в окрестностях руин страданий. затем ещё один в охотничьих угодьях зла. третий, и последний, был здесь, в саду шиллен. совсем недавно мне очень повезло: я вышел на ценного информатора в долине ящеров. за определённую плату и при условии соблюдения полного инкогнито, он согласился не только рассказать всё про орден тьмы, но и показать, где находятся их лагерь и главный алтарь жертвоприношений. это настоящая удача, которой нам просто глупо было бы не воспользоваться!
    - ну, и в чём тогда проблема? – непонимающе пожал плечами главный агент. - можно отобрать несколько лучших агентов и поручить им это задание.
    но годрик лишь отрицательно качнул головой:
    - нет, медок. это слишком опасно. мы не должны так рисковать чужими жизнями.
    - но всё же… а что, если это ловушка?
    - вот это мне и предстоит проверить, – резюмировал годрик. - если все эти слухи - лишь подставная утка, я отделаюсь только неприятной прогулкой да парой царапин от монстров.
    - это в лучшем случае, - угрюмо возразил старший агент.
    - ну, надеюсь, что до худшего не дойдёт, - улыбнулся другу камаэль, и в его глазах заблестели озорные искорки. – если повезёт, я соберу ценную информацию, достаточную для того, чтобы устроить облаву на этих фанатиков.
    - звучит убедительно, - чуть подумав, ответил медок. – но ты ж не собираешься идти туда в одиночку?
    - честно говоря, мне было бы спокойнее, если бы об этой небольшой «операции» знало бы как можно меньше людей.
    мужчины замолчали. годрик задумчиво глядел на тонкий язычок пламени свечи, танцующий на сквозняке.
    - хотя… – сказал камаэль, – а почему бы мне не воспользоваться услугами наемного проводника хотя бы до долины ящеров? признаться, я не очень хорошо ориентируюсь в тех местах.
    - в этом, пожалуй, я могу тебе помочь, - широко улыбнулся медок. - как раз у меня на примете есть очень хороший следопыт. как правило, они не разговорчивы и очень покладисты, если дело касается хорошей награды. уверен, что вы доберётесь быстро и без приключений.
    - ну, хорошо, – кивнул в знак согласия юноша, - я согласен. сегодня уже поздно, а завтра с утра познакомишь меня с ним.
    - с «ним»? – удивленно поднял бровь медок. – я же не говорил, что это мужчина…

    ********​

    на самой окраине гирана, вдали от шумных улиц, в одном из узких грязных переулков находится таверна с громким названием «весёлый наёмник». она пользуется огромной популярностью как среди любителей дешёвых еды и пойла, так же и в особых, более изысканных кругах, благодаря наличию укромных каморок на втором этаже и исключительной молчаливости хозяина.
    «да, это место полностью оправдывает своё название», - подумал годрик, проникнув в просторный шумный зал таверны через массивную дубовую дверь. с искренним интересом он рассматривал разношерстную массу из различных рас и профессий, которая оживлённо двигалась, пила, ругалась, спорила, звенела оружием, чистила доспехи, смеялась, не обращая на юношу ни малейшего внимания.
    камаэль нерешительно замер на пороге и растерянно посмотрел по сторонам. у него была назначена встреча с тем самым «чудо–следопытом» медока, но вот незадача – юноша забыл поинтересоваться у товарища, как выглядит девушка! благо, представительниц прекрасного пола здесь было не так уж много, что существенно упрощало его задачу.
    когда корабль его ожидания переполнился и пошел ко дну, набравшись смелости, годрик шагнул к высокой мускулистой орчихе в тяжёлых отполированных доспехах, сидящей в полном одиночестве в полутёмном углу таверны.
    - простите, - подойдя вплотную, вполголоса спросил камаэль. – вы не меня случайно ждёте?
    девушка нервно вздрогнула и подняла хмельной туманный взгляд на лицо юноши. её губы расплылись в «милой» улыбке, больше напоминающей оскал тигра:
    - может и тебя.
    она выразительно кивнула на стоящий рядом пустой табурет.
    озадаченный, годрик несмело присел. он не знал, с чего начать разговор. его соседка по столику пускала в его сторону такие горячие и многозначительные взгляды, что его смущение начало перерастать в откровенное раздражение.
    - я от медока… - начал, было, юноша. но орчиха его прервала:
    - это совершенно не важно. хватит так дрожать, мой птенчик, придвинься уже поближе и иди к мамочке, дай я тебя обниму… - резким движением она попыталась сгрести в охапку камаэля и усадить к себе на колени.
    забыв о всякой осторожности, с диким воплем годрик подскочил, как ужаленный:
    - эй, чего это ты! я не того…
    в таверне повисла гробовая тишина. десятки глаз с интересом глядели в угол, где, как на арене, разворачивались все действия.
    такое поведение камаэля основательно разозлило орчиху. со злобной ухмылкой она запустила руку под стол и достала огромный двуручный меч. ситуация накалялась.
    внезапно откуда-то сбоку раздался громкий хлопок. оставляя за собой столб чёрного дыма, к потолку, разбрасывая яркие огненные искры, взлетела петарда.
    и сразу послышался пронзительный женский крик:
    - караул! пожар!!!

    [​IMG]


    началась паника. не смотря на то, что самого огня не было видно, каждый спешил найти, собрать и вынести на улицу свой нехитрый скарб. несколько мужчин побежали наверх искать очаг возгорания.
    годрик ощутил прикосновение руки. «скорее, нельзя медлить», - раздался чей-то горячий шепот у самого уха. в следующий момент юноша уже расталкивал наёмников по пути к спасательной дубовой двери, увлекаемый неизвестной фигурой в сером плотном плаще.
    покинув таверну, они нырнули в глубину грязных кривых улочек. камаэль едва поспевал за своим проводником.
    очередной поворот привёл их к тупику. они остановились возле маленького каменного домика с резным крыльцом, на пороге которого висел небольшой фонарь, который частично освещал этот отдалённый городской уголок.
    повернувшись к годрику, «серый плащ» сбросил с себя капюшон, и удивлённый юноша увидел большие чистые рубиновые глаза, искрящиеся смехом. лицо юной камаэли было на удивление привлекательным. длинные светлые, с едва заметным голубым отливом, локоны были аккуратно убраны в опрятную замысловатую причёску на макушке. на коралловых губах блуждала милая улыбка.
    повисла неловкая пауза.
    - ой, простите, - первой нарушила молчание девушка. – я так была увлечена этим небольшим приключением, что сразу не представилась. меня зовут кайра, и это именно я, а не та очень добрая, сильная и красивая орчиха (с которой вы имели честь недавно познакомиться), буду вашим проводником.
    нескрываемые нотки иронии в словах камаэли вызвали в юноше стыд и долю злости. он и так слишком много испытал за один вечер.
    - вы уверены? – обратился он к девушке. – судя по хрупкому телосложению, вам стоило бы сменить профессию на какую-то более спокойную, тихую и домашнюю. не пристало молодой красивой леди бегать по болотам и размахивая рапирой. или чем там вы обычно отбиваетесь от агрессивных монстров и настойчивых поклонников?
    - я лучница. но это уже не ваше дело, – гневно сверкнула глазами кайра. – медок уже ввел меня в курс дела. я буду ждать вас завтра на восходе солнца у храма на главной площади. мы воспользуемся услугами телепорта, чтобы переместиться в орен, а оттуда отправимся пешком. и да, захватите с собой деньги. половину заплатите мне сразу, я не хочу непонятно с кем и не понятно за что, как вы выразились, «бегать по болотам». до встречи, - процедила сквозь зубы камаэль. и, прежде чем годрик попытался что-то возразить, будто растворилась в темноте.

    ********​

    юноша уныло прислушивался к звуку чавкающей под ногами грязи. его плащ полностью промок и уже не спасал от противного бурого дождя. камаэль старался не отставать от своей неутомимой проводницы, которая гибко и бесшумно лавировала между группами вооружённых до зубов монстров. занятые какими-то своими важными делами, они подчёркнуто безразлично относились к проходящим мимо путникам.
    временами годрику казалось, что кайра специально выбирает самые труднопроходимые и жуткие места. она постоянно игнорировала не только дороги, но и едва заметные тропы, предпочитая идти напрямик через лес. будто преследуя тайную мысль досадить, насолить ему, проверить на прочность. но, в конце концов, они благополучно преодолевали любое препятствие и настойчиво двигались вперёд.
    ускорив шаг, юноша поравнялся с камаэлью и недовольно заворчал:
    - на мне нет и сухой нитки! нам давно стоит сделать привал и отдохнуть. и поесть чего-нибудь не мешало бы, – его слова подтвердились громким урчанием в животе.
    но спутница не ответила ни слова. тогда годрик продолжил свою тираду:
    - почему мы идём пешком? можно было хотя бы воспользоваться лошадьми!
    кайра на минуту остановилась и спрятала выбившуюся из-под капюшона мокрую прядь.
    - на дорогах большой риск повстречаться с личностями определённого круга, - многозначительно посмотрев на камаэля, изрекла девушка. – их ещё называют «охотниками за кошельками», или попросту разбойниками. а это, как я понимаю, вам не нужно. да и, в общем, тут до долины ящеров рукой подать: сейчас пересечём школу полномочий, а там, через дорогу, и она. заночуем на границе, а завтра днём будем на месте.
    годрик даже сглотнул:
    - ночевать в этом жутком месте?!
    - как для тайного агента, что-то ты очень уж привередлив, – без всяких церемоний заявила юноше кайра. она поправила спрятанный под плащом арбалет и зашагала вперёд своим неутомимым шагом.
    к сумеркам они добрались до долины ящеров. едва ступив на изумрудный ковер травы, годрик почувствовал усталость и странное покалывание в груди. перед глазами поплыли разноцветные пятна. оступившись, он приземлился на землю. испытывая полное спокойствие и безразличие, камаэль лежал и смотрел, как на чёрном небе пляшут солнечные зайчики. а потом его веки сомкнулись, и он погрузился в небытиё…

    ********​

    сознание возвращалось очень медленно. жутко звенело в ушах. юноше казалось, что его голова сейчас взорвётся. в противовес этому, его наполняло приятное тепло, которое растекалось по телу откуда-то изнутри, отдавая покалыванием в кончиках пальцев. чуть приоткрыв глаза, он увидел прекрасного ангела, склонившегося над ним.
    - ммммм… - вздохнул годрик и попытался поймать видение плохо слушающимися его руками. в ответ послышался серебристый смех, который моментально вывел пылкого юношу из его странного состояния. удивлённо почёсывая затылок, камаэль вопросительно смотрел на кайру.
    - прости меня, - виновато произнесла девушка. – долина очень опасна для новичков. и я забыла тебя об этом предупредить. вот, съешь это, пожалуйста! – лучница протянула юноше ярко-зелёный лист.
    недовольно поворчав, юноша всё-таки несмело откусил кусочек, а затем и довольно быстро уничтожил всё растение.
    - ну, как ты себя чувствуешь? – обеспокоенно поинтересовалась кайра.
    - уже лучше. а ещё можно? - жалобно спросил камаэль, взглянув на девушку голодными глазами.
    - у меня есть для тебя кое-что вкуснее. это конечно не изысканные яства из лучшей гиранской таверны, но вполне съедобно.
    кайра на минуту отошла и вернулась, неся нечто похожее на гриб, только яркого пурпурного цвета.
    годрик с сомнением посмотрел на проводницу, а потом решил-таки попробовать незнакомое лакомство. минутой позже он уже уплетал за две щеки приятную на вкус красноватую мякоть под познавательный рассказ своей спутницы.
    - долина ящеров была когда-то тихим и спокойным местом. до того, конечно, как её облюбовали ящеры тантаар, – кайра глубоко вздохнула и бросила грустный взгляд. - это своеобразные существа, живущие по законам своего племени и поклоняющиеся чёрной бездне. вообще-то они довольно безразлично относятся к чужакам, забредающим на их территорию. пришельцы, едва пересекая границу долины, ощущают на себе губительную силу бездны, которая отравляет окружающие земли, существа и растения. поэтому тебе и стало так плохо. но есть противоядие, – девушка протянула руку и достала из-за камня круглое разноцветное существо. – это радужный лягушонок. съев его, ты надолго обезопасишь себя от губительно влияния чёрной бездны.
    - нет-нет, - в ужасе вскочил годрик, – даже не проси! он же шевелится! я лучше буду есть листья.
    - листья – так листья, - без лишних споров согласилась камаэль. – а теперь спать, нам нужно двинуться дальше ещё до восхода солнца.
    собрав охапки сухой травы, они устроились прямо на земле.

    ********​

    утром путники замешкались, собирая впрок светло-зелёные стебли, потому к поселению исследователей добрались уже тогда, когда солнце начало садится за верхушки высокой редкой тополиной рощицы.
    без особого труда они нашли исследовательницу лаки, которая пригласил их к себе в дом, и сейчас демонстрировала чудеса гостеприимства.
    вымывшись и очистив одежду от болотной грязи, путешественники теперь с наслаждением уплетали горячий грибной суп из круглых глиняных плошек, временами бросая удивлённые взгляды на странное убранство хижины. на полу были разбросаны огромные шкуры ящеров. целая коллекция радужных лягушек с чопорным видом восседали в углу. большие пучки странной сухой травы наполняли помещение тонким пряным ароматом. огромный орк, одетый в старые потертые доспехи, словно каменное изваяние молчаливо курил трубку у очага.
    - скажите, а где я могу найти брига? – поинтересовался между двумя ложками еды у гостеприимной хозяйки годрик.
    лаки грустно вздохнула. чуть помолчав, она утерла набежавшую слезу уголком передника и сказала:
    - всего несколько дней назад он исчез.
    эта новость была для камаэля подобно грому среди ясного неба.
    - он отправился вглубь долины взять новые образцы крови ящеров, – объяснила исследовательница, - и не вернулся…
    лаки отвела взгляд, и юноша понял, что она что-то недоговаривает.
    годрик поднялся из-за стола и шагнул к хозяйке, нервно теребившей передник.
    - послушайте, - взглянув в глаза женщины, сказал камаэль. – вы же наверняка догадываетесь, что с ним случилось, - в его голосе появились стальные нотки, - «они» беспощадны. начав с ними сотрудничать, бриг сразу обрёк себя на гибель. покажите мне, где они живут, и я навсегда избавлю вас от этого опасного соседства!
    - оставь её в покое! она ничего не знает, - внезапно сказал, выйдя из задумчивости, орк.
    он прошёл по комнате и бесцеремонно сел на табурет у стола.
    - выйди, пожалуйста, - мягко попросил испуганную исследовательницу орк, - мне надо с ними поговорить.
    когда за лаки закрылась дверь, мужчина с интересом взглянул на путешественников. кайра даже невольно поежилась от его колючего проникновенного взгляда.
    утолив свой интерес, орк представился:
    - меня зовут ктулхуу. и я могу вас провести туда, куда вам нужно, - он многозначительно посмотрел на юношу.
    годрик молчал. чуть подумав, он спросил:
    - а какой интерес от этого будете иметь вы?
    мужчина неопределённо передёрнул плечами:
    - я проведу вас к лагерю ордена тьмы. но это будет стоить дорого, - и многозначительно подчеркнул ещё раз, - очень дорого!
    камаэль колебался. он взвешивал все «за» и «против». хотя его лицо оставалось практически бесстрастным, подрагивание рук выдавало большое нервное напряжение.
    сделав круг по комнате, он, наконец, обратился к орку:
    - хорошо. я согласен.
    развязав шнурки походного мешка, годрик достал сверток с монетами, который небрежным движением бросил на стол.
    жадно блеснув глазами, орк упрятал деньги в карман своих набедренников. и сказал, направляясь к выходу:
    - будьте готовы. отправляемся на рассвете. нам помогут при помощи магии переместиться в деревню тёмных эльфов. а уже оттуда в кровавые топи придётся идти пешком.
    едва за странным гостем закрылась дверь, кайра перевела удивлённый взгляд с пустой миски на лицо годрика и спросила:
    - может, объяснишь? кто такие «они»? почему мы должны следовать за этим подозрительным субъектом в это жуткое место?
    юноша нервно мерил широкими шагами дощатый пол. сурово сдвинутые брови придавали его лицу не по возрасту серьезное выражение.
    - «они» называют себя орденом тьмы. это тайная организация, исповедующая культ шиллен и объединяющая небольшой круг единоверцев разных сословий. они пролили кровь сотни невинных, оросив ею свои жертвенные алтари. погибнуть может каждый, ведь адепты не жалеют никого – от их руки умирают не только взрослые, но и старики, дети. тут и там, по всему адену, мы обнаруживаем страшные следы их деятельности. мы давно безуспешно пытаемся напасть на след высшего состава ордена, и вот сейчас я как никогда близок к этому.
    - послушай, мы же не пойдем туда, куда нас хочет отвести этот головорез, правда? – обеспокоенно взглянула в лицо камаэля кайра.
    - нет, – попытался успокоить её годрик. – пойду я один. ты вернешься в орен.
    повисла гробовая тишина.
    - нет, - коротко и твёрдо заявила девушка после минутного колебания. - я буду тебя сопровождать.
    - в этом нет нужды, - возразил юноша. – я уже не маленький и спокойно справлюсь сам. тем более что свою часть контракта ты выполнила, а значит, можешь получить деньги и быть свободной.
    с этими словами он достал ещё один сверток с монетами и протянул девушке.
    в следующую минуту, жалобно звякнув, золотые кружки металла рассыпались по деревянному полу.
    - я иду с тобой. я так решила! – сказала кайра, гордо подняв голову. и вышла, громко хлопнув дверью.
    озадаченный, юноша застыл посреди комнаты. через мутное стекло исследовательской хижины он задумчиво смотрел, как на долину ящеров опускаются густые лиловые сумерки. годрик с удивлением прислушивался к тому, как по-новому приятно, гулко и учащённо бьется под панцирём доспеха его сердце.

    ********​

    кровавые топи встретили путников мрачной панорамой и жутким болотным смрадом. после продолжительного перемещения у кайры кружилась голова. она бросила полный ненависти взгляд на орка. хотя он ни разу не подавал каких-либо поводов для возникновения подозрений, девушку мучили недоверие и плохое предчувствие. что-то неприятное шевелилось у неё в груди каждый раз, когда ктулхуу своим чётким спокойным голосом командовал, куда следует держать путь. лишь сам тот факт, что неизвестные фигуры в чёрных плащах так услужливо и без единых вопросов доставили их именно туда, куда, по словам орка, им было надо, говорил об опасности! кайра не могла понять годрика, который без лишних вопросов, насвистывая какую-то весёлую мелодию, послушно шлёпал туда, куда его вели.
    солнце садилось, и на топи опускались иссиня-чёрные сумерки. из глубины болотной чащи доносились зловещие подозрительные звуки. кайра с беспокойством наблюдала за силуэтами странных чудовищ, мелькающих вдалеке. ей стало страшно. она дёрнула годрика за полу плаща.
    - что случилось? – обернулся камаэль.
    - ни-ничего. может, нам пора остановиться на ночлег? – с надеждой в голосе поинтересовалась девушка.
    - нет, - ответил за юношу орк. – здесь останавливаться опасно. скоро мы достигнем большого холма. там более-менее сухо, и можно будет развести костер.
    без лишних слов группа продолжила движение в густой вонючей болотной тине. внезапно у них на пути возникло большое разъяренное существо. жуткий монстр, отдалённо напоминающий кабана, злобно зарычал. широко открыв огромную пасть с острыми, как бритва, клыками, он бросился на путников. кайра закричала. это привлекло внимание существа, и он набросился на девушку. кабан целился в грудь, но острое икло скользнуло по металлической пластине кирасы и только задело плечо. медлить было нельзя, и, подняв из грязи первый попавшийся кусок дерева, годрик со всех сил метнул его в голову зверя. издав рык, монстр отбросил в сторону кайру и развернулся к камаэлю. глаза юноши зажглись опасным огнём. он стал в боевую стойку, крепко сжимая в руке нож. разъяренный зверь бросился на годрика. сделав обманное движение, камаэль одним прыжком очутился за спиной кабана и всадил ему в спину острый тонкий клинок, который вошёл по самую рукоятку. существо жутко взвыло. из раны брызнула кроваво-бурая субстанция. тело монстра обмякло, и он погряз в топи.
    годрик бросился к стонущей камаэльке. её кираса была разорвана в клочья, на плече зияла внушительных размеров рана. юноша искал глазами орка. его и след простыл. лишь после нескольких громких возгласов из-за кустов показалась большая курчавая голова. ктулхуу помог поднять камаэлю кайру и перенести на сухое чистое место.
    - эликсир, - едва шевеля губами, прошептала девушка.
    годрик понял. из походной котомки лучницы он достал бутылочку с оранжевой жидкостью и приложил к её губам. кайра жадно пила большими глотками, ощущая, как по её израненному телу растекается жизнь. наконец, опустошив всё до капли, она откинулась на бурую траву.
    орк изъявил желание поискать хвороста для костра и исчез в болотной тьме. годрик нашёл бинт, которым сразу начал перематывать плечо спутницы.
    - значит, ты разбойник, - прервала молчание девушка. – а я-то удивлялась, почему ты с собой не носишь оружия.
    - я одинаково хорошо владею и мечом, и ножом, если ты это имеешь в виду, - спокойно уточнил камаэль. – и не вижу в этом ничего предосудительного. меня удивляет твое недовольство по этому поводу.
    - это вполне допустимо для кого-то другого, но не для камаэля, чье оружие – острый клинок! – сверкая глазами, вдруг заявила кайра. – встречать противника лицом к лицу, наносить сокрушающие удары – всё это мужественно и достойно. а не нападать со спины, исподтишка…
    - ты говоришь, как моя мама, - весело подмигнул девушке камаэль.
    - маму надо слушать, - с вызовом заявила лучница.
    улыбка слетела с лица камаэля.
    - мои родители умерли, - сухо сказал годрик.
    - прости, я не хотела, - осеклась кайра.
    юноша решил развеять повисшую неловкость:
    - это случилось после пробуждения шиллен. как и многих других, их принесли в жертву богине, безжалостно убили на алтаре, - в глазах камаэля горел злобный огонёк. – с тех пор целью моей жизни стали поиски и уничтожение безжалостных фанатиков и приспешников шиллен. я верю, что, покончив с орденом тьмы, я хоть немного очищу наш мир, сделаю его светлее, - сказал годрик и робко улыбнулся.
    кайра зачарованно смотрела в одухотворённое лицо юноши. она испытала прилив нежности и робко прикоснулась к его руке. удивлённый, камаэль совсем другими глазами посмотрел на девушку. что-то неуловимо притягательное и нежное читалось в глубине её рубиновых глаз. внезапно он осознал близость её тела и убогость её потрёпанного наряда, что привело его в огромное смущение. густо покраснев, годрик постарался максимально незаметно набросить на неё полу плаща. девушка это поняла, и прекрасный момент был испорчен.
    - прости, - чуть хриплым от волнения голосом, извинился юноша. – у тебя есть во что переодеться?
    - нет… - призналась кайра, плотнее укутываясь в плащ. и добавила:
    – у меня нет привычки носить с собой весь гардероб.
    в этот момент с тихим свистом пролетела выпущенная из лука стрела, которая пронзила грудь стоящего недалеко юноши. с немым ужасом кайра наблюдала за растекающимся на доспехе пятном крови. веки годрика дрогнули, и, пошатнувшись, он упал. большой огненный шар ударил лучницу в грудь, отбросив на некоторое расстояние. но подняться она не успела. в следующую секунду она уже не могла пошевелить ни рукой, ни ногой - магические оковы надёжно пригвоздили её к земле. затуманенным взором она следила за тем, как один за другим из темноты появлялись высокие худые фигуры в чёрных мантиях. раздался смех ктулхуу. камаэль увидела, как орк подошёл к распростёртому телу годрика и пнул его ногой. юноша остался недвижим.
    - эту, - их проводник кивнул на кайру, - в лагерь. завтра мы принесём её в жертву во славу богини.
    - а что с юнцом делать? – раздался чей-то вопрос.
    - ничего. он умер. оставьте здесь, эти кровожадные твари побеспокоятся о нём, - и лицо орка расплылось в злобной ухмылке.
    вспышка света ослепила девушку, и она потеряла сознание.

    ********​

    верховный экзекутор закончил молитву и поднялся с колен. кто-то из адептов протянул ему на подносе большой обоюдоострый кинжал. волна дрожи прокатилась по телу камаэли. две фигуры в тёмных одеждах отделились от общей массы и двинулись в сторону девушки. кайра попыталась закричать, но заклинание безмолвия лишило её голоса. избавив её от оков, адепты потащили отчаянно брыкающуюся лучницу к алтарю.
    экзекутор небрежно схватил жертву за волосы и поднёс кинжал к её горлу. злобная ухмылка отразилась на лице мужчины. слабое нажатие – и на горле кайры появилась длинная тонкая красная полоса, с которой по капле стала сочиться алая кровь. верховный экзекутор наслаждался ужасом в глазах девушки, испытывая при этом дикое удовольствие. он готов был совершить последнее движение, но летящий острый клинок ножа пронзил его грудь. отпустив кайру и беспомощно взмахнув в воздухе руками, мужчина с размаху погрузился в кровавую субстанцию алтаря.
    обессиленная девушка растянулась на каменных ступенях. как сквозь сон, она видела, как к ней подбежал камаэль, как заботливые руки юноши подняли её с грязного пола и отнесли подальше, в безопасность. вокруг точился настоящий бой. по одному падали тёмные фигуры под натиском воинов света, устилая телами бурую траву. смелые мужчины крушили, били, резали фанатиков. звучала чистая ритмичная мелодия, призывающая к битве, которая удваивала силы, даровала жизнь и вдохновляла на подвиги. целители произносили благотворные заклинания, врачуя раны нападающих. жуткие монстры вылезали из чащи болота, чтобы поживиться телами последователей шиллен…

    ********​

    [​IMG]


    кайра пришла в себя тогда, когда звуки битвы уже стихли, а над верхушками деревьев заиграли первые лучи рассвета.
    в лагере, разбитом отрядом медока на высоком зелёном холме, было шумно и весело. поглощая скромный завтрак, воины нежились в ласковых лучах восходящего солнца и обсуждали минувшую битву.
    кайра удивлённо рассматривала доброе обеспокоенное лицо женщины, которая осторожно осматривала её раны и ушибы. волна мягкого тёплого света исходила из её нежных заботливых рук. животворная магия утоляла боль и залечивала порезы.
    - ну, вот и всё, - весело подмигнула целительница, - ты как новенькая! так что зря ты так волновался, - обратилась женщина к кому-то за спиной кайры. камаль повернула голову и вскрикнула. она не могла поверить в то, что юное мужественное лицо склонившегося над ней годрика - это не сон и не видение!
    - но как… я же видела, как ты… как тебя… - она запнулась, и слеза, упав из подрагивающих ресниц, скатилась по её щеке.
    - тебе интересно, почему я сейчас сижу перед тобой живой и здоровый, а не кормлю своей плотью мерзких насекомых на дне болота? – лукаво подмигнув, спросил у кайры годрик. – так вот, сейчас я всё тебе расскажу. дело в том, что сразу заподозрил что-то неладное ещё тогда, когда мы сидели с тобой в домике исследовательницы в долине ящеров. этот орк изначально не внушал мне доверия. попахивало западнёй, потому я и не хотел брать тебя с собой…
    камаэль нежно взял руку девушки в свою. лёгким ласковым движением он погладил ладонь и сплёл их пальцы. кайра зарделась и робко посмотрела в глаза юноши.
    - но было просто необходимо ввязаться в это дело и попасться им на крючок, - пояснил камаэли годрик, - чтобы, наконец, выведать самое важное – где располагается главный штаб ордена тьмы. ещё из долины ящеров я тайком отправил письмо медоку, в котором всё подробно описал и попросил помощи, дав все нужные инструкции. правда, признаться, я совсем не ожидал, что этот головорез орк так быстро решит меня убить…
    и, чуть помолчав, продолжил:
    - когда меня пронзило стрелой, в тот момент я ничего лучшего не смог придумать, как несколько всё преувеличить и притвориться мёртвым. благо, моё ранение было очень неприятным, но не опасным. у меня сердце разрывалось, когда они тебя уводили, а я должен был лежать бревном и не двигаться…
    годрик нежно провёл по лицу кайры, вытирая струящиеся по её щекам слезы.
    - едва стихло шелестение кустов, я быстро вскочил, выпил эликсир жизни из твоих запасов, перевязал рану и неслышно двинулся за вами. запомнив то место, где был разбит их лагерь, я воспользовался свитком быстрого возвращения. признаться, я жутко запаниковал, мысли в моей голове лихорадочно путались. я собирался нанять несколько человек, чтобы ворваться в лагерь и вырвать тебя из их грязных лап… какое же было мое удивление, когда в деревне тёмных эльфов я увидел медока, который не только пришёл по первому зову на помощь, но и прихватил с собой несколько товарищей! целитель залечил мою рану, и мы сразу отправились в путь. к слову, перемещаться, используя телепорт и лошадей, получается в разы быстрее, чем пешком... единственное, что всё это время меня беспокоило – это то, что я мог опоздать. моё сердце сжималось от боли и ужаса, когда я вспоминал о том, что ты находишься в руках этих презренных фанатиков! – юноша бросил на девушку пламенный взгляд.
    - только скажи, как я могу загладить свою вину, как могу излечить твои душевные раны, - пылко шептал лучнице камаэль. – любое желание, любая просьба…
    его лицо было уже опасно близко. когда юноша коснулся её губ, кайре показалось, что среди белого дня на небе зажглись звёзды.
    - но ведь это не конец, правда? – внезапно спросила у годрика кайра. – вы ведь уничтожили лишь часть приспешников ордена тьмы.
    - да, - честно признался девушке камаэль, - к сожалению, по всему адену ещё много служителей этой тёмной организации.
    - вы справитесь, - уверенно сказала юноше кайра.
    - да, - крепко обнял девушку годрик. – мы справимся. мне очень нужен хороший следопыт… и даже не спорь.
    лучница не спорила. она спрятала своё радостное лицо на груди у юноши.

    будущее рисовало самые радужные перспективы.
    зы: мы долго колебались, можно ли использовать чуть измененное изображение с обложки, чтоб напомнить о нем уже осмысленно по тексту. если мы оказались не правы то уберем чбшный повтор.
     
    Last edited by a moderator: May 12, 2013
    Sunako, Sadanna, AppleTree and 11 others like this.
  4. WinEra_

    WinEra_ User

    Joined:
    02.06.10
    Messages:
    64
    Likes Received:
    22
    легенды эльморадена
    [​IMG]
    [​IMG]

    солнце клонилось к горизонту, когда из белесого тумана кровавых топей показались два путника.
    девушка, светлая эльфийка в доспехах цвета небесной лазури с парными мечами в наспинных ножнах и мрачный мужчина – темный эльф в изумрудно-зеленых зачарованных одеждах. они устало брели к горной реке, туда, где кристально чистая ледяная вода срывается водопадом с гор, надеясь, что ужасные создания не потревожат их отдых.
    путники разбили лагерь под высоким раскидистым деревом у самой реки.
    девушка сложила костер и стала разжигать огонь. язычки пламени медленно и словно нехотя расцветали на сырых дровах и тут же исчезали. мужчина улыбнулся, сложил ладони лодочкой, прошептал короткое заклинание и сбросил небольшой комок огня на сырые дрова. секунду ничего не происходило, потом дрова зашипели, выбросив в стылый сырой воздух клубы горячего пара, и пламя весело затрещало.

    - мирия, сегодня твоя очередь ужином заниматься, - улыбнулся волшебник.
    девушка кивнула, уложила перевязь с мечами поверх походного одеяла, и принялась доставать припасы из сумки.
    костер тихо потрескивал, отбрасывая причудливые тени и согревая путников. в установленном над ним маленьком котелке, уже кипела похлебка.
    - риэль, ты ведь жил в столице темных эльфов, до пробуждения? – волшебник кивнул, - скажи, неужели раньше в топях было так же мрачно?
    - было. темные использовали эту местность для обучения искусству войны и проведения опасных ритуалов.
    - представляю, какое искусство могло зародиться в столь мрачном месте… - рассмеялась мирия
    - отнюдь, темные эльфы были не чужды прекрасному. взгляни вон на ту вершину, - риэль указал в сторону скалы, - видишь, там одна сторона как будто сколота, и на ней играют блики, как от драгоценных камней. темные эльфы запечатлели в скале одну печальную и очень поучительную легенду, тронувшую их суровые сердца. к сожалению время и мародеры жестоко обошлись с барельефом и оставили от него лишь неровный склон и редкие блики алмазов.
    заклинательница нарезала хлеб, отложила в сторону нож и, пододвинув тарелку поближе к темному, мечтательно посмотрела на сверкающие в лучах закатного солнца линии скалы.
    - темные эльфы выложили фигуры горным хрусталем, сапфирами и алмазами, чтобы запечатлеть во времени образ мрачного высокого мужчины в одеждах жрецов богини смерти и хрупкой женщины, спрятавшей лицо на груди возлюбленного. тонкую талию женщины холодной змеей обвивала искрящаяся золотом цепь. цепь притягивала ее к жрецу, оборачивала обоих нерушимыми узами.

    история та была о верности и жертвенности, о любви, о предательстве, о жизни и смерти, и, к сожалению, о большой глупости.
    у одного из сильнейших жрецов богини смерти была супруга — прекрасная, как песня горного ручья, светлая эльфийка. и когда он покинул благословенные леса вслед за отступниками и почитателями шилен, она последовала за ним, несмотря ни на пророчество эльфийского оракула о страданиях и смерти, ни на опасности, ожидающие ее в кровавых землях. любя его всем сердцем, не покинула она супруга и позже, когда он отдал ее, как самое дорогое, в дар богине. но как только последний вздох замер на ее губах…
    - как только последний вздох замер на ее губах, - задумчиво продолжил риэль, обняв девушку, - жрец понял, что не в силах отпустить возлюбленную. втайне от своих соплеменников он провел обратный ритуал и вернул супругу из мира мертвых. жрец привязал ее душу к своей жизни, проживая год за десятилетие. он держался за нее столь сильно и любил столь слепо, что не сразу осознал: она сама желает умереть. желает и не может. ведь жрецы богини смерти легко отбирают жизнь, но не обладают великой силой воскрешения. и по этому, каждый вечер, с заходом солнца девушка уходила в вечность, но с первыми лучами возвращалась. каждое утро, во время храмовых церемоний с болью и печалью девушка молилась в своем подземном доме. она взывала к безмолвной милости шилен, упрашивая ее не дать нарушиться естественному кругу жизни и послать ей возможность обрести покой, а любимому – забвение. но богиня оставалась глуха к ее молитвам. страдания женщины были наказанием для ее непокорного мужа.

    темные эльфы, создавшие этот барельеф, четко усвоили урок о том, что любовь не может быть вечной насильно, кроме того, за все надо платить. и потому на закате барельеф меняется: изображенная на нем эльфийка постепенно выскальзывает из цепей и превращает свои руки в крылья, а лицо обращает на запад, уходя вслед за солнцем…
    - то есть, - медленно произнесла мирия, пытавшаяся подавить отвращение, - этот эльф каждый вечер ложился в постель с трупом?
    - я думаю, что каждую ночь он молил шлилен вернуть ему жену, - волшебник задумчиво пожала плечами, не отрывая взгляда от скалы. - ты наверно знаешь поговорку: сон – это маленькая смерть? ну, вот его жена и засыпала каждый вечер, и никто не знал, проснется ли она утром. в конце концов, жрец не выдержал этой пытки — все же терять любимую снова и снова врагу не пожелаешь — и когда солнце в очередной раз село, а его супруга испустила последний вздох, он лег с ней рядом и пронзил свое сердце ритуальным ножом. тем самым, с помощью которого он когда-то вернул свою возлюбленную к жизни. судя по тому, что утром они оба остались мертвы, богиня наконец-то отпустила их обоих в вечность.
    - в общем, все хорошо, все умерли! мрачные у вас легенды, ничего не скажешь.
    - а чего ты ожидала от народа, который откололся от светлых эльфов ради служения самой смерти? веселых сказочек на ночь?
    - почему бы и нет? вон племя элроки – тоже служители шилен, - развела руками заклинательница, - что бы к ним попасть, нужно для начала покрошить пару десятков кровожадных динозавров, потом собрать их кости, и лишь затем, если ты еще будешь в состоянии, преподнести эти кости вождю. только тогда с тобой разговаривать попробуют. но зато хмельные напитки у них самые чистые, и если уж тебя не съели — душевных баек расскажут до засыпания!
    эльф неопределенно хмыкнул.
    в сгущающихся сумерках последний луч солнца блеснул яркой радугой, отраженный едва заметным неграненым алмазом на вершине скалы, и путники заметили два силуэта. мрачный мужчина в темно-синих одеждах верховного жреца богини смерти и прекрасная девушка в его объятьях. влюбленные не замечали, что за ними наблюдают далекие потомки. они долго стояли, следя за тем, как теплая весенняя ночь укрывала своими крыльями материк эльмораден, украшала синее бездонное небо россыпью бриллиантовых звезд и разливала чистый лунный свет.
    женщина прильнула к своему возлюбленному. их силуэты начали таять, и вскоре пропали совсем.
     
    Last edited by a moderator: May 12, 2013
  5. lasteexael

    lasteexael User

    Joined:
    10.02.13
    Messages:
    8
    Likes Received:
    8
    охотничьи угодья.

    сон разума рождает чудовищ.

    год 1715

    белые хлопья снега медленно исполняют свой роковой вальс, спускаясь с небес, дабы пожертвовать собой и устлать своими телами грешную землю. время года еще во власти осени, но морозящий холод, превращающий воздух выдыхаемый живыми существами, в облачка пара утверждал обратное. каждый день становился мрачнее другого, кажется, будто мир старается вселить страх в души людей и высосать всю радость из их сердец. леса уже успели сбросить свои красочные наряды и выставили на всеобщее обозрение скрученные ветви со стволами, только хвойные оставались неизменными, не замечая перемен времен года.

    недалеко от гнетущей стены леса находилось поселение людей. место это жители называли дион. почему оно так назывался, никто уже не помнит, город этот стоял еще до того как те самые местные жители переселенцами вторглись в эти места, дабы найти убежище от армагеддона. а те немногие, кому удалось выжить в темные времена, ничего не рассказывали младшему поколению, боясь потревожить призраков прошлого. в итоге история давно уже была стерта из памяти человечества и шрамы былых ошибок, спустя тысячелетия полностью затянулись.

    в том поселении жили люди верующие. в центре города возвышалась над другими зданиями церковь, и каждый божий день в нее стекались толпы людей, а по воскресным дням количество не подавалось исчислению. жители диона переживали трудные времена. на полях уже почти ни чего не росло, домашний скот являл жуткое зрелище: впалые животы и кости, обтянутые кожей. выживали здесь за счет охотников-промысловиков, добывавших пушнину и рога, на торговлю с караванами, так редко ходившими в этих местах. и только белое здание с колоколами и крестом на крыше было как маяк для страдающих в эти темные времена.

    на краю города, вблизи леса, стоял хлипкий домишко, словно не имеющий никакого отношения к городу. в нем проживала семья. мать и отец были ярые христиане, вера их порой граничила с фанатизмом. так же с ними жила их маленькая дочь айрин. девочка была на редкость красивой, у нее были красные волосы и зеленые, будто изумруды, глаза.

    для любой семьи это прелестное дитя была бы подарком небес, но не для них. отец никогда не понимал, от кого у нее могла взяться такая внешность, ведь все в их родне имели темный оттенок волос, а глаза у всех были карими. мать же считала свою дочь ведьмой, но подозрений вслух на этот счет не высказывала.

    жизнь девочки было сущим кошмаром. чтобы она не делала вызывало ненависть, а проступки ее всегда наказывались. она жутко боялась, когда отец звал ее по имени и велел тащить веревку, это значило, что сейчас ее будут пороть, и совсем неважно была ли причина существующей или выдуманной. и поэтому айрин из всех сил старалась не давать им лишнего повода для ненависти, что лишь сильнее злило их.

    ее старались не выпускать на улицу, дабы не становиться целями злых языков. но скрывать ее бесконечно они тоже не могли, это бы вызвало больше подозрений, чем редкая внешность ребенка. поэтому мать ее брала с собой лишь тогда, когда необходимо было сходить на базар за покупками и в воскресные походы в церковь. отец же брал изредка ее с собой на охоту, ведь в лесу, как он любил говорить, всякое может случиться.

    и вот сегодня был именно тот самый день, когда она могла выбраться из домашнего заточения. отец ей о своем намерении отправиться на охоту сказал в последний момент, и ей нужно было быстро собраться, во что бы то ни стало, иначе ее ждала бы веселая неделька, в обществе ненавидящей матери.

    девочка одевалась впопыхах. как можно быстрее она натянула коричневые штаны, с начесом, обвязав их вокруг талии веревкой, следом надела свитер черного цвета, который являлся истинным воплощением всей ее жуткой жизни. последними были одеты пальто и шапка. помнится, однажды именно из-за одной шапки, отец не взял ее с собой в лес, объяснив свое решение тем, что своей красной башкой она распугает все зверье. потом она узнала, что мать нарочно спрятала ее, чтобы не пускать ее никуда.

    - ты готова?- сухо бросил отец, закончив сборы.
    - да.
    - тогда пошли. - он закинул тяжелый рюкзак за спину и вышел наружу.

    мать на прощание пожелала «ни пуха, ни пера». «к черту» - сухо в ответ бросил отец. покидая дом, мать не удостоила ее даже взгляда, и пускай, теперь хоть на пару дней можно будет про нее забыть.

    отец шел впереди нее, неся на своих плечах тяжелый рюкзак, который то и дело раскачивался из стороны в сторону при ходьбе. он по обычаю клал в него все самое необходимое, а именно: маленький топорик, ручную пилу, которую он смастерил вручную. нет, это был не обычный монолитный кусок металла с ручками, а пила, сделанная в виде цепи с зубьями. надо было лишь обхватить дерево этой цепью и начать тянуть по очереди за концы. так же в рюкзаке покоились припасы на несколько дней. отец не мог возвращаться обратно без добычи. самым оптимальным вариантом было добыть оленя. ведь на рынке мясо было всегда в цене, из шкуры можно сшить одежду, вешние рога иноземным торговцам уходили просто за баснословные суммы. поэтому он не мог вернуться с пустыми руками. смерть животных даровала жизнь всему городу, ну или, по крайней мере, тем, кто мог позволить себе это. так же он брал с собой порох, чтобы было чем заряжать ружье.

    ружье он нес в руках наперевес. оно было довольно старым, доставшимся ему от его деда. а ему в свою очередь с войны, трофеем. деревянный приклад был со временем затерт до блеска от контакта с плечом, а на металлических частях были выгравированы различные сцены охоты. отец обожал его и порой хвалил и гладил за успешный сделанный выстрел. айрин не ревновала к этому куску дерева с металлом, она уже привыкла быть персонажем заднего плана, но не мать. матери убийство тварей божьих было отвратительно. она в сердцах проклинала это ружье, а отец, словно назло ей отдавал всю свою любовь и заботу ему. по началу, когда он собирался на охоту, она изводила его праведными речами и подкрепляла их цитатами из библии. но однажды он не сдержался и ответил ей на ее причитание: « это убийцы отнимают жизнь ради своей прихоти, охотник же добывает дичь для выживания и ни когда не отнимет жизней больше, чем ему нужно!». после этого семейный каламбур сошел на нет.

    следуя за отцом, она думала, почему же ей так нравиться охота? она любила эти лесные прогулки не столь за чувство свободы, которое даровали лесные просторы, а потому что отец тут становился совсем другим человеком. его охватывало еле уловимое чувство радости, едва ступал он на порог опушки и делался более разговорчивым. и в эти часы он словно забывал, что презирает свою дочь. он делился с ней историями, в которых бывал сам и теми, которые слышал от других охотников. рассказывал ей о принципах охоты, о ее философии и маленькие секреты по добычи и свежеванию дичи.

    айрин прекрасно понимала, что вести диалог с отцом опасно, это сродни прогулки по полю с капканами, поэтому только задавала вопросы. человек гораздо легче идет на контакт, когда им интересуются, он начинает считать себя интересной личностью, пускай это и наглая ложь. но порой так хочется кому-нибудь высказаться, открыться, пусть это даже твой заклятый враг. в народе есть мудрость: «человек любит общество, будь это даже общество одиноко горящей свечки». только вот это изречение явно было не про айрин. она больше всего на свете предпочла бы одиночество. даже в фантазиях превалировали мечты о мире без людей. да и вообще, о чем она размышляет? сейчас не время для такой чепухи.

    по лесу шли они быстро. иначе было нельзя, остановись ты ненадолго и позволь своему телу остыть, потом придется часами снова согреваться. отец снял ружье с предохранителя и стал более сконцентрированным, превратившись в одно сплошное зрение со слухом. он стал постоянно смотреть по сторонам, старясь ничего не упустить, будь то: следы, еле слышный шорох или любое малозаметное движение.

    девочка ступала по следам своего отца, стараясь от него не отставать. она полностью отдавала себя преследованию, даже старалась ступать нога в ногу на следы, оставляемые ее отцом на свежем, только выпавшем снегу, превратив это в своего рода игру. окружающий мир для нее не существовал, центром ее вселенной являлись сейчас: широкая спина с рюкзаком и отпечатки сапог впереди идущего. она даже не смотрела по сторонам, да и зачем ей это нужно было? она все равно не ориентировалась в пространстве как ее отец. для нее лес был одинаков, в какой бы части него она бы не находилась.

    вдруг отец резко остановился и присел, начал, что-то усердно разглядывать на земле. айрин поступила также и присела на корточки рядом с отцом.

    - нам сегодня повезло с погодой. – начал он. – знаешь почему?
    - почему же? – взглянув ему прямо в глаза, спросила девочка.
    - на свежем снегу, все следы тоже свежие. вот, взгляни. – указав пальцем на отпечатки лап подле него. – тут недавно пробежал заяц. взгляни внимательно и ответь, в какую сторону он ускакал?
    девочка принялась разглядывать следы. они может и были свежими, но не четкими. подушечки лап и когти не были пропечатаны, а сам след напоминал трапецию из четырех точек. размышляя логически, передние лапы должны были расположены ближе друг к другу, следовательно, вершина трапеции и являлась направляющей движения зайца.
    она поделилась своими умозаключениями с отцом, на что он ответил ехидной усмешкой. редкая улыбка, возможно вообще первая, которую видела айрин на его лице.
    - это распространенная ошибка всех молодых и неопытных. на самом же деле, направлялся он в противоположную сторону, которую ты указала. дело в том, что когда заяц скачет, он заносит вперед задние лапы, а передние остаются позади. тем самым, задними лапами он отталкивается, а передние ему служат балансировкой. ладно, давай, встаем. пойдем, поглядим, куда приведет нас след. - сказал он, вставая, и двинулся по следам животного, крепче сжав оружие и положив палец на курок.

    дальше они шли, снова молча, и девочка снова отдалась своим размышлениям. ей, почему то вспомнились далекие дни. как однажды они с матерью, как и в любое воскресенье, направлялась в церковь на проповедь. она держала дочку за руку и через нее айрин чувствовала, как мама сильно взволнована с предстоящей встрече с пастырем заблудших душ, что напрочь позабыла о стыде, который вызывало существование дочери.

    утром возле церкви уже собралось множество людей, всем натерпелось по скорей занять место и причислится к рядам очищенных.

    духота внутри была просто невыносима, такое ощущение, что ты пришел не в церковь, а явился на аудиенцию к сатане. атмосфера была накаленной от горящих повсюду свечей. какой толк их зажигать, если на улице было и так светло, айрин просто не понимала.
    тут зашли еще прихожане, и им с матерью пришлось потесниться возле стены. мест на скамейках всем не хватало, и люди жались друг к другу. пот и духота делали свое дело, дышать становилось просто не возможно. чтоб хоть как-то спастись от запаха смрада, девочка зажала нос, но мать, увидев это, ударила ее по руке и рявкнула: «терпи!». затем подняла голову обратно, ожидая появления священнослужителя.

    стоит ему отдать должное, ждать себя долго он не заставил. айрин его не было видать из-за роста, но она знала, что он облачен в наряды с цветами белого и красного, а на шее весит подобие шарфа, окантованный по краям какими-то надписями и на котором вышиты два больших красных креста. так же стоит подчеркнуть, что с его появлением изменилась окружающая атмосфера. в огромном зале повисла гробовая тишина, изредка прерываемая шагами священника. заняв свое место на пьедестале, он начал петь, и все как один сложили руки в молитве и закрыли глаза.

    она была тогда еще очень глупой, и будь нынешняя айрин там тогда, то не совершила бы того опрометчивого поступка, а именно тихо ускользнуть из церкви на свежий воздух. все равно за время долгой службы глаза раскроют они еще не скоро, и исчезновение ее не будет замечено.

    выскользнув наружу, она вздохнула полной грудью, как же тут замечательно, никого нет, словно весь мир был у ее ног. непонятно зачем люди тратят столько времени на молитвы, когда лучше его было бы потрать на достижение своих желаний?

    айрин присела на ступеньки и стала греться в лучах солнца. как вдруг она услышала, что где-то неподалеку кого-то ругают. будучи, крайне любознательным ребенком, девочка решила сходить туда, где доносился шум.

    за углом церкви ей открылась примечательная картина. лицом к лицу стояли две монахини. одна старая, с лицом морщинистым и сухим, а вторая, напротив, молодая с красивым и свежим личиком.

    старуха ругала свою собеседницу, но за что именно айрин не расслышала. когда брань прекратилась, пожилая монахиня отломила прутик от рядом росшего кустарника, очистила его от листьев и сучков, приказала вытянуть руки вперед. молодая послушница выполнила приказ, и вытянула руки вперед ладонями в низ, как от нее требовали. а затем удар, еще удар и еще. прут в руках старухи резал воздух со свистом и ложился на руки, словно стэк на круп лошади. удары все не прекращались, молодая послушница смотрела своей обидчице прямо в глаза и словно не ощущала боли, от чего наказание стало еще неистовее. вдруг с ладоней, стала капать кровь, и только тогда старый палач выбросил свое орудие пытки.

    старуха молча покинула свою послушницу, и широкая шагая направилась в сторону айрин. девочка поспешно спряталась за росшим неподалеку деревом. она прошла мимо, не заметив ее. вблизи она оказалась еще уродливее. высохшая, морщинистая, с выцветшими мутными глазами и редкими прядями белых волос покрывающие пятнистый розовый череп. отвратительнее старухи айрин не доводилась видеть. а когда она отдалилась на значительное расстояние, айрин бросилась к молодой монахине. та сидела на земле, прислонившись стене, и смотрела на медленно плывущие в небе облака.

    девочка робко подошла к ней, и увидела, как окровавленные ладони послушницы трясутся. айрин было жалко ее, хотелось, чем ни будь помочь, но кроме слов утешения ничего в голову не приходило. но тут ее взгляд наткнулся на листья, оторванные старухой. это были листья куста поитилиона, о его лечебных свойствах ей рассказал как-то отец. все же это растение не только для наказаний годится. она подобрала их все, собрала в букетик и присела рядом с ней, стараясь заглянуть ей в глаза.

    монахиня была настоящей красавицей. кожа бледная словно молоко, волосы цвета пшеницы, а глаза голубые как то небо, на которое та смотрела пустым взглядом. послушница только сейчас заметила рядом с собой маленькую девочку и посмотрела на нее удивленно, стараясь как можно скорей спрятать руки.

    - дитя, тебе чем-то помочь? – спросила она.
    - вот, приложи, это поможет скорее вылечить твои раны.
    - спасибо, что беспокоишься, - с улыбкой продолжила монахиня - но уверяю, в этом нет нужды, я привыкла к боли. а вот если тебя увидят рядом со мной, непременно накажут.
    - за что? за то, что решила помочь? это же нелепо! - девочка возмущенно вскинула руки.
    - тиши ты, тише. нас могут услышать. ладно, давай сюда свои травы. – она протянула все еще трясущиеся руки.
    - нет! я сама приложу. с такими руками тебе ничего нельзя делать. – и она принялась прикладывать листочки на места ранений. что примечательно, монахиня снова не проявила признаки боли. – ты очень похожа на меня. тоже терпишь унижение и боль, из-за всех сил стараешься быть сильной и не ожидаешь ни с чьей стороны помощи. я прекрасно понимаю тебя, меня вот вовсе ненавидят родители из-за моей внешности, так как я ни на кого не похожа.
    - знаешь, что я тебе скажу? они завидуют тебе. зависть-это религия серости. она бодрит посредственные личности, прислушивается к снедающим их страстям и в итоге разлагает душу. зависть нашептывает оправдания собственному убожеству и алчности, приравнивая их чуть ли не к добродетелям. зависть внушает уверенность, будто небесные врата открыты лишь для неудачников, кто не оставил по себе достойного следа, ибо растратил жизнь на неприглядные попытки унизить других, отвергнуть и по возможности уничтожить более одаренных соплеменников по той единственной причине, что они таковы как есть. ведь на ярком фоне особенно заметны духовная нищета, скудоумие и малодушие посредственных. блажен тот, кого облаивают идиоты, ибо те не властны над своей душой. аминь.
    - откуда это? я не помню этих строк в священном писании.- сказала айрин закончив лечить собеседницу. монахиня ответила, убирая больные руки:
    - это мое. священное писание-это вообще красивая сказка для детей написанная плохим писателем. библию написал не господь, а люди и они же редактировали ее на протяжении многих веков.
    - за такие слова ты не боишься, что боженька тебя покарает?
    - он меня с детства карает. по воле господа я родилась в этом проклятом мире. волк гонится за зайцем. сильный пожирает слабого! общество людей устроено по тому же принципу. если бог, которого все воспевают, такой праведный и хороший, так почему он допускает такую несправедливость? единственное за что я благодарна господу богу, так это за то, что он сделал меня атеисткой.
    - но ведь ты служишь в церкви.
    - меня сюда насильно отдали родители. в свое время я не смогла дать отпор, вот и приходиться приспосабливаться. говорю же, весь мир это охотничьи угодья, здесь доминируют либо те, у кого есть клыки и когти, либо те, у кого хватило ума соорудить ружье.- наступила неловкая пауза, но послушница снова продолжила, уже более мягко.- я дам тебе совет, которого я не поучила в свое время. слушай внимательно. человека с ружьем легче победить, если у тебя тоже будет такое же оружие. так же и с верующими, ты должна обратить их праведные речи которыми они прикрывают свои злодеяния против них, а для этого ты хорошо должна знать священное писание.
    - хорошо, я запомню. слушай, а можно задать еще один вопрос?
    - да, конечно.
    - скажи, а как тебе удается терпеть, не смотря на такую боль?
    - все просто. я не выказываю слабости, потому что боль, которую причиняют моему телу ничто по сравнению с ранами, оставляемые на сердце из-за не справедливости. телесные повреждения можно стерпеть, если воспринимать боль как нечто совершенно новое, как чувство доселе еще неизведанное. я вот, когда меня наказывают, считаю удары, мне это помогает сдержать слезы и мириться с несправедливостью. кстати, а как звать, мою спасительницу?
    - айрин.
    - красивое имя. - с доброй улыбкой произнесла сестра.- кстати, возьми красное яблоко, за твою помощь, все рано с ним меня в церковь не пустят, не пропадать же ему.- монахиня достала из корзинки большое спелое красное яблоко, протянула его девочке, но оно тут же выпало из еще неокрепших рук.
    айрин подобрала его и вытерла о свое штанишки.
    -спасибо, большое сестра. кстати, а я ведь имени до сих пор вашего не знаю.
    - я фэйт, что в переводе означает вера. саркастичное имя, не правда ли, для монахини атеистки?- девочка улыбнулось в ответ. - айрин, а тебе не пора бежать? а то с минуты, на минуту служба закончится, и тебя хватятся.
    - точно, я совсем забыла, спасибо вам большое за наставления. мне пора. до свидания! – айрин резко стартанула с места и что есть мочи бежала обратно в церковь.
    когда айрин вернулась с воскресной службы обратно домой, мать поспешила к отцу. как оказалась, она каким-то образом заметила отсутствие дочери на проповеди. отец велел тащить ему веревку. затем он начал ее сечь. она терпела боль, сжала зубы и принялась считать удары отца. но тут она увидела, как мать надкусила яблоко, которое ей подарили, и сбилась со счету. у нее словно что-то оборвалось в нутрии, тяжелый комок поступил к горлу, и ей стало трудно дышать и слезы сами полились из глаз.
    вера оказалась права.

    * * *​


    айрин вернувшись из воспоминаний, заметила, что они с отцом почти подошли к огромному снежному полю. долго они, видать, шли по следу.
    подходя все ближе к поляне, глубина снега становилась все больше. выйдя на поляну, айрин была уже по колено в сугробе.

    - вот это да! – воскликнул отец.
    девочке не терпелось увидеть, что же так удивило отца. выглянув из-за спины, она увидела, что следа зайца резко обрывались и на месте где должны были быть следующие, лежала пригоршня красных ягод. но не это удивило отца, а то, что было на поляне. она была испещрена огромными следами, а в центре была огромный круг выжженной земли, будто сюда рухнула звезда.

    - первый раз вижу лунку таких размеров! что же за птица могла устроиться так на ночлег? а следы, я вообще первый раз такие встречаю! да они с твой рост, айрин! – отец возбуждено ходил по полю, внимательно разглядывая каждый миллиметр. но его энтузиазм резко остыл, когда он оказался на выжженном кругу. он помрачнел, и как можно скорее покинул его. – идем. нам засветло к избе еще придти нужно.

    и отец повел ее за собой. к избе они пришли ровно с приходом темноты. на небе уже показались первые звезды и на смену золотой монете явилась серебряная. именно в такое время воображение начинает вырисовывать загадочные тени на фоне полуночного леса.

    сама избушка была простой, состояла она из срубленных сосновых бревен, составленных друг на друга. построили ее охотники промысловики, чтобы можно было переждать зимнюю ночь. в теплое же время года ночевали возле костра под открытым небом. дверь была небольших размеров, так что когда заходишь внутрь, приходится пригибаться. и когда отец заходил, он здоровался. айрин не понимала, кому адресовано это приветствие, но, не желая становиться белой вороной, она пригибала голову, хотя могла спокойно пройти, и еле слышно здоровалась.

    внутри царил настоящий минимализм. напротив входа в стене было вырублено маленькое окошко, над ним полка, на которой покоилась керосиновая лампа. под окном стоял стол, а по бокам от него нары. возле двери, с левой стороны, находилась большая печка с дымоходом из металлической трубы. печь, быстро остывала, и парой приходилось ее топить раза 3-4 за ночь. а так как отцу необходимо выспаться, следить за теплом надлежало ей.

    зайдя внутрь, отец скинул весь свой багаж на нары, а затем вышел обратно в ночь, за посудой, спрятанной в тайниках. айрин не знала, где все было запрятано. об этом знали только охотники, а все остальные, если находили тайники, грабили все содержимое, даже если оно им совсем было ненужно, такова уж черта всех людей.

    пока отец ходил где-то, девочка очистила стол и нары от мышиного помета. сходила к ручью, набрала воды. зажгла лампу и затопила печь, и стала ждать возращения отца. чуть позже он вернулся, держа в охапку две тарелки, ложки и кружки, котелок, чайник.

    поставив кипятить воду в чайнике и котелке на печь, стал разбирать рюкзак, когда закончил вода уже вовсю кипела. затем он заварил чай и приготовил похлебку. оба усевшись на нары за стол, принялись за еду. после дня ходьбы по лесу, айрин готова была есть даже грязь, лишь бы скорей набить желудок.
    за все время после той странной поляны, отец хранил молчание. лицо его было задумчивым, лоб наморщен - явный признак того, что его что-то гложет.

    покончив с ужином, айрин сложила всю еду в мешок, повесила его на гвоздь на потолке, чтобы мыши не добрались. затем подстелив под головы теплые вещи, улеглись спать, все в том же гнетущем молчании. девочку это беспокоило, ведь отец так и не зачитал молитвы ни за ужином, ни перед сном. что же такое увидел отец на поляне, если это его настолько выбило из колеи.




    * * *​


    проснувшись утром, девочка обнаружила, что отец оставил ее одну, а сам отправился на охоту. этой находке айрин была несказанно рада, это означало, что до вечера можно было заниматься чем угодно, не боясь пристальных глаз.

    поднявшись с постели, она протерла еще сонные глаза, оделась,заварила чай, достала из мешка хлеб с солью и налила суп, еще теплый. видать отец, уходя утром, все же успел перекусить. закончив свою скромную трапезу, девочка оделась, взяла всю грязную посуду, чтобы помыть ее в ручье, да и самой ей необходимо было умыться.

    выйдя наружу, девочка чуть не ослепла от яркого света. дыхание сбилось от морозящего свежего воздуха.

    когда же глаза более - менее привыкли, она увидела, что снега выпало за ночь очень много. и, похоже, небеса даже не думали прекращать одаривать снежинками землю. на сердце у девочки стало еще веселей. ведь для нее, снег был словно герой из детских сказок, за короткое время ему удавалось победить мрак и расстелить по всему миру свои белые знамена победы.

    аккуратно ступая по хрустящему под ногами снегу, она спустилась к ручью. разложила всю кухонную утварь на берегу ручья. взгромоздилась на бревно, специально переброшенное с одного берега на другое, дабы удобнее было набирать воду с запруды. айрин доползла на четвереньках до середины, уже приготовилась продолбить тонкую корку льда, покрывшую всю гладь воды. как вдруг заметила, что рядом с ее ладонью лежит красная ягодка, а неподалеку еще одна и так цепью до другого берега, а там тропинкой поднимается в гору.

    глядя в ту сторону, она ощущала, что ее охватывает странное и загадочное чувство. казалось, будто что-то тянет ее туда, зовет по имени. это заинтересовало ее. айрин словно завороженная, подняла одну ягодку на солнце, чтоб получше разглядеть. девочка крутила ее и так и эдак, но ягода оставалась ягодой без каких либо видимых магических свойств.

    когда она полностью разочаровалась в ней, то положила в карман своего пальто и решила посмотреть, куда ее приведет ягодная тропинка.

    тропа вела в гору и казалась бесконечной. подъем давался ей с трудом. постоянно одежда цеплялась за ветки деревьев и кустов, преграждавших ей путь, а подъем становился все круче. и когда она уже добралась наверх, то была вся потная, а ветки и листья торчали из волосах и на одежде. дыхание сперло от трудного подъема в гору.

    отдышавшись, айрин подняла голову и увидела нечто необычное. линия ягод заканчивалась в метрах 5 от нее, а там, где она обрывалась, стоял пенек. на нем восседало это! животное не было похоже ни на одно из всех виданных ей ранее. оно сидело на задних лапах. тело было заячьим, но окрас, был необычен. он был красный с белыми узорами вокруг глаз. на животе же его имелось белое пятнышко виде пятиконечного листочка. но все это не вызывало столь большого удивления, как то, что у него росли огромные оленьи рога, которые, словно живые, пульсировали красноватым оттенком. а еще на них висели грозди тех самых красных ягод, из-за которых она поднялась в гору.


    [​IMG]

    они смотрели в глаза друг другу, не отрывая взгляда. айрин решила подойти поближе, чтобы лучше рассмотреть загадочное существо.

    осторожно, старясь не совершать резких движений, сделала шаг. рогатый заяц, на ее попытку приблизиться, наморщил нос и сиганул прочь, роняя на снег маленькие рубины-ягоды.

    айрин бросилась бежать за ним, хотя понимала, что затея глупая. догнать животное все равно не удастся. но рогатый заяц, будто читая ее мысли, остановился, посмотрел на нее и стал ждать. она удвоила усилия и поднажала что есть мочи. теперь, когда девочка сильно отставала, он ждал, когда она догонит его. конечно, иногда, она теряла его из виду, но вновь отыскивала его по следам. кстати отец оказался прав, на заячьих следах, действительно, впереди задние лапы. конечно, если можно назвать это существо зайцем.

    спустя очень долгое время игры в эти догонялки, девочка совсем выбилась из сил. вся одежда прилипала к телу, горло драло от холодного воздуха, в ушах звенело, ноги налились свинцом, она уже просто не могла продолжать погоню по сугробам, а вдобавок ко всему этому она еще умудрилась заблудиться. но айрин не паниковала на счет этого, можно было, если что, вернуться обратно по следам.

    прислонившись к ближайшему дереву, она вытерла пот, застилавший ей глаза, и стала дышать глубже, чтобы нормализовать дыхание. отдышавшись, и когда стук сердца, отдающийся в ушах, стих на столько, что можно было услышать звуки окружающий мира, она услыхала, неподалеку, детский смех.
    девочка с трудом оторвалась от дерева, и, ступая осторожно, насколько позволяли ей ноющие ноги и снег под ними, двинулась на голос. вдруг, впереди меж деревьями промелькнула чья-то тень. айрин сразу метнулась за дерево. там действительно кто-то был, но разглядеть не удавалось, тогда двигаясь от дерева к дереву, девочка подошла ближе.

    на сегодня видать это были не все странности. по лесу бегал мальчишка примерно ее возраста. он убегал от кого-то, но это была не погоня, а больше похоже на игру в салки, но вокруг кроме него некого не было.

    у мальчика был заливистый смех. айрин глядела на него и улыбалась. в их поселении играющих между собой детей не увидишь. суровая жизнь заставляла взрослеть быстро, детство утекало сквозь пальцы, и на окружающий мир они смотрели глазами стариков.

    но вдруг он резко остановился и повернул голову в ту сторону, где затаилась айрин. девочка перепугалась, что ее обнаружили. она не знала куда деваться, перепрятаться уже не удастся, и поэтому она присела, обхватила ноги руками и вся внутренне сжавшись, молилась, чтобы ее не обнаружили.
    на мгновение лес замер в ожидании. и словно гром, оборвав тишину, захрустел снег под ногами мальчика. шаги становились все громче, он приближался. не зная как поступить, айрин спрятала голову в коленях, наивно полагая, что ее не заметят. вдруг шаги прекратились, и по звуку стало ясно, что он стоит рядом с ней.

    подняв неуверенно голову, она увидела стоявшего возле себя черноволосого мальчика с настолько голубыми глазами, что глядя в них, хотелось пить. парень дружелюбно улыбнулся и протянул ей руку. воспользовавшись его помощью, она поднялась с холодного снега.

    - негоже даме сидеть в снегу. – произнес он голосом мягким как поцелуй. – зачем ты пряталась за деревом?
    айрин не знала что ответить. слова застряли у нее в горле и она молча смотрела на него. но мальчик не растерялся, и все с той же обезоруживающей улыбкой продолжил.
    - помидорка, я к тебе обращаюсь. как ты попала сюда?
    - я не помидорка… - смущено произнесла она.
    - прости, я не хотел обидеть тебя. я дэймон. - представился мальчик. - а тебя как звать?
    - айрин.
    - необычное имя. скажи, айрин, как все же ты очутилась тут?
    - я за зайчиком гналась. – неуверенно произнесла она, глядя на свои сапожки.
    - за каким еще зайцем?
    - рогатым.- айрин было неловко говорить. она сама толком не поняла, как оказалась тут. да еще и этот заяц с ягодами. все слишком нереально, чтобы поверить в произошедшее с ней.
    - ты об эльпи, что ли? однорогих кроликах.
    - нет. – девочка подняла глаза на него - у того были рога как у оленя и еще на них росли ягоды.
    - ягоды? они зимой не растут. ты, наверное, меня просто обманываешь.
    - да не вру я! – действительно, это было бы последнее, что она сделала бы в своей жизни, так она была воспитана. – сейчас я тебе докажу. – она достала из глубины кармана красную ягоду, поднятую еще в самом начале ее путешествия, и протянула ему в доказательство.
    - позволь взглянуть. – мальчик протянул ладонь, и девочка аккуратно положила на нее ягоды. дэймон поднес ее к лицу, а затем поднял ладонь повыше, как будто давая посмотреть другому. чуть позже вернув айрин ягоду, он продолжил. – мои друзья подтверждают, что ты говоришь правду. а еще они говорят, что ягода наделена магическими свойствами, и именно благодаря ей ты прошла барьер, который ограждает от вторжения сюда посторонних.
    - какие еще друзья? - айрин уже стало казаться, что мальчишка сумасшедший, а такие всегда приносят неприятности. – мы же тут с тобой одни.
    - как?! ты разве не видишь их?
    - кого? – айрин уже всерьез подумывала, как поскорее избавится от него. на сегодня приключений на голову ей хватит.
    - ну, маленьких эльфов. они еще возле меня летают. – мальчик развел руками над головой.
    - прости, я никого не вижу.
    - хм. понятно. тогда проглоти ягоду, она должна ненадолго даровать магическое зрение.
    - но я не голодна вообще то.
    - я не накормить тебя пытаюсь, просто сделай, что я тебе говорю, и сама все увидишь.

    девочка с кислым лицом посмотрела на нее. делать ничего не оставалось, чтобы поскорее избавиться от него придется, съесть эту треклятую ягоду. как же она устала от всего этого.

    проглотив ее, и посмотрев с вызовом на мальчика, пытаясь тем самым показать, что ничего не произошло. но тут, пред ее лицом стали появляться какие-то размытые пятнышки, кружащие из стороны в строну. протерев глаза, она внимательнее разглядела их. то были маленькие люди в одеждах из листочков, лиц айрин разглядеть не могла, так как все они были немного размыты.

    - ты прав! я вижу их, хотя, правда, не очень четко. – девочки и правда не верилось, что это все происходит с ней. раньше она считала, что чудеса и магия, есть только в сказках… и в библии.
    - видеть духов дано не каждому, это как музыка. не все, слушая мелодию, представляют себе образы. эльфы говорят, что тебе крупно повезло. наткнуться на ягоды большая удача. так как растут они раз в сотню лет.
    - но я почему-то не слышу их.
    - ты скорей всего отравилась.
    - чем?!
    - реальностью.
    - это не смешно. я уже испугалась, что ягода была ядовитой. – маленькие духи схватились за животы. она их, конечно, не слышала, но не трудно было догадаться, что они смеются над ней.
    - я не шутил. эффект гораздо сильнее был бы, если бы ты верила в магию. чем сильнее вера, тем более настоящими они являются, мне мама так говорила.
    - а как мне с ними тогда общаться?
    - ну, пока я рядом, тебе не стоит волноваться. я буду передавать, что они тебе говорят.- айрин ответила робкой улыбкой на его слова.- кстати, я ведь вас та не познакомил.- и тут все эльфы выстроились в шеренгу перед ней.- ну, начнем. справа налево: гарла, кафлер, сангал, мэфалла и риварол.
    - очень приятно познакомится, друзья. – в ответ на ее приветствие эльфы поклонились.
    - они спрашивают, не поиграешь ли ты с ними?
    - мне бы очень этого хотелось, но мне уде пора возвращаться. отец может вернуться и… - тут вдруг девочка вспомнила кое-что важное. - о боже! посуда! я ее бросила возле ручья. как же я могла совсем про нее забыть?! мне срочно нужно возвращаться! – она развернулась и хотела уже броситься бежать к ручью, как вдруг обнаружила, что следы ее замело. и вернуться обратно, как она планировала, уже не получиться. от обиды в груди начало щемить и слезы начали наворачиваться на глазах, сделав все вокруг размытым. она всхлипнула, стараясь удержать слезы.
    - что случилось? – дэймон искренне недоумевал.
    - я заблудилась. а если не вернусь раньше отца, то он накажет меня за посуду. – тут одна слезинка потекла по щеке, оставляя за собой мокрую полоску.
    - кафлер спрашивает, куда тебе нужно? он говорит, что может знать дорогу.
    - в избу. она находится на другой стороне ручья.
    дэймон и эльфы, немного посовещавшись, решили:
    - попасть обратно можно, но придется сделать небольшой крюк. это из-за барьера. ну что ты согласна?
    - правда?! – айрин не верила своим ушам. смахнув слезы руками, она продолжила. – они мне действительно помогут?
    - конечно. но с одним только условием.
    - говори, я на все согласна.
    - они просят, что бы ты поиграла с ними в следующий раз. ты согласна? – улыбаясь, произнес мальчик.
    - почту за честь! - в ответ улыбнулась айрин.
    и маленькие человечки повели их за собой вперед. айрин замыкала процессию. она шла за мальчиком, и один вопрос не давал ей покоя. переборов все же свое волнение, она решилась озвучить его вслух.
    - дэймон, скажи, а откуда взялись все эти магические существа?
    - они были всегда.
    - тогда почему жители городов и маленьких поселений ни разу с ними не сталкивались?
    - я, правда, всего не знаю, но мама мне рассказывала, что это связано с армагеддоном. – сказал он, пожимая плечами.
    - кто такой этот армагеддон? – на ее вопрос, дэймон разразился смехом. айрин смотрела на него, недоумевая. чем она спровоцировала такую бурную реакцию с их стороны.
    - не кто, а что! – продолжил мальчик, прекратив свой смех. – давным давно, 18 столетий назад. миром правили боги. волшебство, и магия были делом обыденным. тогда помимо людей, на земле существовали и другие расы. были орки, эльфы, гномы и даже однокрылые ангелы - камаэли. в те годы велись постоянные сражения между силами света и тьмы. чаши весов почти всегда находились наравне, пока богиня смерти шилен не произвела на свет свое последние дитя мрака – дракона хаоса. черный дракон высасывал жизнь из всего живого. если раньше героям удавалось справляться с прошлыми драконами стихий, которая посылала на них богиня, то от дыхания этого складывали мечи даже самые могучие войны.
    правления богини смерти принято считать армагеддоном. кровавая луна спрятала лик солнца на долгие годы. а без солнечного тепла растения переставали расти. матери душили своих младенцев в колыбелях, чтобы тем не приходилось страдать от голода. весь мир раскололся на два лагеря, на тех, кто принял сторону шилен и тех, кто остался верен богине еве. люди, эльфы, гномы и даже титаны, пошли войной на приспешников тьмы. в той войне погибали миллионами. но, в конце концов, силы света все же одержали верх, но цена за победу была невероятно высока. раса орков и камаэлей вымерла навсегда, небольшие горсти светлых эльфов спряталась в лесах, темные эльфы ушли в подземелья вместе с гномами. и на могилах убитых богов, люди воздвигли крест новой веры. началась новая эпоха и новое летоисчисление. и с тех пор многие люди пытаются искоренить все волшебство из мира, дабы не произошли новые трагедии. и именно поэтому все маленькие духи и волшебные существа прячутся от посторонних глаз. ну, по крайней мере, мне так мама рассказывала.
    - невероятно! просто не верится, что такое и вправду могло быть.
    - ну, совершенная истина почти всегда кажется невероятной.
    дальше они шли болтая о всяких мелочах, иногда во время пути их развлекали маленькие эльфы. рядом с ними, впервые в жизни, айрин почувствовала себя счастливой.
    - мы почти прошли барьер, осталась немного. – объявил дэймон.
    девочка увидела вдалеке огромную поляну. возникло странное чувство дэжавю, как будто она уже была здесь. и чувства не подвели. она действительно была тут вчера с отцом. эта та самая поляна со странными следами и огромным выжженным кругом на земле.
    она бросилась вперед, чтобы лучше все рассмотреть, и все же ей еще было любопытно, что там увидел отец тогда, что так повлияло и резко сменило его настроение.
    - айрин, ты куда? – озабочено воскликнул ей в след мальчик.
    - я сейчас! нужно кое-что проверить!
    девочка выбежала на открытое пространство и была поражена тому, что увидела. все следы, что были вчера на поляне, запорошило снегом, но огромный круг почему-то не был тронут снежинками. айрин медленно пробираясь по сугробам, подошла к нему и заглянула внутрь.
    она долго разглядывала землю, и кто тому времени уже подошел дэймон, но без своих маленьких путников.
    -что ты ни стого ни с сего убежала? – спросил мальчик.
    - мне нужно кое-что найти. – не прекращая поисков, сказала айрин
    - а что именно нужно искать?
    - не знаю, что-нибудь, необычное.
    - например, это? – дэймон поднял с земли коричневую чешуйку и протянул девочке.
    - да, что-то типа этого.- она забрала ее у него и стала крутить ее в руках. та была очень теплой и на свету переливалась всеми цветами радуги. – какая красота! кстати, куда подевались твои друзья?
    - говорят, что им не по себе возле этого места. сказали, что подождут рядом, пока мы вернемся.
    - понятно. а как ты думаешь, кому принадлежит эта штука?
    - не знаю, но готов поклясться, что тот кому она принадлежала, был чертовски огромных размеров. и мне кажется, я начинаю понимать опасения своих маленьких духов.- дэймон взял ее под локоть и потянул прочь из круга. - айрин, нам надо убираться отсюда, у меня не хорошее предчувствие.
    и словно вторя его опасениям, из лесу раздался рев монстра, холодящий кровь. дети повернули головы в сторону, откуда доносился звук. и увидели огромную черную тень, затаившуюся меж деревьев и смотрящую на них кроваво-красными глазами.
    - бежим!!! – скомандовал дэймон.

    дети из всех ног бросились бежать, пытались удрать с открытой местности, где являлись отличными мишенями для хищника. но пробираться через сугробы быстро было невыполнимой задачей даже с учетом, что бежали они обратно по своим же следам.

    тут позади них раздался треск дерева. девочка бросила беглый взгляд назад и охнула от удивления. за ними гнался дракон! он в 2 раза превышал размерами ребят. глаза его горели огнем, тело было покрыто чешуей, блестящей на солнце словно сталь. ноги и подбородок украшали шипы, зубы были настолько острые, что одного взгляда было достаточно, чтобы порезаться. вместо крыльев, на спине у него были какие-то уродливые отростки. для своих габаритов перемещался он довольно легко.


    [​IMG]

    дракон стремительно приближался, и казалось, что их уже ничего не спасет. как вдруг дракон споткнулся, и огромная туша кубарем покатилась вперед, вздымая в воздух фейерверки снежинок.

    - не останавливайся!- крикнул дэймон. - иначе это будет последняя остановка в твоей жизни!
    - что это за существо? – спросила айрин, ускоряя свой бег.
    - а ты как разве не видишь?! это дракон! нам еще очень повезло, что это всего лишь детеныш. будь он взрослее, то просто зажарил нас на месте. слушай меня внимательно. необходимо добраться до деревьев, а там неподалеку есть овраг. ты спрыгнешь в него, а я с эльфами отвлеку его на себя.
    - я не могу так поступить! – протестовала в сердцах девочка. - что же станет с вами?!
    - мы сможем постоять за себя. если ты не заметила, то именно эльфы свалили его, выиграв нам немного времени. – огромное существо, оскалившись, поднялось на ноги и снова возобновило преследование за детьми. к тому времени они уже убрались с поляны и бежали между деревьями. – в следующую нашу встречу, я обязательно представлю тебя своей маме, ты ей точно понравишься, а затем мы обязательно поиграем, во что ни будь.
    - я бы очень хотела бы этого! – прокричала девочка.
    - ну что ж, тогда все в порядке. - и он столкнул ее в овраг. - кафлер покажет тебе дорогу до избы. не забудь обещание данное эльфам!

    айрин, скатившись на дно, поднялась, отряхнулась и прислушалась к удаляющимся звукам погони. тут вдруг, в воздухе, напротив ее лица, возник, маленький эльф. девочка сразу догадалась, что и есть тот самый кафлер, который был вынужден сопроводить ее до избы. и она последовала за ним.

    возвращение казалось бесконечно долгим. всю дорогу айрин беспокоилась за дэймона. как бы ей хотелось знать, удалось ли ему и его друзьям спастись.

    стало темнеть. впереди она увидела тянувшуюся к небу полоску дыма. значит, отец все же вернулся раньше ее, и наказания теперь было не избежать. айрин тяжело вздохнула.

    за все время дороги маленький эльф кафлер таял у нее на глазах, словно туманная дымка. заканчивался эффект ягоды. и когда она уже подошла к избе, он и вовсе растворился.

    девочка стояла возле двери и боялась заходить, страшась отцовского суда. но она уже порядком устала и замерзла, а урчание в животе просто сводило с ума. надо было по скорей начать, чтобы все быстрей закончилось. и она только протянула руку, чтобы схватиться за дверную ручку, как дверь открылась.

    в дверном проеме стоял хмурый отец. его лицо сначала было удивленным, когда он увидел ее, но тут же сменилось маской разгневанного демона.

    - ты где проподала, ничтожество?! – заорал отец.
    - гу..гу..ля..а…- неуверенна промямлила она.
    - неслышу! - с большим гневом орал он.
    - гуляла…
    - гуляла?! ты хоть понимаешь, что ты натворила, маленькая тварь?! да, из-за твоей прогулки, нас обокрали! забрали все, что только можно было: посуду, еду даже лампу! по твоей милости я несмогу продолжить охотится!
    - п-п-пр-рас-сти.
    - простить?! видет бог я бы хотел этого! а еще бы я хотел нормального ребенка, а не тебя! – отец глубоко вздохнул, и стараясь сдерживать гнев овладевший им, продолжил. – иди, собирайся, мы возвращаемся домой. дома разберемся, что с тобой делать.

    девочка вошла внутрь и увидела, что там было все вверх дном. все вещи ее были разброшены, видать, детская одежда грабителям была совсем не нужна, подумала про себя айрин. она собрала все, что валялось, а отец сложил все то немногое, что воры им оставили. затем они вышли в ночь и отправились в направлении дома.

    девочка следовала за отцом, широко шагавшим по снегу. она уже чуть не валилась с ног от усталости и голода. айрин совсем не думала о судьбе, которая уготована ей в будущем, она полностью погрязла в воспоминаниях сегодняшнего дня.

    вернулись они домой уже за полночь. мать проснулась от шума, что устроил отец, разгружая рюкзак. жена стояла в ночнушке подле отца со свечой и вопрошала: « что случилось?». он грубо бросил: « пусть она тебе ответит» и указал головой на девочку. мать нависла над дочерью и, сверля ее глазами, потребовала ответа.

    - отвечай, негодница, что ты натворила? - мать начала трясти дочь за плечи, не дав той даже раздеться.
    - я гуляла по лесу, а когда вернулась, грабители забрали все наши вещи. – сказала айрин.
    - куда тебе черти носили? отвечай только правду или бог накажет тебя!
    «бог накажет? а может, это ты будешь вершить правосудие, мама?» - подумала девочка.
    - я сначала погналась за красным зайцем, потом я играла с мальчиком в лесу, а затем дракон на нас напал. – лгать она не могла, да и не умела, если бы солгала, то проблем было бы гораздо больше, поэтому легче было сказать правду.
    - ты послушай только! твоя дочь бредит. несет какую-то чушь! дракон, красный заяц, откуда в голове у тебя весь этот бред?! – и влепила дочери сильную затрещину. айрин тут же схватилась за пылавшую от боли щеку. – не смей лгать, мне!
    - я не лгу! - сдерживая слезы, запротестовала айрин. – отец тоже видел выжженный круг на поляне и следы. – отец остановился и пристально взглянул на нее.
    - откуда тебе известно о драконах?- спросил отец.
    - мне дэймон рассказал. я с поляны еще захватила чешуйку. – девочка извлекла из-за пазухи свою находку, слабо переливающуюся при свете свечки. глаза отца вдруг округлились, лицо снова приняло выражения гнева.
    - дура! ты хоть понимаешь, что ты наделала? – закричал отец, приближаясь к ней. – жена, быстро занавесь окна и закрой дверь. никто не должен знать, что она притащила сюда.
    женщина второпях все сделала, как ей велели. когда все приготовления были завершены, отец продолжил:
    - притащив эту вещь сюда, ты обрекла всех нас на погибель. теперь наш город проклят, и все по вине моей дочери! нет! ты не моя дочь! ты ведьма, посланная сатаной чтоб уничтожить нас! тебе самое место во тьме, откуда ты и выбралась. – и он ударил девочку в живот. та упала на пол и чуть не потеряла рассудок от боли. затем отец, пока она была беззащитна, связал ей руки, и скинул в погреб.

    айрин камнем рухнула вниз, раздался крик. оказалась, что это кричала она сама, очнувшись ото сна. проморгавшись, айрин поняла, что это всего лишь был кошмар. она осмотрелась по сторонам стараясь понять, где она находится. но вокруг было темно и нечего невидно, а попытавшись встать, боль иглой пронзила все ее тело. руки за спиной были связаны, тошнота и голод навалились на нее огромным цунами. и тут реальность происходящего дошла до нее. это был не сон. она избитая, грязная и голодная лежит сейчас в погребе своего собственного дома. обессиленная айрин зарыдала в голос. крики и проклятия срывались с ее уст. она злилась на все! злилась на мать, что та ни разу не проявила к ней теплых чувств, на отца, который ни разу не обнял, а лишь награждал ее многочисленными синяками и ссадинами, на бога который закрывал глаза на людскую несправедливость. но больше всего айрин ненавидела себя за то, что не смогла выжить в охотничьих угодьях этого мира.


     
    Last edited by a moderator: May 12, 2013
  6. Sadanna

    Sadanna User

    Joined:
    14.10.11
    Messages:
    7
    Likes Received:
    6
    сказка о секретах

    доброго времени суток) прошу принять нашу скромную работу) в качестве конкурсных работ со стороны художника просим оценить последние две иллюстрации.
    камин освещал слабым пламенем одну из комнат старинного замка, наполняя ее теплом и принося уют в холодные стены.это была очень странная комната, в которой не отважился бы пробыть дольше часа даже самый циничный эльф. королю иногда нравилось ставить эксперименты и закрывать здесь провинившихся слуг или кого-либо слишком вольного из своего отряда, а после продавать неугодных в бродячие цирки, это приносило определенный доход. эльме, как ни странно, здесь очень нравилось. она могла подолгу проводить здесь время и ее лишь умиляли тайны этой, на ее взгляд, забавной комнаты. она не раз встречала потом этих бродячих артистов и не раз ловила себя на мысли о том, что, возможно, это были вовсе не пытки, а подарок судьбы для тех бедолаг, ведь все они были отменными артистами. наверное, не боялась она этой комнаты потому, что стальные нервы орка могли выдержать что угодно, да и, скорее, она сама была угрозой для комнаты, нежели жалкой подкормкой, поскольку была отменной заклинательницей. комната любила ее, и эльма чувствовала это. быть здесь - это словно попасть в сказку с ее участием – что поделаешь, старушка любила пошалить в молодости. хотя, старушка – это не то слово. это скорее гордая зеленокожая женщина королевских кровей, редкой доброты и привлекательности. почти оливковый цвет ее миндалевидных глаз просто завораживал и приводил в замешательство придворный люд. обычно ее сторонились – из-за ее величия, ну и, безусловно, из-за странной страсти к комнате. эльма никому не рассказывала, почему так любит бывать тут, ведь с детства она была странной девочкой и больше всего любила рассказы комнаты именно о детстве. еще тогда ее напевы приводили друзей в восторг и давали им какую-то неведомую, неподвластную разуму силу. тогда даже самая ожесточенная охота превращалась в безумную азартную игру, а позже товарищи долго приходили в себя и не могли понять, что же давало им таинственные силы. эльма ни с кем это не обсуждала, она лишь решила развивать свои таланты и посвятила этому всю свою жизнь.
    теперь, когда огни погасли, и тьма окутала спящий город, она подошла к свечам и, легонько дунув, погасила их. комнату освещал лишь слабый свет от раскаленных углей в камине да бледная улыбка месяца в небе. она подошла к широко распахнутому окну и вдохнула свежий влажный воздух, который нежным теплым ветерком донес ей столь любимый запах вод гавани хейна - города, который уже давно стал ей родным, города, чья затейливая паутина улиц и переулочков так манила ее своей красотой. в окне она увидела небесную гладь и мириады звезд, похожих на тихих ночных жителей, любовавшихся издалека на спокойствие хейна, увидела облака, освещенные лунным светом и почувствовала легкий запах лаванды и ладана… она закрыла ставни и присела в старое кресло, поудобнее устроившись у камина. с комнатой она разговаривала именно через камин – огня она совсем не боялась, ведь была его дитем и хранителем, эта стихия лишь разжигала в ней смелость и отвагу, а еще успокаивала душу. огонь же просыпался первым в ее присутствии. и вот, словно маленький ребенок, она стала говорить с огнем, рассказывать ему секреты и просить, чтобы он показал ей сказки об ее далеком детстве, чистом и светлом, без грацианцев, без шилен, без войны. камин ласково шептал ей языками пламени на каком-то своем огненном языке, и вот уже комната - не комната, а огромная поляна. рядом с ней ее друзья и двое верных братьев, чья смерть так и не даст ей покоя – ни в этой жизни, ни в загробной… она улетала все дальше в свои мечты, в свой мир грез, где никто ее не потревожит, куда нет хода злу и несчастьям…
    бум! бум-бум! – послышался грохот чьих то пинков в дверь. эльма открыла глаза и тут же сощурилась от яркого света, лившегося в комнату через щель ставен. и надо же – места в мире больше нет – лишь бы мне в глаз посветить! антарас растопчи того, кто делал эти ставни – подумала она. грохот не оставлял надежд на продолжение сна. она встала, открыла ставни и увидела уже во всю шумящий и кипящий событиями город, залитый солнечным светом и полный жизни. затем она почти беззвучно подошла к двери и отперла замок. в то же мгновение от очередного пинка дверь резко отворилась, ударив ее по лбу. благо, она орк и двери – небольшая опасность. будь она эльфом – уши бы отпали от такого удара. в комнату с грохотом ввалилась гномка и что есть мочи завопила:
    - бабуля, ну сколько можно от меня прятаться! ты опять всю ночь колдовала? и что ты торчишь в этой дурацкой комнате все время? пошли лучше завтракать скорей, а потом в город погулять, а лучше - в гавань купаться, а можно и то и другое!
    - ника, леди не подобает так себя вести, ты как мальчишка! ты просто несносна! – говорила эльма внучке, которая уже тащила ее за руку по коридорам замка завтракать.
    после завтрака во время прогулки в городе, они встретили уйму знакомых, узнали все новости, а после направились прямо в гавань, к воде. весна так и манила к жизни, и эльма не отказала себе в удовольствии искупаться вместе с внучкой и погреть свои старые косточки на солнце. [​IMG]
    вдруг, внучка спросила:
    - ба, а у тебя есть секрет?
    - у всех есть секреты, милая, - сказала она, - у кого-то скелет в шкафу, а у кого-то говорящая жаба в коробочке. а у тебя?
    - ну-у, я не знаю. если я скажу – это уже будет не секрет, ведь правда?
    - все верно, милая. если ты хочешь поделиться тайной, ее можно открыть только самым надежным, верным и честным людям, солнышко.
    - ой, ну тебе, бабуленька, я могу рассказать что угодно, только ты меня и слушаешь. папа все время с кем-то воюет, мама только и делает, что встречает гостей – никому, кроме тебя, до меня дела нет.
    - это пройдет, ника. ты еще мала чтобы понять, как важно то, что они делают. так о чем ты мне хотела рассказать?
    - только не говори никому больше, это теперь будет наш секрет. я люблю пауков!
    - ну и что же в этом такого?
    - ато что они мне не просто нравятся, я их ем! они так мило лопаются на зубах! однажды, у меня даже отлетел один зуб и я решила что он принесет мне счастье! я его у стен замка закопала в очень надежном месте![​IMG]

    - какая гадость, ника! эх-х, ну секрет - так секрет!
    - бабуль, а твой секрет какой? он в той комнате, да?
    - ты права, моя хорошая. но его так просто не расскажешь, секрет особенный.
    - а ты сможешь мне его показать?
    - тебе, думаю, смогу. но только нужно не бояться, чтобы не напугать комнату. понимаешь, она живая. и даже говорящая. и все предметы там тоже живые. но комната говорит не со всеми, а только с особенными людьми – с очень хорошими или очень плохими. тем, кто нравится комнате, она становится другом, а тем, кого она не полюбила, она показывает жуткие кошмары, от которых даже орки могут сойти с ума.
    - как это, показывает? а меня она полюбит? я хочу сейчас же посмотреть!!!
    - сама все увидишь, только «сейчас же» не выйдет – комната любит пасмурную погоду и не любит свет. к тому же тебя могут потревожить, поэтому сходим туда перед сном. ты еще ребенок, думаю ты ей понравишься. только не убирай занавеску с зеркала, оно там самое дурное.
    - хорошо, бабуль, вечером. но только обязательно.
    - непременно, солнышко.
    ***
    когда на улице уже стемнело и сверчки пели свои весенние песни, ника выбралась из кровати и, не надевая башмачков, чтобы никто не услышал, тихо побрела по коридорам к комнате. наверное, бабушка уже там…
    подойдя к двери, гномка обнаружила что она заперта. она едва слышно постучала трижды. ничего не произошло. тогда она уперлась ногой в стену и потянула изо всех сил за ручку. [​IMG]
    опять ничего. наверное, бабушка меня обманула – с разочарованием подумала она, и из глаз ее потекли слезы. [​IMG]
    она уже развернулась чтобы уйти, но вдруг кто-то тонким скрипучим голоском спросил у нее:
    -эй, чего разревелась тут?
    она решила, что ей показалось, и сделала еще шаг в сторону своей комнаты, но тот же голос снова сказал:
    -чего было будить меня, если войти не хочешь?
    ника оглянулась и не заметила ничего необычного, но, приглядевшись, в темноте вдруг увидела, что у дверной ручки есть глаза и рот, и эта ручка немного светится и недовольно пялится на нее.
    - это ты со мной говоришь?
    - нет, это голос из кузницы богов! ну конечно я, ты разве еще кого-то видишь? зачем разбудила? заходить будешь?
    - как это разбудила?
    - слеза твоя на меня упала, вот я и проснулась – металлическим скрежетом пропищала ручка. – я только так просыпаюсь, не знала разве?
    -э-э, нет! простите меня, пожалуйста, я не хотела вас обидеть, госпожа ручка! – на эту реплику ручка скорчила довольную гримасску и заулыбалась.
    вдруг раздался еще один голос, состоящий из нескольких сухих и трескучих – ника увидела что вся дубовая дверь теперь светится, и что у каждой доски тоже появились глаза и рты. видимо, голос, похожий на хор, принадлежал двери.
    - вы опять хотите меня открыть? да сколько ж можно! не дадут мне покоя! это все ты виновата и заклятие на тебе дурное – могли бы сделать не слезы, а свободный вход в лишний день високосного года! надоели мне все!
    - посмотри лучше, какая милая принцесса к нам пожаловала! открывайся живо! – сказала ручка и повернулась на бок.
    - дверь придирчиво осмотрела девочку и слегка приоткрылась:
    - так уж и быть!...
    ника вошла в комнату, не веря своим глазам и ушам. она потерла глазки кулачками и снова огляделась – ничего необычного, только бабуля дремлет у камина. но ника уже знала что это только на первый взгляд.
    она подошла к эльме и легонько пошевелила ее за плечо. оркша слегка приоткрыла глаза и, увидев нику, улыбнулась:
    - ты пришла, моя хорошая! дверь не ругалась? если ты здесь по своей воле, то все должно быть в порядке.
    - нет, ба. они только между собой с ручкой ругались.
    - они всегда так, не беспокойся. ну, давай, познакомься с комнатой,- приглашающим жестом предложила бабушка.
    ника аккуратно стала передвигаться по комнате и разглядывать предметы.[​IMG]

    она наступила на ковер, и он выругался за то, что она «наступила ему на ухо». извинившись, первым делом она подошла к книжному стеллажу рядом с камином, на котором стоял древний медный кубок. она любила читать и начала приглядываться к книгам на полках. вдруг одна из книг немного раздулась, сдвинув остальные, и от всей книжной души чихнула. в нику полетел сноп пыли, и девочка слегка вскрикнула от удивления. другие книги разными голосами стали сетовать на чихнувший том, что он толкается и всех разбудил. кубок тоже проснулся и стал похож на важного медного господина на одной ноге и с выпяченной гордо вперед грудью. две ручки по бокам стали похожи на две руки, словно кубок подбоченился. он почесал одной ручкой свой медный бок и медным голосом, словно из музыкальной трубы спросил:
    - а это что за малявка? кто тебя пустил сюда?
    так она ненароком разбудила всю комнату. вещи просыпались, зевали, разговаривали между собой и у всех были свои голоса. кто то был занудой, кто то уж через чур болтлив, а стол на толстых ножках оказался уж очень хохотливым и еще танцором к тому же. он вдруг начал выбивать чечетку всеми ножками сразу, и комната затряслась, словно от землетрясения. смех стола был очень заразителен, и вот ника уже хохотала вместе с ним, глядя как он танцует, а вещи вокруг верещали и умоляли его прекратить трясти комнату. маленький старинный пуфик оказался очень боязливым, он носился по комнате и кричал от страха, но ника заметила его лишь тогда, когда он, растяпа, наткнулся на нее во время своего забега и чуть было не сбил с ног. она не смогла удержать равновесия и рухнула в угол прямо на трюмо старого зеркала, придавила при падении занавеску и та сползла.
    ника отдышалась сидя все там же и вдруг услышала голос из-за спины:
    - приветствую вас!!!
    она обернулась и увидела зеркало. оно немного изогнулось,словно в поклоне, и произнесло торжественно:
    - я и швец, я и жнец, и на дуде игрец, к вашим услугам!
    оказалось, зеркало говорило исключительно стихами, и было немного не от мира сего. далее оно изрекло:
    «здравствуй гномочка-старушка,
    козьи рожки, заячьи ушки!
    ой, смотри ка, стол - подушка!
    книжки - мягкие игрушки!»
    ника глядела в зеркало и видела, как появлялось все, что говорит зеркало. она вмиг поседела и покрылась морщинами, у нее отросли рога и в считанные секунды уши стали заячьими. на заднем плане раздался хлопок и, после того как осыпался, словно золотая пыльца, блеск волшебства, на полу оказалась огромная подушка вместо стола, выглядевшая недоуменно, а вместо книг полки ломились от мягких игрушек. ника оглянулась и увидела, что в комнате все по-старому, просто зеркало так шутит, а зеркало, тем временем продолжало:
    «мы подушку подожжем,
    все игрушки разорвем,
    кресла к потолку приставим,
    бабку мы плясать заставим!»
    в зеркале в адских муках горела несчастная подушка, игрушки разлетались на куски, а их головы плакали, кресла вдруг, словно магнитом, притянуло к потолку, а ее бабуля, словно полоумная, с выражением полной эйфории на лице, плясала - как индеец у костра - вокруг горящей подушки…
    - и правда, дурное,- сказала ника, еле сдерживая смех, и накинула занавеску на зеркало. еще добрых три минуты зеркало не замолкало и боролось за «права вольных граждан и искоренение общественной дискриминации» и, наконец, замолкло.
    - бабуль, ты была права, я в жизни его больше не трону, если окажусь тут снова. да. вот секрет так секрет. теперь понятно, почему этой комнаты все так сторонятся. а мне понравилось тут, здесь наверное каждая вещь может рассказать множество историй. бабуль, а почему комната стала такой необычной?[​IMG]

    - когда я была маленькой, совсем как ты, мой дед рассказывал нам с братьями сказки. я еще тогда верила в силу волшебства, и когда открыла свои способности, я заколдовала сама для себя эту комнату, а потом стала собирать самые интересные вещи и приносить их сюда. так и вышло, что комната стала такой.
    - понятно. ну, бабуля, ты - великая мастерица, по праву - заклинатель от бога! а ты мне сказку расскажешь на ночь?
    - конечно, расскажу, только дровишек подкину в камин – он у нас главный затейник. а ты устраивайся поудобней, и приготовься увидеть еще одно волшебство!
    пока эльма подкидывала в камин дрова, ника села в кресло, а лежащий под ним пушистый плед вдруг посмотрел на нее кошачьими глазами, забрался на кресло, окутал ее и замурлыкал. она согрелась и стала слушать бабушкин рассказ.
    - давным-давно…. – пламя камина стало мерцать как то странно и вдруг предметы стали превращаться в то, о чем рассказывала бабушка. кубок стал облаком над деревом, которое только что было книжным стеллажом, ковер стал рекой, и, несколько мгновений спустя, вся комната уже стала другим миром, настолько реалистичным, будто ника сама находилась там, и могла прикоснуться ко всему, что видит…
    ***
    давным-давно, жил был король. и было у него два сына и красавица дочь. старший сын, владис, гордый и могущественный, с детства помогал отцу защищать королевство от недругов, и слыл крутым нравом и огромной силой, потому и был призван защищать королевство. он поклялся до конца дней своих быть верным защитником своей родины. дочь была искусной волшебницей, ей нравилась магия, и ее присутствие делало всех, кто был рядом с ней, сильнее и увереннее. она могла часами петь и играть, воодушевляя братьев и друзей, но и не прочь была порой врезать какому-нибудь монстру дубиной под шумок, уж очень она любила пошкодить, видимо, орчья непокорная натура давала о себе знать. а младший сын – нор - был заводилой в драках. пока сестра и старший брат добывали пропитание, он мог часами драться с ребятней за воротами соседнего города – не любил он тех парней. и вырос из него великолепный, хитрый и проворный воин, такова уж была его человеческая натура. братья часто подшучивали над сестрой из-за того что она девченка, но когда было необходимо, всегда готовы были встать на ее защиту, а она хоть и злилась порой, всегда их прощала.
    дела в королевстве ладились, все шло своим чередом. но стар стал король и пришла за ним смерть. перед тем как дать ей свою руку и уйти в царство мертвых, попросил король о последнем желании. смерть согласилась, и пожелал он увидеть своих детей и попрощаться с ними. умирая, король поведал детям о том, что есть на свете три вещи, которые сделают любого сильнейшим. но добыть их не так просто. первая вещь – меч невиданной силы, но носить его может только сильнейший из воинов. вторая – броня, мощи которой нет равных, да вот рецепты и чертежи потеряны и никто из ныне живущих не знает, где их искать. а третья вещь – это магическое ожерелье, которое можно создать только вырвав сердце могущественной твари, имя которой истхина, и заточив его в красный камень, который потом нужно носить в ожерелье на себе, не снимая. с таким сокровищем магические силы возрастут многократно и маг, его носящий, будет одним из самых опасных. хотел было еще что-то сказать король, да не успел – утомилась смерть в ожидании да забрала его.
    с тех пор дети, верившие в легенду, стали искать способы получить сокровища, о которых говорил отец.
    старший сын отправился на поиски рецептов и чертежей брони, о которой говорил отец. бывал он и в людных городах, и в местах богом забытых, видел множество разных людей и постепенно нашел следы чертежей. ушло у него десять лет на поиски, но добился он своего, а потом потратил еще десять лет, собирая материалы и подыскивая гномов, которые были способны создать такую броню. и вот, наконец, явился он во дворец в сияющих латах к брату и сестре. они были очень рады его успеху и пировали три дня за его удачу. владис узнал, что в его отсутствие брат не покладая рук дрался с самыми могущественными войнами всего мира и достиг такого совершенства в бою, что не было ему равных, и получил он всеобщее признание, а за заслуги свои даровали ему боги заветный меч. обрадовался владис тому что нор рядом с ним – такой мощью они могли бы совладать с ужасной тварью и подарить заветное ожерелье сестре. думали они, гадали, три дня и три ночи не спали, и вот собрали отряд из доблестных воинов да пошли в обитель мерзкого чудовища на честный бой. только вот беда случилась – давно они в разлуке были и не было среди них согласия, кичливость старшего брата и нахальство младшего обидели сестру, когда во время бойни стали они подшучивать над ней, как когда то в детстве. старые обиды вдруг нахлынули на нее, а от братьев теперь неизвестно что ждать – они так привыкли купаться в славе, что могут и забыть про нее, и тогда не видать ей своей заветной мечты – своего ожерелья…
    монстр изверг потоки ужасного яда и кислоты, а сестра от обиды словно вкопанная встала, не произнесла ни одного защитного заклинания... оба ее брата пали в раз, а следом тварь убила и лекаря, а она все смотрела невидящими глазами и вдруг острый кинжал еле живого разбойника, за которым гналась истхина, резко полоснул ей руку:
    - да что же ты стоишь?
    вдруг сознание словно выдернуло ее из ступора, она огляделась по сторонам и осознание ужасной беды пронзило сердце волшебницы – ни братьев, ни лекаря уже и в помине рядом не было – полакомился монстр на славу. разгневалась она на тварь что убила ее братьев и на себя за свое малодушие, с оставшимся отрядом добили они чудовище и вырвалаона голыми руками его сердце. глядя на готовое ожерелье, заливалась потом сестра горькими слезами, только прошлого не вернешь. и поклялась она избавляться от злополучной истхины, если та вдруг возродится, дабы почтить память мертвых братьев. лишь тогда поняла она, о чем не договорил отец перед смертью. только единство и любовь могли бы спасти их в той ужасной битве, уберечь от смертных грехов и раздора, ведь поодиночке великих дел не свершить, но теперь уже поздно. так и жила волшебница с горем в душе, ожерельем на шее и мечем в руке до старости, и каждый раз, заливаясь горькими слезами, напевала она старый мотив, который слышала в детстве от проезжавших мимо бардов, коря судьбу и себя:

    я видел тебя на плечах похорон,
    я видел тебя в рыжем блеске знамён,
    я видел тебя в неге свежей росы
    и видел тебя в блеске чистой слезы…
    ты скажешь про всё, что таится в огне,
    ты помнишь о тех, кто забыл о тебе,
    ты верно крадёшься, бредёшь по пятам,
    но то, что я знал, я тебе не отдам.
    ты вместе с другими бросаешься в бой,
    ты роешь могилы, но будешь живой.
    ты снишься легендам мирских королей –
    янтарная птица кровавых полей!
    сейчас предо мною ты в свете лучей
    молчишь языками нестлевших свечей,
    глаза твои болью моею полны,
    они мне навеки судьбою даны.
    ***
    очнувшись от волшебства и ярких картин бабушкиной сказки, ника спросила:
    - бабуль, а та волшебница – как ее звали? может, она жива до сих пор?
    - кто знает, милая, я уже всего и не упомню, – слукавила она – давай спать.
    они уснули вместе – внучка на коленках у бабушки и в объятиях мурлыкающего пледа, и проспали до утра, видя яркие сны. ника проснулась первой и стала потягиваться. она случайно задела ворот рубахи эльмы, верхняя пуговица отлетела в сторону, ворот рубахи оттопырился. ника вдруг увидела цепочку на шее бабушки. любопытство было сильнее нее и она, затаив дыхание, аккуратно потянула за цепочку. увидев кулон, ника ахнула от того что она увидела – в красном камне билось заточенное в него сердце. ника теперь понимала, почему бабушка не назвала имя волшебницы. что ж, на то он и секрет чтобы о нем не говорить. с этой мыслью ника вернула кулон за пазуху , прикрыла шею бабушки воротом и решила не ворошить былого больше никогда, ведь у каждого же свой скелет в шкафу.
     
  7. Элвин

    Элвин

    Joined:
    21.02.10
    Messages:
    14
    Likes Received:
    23
    разговоры у камина «старого мага»

    была поздняя осень и таверна «старый маг» как обычно в это время года была полупустой.

    под вечер у камина собралось пятеро человек: владелец таверны, два воина, орк-маг и женщина, возраст который никто из присутствующих определить не мог. эта дама появилась в таверне минут 30 назад, была молчалива, грустна. рука молодой женщины, по всей видимости, была сломана или вывихнута, так как будучи закутанной в платок, свисала на перевязи. еды в таверне было более чем достаточно, за окном начался проливной ливень…

    все скучали в этот вечер. воины в своих неизменно потёртых доспехах потягивали с хозяином пиво. женщина отказалась от алкоголя и тихонько сидела себе в углу, гладя больную руку. «раз уж у нас скукота дичайшая, то может расскажете о своих боевых подвигах?» - вопросил хозяин таверны. один из воинов – с проседью на висках – рассмеялся:
    - вы, без сомнения, не один десяток раз слышали подобные похвальбы и легенды от людей военных,
    - ваша должность обязывает. но разнообразить вечер…
    - знаете, отчего не принято встречать хеллоуин втроём? – неожиданно промолвил молчавший орк-маг, который сопровождал одного из воина.
    глаза всех присутствующих устремились на орка.
    - что? – удивлённо переспросил владелец «старого мага».
    - говорю: знаете, почему хорошо что нас четверо встречает хеллоуин и было бы плохо – если трое?
    - глупые предрассудки, вероятно… - промолвил тавернщик.
    - так слушайте хозяин, винт и вы, молодая леди. навряд ли вы знаете откуда взялось это поверье. – улыбнулся рассказчик.

    после минутной тишины он продолжил:
    - когда-то очень давно – лет 700 назад, а может и больше – жили на наших землях титаны. были они любопытны, нетерпеливы ко всему иному и жестоки. ужасное сочетание. в общем – фанатики. и вот незадолго до хеллоуина удалось им поймать любимую помощницу шилен, пользуясь её доверчивостью. долго пытали они эту мистическую девушку. желали, видимо, узнать все секреты ее хозяйки.

    ей жгли глаза горящим факелом, облучали рудами мифрила, пока она не полысела…

    потом не знаю как – история об этом умалчивает – но помощнице удалось бежать из плена. эти изверги сделали из неё инвалида без одной руки, которую откололи на опыты, с выжженными глазами и хромой на обе ноги. вообще удивляюсь, как ей удалось сбежать! с тех самых пор в канун хеллоуина наших землях гибнут воины. и хоть титаны сгинули в глубине веков, это проклятие продолжает висеть над нашей землёй.

    в таверне стало на мгновение тихо. потом владелец таверны громко рассмеялся, пытаясь разогнать гнетущую атмосферу.
    - да ладно вам, бросьте. люди гибнут от старости, болезни. что тут удивительного?..
    - умирают в домах. находят людей поутру в домах с открытыми настежь дверьми. а тела с отрезанными головами. это в лучшем случае. и самое важное что не сказал – всегда их трое. вот почему хорошо что нас четверо. – закончил орк и улыбнулся.

    - я тоже слышала эту историю несколько раз – проговорила тихим голосом женщина. - большинство рассказчиков не знают как ей удалось сбежать. и верно. ведь это была уже не она. девушка - помощница шилен погибала, к её искалеченному телу подошла смерть, но так как она была не обычной смертной, то процесс затянулся. смерть не смогла забрать её душу полностью. они только слились воедино. и с помощью новоприобретённых сил это существо убило своих палачей и вырвалось на свободу. кстати, палачей было трое. отсюда и ежегодное число смертников.

    гремлины из подземелья шилен, конечно же, помогли ей. ведь они думали, что это пусть и искалеченная, но все еще помощника их королевы. изготовили ей протезы, искусственные глаза… механизм для оторванной руки в виде раскрывающегося двухметрового лезвия их удивил, но для чего помощница его заказало, не поняли. момент истины для них наступил слишком поздно…

    тихий голос замер и показалось, что даже ливень прислушивалась к удивительному рассказу.
    - откуда вы это знаете? я, например, вообще впервые слышу эту историю – произнес старый воин.
    - сейчас я всё вам покажу – просипела женщина, испытывая мгновенную метаморфозу…
     
  8. DiLLa_

    DiLLa_ User

    Joined:
    29.06.11
    Messages:
    2,358
    Likes Received:
    134
    забытая легенда

    хейн. даже этот город вечного лета почувствовал наступление весны. он, казалось, ожил и заиграл новыми красками. легкий морской бриз пролетал по его замысловатым улочкам, проскальзывал под мостами. он, играючи, шевелил волосы прохожих, как обычно спешащих по своим делам, заставляя их остановиться на минуту, вдохнуть полной грудью его свежий аромат и, уже с новыми силами, продолжать свой путь.
    у распахнутого окна здания гильдии воинов стоял юный эльф. настроение у него было отличное. только что закончились теоретические занятия, и у него была пара свободных часов, чтобы насладиться отдыхом. он подставил лицо теплому солнцу и из-под полуопущенных ресниц следил за редкими прохожими на улице.
    прямо напротив гильдии, через дорогу у моста, сидел нищий слепой старец. он скрестил ноги перед собой, поднял голову вверх и невидящим взором смотрел на ясное голубое небо. на его морщинистом лице не было ни горя, ни печали, напротив, счастливая улыбка играла на его губах. казалось, он видел то, что не суждено было видеть другим, и это что-то было удивительно прекрасным. рядом с ним, на вымощенной камнем мостовой стояла выщербленная глиняная чашка, куда сердобольные прохожие изредка кидали монеты. никто не знал кто этот старик и где живет, но каждое утро он приходил на это место, а с наступлением сумерек уходил в неизвестном направлении.
    эльф некоторое время смотрел на старца, потом достал из кармана монетку, подкинул ее на ладони, и, изловчившись, метнул из окна. монета перелетела через улицу, ударилась о булыжную мостовую, отрикошетила и, глухо звякнув, попала точно в цель, упав в чашку нищего.
    - алей, из тебя со временем получится отличный лучник - эльф услышал за спиной мягкий голос учителя и обернулся. – у тебя меткий глаз и сильные руки.
    - спасибо, мастер, - улыбнулся алей. – я буду стараться и обязательно стану лучшим.
    - это похвально. главное - не отступать от намеченной цели и у тебя все получится.
    алей посмотрел на учителя. тот тоже принадлежал к эльфийской расе и, хотя выглядел, довольно молодо, его взгляд… взгляд выдавал в нем того, кто прожил на свете не одну сотню лет. внешность эльфов была обманчива и истинный их возраст определить было почти невозможно, чего нельзя было сказать о людях.
    алей перевел взгляд на слепого и спросил:
    - мастер, а вы давно живете в хейне?
    - достаточно давно, - откликнулся тот. – а почему ты спрашиваешь?
    - этот слепой старик… кто он? откуда он появился?
    - я не знаю. и боюсь тебе никто этого не скажет.
    - интересно, он давно стал слепым? видел ли он когда-нибудь хейн? город такой красивый. мне жаль старика. жаль, что он не видит то, что видим мы.
    - никогда не жалей того, о ком ты ничего не знаешь. возможно, он видел больше, чем ты думаешь. видел то, что тебе не будет дано никогда, и прожил очень счастливую жизнь.
    - возможно… а может и самую несчастную.
    - да, ты прав, – согласно кивнул учитель и на его губах появилась грустная улыбка. он помолчал несколько минут, а потом вдруг, как будто, на что-то решившись, посмотрел на юношу. – алей, у меня есть несколько свободных часов, если хочешь, я расскажу тебе одну старую легенду.
    - конечно, очень хочу.
    мастер присел на подоконник, помолчал минуту, собираясь с мыслями, а затем начал свой рассказ:
    - ну что же, тогда слушай…


    «это произошло сотни лет назад. тогда мир был совсем другим. не таким каким ты его знаешь, алей. в те времена хейн еще не существовал, не было многих городов, которые есть сейчас. в те времена еще можно было встретить богов, свободно разгуливающих среди простых смертных, и было немало счастливчиков, которые видели их воочию.
    не так давно закончилась война с орками, которая принесла много страданий нашему народу. множество деревень было уничтожено, а часть лесов погибла в огне. небольшая горстка эльфийского народа покинула свои родные края и отправилась на поиски нового дома. они пришли в эти земли и виды бескрайних морских просторов навсегда запали им в душу.
    эльфы поселились на берегу моря и, ценой самозабвенного труда и благодаря врожденным талантам, выстроили прекрасный беломраморный город, который они назвали - иннадрил. для защиты города были нужны умелые воины и в город стали приглашать и людей - союзников эльфов в войне. они стали жить бок об бок. браки между ними не стали запрещать и до сих пор люди - потомки, этих союзов, живут намного дольше, чем их собратья. но было одно место, куда не пускали никого, кроме светлых эльфов.
    недалеко от города на берегу тихой бухты эльфы возвели величественный храм, а вокруг него разбили чудесный сад, который они, как и сам храм, посвятили богине воды еве. это место было изумительно прекрасным и не было ничего похожего во всем мире. но не архитектурой одной был знаменит и прославлен в веках храм евы, а жрицами своими. только самые юные и прекрасные эльфийки становились жрицами евы. они навсегда отрекались от суетного мира, посвящали себя служению богине и каждый день возносили ей мольбы о благополучии эльфийского народа…»


    - отклонись влево... шаг назад... удар... защищайся... поворот.... еще удар... патрик, твоя неловкость превосходит все мыслимые и немыслимые границы, - молодой эльф укоризненно покачал головой и, стоило его противнику неудачно повернуться к нему боком, как он воспользовался этим и ударил того плашмя мечом пониже спины. - может, бросишь эту затею?
    - траус, ты - мой друг, но придет время, и я от души тебя поколочу. вот увидишь, - проговорил патрик, высокий темноволосый юноша, с недовольной гримасой потирая левой рукой место удара. от постоянного пребывания на солнце, его сильное мускулистое тело было покрыто золотистым загаром. от отца-человека ему достались темные волосы, от своей бабушки эльфийки необычайно яркие голубые глаза, которые смотрели прямо и открыто. в них светилась такая неуемная энергия и жажда жизни, что любой бы мог позавидовать. одет он был просто. серая льняная рубаха с большим воротником и штаны из той же ткани. кожаные сапоги на ногах были старыми, но еще достаточно прочными.
    - ну-ну, - усмехнулся эльф. – для начала научись крепко держать в руках свой меч и не натыкаться на мой.
    рядом со своим другом длинноухий траус казался хрупким и беззащитным. он был на голову ниже, что не мешало ему побеждать патрика во всех поединках.
    - может тебе лучше пойти по стопам своего отца? он - отличный рыбак, а из тебя получается никудышный воин.
    - вот еще, - фыркнул юноша. - быть рыбаком - это скучно. на свете так много всего, что стоит посмотреть, но для этого надо уметь защищать себя. продолжим наши уроки. не отвлекайся. иначе отрежу твои уши и скормлю рыбам.
    - ха-ха, ну посмотрим, как ты это сделаешь, - на губах трауса появилась ехидная улыбка. - давай, нападай, увалень. попробуй их достать.


    - траус, а ты был там? – патрик устало растянулся на песке. тренировки на мечах его вконец вымотали.
    он лежал на спине, подставив лицо солнцу, и полной грудью дышал морским воздухом.
    - где?
    - в храме евы.
    - был. пару лет назад.
    - и как там?
    - красиво.
    - а мне можно туда?
    - нет.
    - почему?
    - ты ведь знаешь. в храм пускают только эльфов. любое пребывание там людей осквернит его и тогда ева отвернется от нас.
    - так значит – это правда?
    - что?
    - что сама ева приходит в храм послушать пение жриц.
    патрик перевернулся на живот и с любопытством посмотрел на друга.
    - говорят.
    - я бы хотел увидеть еву.
    - почему именно еву? почему не эйнхазад или мафр?
    - ну… я слышал она так прекрасна, что… - глаза юноши затянулись мечтательным туманом.
    - что?
    - ничего.
    патрик вздохнул и снова перевернулся на спину.
    - вот бы одним глазком… хоть на миг… - прошептал он чуть слышно.


    она стояла на берегу. длинные серебристые пряди волос струились по плечам почти до самой земли. белоснежная кожа в лунном свете казалась прозрачной. легкая, почти невесомая туника развевалась от легкого ветерка. эльфийка была прекрасна, сказочно прекрасна. какое-то мифическое, нереальное существо, спустившееся прямо с небес.
    патрик, словно завороженный, с восхищением смотрел на нее, не отрывая глаз. скрытый деревьями, он боялся пошевелиться и почти не дышал. ему казалось, что все это только сон. вот он проснется, откроет глаза и все исчезнет. его тело затекло от усталости, глаза уже начали слезиться от соленого ветра, а она все стояла и смотрела на море, по которому за горизонт убегала лунная дорожка. казалась, что она вот-вот вступит на водную гладь и побежит прямо туда, навстречу неизведанному.
    патрик не сомневался, что перед ним сама ева. в мире не могло существовать такого прекрасного существа, как та, что сейчас стояла на берегу. она могла быть только самой богиней и никем иной.
    постепенно небо стало светлеть, звезды исчезали одна за другой, уступая место предрассветным сумеркам. эльфийка подняла голову к небу, окинула его взглядом и медленно пошла в сторону храма. юноша вдруг понял, что она сейчас уйдет навсегда и он уже больше никогда не сможет увидеть ее, заговорить, поймать её взгляд. как одержимый он сорвался с места и бросился к ней.
    - ты… ты – ева?
    эльфийка обернулась на звук, вздрогнула и застыла на месте. патрик тоже замер. их глаза встретились. он смотрел на нее, не в силах поверить, что смотрит в глаза самой богини. в этих глазах не было ни страха, ни испуга, только удивление и любопытство.
    - нет, я всего лишь ее жрица, - нежный, мелодичный голос, больше похожий на перезвон колокольчиков, нарушил тишину.
    - жрица? – глаза юноши широко распахнулись от удивления. – этого не может быть! невозможно!… невозможно, чтобы такое прекрасное существо …
    от переизбытка чувств он осекся и лишь с восхищением смотрел на прекрасную деву.
    столь искренний восторг юноши вызвал улыбку на губах эльфийки.
    - меня зовут – миллену. а ты… ты - человек? тебе нельзя сюда приходить. лучше уходи поскорее.
    - я пришел сюда увидеть еву. я никому не причиню вреда. не бойся меня.
    - я не боюсь, - эльфийка снова улыбнулась. - но все же поторопись. ты зря пришел сюда. ева никогда не покажется человеку, а твое присутствие может ее рассердить. прощай.
    она попятилась, сделав несколько шагов, потом развернулась и, не оборачиваясь, быстро пошла к храму.
    патрик остался стоять на берегу и долго смотрел на исчезающую девичью фигурку и на оставшиеся следы её ног на песке.


    - что с тобой? уже несколько недель ты сам на себя не похож. почти не ешь и не спишь. заниматься перестал. ты так никогда и не станешь хорошим воином. что происходит?
    - все в порядке, все в порядке, - отмахнулся от друга патрик. все его мысли были заняты другим и, ему было не до расспросов трауса.
    - в порядке?! да ты на себя посмотри! превратился в тень. что стало с моим неунывающим другом? - не успокаивался эльф. он и в самом деле уже начал серьезно беспокоится за юношу. – лучше расскажи, куда ты уходишь каждую ночь, а потом возвращаешься, словно в воду опущенный.
    - никуда, - почти машинально ответил патрик.
    - я твой друг. и беспокоюсь за тебя. не хочу потом бегать за лекарем.
    он хорошо знал патрика и понимал, что вряд ли ему удастся что-то выведать у него, если он сам того не захочет. эльф вздохнул, пожал плечами и, видя, что молодой человек молчит, собрался уже уходить. но вдруг юноша крепко схватил его за руку и притянул к себе. наклонившись почти вплотную к его уху, он горячо прошептал:
    - я был там…
    - где?
    - в саду евы.
    - что?! – траус опешил. – ты понимаешь, о чем говоришь? туда нельзя людям. ты навлечешь беду на всех нас.
    - я был там много раз. и ничего не случилось, - глаза юноши лихорадочно горели.
    - боги все видят. рано или поздно они...
    - все это не важно, траус. не важно, потому что я встретил ее…
    - кого? еву?!
    - лучше. в тысячу раз лучше…


    - миллену, дорогая моя. что с тобой случилось? почему самые прекрасные в мире глаза полны слез?
    одна из жриц евы подошла к эльфийке и опустилась рядом с ней на белоснежные ступеньки храма.
    - ах, элейн. лучше не спрашивай, - тяжелый вздох вырвался из груди миллену.
    - я твоя подруга. расскажи мне, что же тебя беспокоит?
    - это… это не так просто сделать.
    - а ты попробуй.
    грустная улыбка появилась на губах плачущей.
    - элейн, скажи. тебе никогда не хотелось увидеть другой мир? тебе никогда не хотелось узнать, что есть там по другую сторону моря? сделать что-то отличное от того, чем мы занимаемся здесь ежедневно?
    - нет, никогда. мы – жрицы евы. наше место здесь. выбрось подобные мысли из головы и начни снова улыбаться. это все твои ночные прогулки. они плохо на тебя влияют.
    - а ты бы никогда не хотела узнать, что такое… любовь? – не унималась миллену.
    - любовь?! – жрица почти с испугом посмотрела на подругу. – ты имеешь в виду любовь к мужчине? не стоит вести подобные разговоры здесь. я люблю свою богиню. мне этого достаточно. мы посвятили свои жизни ей. помни это.
    - я помню…, - миллену снова вздохнула. – знаешь, элейн. богиня даровала нам способность излечивать физические раны и возвращать к жизни, но, к сожалению, она не дала нам способность излечивать душу.


    они сидели, обнявшись. он держал ее руку в своих и нежно водил пальцем по ее ладони.
    - миллену…
    она улыбнулась и ласково провела рукой по его волосам, по щеке.
    - патрик… я думала, ты не придешь.
    - я не мог не прийти. ты же знаешь, - прошептал он.
    - знаю…, - откликнулась она.
    он легонько коснулся губами ее уха.
    - для меня нет жизни без тебя…
    - и для меня…, - миллену обвила руками шею патрика и прижалась щекой к его щеке.
    он крепко обнял ее, с наслаждением, вдыхая аромат ее кожи. огромная луна смотрела с небес на двух влюбленных на берегу, даря им свет. ночной ветер играл в их волосах, переплетая их. деревья шелестели листьями, укутывая в своей тени. морские волны с легким шорохом накатывались на берег, принося им ощущения покоя и благодати.
    - увези меня отсюда. увези так далеко, как только возможно, - миллену на секунду отстранилась от возлюбленного и с мольбой заглянула ему в глаза.
    - ты этого хочешь? - патрик не сводил с нее глаз.
    - больше всего на свете.
    - завтра, - согласился он. - завтра мы уедем отсюда далеко, далеко. а сегодня...
    - а сегодня эта ночь принадлежит только нам, - подхватила она.
    - только нам..., - эхом повторил он. - миллену, я пришел сюда, чтобы встретить еву, но встретил тебя. ты – моя богиня. ты – моя ева. я люблю тебя…


    юная богиня воды ева, дрожа и захлебываясь слезами, стояла на коленях перед своей матерью-богиней эйнхазад.
    - ты должна сделать это! ты должна наказать ту, что предала тебя. твой храм осквернен и должен быть уничтожен, - голос эйнхазад разносился громовыми раскатами под сводами дворца.
    - но… но, они любят друг друга. пожалуйста, не заставляй меня причинять им боль, - безжизненным голосом пролепетала ева.
    - она пока еще твоя жрица... помни, если простые смертные будут безнаказанно делать то, что им вздумается, то они перестанут почитать и бояться нас. и тогда наша власть над ними закончится. мы не можем этого допустить. сделай то, что ты должна! иначе я уничтожу всех жителей иннадрила в назидание всем остальным.
    - но я не могу, не могу…., - ева сжалась в комок и опустила голову.
    эйнхазад яростно сверкнула глазами, в гневе топнула ногой и тогда….
    треснула земля. огромные волны вздыбились к небесам и хлынули на улицы города. жители иннадрила содрогнулись от ужаса. крики отчаяния, мольбы о помощи, стоны и рыдания смешались воедино. дома рушились, погребая под собой и мужчин, и женщин и детей. огромные статуи падали, словно игрушечные, и город на глазах превращался в груды обломков.
    - нет, пожалуйста, останови это! – взмолилась ева, видя тот кошмар, что творился на берегу моря. – я сделаю товсе, что ты хочешь. только не убивай их!


    влюбленные бежали, держась за руки. миллену, обессилев, спотыкалась и падала. патрик поднимал ее и они снова бежали. бежали до тех пор, пока держали ноги. волны преследовали их по пятам, словно хищники, загоняя своих жертв. но не было в мире места, где можно было спрятаться от ока богов. не было в мире места, где можно было укрыться от их гнева. сил больше не осталось. патрик и миллену рухнули на колени. и тогда она предстала перед ними. богиня ева! та, кого юноша так мечтал увидеть. ее лицо было прекрасным, но словно высеченным из мрамора и ничто в нем не выдавало тех чувств, какие она испытывала в те мгновения.
    - ты предала меня, миллену. твое предназначение - служение мне, но ты выбрала любовь к простому смертному. мой храм осквернен. вы оба будете наказаны.
    эльфийка подняла голову и без страха взглянула в глаза богини.
    - я знаю это и смиренно принимаю свою судьбу. ты можешь меня даже убить, но я ни о чем не жалею. мне довелось испытать то, ради чего стоит отдать даже жизнь.
    - я не убью тебя. напротив, я дарую тебе бессмертие. но с этой минуты, ты больше не будешь той миллену, которую все знали. ты будешь превращена в чудовище и станешь моим хранителем. отныне твое место в храме, и ты будешь охранять его вечно.


    «…- ева опустила землю и вода затопила храм. он ушел под воду вместе с садами, которые цвели вокруг него. от деревьев не осталось и следа, но эту часть бухты до сих пор называют садами евы. а храм? храм стали называть ее подводным дворцом. говорят, что она изредка появляется там. проходит по запутанным лабиринтам коридоров, оплакивая тех влюбленных, чье счастье ей пришлось уничтожить. земли иннадрила изменились до не узнаваемости. город был разрушен и тоже ушел под воду. остались лишь немногие обломки величественных статуй, которые можно еще увидеть недалеко от гирана. выжившие жители покинули те места. лишь сотни лет спустя, эльфы вновь вернулись на эти земли. они построили новый город – хейн и, первым делом, возвели в нем два храма, посвятив их эйнхазад и еве.
    - а что случилось с патриком? вы ничего не сказали мне о нем.
    - что с ним случилось?... – мастер вздохнул, встал с подоконника и посмотрел на слепца, который по-прежнему сидел на другой стороне и улыбался своим мыслям. – после того, как его любимая превратилась в монстра, он умолял еву убить его, потому что не видел смысла жить дальше. но она отказалась. тогда он стал молить богиню лишить его глаз, чтобы не видеть миллену чудовищем. ева уступила его мольбам и сделала слепцом. он навсегда исчез из земель иннадрила и больше его никто никогда не видел.
    - грустная история… - алей печально вздохнул. – странно, почему я никогда не слышал ее. я прочитал почти все книги в библиотеке гильдии, но и в них не было ни одного упоминания об этом.
    - ну, тогда выжили немногие. а те, кто выжил, постарались поскорее забыть об ужасе, который им пришлось пережить и никогда никому ничего не рассказывали. да и не знали они всей правды о том, отчего был разрушен город и уничтожен храм.
    - а тогда вы откуда знаете об этом?
    - я? – эльф усмехнулся. – я живу на свете так долго, что был свидетелем многих событий.
    - спасибо вам, - алей благодарно взглянул на учителя. – как думаете, а миллену все еще в подводном дворце?
    - я не думаю, я знаю, что она там.
    - и что? нет ни одного способа вернуть ей прежний облик?
    - я не знаю. возможно, и есть, но об этом знает только ева. правда для этого надо ее встретить и спросить. но хватит на сегодня историй. пора продолжать занятия. пойду подготовлю все. жду тебя в классе.
    - хорошо, мастер траус. я приду через пару минут.
    алей вновь выглянул в окно. минуту он смотрел на старца, но не видел его, погруженный в свои мысли.
    - спросить у евы…, - тихо проговорил он, задумчиво смотря в пустоту.
     
    Greshnica69 likes this.
  9. Nerpa

    Nerpa Innova Group

    Joined:
    17.01.11
    Messages:
    5,269
    Likes Received:
    5,622
    время истекло. прием работ завершен.
     
Thread Status:
Not open for further replies.